Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Язык, личность, деятельность. Взгляд молодых исследователей. Материалы второй Всероссийской очно-заочной студенческой научно-практической конференции.
.pdf
111
Концепты, относящиеся к цвету, составляют глубинный пласт
когнитивного пространства. Категория цвета универсальна для всех народов
в плане восприятия. Однако ассоциативная связь того или иного цвета с
каким-либо предметом и явлением для каждого народа своя. Одной из сфер,
в которых более полно раскрывается ассоциативная связь цвета с предметом
или явлением, является фразеология. В пространстве фразеологии цвет
приобретает специфические черты народа и его мировосприятия. В составе
фразеологизма цвет зачастую теряет связь с понятием «окраска предмета» и
выступает в переносном значении. Изучение фразеологизмов с компонентом
«цвет» дает богатейший материал в понимании ментальности и мировидения
разных народов и культур.
В трех языковых системах, а следовательно, и в трех культурах
(русской, французской и английской) наиболее широко представлены во
фразеологии черный, белый и красный цвета. Однако семантические
признаки, которые приобретает прилагательное-цветообозначение в составе
фразеологизма, не всегда совпадают в трех языках. Так, например, в русской
и английской культурах черный цвет ассоциируется с трауром. Но если в
русской фразеологии прилагательное «черный» в большинстве примеров
имеет признак «мрачный, безрадостный, унылый» (видеть все в черном
свете, черные мысли, черная скука, черная доля, черная полоса, черные
страницы истории и т. д. [1]), то в английской фразеологии этот же цвет,
прежде всего, символ грязи, нечистоты (black as coal, black as ink, as ebony, as
soot и т. д. [2]), что наблюдается и во французском языке. Целый ряд
фразеологизмов передает значение «черный (о темном или грязном
предмете)» (noir comme la cheminée, comme du cirage, comme du jais, comme
une taupe и т. д. [3]).
Прилагательные, обозначающие белый цвет, во фразеологии
французского и английского языков в большинстве примеров наделены
признаком «бледность». White и blanc могут переводиться как «бледный» и
входят с этим значением в ряд фразеологизмов (white as a ghost, white as a sheet,
as ashes, as death – в английском [4]; blanc comme la neige, comme un cygne,
comme du lait, comme un cachet d’aspirine – во французском языке [5]). Несмотря
на то, что русскому прилагательному белый также свойственен признак
«бледность», количество фразеологизмов, иллюстрирующих данный признак,
невелико. Однако русская фразеология обнаруживает примеры употребления
прилагательного «белый» с признаком, не свойственным прилагательным
сравниваемых языков. Так, исторические процессы начала ХХ века обусловили
появление в русском языке таких понятий, как белая армия, белая гвардия,
белый террор. То же можно сказать и про прилагательное-цветообозначение
красный. Революция 1917 года отразилась в языке с помощью выражений
«Красная армия», «Красная гвардия», «красные» и т. д. В английской и
французской фразеологии большее количество примеров передают
эмоциональное состояние человека, иллюстрируя признак «красный» (о цвете
лица) (red as a cherry, as a beet, as fire, red with embarrassment, to have a red face [6];
112
rouge comme une écrevisse, comme un homard, comme une betterave, avoir la crête
rouge, verser des larmes rouges, se fâcher tout rouge [7]).
Рассмотренные цвета относят к так называемым основным цветам, так
как они наиболее часто встречаются в природе и в повседневной жизни.
Среди других цветов практически не представлены во фразеологии
оранжевый и фиолетовый цвета. Само появление оранжевого цвета, так же
как и фиолетового, серого, розового по теории Берлина-Кея, выдвинутой
американскими учеными, называют высшей стадией развития системы
цветообозначений [8]. В русском языке и оранжевый, и фиолетовый
являются заимствованиями. Слово «оранжевый» появилось и обрело статус
основного цветонаименования в XVIII веке. Причина этому факту –
относительная редкость самого цвета в природе. В практическом плане к
оранжевому цвету прибегают нечасто. Например, вплоть до недавнего
времени этот цвет был самым редким в одежде. В результате в русском
языке наблюдается небольшое количество устоявшихся выражений с
компонентом «оранжевый». Так, в связи с политическими процессами на
Украине появилось выражение «оранжевая революция». Оранжевая
революция – кампания протестов, организованных сторонниками Виктора
Ющенко, основного кандидата от оппозиции на президентских выборах в
ноябре-декабре 2004 года, и противниками его основного конкурента
Виктора Януковича. Символом, под которым объединились украинские
революционеры, стал оранжевый цвет, так как сторонники Ющенко дарили
друг другу и противникам апельсины. Цвет апельсина вошел в состав
выражения. Во французской фразеологии оранжевый цвет не представлен
вовсе.
Небольшим количеством примеров представлен в трех языках
фиолетовый цвет. В английской фразеологии ярко выражен семантический
признак «королевский, имперский» (to be born in purple – родиться в
королевской семье, marry into the purple – вступить в брак с отпрыском из
королевской семьи и т. д. [9]).
В русском молодежном жаргоне словом «фиолетово» заменяют слова
«безразлично, все равно» [10]. Природа выражения кроется в самом цвете:
фиолетовый – это смесь красного и синего. Красный – это тепло, синий –
холод. Следовательно, «фиолетово» – это не тепло и не холодно, т. е.
безразлично. Подобного употребления прилагательных-цветообозначений в
сравниваемых языках не встречается.
Исследование подобных цветовых расхождений дает более полное
представление о когнитивной картине мира определенного народа и о его
цветовых впечатлениях, выраженных в языке.
Примечания
1. Большой толковый словарь русского языка / сост. и гл. ред.
С. А. Кузнецов. СПб. : «Норинт», 2000. 1536 с.
2. Кунин А. В. Англо-русский фразеологический словарь / лит. ред.
М. Д. Литвинова. 4-е изд., перераб. и доп. М. : Рус. яз., 1984. С. 86.
113
3. Назарян А. Г. Устойчивые сравнения французского языка :
Справочное пособие. М. : Изд-во РУДН, 1998. С. 157.
4. Кунин А. В. Англо-русский фразеологический словарь / лит. ред.
М. Д. Литвинова. 4-е изд., перераб. и доп. М. : Рус. яз., 1984. С. 819.
5. Назарян А. Г. Устойчивые сравнения французского языка :
Справочное пособие. М. : Изд-во РУДН, 1998. С. 197.
6. Кунин А. В. Англо-русский фразеологический словарь / лит. ред.
М. Д. Литвинова. 4-е изд., перераб. и доп. М. : Рус. яз., 1984. С. 624.
7. Назарян А. Г. Устойчивые сравнения французского языка :
Справочное пособие. М. : Изд-во РУДН, 1998. С. 115.
8. Василевич А. П. Этимология цветонаименований как зеркало
национально-культурного сознания // Наименования цвета в
индоевропейских языках: Системный и исторический анализ / отв. ред. А. П.
Василевич. М. : КомКнига, 2007. С. 9–29.
9. Кунин А. В. Англо-русский фразеологический словарь / лит. ред.
М. Д. Литвинова. 4-е изд., перераб. и доп. М. : Рус. яз., 1984. С. 609.
10. Толковый словарь русского языка: Ок. 7000 словарных статей:
Свыше 35000 значений: Более 70000 иллюстрат. примеров / под ред.
Д. В. Дмитриева. М. : ООО «Изд-во Астрель»: ООО «Издательство АСТ»,
2003. 1582 с.
Н. В. Коробейникова
Научный руководитель – Г. Г. Буторина
Портрет как способ характеристики главного героя
Для создания образа главного героя в художественной литературе
используются различные способы и приемы. Наиболее важным является
описание – статичная композиционно-речевая форма. К ней традиционно
относят портрет и пейзаж – сообщение о внешних признаках действующего
лица и обстановке действия. Портрет выступает одним из основных средств
индивидуализации персонажа. Помимо внешних физических характеристик
персонажа в портрет включаются сведения о его прическе, одежде, манерах,
аксессуарах, т. е. о том, что отражает вкусы, пристрастия, привычки –
индивидуальность героя. Портрет определяет социальную принадлежность
персонажа и входит в темпоральный континуум текста, ибо в костюме
находит свое отражение и эпоха, и время года, и время суток [1]. Так, можно
отметить несомненную тенденцию к сокращению портретного описания, к
все большему использованию портретного вкрапления: вместо развернутой
и подробной характеристики внешности, столь свойственной прозе
прошлого века, используются портретные штрихи, часто в виде
характерологических деталей или авторского комментария к диалогу или
действию. Отражая результаты внутренних переживаний героя, развернутое
114
портретное описание или портретный штрих включаются в его
психологическую квалификацию, психологизируются. Специфика описания,
портрета тем более, связана с перечислением признаков. Поэтому в нем
преобладают существительные с квалифицирующими их прилагательными.
Портрет всегда номинативен и главное – всегда оценочен. В этом последнем
свойстве портрета и описания вообще проявляется его роль в системе
средств формирования концепта: описание эксплицитно, несет авторскую
оценочность и модальность, т. е. непосредственно указывает на
распределение авторских симпатий/антипатий. Так, портрет, помимо
функций индивидуализирующей, характерологической и функции
актуализации категории связности, включается и в актуализацию категорий
модальности и концептуальности.
Рассмотрим использование портрета как способа характеристики
образа главного героя на примере романа Оскара Уайльда «Портрет Дориана
Грея». Дориан Грей – главный герой произведения. Описание внешности
Дориана Грея – достаточно шаблонное описание классической красоты. В
начале романа лорд Генри любуется: “Yes, he was certainly wonderfully handsome, with his finely curved scarlet lips, his frank blue eyes, his crisp gold hair”.
Портретные детали постепенно нагнетаются до уровня идолопоклонства, до
обожания: “There was something in his face that made one trust him at once. All
the candour of youth was there, as well as all youth's passionate purity. One felt
that he had kept himself unspotted from the world. No wonder Basil Hallward
worshipped him”. Портрет придает индивидуальность внешнему облику
персонажа: “He could not help liking the tall, graceful young man who was stand-
ing by him. His romantic, olivecoloured face and worn expression interested him.
There was something in his low languid voice that was absolutely fascinating. His
cool, white, flowerlike hands, even, had a curious charm. They moved, as he
spoke, like music, and seemed to have a language of their own” [2].
Название романа подчеркивает особое значение портрета в сюжете, и
если оно призвано ориентировать читателя, то портрет заслуживает
пристального внимания, как бы ни оценивать достоинства этого
художественного изобретения. В преображениях портрета высказана суть
того, что совершается в романе. Портрет Дориана Грея обладает волшебным
свойством: пороки, которым тайно предаётся Дориан, искажают картину до
безобразия, в то время как лицо самого Дориана сохраняет красоту и
невинность молодости. “In the dim arrested light that struggled through the
cream-coloured silk blinds, the face appeared to him to be a little changed. The
expression looked different. One would have said that there was a touch of cruelty
in the mouth”. [3]. Все построение романа целиком «завязано» на
взаимоотношениях Дориана с его портретом. При этом портрет, органически
связанный с судьбой Дориана, имеет в романе и свое самостоятельное,
далеко не однозначное бытие, не являясь в паре Дориан/портрет лишь ее
пассивной составляющей. При оценке роли портрета в романе мнения
исследователей сводятся к тому, что портрет либо является зеркалом
дориановской души, либо представляет собой материализованную совесть
115
Дориана. Часто исследователи не разделяют в своих работах эти две
функции, хотя между ними, несомненно, есть различие: функция зеркала
души – это всего лишь функция, констатирующая изменения в душе
Дориана, тогда как функция совести включает в себя не только отражение
души, но и, главное, оценку происходящих в душе Дориана изменений, это
функция оценочно-экспрессивная.
Таким образом, в романе «Портрет Дориана Грея» портрет выступает
одним из основных средств индивидуализации и характеризации персонажа.
Картина, так или иначе, является для исследователей совестью Дориана, и ее
роль в романе получается однозначной. Это роль двойника, отражающего
душу Дориана, свидетеля преступлений, судьи поступков Дориана,
разоблачителя его истинной сущности. Мы можем сказать, что портрет
позволяет наиболее наглядно показать происходящие с Дорианом
изменения. Так, портретное описание, основанное на внутренних
переживаниях героя, психологизируется. Помимо этого портрет несет в себе
оценку, а также отражает авторские симпатии/антипатии.
Примечания
1. Кухаренко В. А. Интерпретация текста : учеб. пособие для студ. пед.
ин-тов по спец. «Иностранные языки» М. : Просвещение, 1978. 327 с.
2. Wilde O. The Picture of Dorian Grey. 2nd ed. M. : Foreign Languages
Publishing House, 1963. 288 p.
3. Там же.
А. В. Огнёв
Научный руководитель – Г. Г. Буторина
Функционирование зооморфизмов в английском и русском языках
Для того чтобы дать человеку оценочную характеристику, в
разговорной речи употребляются сравнения и метафоры, некоторые из
которых основаны на отождествлении человека и животного. Наделение
человека характерными чертами реального или вымышленного животного
придает высказыванию образности и называется зооморфизмом.
Зооморфизмы определяются как личностные характеристики,
образованные на базе прямых названий животных, то есть на базе зоонимов
[1].
Зооморфизмы могут описывать внешность, характер, стиль поведения,
профессиональную деятельность человека, его отношение к
противоположному полу, семье, детям: barracuda – «эгоистичный, нечестный
делец, хищник»; shark – «шулер, мошенник, вымогатель; таможенный
чиновник; карманник»; weasel – «проныра, скользкий тип, подхалим»; stalkinghorse – «подставное лицо, ширма».
Использование зооморфизмов характерно для профессионального
жаргона: bull – «спекулянт, играющий на повышение»; bear – «биржевой
маклер, играющий на понижение»; poodle – «прихвостень (о партии, человеке,
116
заискивающем перед власть держащими); человек, который хочет зависеть от
какой-либо властной структуры или принадлежать к ней»; canary – «певичка».
Нередко используются и зооморфные глаголы: to bear, to bull, to weasel
(быть настороженным, пронырливым).
Часто зооморфизмы выступают в виде прозвищ и кличек: the Lion
Heart – Ричард Львиное Сердце; the Swan of Avon – Шекспир; байбак
(степной сурок) – прозвище Карел или жителей Карелии в целом (намекает
на лень и глупость, присущие степному сурку).
С помощью зооморфизмов в русском и английском языках могут
описываться мужчины и женщины, а также их отношение друг к другу. Что
интересно, в каждом языке используются различные названия животных:
Мужчина: horse – жеребец, кобель – «активный самец»; wolf, jollydog –
мартовский кот – «бабник, волокита, сердцеед».
Женщина: tigress – кошка – «свирепая женщина».
В семантической структуре зооморфизмов выявляются троякие
системные отношения:
1. Иерархические. Иерархические отношения могут быть узуальными,
то есть устоявшимися в данном языке, и окказиональными, то есть
приданными данному слову в данном контексте. Узуальные отношения
подразделяются на центральные (наиболее употребительные) и
периферийные (малоупотребительные, например слово bull в значении
«неловкий» реализуется только во фразеологическом сравнении “like a bull
in a chinashop”, невозможно выражение “awkward as a bull”). В свою очередь
центральные отношения можно разделить на основные (символические) и
второстепенные.
2. Ассоциативные. Между представлением о животных и
представлением о типах человеческих личностей и моделей поведения
устанавливается ассоциативная связь. Например: cow – толстый, большой,
неповоротливый; hare – трусливый, быстрый; fox – хитрый, коварный; pig –
шаловливый, неряшливый, невоспитанный; mouse – тихий, трусливый; roe –
быстрый, с длинными ногами. Каждый зооморфизм может иметь широкую
вариативность. Некоторые из них могут символизировать диаметрально
противоположные понятия. Например, as sick as a dog – «расстроенный»; as
pleased as a dog with two tails – «очень довольный».
3. Ассоциативно-иерархические. В семантической структуре
некоторых зооморфизмов выделяется доминирующий зооним,
располагающийся на самом верху иерархической лестницы, все остальные
зоонимы располагаются на более низких ступенях. Пример: ass, sheep, hen –
доминирующие зооморфизмы в синонимической группе «глупость». Cock,
cow, goat, monkey – периферийные характеристики данного образного
содержания.
Иерархические отношения зооморфизмов английского языка указывают
на частоту употребления данных зооморфизмов в языке, на степень
117
интенсивности одного и того же значения в каком-либо синонимическом ряду
[2].
Зооморфизмы описывают сумму качеств, приписываемых тому или
иному животному, способствуют выражению чувств, реакций,
эмоциональной жизни человека в целом, воспроизводя национальные
особенности труда и быта той или иной национальности.
В английском и русском языках зооморфизмы могут как полностью
совпадать, так и разительно отличаться друг от друга. Совпадение можно
объяснить одинаковыми источниками просвещения народа (Библия, латынь),
а отличия – разным менталитетом и многообразием путей исторического
развития этих народов.
Примечания
1. Гутман Е. А. Национально-культурная специфика речевого
поведения. М., 1977.
2. Сычугова Л. А. Системные отношения в семантической структуре
зооморфизмов. Структурно-семантические, когнитивные, прагматические и
другие аспекты исследования единиц разных уровней. Бирск, 2002.
О. Д. Сурякова
Научный руководитель – Г. Г. Буторина
Фразеологизмы со значением темпоральности
Данная классификация базируется на выделении фразеосемантических
групп (ФСГ), объединенных интегральной (общей) семой «темпоральность»
и обладающих рядом частных (дифференциальных) признаков, в составе
фразео-семантического поля (ФСП) «темпоральность».
Термин «семантическое поле» был введен Г. Ибсеном в 1924 году и
начал активно использоваться в языкознании после опубликования
лингвистических работ Й. Трира, Г. Ибсена. ФСП – это относительноавтономная специфически организованная совокупность ФСГ со сложными
системно-семантическими отношениями между их членами. ФСП присуще
наличие семантических отношений (корреляций) между составляющими их
словами, системного характера этих отношений, взаимосвязи и
взаимозависимости фразеологизмов, непрерывности обозначения
смыслового пространства, взаимосвязи семантических полей в пределах всей
лексической системы (всего словаря).
ФСГ – совокупность фразеологизмов одного структурносемантического разряда, обладающих общим семантическим признаком и
рядом дифференциальных, которые дают полную характеристику смысловой
структуры фразеологизма [1]. Фразеологизмы в составе ФСГ выражают
синонимические (тождественные), антонимические (полярные) либо
полисемические (соподчинительные) отношения между значениями.
В ФСП темпоральности английского языка входят 290 фразеологизмов
118
в составе 12 ФСГ, выделенных посредством основополагающих критериев:
степень наличия признака, временная направленность, цикличность и
длительность протекания действия, локальность и линейность времени,
повторяемость действия и скорость его выполнения, связь с причинностью,
направленность действия, степень завершенности действия.
ФСГ поля темпоральности названы в соответствии с объединяющими
их интегральными признаками: 1) «объем возможного выполнения
действия», 2) «временная отдаленность совершения действия», 3) «стадии
выполнения действия», 4) «временная направленность», 5) «возможность
выполнения действия», 6) «момент выполнения действия», 7) «длительность
выполнения действия», 8) «рациональность выполнения действия», 9)
«повторяемость действия», 10) «скорость выполнения действия», 11)
«возраст», 12) «жизненный цикл».
В каждой ФСГ существуют собственные микросистемы,
выделяющиеся при помощи бинарных оппозиций (двойственных
противопоставлений): 1) «рано – поздно», 2) «давно – недавно», 3) «начало
действия – конец действия», 4) «прошлое – будущее», 5) «всегда – никогда»,
6) «сейчас потом», 7) «долго – недолго», 8) «своевременность –
несвоевременность», 9) «постоянно, часто – редко, иногда», 10) «быстро –
медленно», 11) «молодость – старость», 12) возраст.
Рассмотрим ФСГ «объем возможного выполнения действия» с
микросистемой «рано – поздно» в связи с наибольшей частотностью
употребления и большим количеством примеров фразеологизмов с данным
значением, их особой значимостью в английской культуре и национальнокультурной спецификой их употребления.
Поскольку английская культура является монохронной, т. е.
культурой, ориентированной на своевременное выполнение дел,
максимально возможный объем их совершения, понятие «рано»
ассоциируется с удачей, успехом, положительным результатом и заключает
в себе элемент позитивной оценочности. Сема «рано» в языковой картине
мира англичан соотносится с образом птиц: жаворонка, петуха, курицы, так
как они просыпаются с восходом солнца, т. е. раньше всех. Считается, что у
человека при раннем пробуждении появляется возможность выполнения
значительного объема действий и дел, что имеет весомое значение в
повседневной жизни, а также в сфере бизнеса и политики.
Rise at cock-crow – вставать с петухами, ранняя пташка (You sent me a
business letter so I rose at the cock-crow).
The early bird catches the worm – кто рано встаёт, тому Бог подаёт (“You
must have left before daylight,” she said. “I sure did. It’s the early bird that catches the worm” [2].
Фразеологизмы с семой «поздно» содержат в себе отрицательную
оценку, элемент несвоевременности выполнения действия.
Keep bad (late) hours – поздно вставать и поздно ложиться (“Lord Caversham: “Well, sir! What are you doing here? Wasting your life as usual! You
119
should be in bed, sir. You keep too late hours!” [3].
Sit till the cock-crow – сидеть до петухов, допоздна (John had a lot of
homework that’s why he had to sit till the cock-crow.)
ФСГ «объем возможностей выполнения действия» имеет
принципиальное значение для английской культуры. Предпочтение
носителями языка отдается понятию «рано» и соответственно
фразеологизмам, выражающим данное значение, в связи с его важностью и
положительной коннотацией, которые интуитивно понятны представителям
английский культуры. Наблюдаются антиномические отношения между
микросистемами в составе ФСГ и синонимические отношения между
фразеологизмами в составе этих микросистем. Таким образом,
семантическая классификация фразеологизмов со значением темпоральности
в современном английском языке раскрывается посредством определения
всей полноты семантического значения ФСГ с микросистемы в составе ФСП
темпоральности.
Примечания
1. Загоруйко М. А. Семантический аспект сочетаемости ФЕ в
английском языке. URL: http://www.nbuv.gov.ua/portal/soc_gum/knp/138/knp138_1
20-122.pdf.
2. Gardner E. S. The Case of the Angry Mourner. Ch. 8. 1960.
3. Wilde O. An Ideal Husband. Act I. 1999.
М. А. Колеватова
Научный руководитель – Г. Г. Буторина
Эпитет в сказках О. Уайльда
Большинство лингвистов выделяют следующие виды эпитета:
постоянный (тавтологический), пояснительный и метафорический.
Рассмотрим особенности функционирования и стилистической роли
разновидностей эпитета на примере сказок Оскара Уайльда.
1. Постоянный (или тавтологический) эпитет. Под постоянным
эпитетом (английский термин conversational или standing epithet) понимаются
устойчивые сочетания, сохранившие образность, несмотря на широкое
употребление в поэзии и фольклоре. “It’s winter answered the Swallow, “and
chill snow will soon be here (Happy Prince).
2. Пояснительный эпитет указывает на какую-нибудь важную черту
определяемого, но не обязательно присущую всему классу предметов, к
которым он принадлежит. “How selfish I have been said the Giant; “Now I
know why the spring would not come here.”
3. Особую группу эпитетов составляет метафорический эпитет.
Метафорические эпитеты следует отнести к разновидности имплицитных
метафор, так как их образный смысл представлен, как правило, в неявно
выраженном виде и выявляется в результате семантической актуализации
120
атрибутивной лексемы в микроконтексте определяемого слова. Исследователи
предлагают деление метафорических эпитетов на интенсиональный и
импликациональный:
интенсиональные метафорические эпитеты с субстантивной
основой: “It was push and jam for a minute, with grim beast silence to prove its
quality, and than it melted inward, like logs floating and disappeared”;
импликационные метафорические эпитеты с субстантивной
основой: “Why indeed” whispered a Daisy to his neighbor in a soft, low voice”;
импликациональные метафорические эпитеты с адъективной
(несубстантивной) основой: rude sea (Shakespeare), happy wave (Byron).
Метафорический эпитет может быть выражен существительным,
определяющим следующее за ним существительное с предлогом of: “For on
the loom of sorrow a d by the white hands of Pain, has this my robe been woven.”
Итак, метафорический эпитет является ярким средством создания
образности художественного текста, средством характеризации героев.
Эпитет рассматривается как средство передачи индивидуального,
субъективно-оценочного отношения к описываемому явлению.
Использование прилагательных в этой функции определяется их
содержательными и функциональными характеристиками, а именно,
предикативностью, присущим им стилистическим значениям и
актуализацией эмоционально-оценочных значений смыслов в контексте.
Эпитет является основным средством, с помощью которого создается
образность, экспрессивность, оценочность и на основании этого выявляется
индивидуально-оценочное отношение автора к предмету мысли. Этим также
определяется его высокая информативная значимость в художественном
произведении.
Е. М. Карташёва
Научный руководитель – Е. В. Кобелева
Стилистические особенности афроамериканского варианта
английского языка в художественной литературе
(на материале анализа языка персонажей
рассказа T. C. Bambara “The Lesson”)
На сегодняшний день афроамериканский вариант английского языка
(African-American Vernacular English (AAVE), в ненаучных кругах
известный также как Ebonics) – наиболее распространенный диалект,
встречающийся в произведениях американской литературы [1]. Лингвисты,
занимающиеся изучением особенностей афроамериканского английского
(Диллард, Стюарт, Вольфрам и другие), расходятся во мнениях о том,
какова история его развития и какое место он занимает в системе вариантов
и диалектов английского языка. По мнению Яковлевой, Швейцера и ряда
других диалектологов, афроамериканский английский является
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]