Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Язык, опыт, время в свете дискурсивных и коммуникативных практик. Монография
.pdf
БАЛТИЙСКИЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ им. ИММАНУИЛА КАНТА
ЯЗЫК, ОПЫТ, ВРЕМЯ
В СВЕТЕ ДИСКУРСИВНЫХ
И КОММУНИКАТИВНЫХ ПРАКТИК
Монография
Под редакцией М. Н. Конновой
Издательство
Балтийского федерального университета им. Иммануила Канта
2024

УДК 811.11 811.161 821
ББК 81.432.1 81.411.2 83.3 (4)
Я41
Рецензенты
Е. М. Позднякова, д-р филол. наук, профессор (Москва);
Е. А. Нильсен, д-р филол. наук, профессор (Санкт-Петербург)
Коллектив авторов
Н. Г. Бабенко, д-р филол. наук, проф; Л. М. Бондарева, д-р филол. наук,
проф.; А. О. Бударина, д-р пед. наук, проф.; Н. Г. Владимирова, д-р филол.
наук, проф.; В. Х. Гильманов, д-р филол. наук, проф.; М. Н. Коннова,
д-р филол. наук, доц.; И. Д. Копцев, д-р филол. наук, проф.; Л. А. Мальцев,
д-р филол. наук, проф.; Т. М. Шкапенко, д-р филол. наук, проф.
Я41
Язык, опыт, время в свете дискурсивных и ком-
муникативных практик : монография / под общ. ред.
М. Н. Конновой. Калининград : Издательство БФУ
им. И. Канта, 2024. — 211 с.
ISBN 978-5-9971-0917-2
Монография, подготовленная коллективом авторов, объединяет исследования языковой экспликации индивидуального и социального опыта на
материале различных видов дискурса — художественного, научного (в том
числе философского), публицистического, мемориального. Привлекается
широкий массив текстовых, корпусных и лексикографических данных, отражающих коммуникативные практики английского, немецкого и русского
языков в их современном состоянии и в формах, характерных для предшествующих исторических эпох.
Книга адресована филологам, культурологам, социологам, литературоведам, а также широкому кругу читателей, интересующихся проблемами
языка, опыта и времени.
УДК 811.11 811.161 821
ББК 81.432.1 81.411.2 83.3 (4)
ISBN 978-5-9971-0917-2 © БФУ им. И. Канта, 2024

Посвящается светлой памяти
Светланы Сергеевны Ваулиной (1945—1924)
3

СОДЕРЖАНИЕ
Предисловие (М. Н. Коннова) ........................................................... 5
Раздел I. Категоризация опыта в немецком и русском
языках: когниция и коммуникация .............................................. 13
1. Лингвистическая интерпретация познания прошлого опыта
(Л. М. Бондарева) ................................................................................ 13
2. «Формула Гамана»: к проблеме двух онтологий как
коммуникативных событий (В. Х. Гильманов) ................................. 54
3. Аргументативная роль монолога и диалога в художественном
дискурсе романа Т. Манна «Будденброки» (И. Д. Копцев,
Л. А. Мальцев, Н. Г. Владимирова) .................................................... 73
4. Рефлексивы в современном литературном дискурсе: опыты
анализа и интерпретации (Н. Г. Бабенко) ......................................... 101
Раздел II. Кросс-культурное измерение языковой
категоризации опыта (на примере английского и русского
языков) ................................................................................................ 124
1. Comfort как имя концепта культуры: ценности и антиценности
(А. О. Бударина, М. Н. Коннова) ........................................................ 124
2. Практики англогибридизации ономастического пространства
российских городов (Т. М. Шкапенко) .............................................. 168
3. Ценностное измерение бытия в стихотворении А. С. Пушкина
«Монастырь на Казбеке»: оригинал и перевод на английский
(М. Н. Коннова) ................................................................................... 188
Заключение (М. Н. Коннова) ............................................................ 208
4

ПРЕДИСЛОВИЕ
Язык как средство общения и способ выражения мысли
неотделим от опыта. Именуя, характеризуя и оценивая мир,
язык ословливает не столько «объективный» мир во всей его
полноте, сколько бытие, прочувствованное и осознанное человеком, — его опыт. Опыт отличает исключительное многообразие: «Сознательный опыт варьируется от ярких визуальных
ощущений цветов до чувства едва уловимых привычных ароматов; от резких болей до ускользающих мыслей, которые мы вотвот должны припомнить; от повседневных звуков и запахов до
потрясающей музыки… от специфичности вкуса мятной конфеты до всеобщности опыта самости. Всем этим вещам присущи особые переживаемые в опыте качества. Все они играют
видную роль во внутренней ментальной жизни»1.
Вариативность опыта, обусловленная бесконечной многогранностью бытия, находит свое отражение в естественном
языке и человеческой речи, формируя их неповторимый, но узнаваемый облик. Общность опыта, объединяющая носителей
определенного языка в определенный период его развития, обеспечивает единство коммуникативных и дискурсивных практик
эпохи. Изменение опыта влечет за собой трансформации языка
на различных его уровнях, постепенные или стремительные,
явные или малозаметные. Язык, способный отразить опыт и в
простоте его повседневных бытовых проявлений, и на невыразимых глубинах жизни души и мысли, является основным средством передачи опыта в процессе общения.
В процессе категоризации, вовлекающем в работу также память, внимание и умозаключения, перцептивно воспринятый
мир приобретает упорядоченный, систематизированный харак-
1
Чалмерс Д. Сознающий ум: В поисках фундаментальной теории.
М. : УРСС, 2015. С. 20.
5

Предисловие
тер. Процесс категоризации осуществляется непрерывно: человек постоянно направляет в мир средства его категориальной
идентификации — своеобразные «зонды» разной длины и конфигурации. «В качестве зондов могут рассматриваться и простейшие перцептивные схемы, и языковые значения, и научные
теории, а также идеология, государственные законы, моральные принципы…»
1
Язык и ословливаемый им человеческий опыт существуют
во времени. Во временных координатах воспринимается все
сущее, все доступное человеческому уму и истолкованию; все,
воспринимаемое сознанием и представляемое им, имеет некие
темпоральные характеристики. Понимание временных различий является основным условием смыслового единства опыта.
Время, представляющее собой непрерывный поток дифференцируемых элементов опыта и череду мельчайших изменений,
входит в язык по-разному: как сложная мыслительная сущность, закрепляемая в семантике языковых единиц и категорий,
и как внешняя сила, вызывающая трансформации в опыте и отражающем его языке.
Настоящая коллективная монография, объединившая исследования различных аспектов языкового преломления изменяющегося опыта индивида и социума, состоит из двух разделов.
Первый раздел, «Категоризация опыта в немецком и рус-
ском языках: когниция и коммуникация», объединяет исследования, освещающие с опорой на данные немецкого и русского
языков вопросы вербального отражения многообразного опыта
постижения действительности в ее онтологическом, аксиологическом и коммуникативном измерениях.
В центре главы «Лингвистическая интерпретация по-
знания прошлого опыта» (автор — д-р филол. наук, проф.
Л. М. Бондарева) находится проблема словесной экспликации
сложной ментальной сущности — опыта прошлого. Рассматривается языковая специфика ретроспективного дискурса, который
1
Журавлев И. В. Теория эмерджентной эволюции и эволюционная
эпистемология Карла Поппера // Поппер К. Р. Знание и психофизическая проблема: В защиту взаимодействия. М. : Изд-во ЛКИ, 2008.
С. 234—235.
6

Предисловие
представляет собой результат фиксации в текстах лимитированного жанрового репертуара ментально-когнитивной ретроспективной деятельности речевого субъекта, осуществляющего
интенционально обусловленную реконструкцию собственного
или чужого прошлого опыта. Констатируется факт реализации
данного типа дискурса в двух разновидностях — в качестве
индивидуально обусловленного и коллективно обусловленного подтипов, что регламентируется функционированием механизмов личностной или коллективной памяти соответственно.
Описываются субстанциальные признаки ретроспективного
дискурса, к которым относятся его конституирующие, дифференцирующие и идентифицирующие параметры. Непосредственным материалом исследования послужили мемуарно-автобиографические тексты немецких писателей XIX—XX вв.,
циркулирующие в пространстве индивидуально обусловленного подтипа ретроспективного дискурса и формирующиеся в
процессе активизации автобиографической памяти их авторов.
Специальное внимание уделяется такому идентифицирующему признаку дискурса, как вербализация концепта «память»,
обладающего полевой структурой. Осуществляется последовательная интерпретация экспликаторов ядерной зоны, ближней
и дальней периферий, а также интерпретационной зоны номинативного поля подразумеваемого концепта.
Глава «“Формула Гамана”: к проблеме двух онтологий
как коммуникативных событий» (автор — д-р филол. наук,
проф. В. Х. Гильманов) сосредоточена вокруг вопросов соотношения языка и бытия, языка и познания, языка и опыта. Исследуется философия языка наиболее сложного из немецких деятелей эпохи Просвещения — Иоанна Георга Гамана (1730—1788),
осуществившего «коперниканский переворот» в науке о языке
и предвосхитившего целый ряд проблем, актуализированных в
герменевтике П. Рикёра, Х.-Г. Гадамера, Ж. Дерриды.
В главе «Аргументативная роль монолога и диалога в ху-
дожественном дискурсе романа Т. Манна “Будденброки”»
(авторы — д-р филол. наук, проф. И. Д. Копцев, д-р филол.
наук, проф. Л. А. Мальцев, д-р филол. наук, проф. Н. Г. Владимирова) рассматриваются особенности экспликации коммуникативного опыта в литературном произведении. На примере
7

Предисловие
романа Т. Манна «Будденброки» авторы демонстрируют, что в
художественном тексте аргументативная форма диалогической
речи по своей функции, структуре и языковым средствам выражения существенно отличается от логической аргументации
в ее обыденном смысле. Причина несовпадения заключается
в жанровой специфике литературно-художественного произведения, призванного оказывать прежде всего эстетическое
воздействие на читателя или слушателя. Авторы прослеживают, как различные по возрасту, по своему социальному или
родственному положению персонажи в романе используют
аргументацию как средство отстаивания своих взглядов, интересов или как средство воздействия на других действующих
лиц. Опираясь на основные постулаты когнитивного подхода к
аргументации в художественном тексте, авторы описывают ситуации, когда предметом (объектом) аргументативной оценки
говорящего и «ты»-адресата выступают третьи лица, по отношению к которым оба участника убеждающего диалога, адресант и адресат, строят свои оценочные модели. Наряду с моделями субъекта убеждения и адресата убеждения присутствуют
модели «он»-адресата, поставляемые соответственно обеими
сторонами убеждающего диалога, и две модели порождения
набора аргументов для обеих моделей «он»-адресата. Отмечается, что процесс моделирования «он»-адресата и «ты»-адресата происходит на событийном (эмпирическом) уровне — на
уровне поступков и речи действующих в литературном произведении лиц.
В главе «Рефлексивы в современном литературном дис-
курсе: опыты анализа и интерпретации» (автор — д-р фи-
лол. наук, проф. Н. Г. Бабенко) рассматриваются особенности
преломления в художественном тексте сложного опыта внутренней и внешней рефлексии. На материале частных художественных практик современного литературного дискурса
представлено описание лингворефлексологии как области
филологического дискурса, а именно — рассматриваются
рефлексивы как метаязыковые комментарии и в то же время
как актуализированные компоненты художественного текста.
К анализу привлечены прозаические произведения П. Басинского, Ю. Буйды, А. Варламова, Е. Водолазкина, Н. Кононова,
8

Предисловие
Д. Рубиной, М. Степановой, М. Степновой, Т. Толстой, Е. Чижовой. Участие рефлексивов в процессе апперцепции литературного произведения способствует сокращению коммуникативной дистанции между реальным автором и реальным
читателем, формированию коммуникативной, лингвистической, культурной компетенций читателя. В главе представлены
опыты лингвистического анализа и интерпретации рефлексивов: рассматриваются облигаторные и факультативные компоненты структуры рефлексива; гарнитура объектов языковой
рефлексии (буква, звук, слово, словосочетание, предложение,
субтекст); аксиологическая переориентация объекта языковой
рефлексии в контексте рефлективного фрагмента текста; рефлексив как лингвопоэтический прием; рефлексивы как доминанта регулятивности; а также лингводидактический потенциал метаязыковых высказываний.
Второй раздел, «Кросс-культурное измерение языковой
категоризации опыта (на примере английского и русского
языков)», объединяет исследования, которые освещают вопро-
сы лингвистического освоения опыта инокультурной традиции
в процессе взаимодействия носителей различных языков.
В главе «Comfort как имя концепта культуры: ценности
и антиценности» (авторы — д-р пед. наук, проф. А. О. Будари-
на, д-р филол. наук, доц. М. Н. Коннова) на примере английской
лексемы comfort и заимствованного существительного комфорт анализируются изменения в восприятии аксиологических
оснований бытия носителями английского и русского языков.
Процесс формирования семантического поля существительного comfort, ставшего именем фундаментальной ценности запад-
ноевропейского мира, прослеживается в контексте ментальной
истории англо-американской цивилизации. Демонстрируется,
что общая динамика концептуального содержания слова состоит в последовательной деаксиологизации понятий, выражаемых
его лексико-семантическими вариантами: от первоначальной
соотнесенности с миром идеальных ценностей, через актуализацию собирательного образа ценностей вещного мира, к отождествлению с элементарными психофизиологическими ценностями витального уровня. Демонстрируется, что при вхождении
в русский язык английское заимствование comfort / комфорт
9

Предисловие
номинировало инокультурное явление. В XIX в. этика «аскетического самоограничения и самопожертвования» (Й. Херльт,
К. Цендер), составлявшая доминирующую ценностно-поведенческую модель общества в России, препятствовала принятию
«ценностей», обобщенно именуемых комфортом. Однако в
рамках начавшейся на рубеже 1980—1990-х гг. трансформации смысложизненных установок российского социума слово
комфорт и актуализируемый им образ жизненного успеха в
«цивилизованном обществе» стали превращаться в инструмент
манипулятивного воздействия на сознание носителей русского
языка.
В главе «Практики англогибридизации ономастического
пространства российских городов» (автор — д-р филол. наук,
проф. Т. М. Шкапенко) описываются особенности воздействия
английского языка на разноструктурные языки мира, отражающие противоречивый опыт глобальной экспансии англоамериканской культуры. Детально характеризуются процессы
гибридизации лингвистических феноменов различного уровня.
Структурно-системный уровень скрещивания языков описывается в диахронической перспективе на материале пиджинов,
или креольских языков. Обращается внимание на различия в
терминологии, используемой в контактной лингвистике для характеристики процессов системной языковой конвергенции в
эволюционной перспективе. Если описание результатов миксирования языков в эпоху колониальных захватов осуществляется
в терминах победителей и побежденных (субстрат, суперстрат
и адстрат), то для периода глобализации свойственно рассмотрение изоморфных процессов в терминах гибридных образований. Воздействие английского языка на принимающие языки
мира приводит к возникновению этнотерриториальных разновидностей глобального английского. Обосновывается, что,
в отличие от Hinglish или Singlish, не существует социальноисторических оснований для причисления русифицированного
английского к группе языковых гибридов. Практики англогибридизации современного русского языка сводятся к лексическим заимствованиям различного типа и спорадическим вкраплениям элементов английского языка в речь представителей
отдельных социовозрастных групп.
10
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
