Sbornik-po-istorii-skd-2011-maket

ства-общины, искренне воспринимая все свои действия как службу Царю, Отечеству и Государству (7). Приходскую общину и русское государство связывала единая культурная тема. В отечественной истории православные общины выступали как проводники духов- но-нравственной основы российской ментальности и как основополагающий институт социального воспитания в области попечительства, призрения, милосердия, культуры, образования, здоровьесбережения и т.п. Традиции благотворительности, поддерживаемые различными сословиями россиян не только физически оберегали людей от голода, болезней и страданий во времена политических кризисов и катастроф, но также являлись мощным средством социального воспитания народа, смягчающим его нравы и тем самым снимающим остроту социальной напряженности.

Духовное единство церковно-приходской общины было одной из главных стабилизирующих основ русской жизни. О необходимости ее сохранения для творческого использования навыка русского человека к общинному и артельному труду, придающему русской экономике нравственный характер, говорили крупнейшие ученые Д.И. Менделеев, А.Е. Ермолов, А. Фролов, Г.В. Бутми, исследователи русской общины А.В. Еропкин, А. Кауфман, Р. Качоровский,

В.В. Селиванова, Г.А. Романова и др. историографический обзор показывает степень влияния православной общины на развитие общественной мысли и нравственности всего русского народа.

Таким образом, люди разных сословий были равны в своем в своем понимании духовной цели жизни, и самое важное – в стремлении приблизиться к идеалу: святым и святости. Православная вера и сохранение традиций создавали внутри сословий насыщенную атмосферу общего духовного целеполагания – в профессиональной, общественной и личной жизни. Через веру сословия выходили на уровень общего сознательного служения высоким религиозным истинам на государственном, общественном поприще и т.д. и в рамках своего служения начинали проявлять усвоенное, соборно выраженное благочестие.

До революции все сословия буквально жили милосердной благотворительностью: жертвовали все, начиная с первых церковных и государственных чинов (особ) и кончая сословиями крестьян. Со-

191

циально-благотворительная деятельность православных общин осуществлялась на нескольких уровнях: синодальном (общецерковном), епархиальном и местном (общинно-приходском).

ВXIX веке появляются женские общины, представляющие переходные формы от мирской жизни к монашеской. В течение XIX столетия было основано около 100 общин, образованных преимущественно при приходских церквах в виде богаделен, существование которых обеспечивалось подаянием прихожан. Большинство из этих общин было возведено в ранг монастырей, обязательно занимающихся милосердно-благотворительной деятельностью.

В1864 году Александром II было принято законодательство о церковных братствах и церковно-приходских попечительствах, допускавшее и регламентировавшее церковную благотворительность.

С1866 года учреждение при монастырях благотворительных и воспитательных заведений сделалось обязательным для каждой вновь открываемой обители. Члены братства были вдохновлены идеей служения Отечеству посредством социального служения и развития образования, появилось больше возможностей выполнять следующие просветительские задачи: организация внебогослужебных чтений, содействие открытию приходских библиотек и распространение литературы, дешевых нательных крестиков, иконок из складов братства.

Внебогослужебные собеседования и чтения, проводимые в приходских библиотеках, носили просветительский характер. Они стали своеобразной формой проведения свободного времени для населения. Наибольшее значение они имели в сельской местности, удаленной от центра губернии. Под контролем совета Авраамиевского братства собеседования приняли организованный, системный, познавательный характер. Несмотря на приоритет религиозной составляющей, собеседования, тем не менее, в большинстве своем несли элементы просвещения. В городах собеседования проводили лица с высшим светским или богословским образованием, что привлекало на них интеллигенцию.

В1882 году святым праведным Иоанном Кронштадтским был построен "Дом Трудолюбия", получивший известность как просвети- тельно-благотворительное учреждение, которое давало каждому возможность получать помощь не как подаяние, а как награду за известный труд. Целью этого дома призрения было стимулирование трудовой деятельности, что не достигалось, как правило, част-

192

ной милостыней. В таком "Доме Трудолюбия" протоиерей Иоанн Кронштадтский разместил благотворительные учреждения, в которых неимущие не только работали, но и учились, лечились, могли отдыхать, получать пособия, ночлежный приют и т.д. Здесь была предпринята попытка заменить милостыню коллективным трудом самих нуждающихся, самообеспечением, заменить чувство жалости на сострадание, что явилось важным шагом на пути институционализации социального служения Русской Православной Церкви.

При таких городских больницах обычно строились церкви, а благотворительные общества, как раз и создавались при больничных храмах. Так, в Обуховской больнице благотворительное общество существовало при церкви Божией Матери "Всех скорбящих Радость".

С середины XIX века развивается новая для России форма благотворительности – сестринское милосердие. Еще в 1844 году в СанктПетербурге была создана первая в Европе Свято-Троицкая женская община, готовившая сестер милосердия для попечения о раненых".

Традицию братств можно рассматривать как особую и характерную форму православной диаконической деятельности, появившуюся в основном в славянских церквах. Основанные первоначально как добровольные союзы духовенства и мирян для противодействия латинскому прозелитизму и защиты православия в XVI веке, эти братства сочетали широкое многообразие благотворительной и миссионерской деятельности в целях противостояния действиям католических церквей в западных областях Российской империи.

В XIX веке возродился интерес к движениям мирян, и по всей России был создан ряд благотворительных братств и особенно сестричеств. Быстро росли православные благотворительные организации, увеличивался размах их деятельности. Так, к концу века благотворительностью занимался почти каждый приход в столице

– Санкт-Петербурге. Одна из благотворительных организаций – Общество Александра Невского насчитывала к 1905 году более 75.000 членов и имела школы, проводила публичные лекции и содержала диаконические организации. Эта работа была направлена прежде всего на предоставление медицинской помощи и охрану здоровья, но серьезным направлением было и создание благотворительных столовых, сиротских домов, а также преодоление большой проблемы – пьянства. Некоторые приходы даже создали свои

193

собственные общества взаимопомощи на случай болезни своих членов.

Основанное великой княгиней Елизаветой Федоровной МарфоМариинское сестричество понималось как возрожденная форма служения нерукоположенных диаконисс, существовавших в Древней Церкви. По словам самой великой княгини Елизаветы, "главная обязанность сестер – ходить к бедным". Строя свою деятельность вокруг главного храма и ежедневной литургической жизни общины, обитель содержала больницу и лазарет для бедных и безработных. Отсюда же сестры уходили посещать больных в ближайших кварталах. Аптека общественная столовая сиротский дом Библиотека, воскресная школа и регулярные лекции для народа.

Пример сестринского милосердия в Крымской войне побудил к созданию Российского общества попечения о раненых и больных воинах в мае 1867 года, которое через 12 лет преобразовали в Российское Общество Красного Креста. Подвиг сестер милосердия Никольской и Крестовоздвиженской общин вызвал волну объединения в подобные общины христианок-доброхоток во многих губерниях России. К началу первой мировой войны было зарегистрировано более ста подобных общин, а к середине 1917 года примерно 30000 сестер милосердия, 20000 из которых вышли из епархиальных общин.

Общины сестер милосердия стали своеобразным женскими монастырями в миру, где не требовалось пострига в монахини. Данного рода общины объединяли физически здоровых женщинхристианок от 21 до 40 лет, представлявших все сословия и звания, с одним духовным намерением – бескорыстное служение страждущим. Среди таких общин выделялась женская епархиальная община сестер милосердия в Покровском-Рубцове, учрежденная в 1869 году бывшей игуменьей Серпуховского Владыческого монастыря Митрофанией. Сестры общины регулярно ухаживали за больными в Старо-Екатерининской больнице, был открыт приют для сирот от 3 до 9 лет, где была учреждена шестилетняя школа, предусматривающая изучение образовательных дисциплин и Закона Божьего. Существование женской общины милосердия позволяет говорить о наличии определенного православного института милосердия, обладавшего специально подготовленными кадрами – сестрами милосердия, работающими "в миру" – с ранеными на поле боя, больными и инвалидами, сиротами, престарелыми и т.п. К 1 декаб-

194

ря 1907 года в России насчитывалось 907 мужских и женских монастырей, среди которых примерно четвертая часть были обители, занимавшиеся милосердной деятельностью.

Наличие таких благотворительных обителей, как "Дом Трудолюбия" и сестринских общин милосердия говорит о высоком уровне развития социальной деятельности Русской Православной Церкви

вконце XIX – начале XX веков.

Врамках благотворительных обществ при православных общинах открывались больницы и лечебницы для тяжелобольных, психически больных, инвалидов, где за ними ухаживали сестры и братья милосердия из числа мирян или послушников монастырей. В бесплатных столовых и чайных все нуждающиеся могли получить питание. Помимо этого существовали церковно-приходские школы и производственные мастерские, в которых дети из бедных семей бесплатно обучались грамоте и какому-нибудь ремеслу.

Вконце 80-х гг. XX века государство признало необходимость предоставления возможности гражданам инициативно участвовать

всоциальной взаимопомощи, видя в этом не только путь к частичному освобождению государственного бюджета от расходов на социальные нужды, но и одно из средств формирования гражданского общества. Были созданы несколько фондов, которые должны были охватывать своей деятельностью всю территорию государства: Фонд культуры, Детский фонд, Фонд милосердия и здоровья. В последующие годы появилось большое число более мелких благотворительных фондов и организаций.

Как следует из анализа представленных материалов, православные общины проявляли серьезную инициативу в вопросах развития просвещения, благотворительности, систематизации исторического наследия. Формы и методы социальной работы варьировались в зависимости от потребностей времени и обстоятельств. Существовавшие при храмах мирские общества взаимопомощи из прихожан разных сословий имели разные формы организации служения – церковные братства, сестричества, союзы, общества, попечительства, советы и т.п. Их деятельную заботу по удовлетворению социальных потребностей общества можно разделить на четыре группы: просветительская (катехизация, религиознонравственное воспитание, издательская деятельность, учреждение читален, сбор пожертвований в пользу бедных и голодающих), миссионерская (против расколов и сект), благотворительная (обу-

195

стройство богаделен, госпиталей, школ, приютов, сиротских домов, ночлежных домов, похоронных бюро, т.д.), церковноблагоустроительная (забота о благолепии, благоустройстве, реставрации старых и построении новых храмов). К началу 1893 года такого рода приходские общества взаимопомощи существовали во всех епархиях России.

Практика благотворительности в истории Руси-России была, по единогласному мнению исследователей, «не столько вспомогательным средством общественного благородства, сколько необходимым условием личного нравственного здоровья» (3, С. 107, 129): она больше нужна была самому нищелюбцу, «дающему», чем нуждающемуся, то есть нищему. Жертвенное служение нуждающемуся имеющимся даром было нормой христианской жизни русских православных людей (1, С. 65) и выполняла роль своеобразного критерия нравственного отношения к человеку, обществу, природе.

Таким образом, социальное призрение и благотворительность, поощряемые с церковных кафедр, постепенно становились национальными традициями России, основополагающими в народной педагогике и социальном воспитании. Крупные акции помощи нуждающимся, проводимые Синодом в масштабах всей империи, имели место, в основном, в период народных бедствий.

Начиная с 1864 г. в социальную деятельность включились цер- ковно-приходские попечительства. Один из пунктов «Положения о приходских попечительствах» предписывал им заботиться о бедных жителях внутри прихода. В рассматриваемый период церковноприходские попечительства достаточно успешно решали благотворительные задачи, приходя на помощь в трудную минуту, используя для этого значительную часть имевшихся в наличии средств. Приходские попечительства, зачастую сами испытывая финансовые затруднения, старались, как могли и чем могли, помогать тем, кто крайне нуждался в их помощи – больным, увечным, вдовам, сиротам, погорельцам. И в этом, по мнению автора, – ценность попечительств в реализации на практике идей христианского милосердия.

«Участие в борьбе за трезвость» выделен аспект социального служения православных общин, который и сегодня является крайне востребованным. Речь идет об Обществе трезвости как о действенном инструменте в борьбе с пьянством, этим тяжелым явлением, принявшим масштаб общероссийской катастрофы. Кре-

196

стьяне многих приходов Смоленщины, воодушевляемые проповедями священников, постанавливали не употреблять «хлебного вина». Нарушителей общественного приговора сходы постанавливали наказывать – подвергать телесному и платежному штрафам.

1861-1894 гг.

Появляется большое количество приходских обществ трезвости. При храмах открывались отделения Попечительства с бесплатными чайными, избами-читальнями, содержавшимися на средства духовного ведомства. Священники раскрывали народу цели, активно помогая прихожанам в борьбе с величайшим российским пороком

– пьянством. Этому способствовало то, что духовенство, благодаря своему авторитету и близости к народу, являлось живым проводником идей Попечительства как путем проповедей с церковных амвонов, так и во время внебогослужебных бесед.

Таким образом, наибольшее влияние русская православная община оказывала в той сфере общественной практики, которая была ей ближе всего по своему назначению – в области духовнонравственного воспитания, осуществляя своѐ социальное служение, выражавшееся в религиозном и нравственно-этическом воспитании русского народа, просветительской и миссионерской деятельности. Ценности Православия, вносимые приходской общиной в жизнь русского народа, такие, как державность, народность, благочестие и патриотизм выдержали многовековое испытание на прочность, стали частью национального менталитета русского народа и создали тот оригинальный сплав, который на Западе стали называть «загадкой русской души».

Примечания

1.Анисимов Августин (игумен) Благотворительность в российском обществе: история и современность//Государство и Церковь в России: История взаимодействия в сфере благотворительности: Мат-лы межрег.

Науч.-практич. конфер. – Иваново: Изд. «Иваново», 2002. – 200 с.

2.Богословский М. Земское самоуправление на русском Севере в XVII веке.

– М.: Синодальная тип-фия, 1903. – 192 с.

3.Ключевский, В. О. Тетрадь с афоризмами : Афоризмы и мысли об истории / В. О. Ключевский. – М. : ЭКСМО-Пресс, 2001. – 429 с.

4.Кузнецов, С.В. Православный приход в России в 19 в. Православная вера и традиции благочестия у русских в 18-20 веках // Православная вера и традиции благочестия у русских в XVIII-XX веках: Этногр. исслед. и ма-

197

териалы: Монография / Рос. акад. наук. Ин-т этнологии и антропологии им. Н.Н. Миклухо-Маклая. – М.: Наука, 2002. – С. 156-178.

5.Лизунов, И.К. Община-универсальная форма жизни // Электронный ресурс. – http://www.kongord.ru/Index/Screst/sk105-10.htm

6.Лурье С. Община, империя, православие в русской этнической картине мира XV-XVII веков // Отеч. зап. – М., 2001. – № 1. – С 105 – 115.

7.Платонов, О.А. Община, общественно-производственное объединение крестьян на началах самоуправления. К истории хозяйственного быта Московского государства: Заселение и сельское хозяйство южной окраины XVII века. Ч. 1 / Миклашевский И.Н. – М.: Тип. Д.И. Иноземцева,

1894. – 324 c.

8.Спасенкова, И.В. Православная традиция русского города в 1917 – 1930-е гг.: На материалах Вологды: дис.... канд. ист. наук. – Вологда, 1999. – 326 с.

9.Тихомиров, Л.А. Руководящие идеи русской жизни. / Отв. ред. О. Платонов. — М.: Институт русской цивилизации, 2008. — 640 с.

10.Юшков, С.В. История государства и права России (IX-XIX вв.) / С.В. Юшков. – Изд. доп. и перераб. – Ростов н/Д : Феникс, 2003. – 735 с.;

11.Юшков, С.В. Русская Правда: Происхождение, источники, еѐ значение

/С.В. Юшков; Под ред. О.И. Чистякова. – М.: Зерцало-М, 2002. – 378 с.

198

М.В. ДЕМЧИШИН

СТАНОВЛЕНИЕ ОСНОВНЫХ ФОРМ ВНЕШКОЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ В РОССИИ: ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ГОСУДАРСТВА И ОБЩЕСТВА

Изучение современной теории и практики социальнокультурной деятельности, впрочем, как и любой другой научной специальности невозможно без серьезного исследования процессов ее генезиса. Причем значительную сложность в контексте, к примеру, данной специальности составляет не столько изучение процессов образования, становления и развития тех или иных ее механизмов, сколько адекватная их интерпретация современным исследователем, то есть построение достоверной и непротиворечивой истории явлений социально-культурного воспитания в России (данную проблему истории социально-культурной деятельности Н.Н. Ярошенко обозначил как одну из ключевых на современном этапе) (7, С. 8-22).

В частности, это имеет отношение к внешкольному образованию, которое представляет собой уникальный синтез педагогической теории и практики, основанный на культурно-антропологических идеях свободного воспитания и культурного восхождения личности. Особенно представляет интерес не вся теория внешкольного образования в целом как один из этапов становления социальнокультурной деятельности, а конкретный исторический период конца XIX – первой трети XX столетия, период, который характеризуется как весьма продуктивный в деле внешкольного образования. Это первые публикации по внешкольному образованию В.П. Вахтерова, В.И. Чарнолуского, Н.К. Крупской, С.О. Серополко, С.Т. Шацкого, А.Я. Закса, В.А. Зеленко, Е.Н. Медынского; это период, когда был обобщен и систематизирован значительный опыт внешкольников, высказаны продуктивные идеи развития личности в условиях свободного времени; период, который характеризуется наиболее жесткой идеологической конкуренцией.

Обратившись к периодизации теории социально-культурной деятельности Н. Н. Ярошенко: первый период (конец XIX – первая

199

треть XX века) – парадигма частной инициативы; второй период (1930-е годы – середина 1980-х годов) – парадигма педагогического воздействия; третий период (с 1990-х годов) – парадигма социальной активности личности в социально-культурной сфере (6, С. 115). Сопоставим рассматриваемый период со временем, когда сформировалась педагогическая парадигма «частной инициативы», которая в дальнейшем была вытеснена парадигмой педагогического воздействия. Учитывая проблемность адекватной оценки современными исследователями ряда аспектов генезиса социальнокультурной деятельности – теории внешкольного образования – сформулируем цель данной статьи: на примере появления и становления первых учреждений внешкольного образования – воскресных школ, публичных народных чтений, библиотек – дать объ-

ективную сравнительную характеристику деятельности народных масс и правительства в период, характерный для этапа педагогической парадигмы «частной инициативы» (конец XIX – начало XX вв.).

Для детального рассмотрения проблемы будет использована достаточно обширная источниковедческая база, состоящая из публикаций названных выше авторов по теме внешкольного образования периода с конца XIX до начала XX веков, изданных в материалах педагогических съездов, справочно-энциклопедических изданиях, трудах отечественных педагогов.

Потребность в организации и введении целой сети внешкольных учреждений в нашей стране в конце XIX в. назрела колоссальная. Это объясняется, прежде всего, безграмотностью значительной части населения России. В 110 уездах Московской губернии грамотных мужчин было 16,2% и 2,6% женщин, то есть около 9,4% взрослого населения были грамотны. В других частях России дела обстояли еще хуже: процент грамотных, к примеру, в Ставропольском крае составлял 12,9%, Рязанском уезде – 9,9%, Самарском уезде – 6,8%, Воронежском уезде – 6,7%, Тамбовской и Курской губерниях – около 3,7%. Заметим, что основной костях «грамотных» составляла часть населения, которая просто умела читать и писать. Таким образом, вывод один: Россия буквально «задыхалась» от безграмотности, невежества и бескультурья.

Во-вторых, передовые страны Европы и Америки (Англия, США) отождествляли важное социальное значение школьного образования и образования взрослого населения, где одним из путей достижения этой задачи (задачи образования взрослого населения) слу-

200