Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Экономический рост и развитие. Учебное пособие

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
08.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
ные, из развивающихся стран в высокодоходные развитые страны. В резуль­тате формируются крупнейшие агломерации с численностью в десятки мил­лионов человек, внешне похожие друг на друга, с представительствами крупнейших мировых компаний и брендов, необходимой социальной и де­ловой инфраструктурой.
Даже если какая-либо страна не участвует в этой необъявленной гонке
роста благополучия, ее экономика все равно будет развиваться, пусть медлен­нее, пусть не во всех секторах равномерно. Так происходит с автаркиями – обособленными странами – Северной Кореей, Кубой, которые в меньшей степени сотрудничают с окружающим миром, полагаясь на внутренние источники роста. Полностью обособиться от остального мира нельзя в силу относительно свободного движения информации через гра ницы.
Есть нечто общее, что заставляет расти экономику мира в целом. По-ви­димому, нечто влияет на рост совершенно разных экономик – больших и малых, открытых и относительно замкнутых. Управляется ли страна демокра­тическим путем или авторитарным, свободный ли там рынок или ограничен государственным вмешательством. Новые технологии, наука и инновации бы­стрее или медленнее проникают в любую страну, именно они заставляют мировую экономику расти. Технологии увеличивают производительность труда и высвобождают трудовые ресурсы, предоставляя каждому человеку больше времени для отдыха и досуга. В результате у людей появляется боль­ше времени для творчества, в том числе для изобретательства и инноваций. Основная масса новых знаний общедоступна, обмен информацией между странами не ограничен, поэтому новые технологии, доказав свою экономи­ческую целесообразность, рано или поздно проникают во все регионы мира. Именно они обеспечивают рост мировой экономики как единого целого.
Доказательство и объяснение влияния науки и инноваций на экономиче­ский рост приведены в теории эндогенного роста, основоположниками ко­торой считаются Я. Тимберген, Р. Лукас, П. Ромер. Они использовали про­изводственные функции для установления связи приращения национально­го дохода с увеличением производственных ресурсов, а также ввели в модель роста переменную совокупной факторной производительности, которая отождествляется с внедрением новых технологий.
Современная наука нуждается в материальной базе – дорогостоящем оборудовании. Для ее развития также необходима связь с реальным произ­водством, длительная подготовка специалистов, наличие научных школ, связывающих поколения исследователей. Вся эта сложная система (часто ее называют экосистемой ввиду схожести с совокупностью уникальных природ­ных условий) может существовать лишь при наличии социальной стабильно сти и мощной финансовой подпитки. Современная же экономика функцио­нирует в условиях неопределенности, турбулентности, когда периоды роста чередуются с кризисами. Поэтому есть еще одно важное условие, необходимый фактор для долгосрочного роста – стимулирование.
В отличие от ранее перечисленных детерминант экономического развития, которые по большей части относятся к естественным, стимулирование носит
-
1.1. Детерминанты экономического развития
11
и с к у с ст ве н ны й характер и осуществляется государствами. Оно необхо­димо в кризисные периоды, чтобы сглаживать их последствия. Зачастую, деньги в рамках проектов стимулирования выделяются не только инноваци­онному сектору, а всем без исключения секторам.
Ученые и изобретатели не могут плодотворно работать в неблагополучной социальной среде, поэтому платить нужно и полиции, охраняющей правопоря­док, и врачам, и безработным, нужно поддерживать транспортную инфра струк­туру, сферу развлечений и досуга. Любой из перечисленных элементов явля ется важным звеном в экосистеме современной инновационной экономики.
Контроль за денежным предложением является функцией центральных банков, которые реализуют антициклическую денежную политику путем сдер­живания роста в благоприятные периоды и его стимулирования в неблаго­приятные. Денежное стимулирование осуществляется набором специальных инструментов, например, регулированием процентной ставки по вкладам и кредитам, денежной эмиссией.
Роль факторов стимулирования роста нельзя переоценить, и чем выше уровень благосостояния страны, тем большие объемы денежного предложения способен обеспечить ее центральный банк для предотвращения кризиса – для США, например, эта сумма составила около 3 трлн дол. в 2020 г. при годовом ВВП около 20 трлн дол. Экономики со слабой денежной системой фактиче­ски лишены данного инструмента стимулирования роста. Эмиссия или сни­жение процентных ставок в развивающихся экономиках обычно сразу при­водят к девальвации национальной валюты, т.е. не дают должного эффекта в увеличении ВВП, не работают.
Итак, важнейшими детерминантами экономического развития естествен­ной природы являются потребности людей, конкуренция между фирмами и странами, дифференциация в благосостоянии, инновации. Искусственным инструментом, инициируемым государствами, является стимулирование экономического роста. Компании конкурируют друг с другом в наиболее полном удовлетворении растущих потребностей людей. Конкуренция также заставляет расти отдельные страны, инновации способствуют росту мировой экономики, а стимулирование включается в периоды кризисов.
Но почему происходят кризисы, если все так хорошо и создана целая система
стимулирования экономического роста?
Видимо, в мировой экономике на самом деле не настолько все хорошо, чтобы она постоянно росла естественным путем. Ведь кризисы происхо­дят все чаще, их воздействие все более разрушительно. Еще недавно с Великой депрессией 1929 г. сравнивали мировой финансовый кризис 2008 г., но теперь появился новый «коронакризис», который уже назвали равным или худшим по последствиям Великой депрессии. Кризисы стали тем неизбежным злом, которое сопутствуют росту и процветанию совре­менной инновационной глобальной экономики. Именно они стали глав-
1
12
ной проблемой, обратной стороной роста, сконцентрировав в себе все
Объем мировой торговли, млрд дол.
Потребительские товары Промежуточные товары Инвестиционные товары
противоречия и диспропорции роста. Их сложно предвидеть, сложно оценить последствия, сложно предотвратить. И исследование экономи­ческого роста без исследования кризисов было бы неполным.
1.2. Глобализация и ее будущее
Тот факт, что наш мир глобален, стал аксиомой. Глобализация как объек-
тивный процесс всемирной экономической, политической, культурной ин­теграции и унификации привела к изменению структуры мирового хозяйства. Она вывела международную торговлю на новый качественный уровень: раньше страны торговали между собой готовыми товарами, теперь же сфор­мирована система международного разделения труда, в которой каждая из них специализируется на производстве определенных промежуточных про­дуктов: сырья, материалов, компонентов, сопутствующих услуг. Признаком углубления международной специализации стал опережающий рост объемов мировой торговли промежуточными товарами в сравнении с потребительски­ми и инвестиционными (рис. 1.1).
656
4
3
2
1
в ценах на начало периода
0 1962–11967 1972 1977 1982 1987
год
Рис. 1.1. Динамика объемов мировой торговли в 1962–2008 гг. в постоянных ценах
на начало периода, млрд дол. [1]
1992 1997 2002
В итоге большинство товаров теперь производится глобально: каждая страна производит отдельные части готовых продуктов конечного потребле­ния, которые затем поставляются на мировой рынок.
Глобальной экономике свойственно свободное движение производствен­ных ресурсов между странами – капитала и труда. Движение капитала про­исходит в форме инвестиций со стороны финансовых и нефинансовых орга­низаций одних стран в сектора экономики других стран. Экономический
13
1.2. Глобализация и ее будущее
успех Китая, Вьетнама, Турции, государств Центральной Европы обусловлен притоком инвестиций из США и Европы – не только денег, но и технологий, а также возможностей для сбыта продукции в цепи поставок международных корпораций. Движение трудовых ресурсов происходит как посредством тру­довой миграции из развивающихся экономик в развитые, так и через расши­рение дистанционной работы в системе аутсорсинга (что характерно для сферы услуг).
Если рассматривать глобализацию не как процесс, а как свершившийся факт, закономерен вопрос: что будет дальше? В каком направлении должна глобализация углубляться, если мир и без того глобален? Следует ли ожидать остановки процесса глобализации, ее сворачивания?
Совсем недавно подобные вопросы о будущем глобализации относились к разряду философско-теоретических. Но когда в разгар пандемии СOVID-19 большинство стран закрыли свои границы, в цепях поставок нарушилось движение товаров и услуг, начались сбои в поставках критически важного импорта и сократились экспортные доходы, исследователи и обыватели за­думались о будущем глобализации как важном факторе собственного благо­получия.
В качестве ответа на поставленные вопросы приведем три возможных с ц е н ар и я развития мировой экономики как продолжение глобализации, отражающих современные направления экономических, социологических и философских исследований:
1) постглобализм;
2) цифровая глобализация;
3) мондиализм.
Современный постглобализм представляет множество противоречивых течений и направлений, общая суть которых сводится к ожиданию заверше­ния процесса глобализации. Объединяет постглобалистов общая идейная неприязнь либерализма и принципов открытого общества. Этот термин мож но определить как суверенизацию национальных экономик на принципах многополярного мира с целью формирования в регионе относительно зам­кнутых интеграционных структур, которые будут стремиться к самообеспе ченности по важнейшим видам товаров и услуг.
С одной стороны, постглобальный миропорядок может принять мягкую форму «глокализации» (симбиоза глобального и локального), при которой международная кооперация сохранится на фоне усиления региональных от­личий не только в экономической, но также в культурной, политической, социальной сферах. Крайняя форма постглобализма – автаркия, при которой страна находится на полном самообеспечении, практически не осуществляет экспортных и импортных операций, обмена инвестициями; отсутствует внеш­няя миграция.
1
-
-
14
Постглобализм как научная концепция опирается на работы известных историков, политологов и социологов, которых объединяет общее идейное непринятие глобализации. К ним можно отнести немецкого публициста О. Шпенглера, издавшего в 1918 г. все еще популярную книгу «Закат Европы», британского историка А. Тойнби, представлявшего исторический процесс как циклическую смену цивилизаций, а также американского политолога С. Хан­тангтона, автора концепции «столкновения цивилизаций» (1996) [2].
В определенной степени постглобализм базируется на критике слабых сторон глобальной экономики, которые, в частности, четко прослеживаются в популярной концепции мир-системный подход. Ее автором считается фран­цузский историк Ф. Бродель, а наиболее последовательно версию данной концепции изложил американский социолог И. Валлерстайн [3]. Он рассма­тривает мировую экономику как иерархию, состоящую из трех ч ас т е й: центра (ядра), периферии и полупериферии.
1. К ядру отнесены США, страны Западной Европы, Япония, Канада,
Австралия.
2. К периферии относятся развивающиеся страны с душевым доходом
ниже среднего.
Ядро мировой экономики создает и распределяет инновационные про­дукты, а периферия поставляет на мировой рынок сырье и дешевые трудовые ресурсы.
По мнению Валлерстайна, центр не может существовать без пери­ферии, обеспечивающей его дешевыми ресурсами. Иерархичность придает мир-системе высокую устойчивость – у каждой страны мало шансов перейти в более высокий эшелон. Однако опыт Южной Кореи и Китая показывает, что ничего невозможного нет.
Среди русскоязычных авторов приверженцами идеи постглобализма мож-
но назвать А. Дугина, М. Хазина, в определенной степени С. Глазьева. Данная идея сейчас неплохо сочетается с намерениями России укреплять Евразийский экономический союз, что позволило бы ей изменить статус поставщика сырья для мировой экономики на ядро регионального экономического блока.
Оригинальные, не похожие на общепринятые прогнозы относительно
недалекого будущего делает украинский аналитик В. Стус. По его мнению, мир ожидает не упорядоченное разделение на отдельные крупные экономи­ческие сегменты, автономные экономические регионы, а длительная «смута», под которой он понимает всеобщую дезинтеграцию и упрощение деловых связей и бизнес-процессов на фоне ослабления национальных правительств, затяжной политический и экономический кризис с периодическим скатыва­нием к вооруженным конфликтам. Параллельно Стус прогнозирует замедле­ние инновационной деятельности, упрощение технологий, возврат к архаич­ным формам ведения бизнеса [4]. Такой сценарий постглобального мира как «смута» или «новое средневековье» видится наименее желательным, но его нельзя исключать из рассмотрения при формировании перечня глобальных рисков и угроз.
15
1.2. Глобализация и ее будущее
После длительного экономического и демографического бума глобаль­ное замедление и рецессия могут показаться самым неблагоприятным из возможных сценариев, однако будущее не предопределено, поэтому свои­ми действиями люди могут легко разрушить все ранее достигнутое.
При всех недостатках глобализации, которые подчеркиваются ее крити-
ками, не следует забывать, что население большинства стран мира ростом своего благополучия обязано именно ей. Глобализация позволила снизить производственные издержки и увеличить сбыт товаров и услуг благодаря углублению международной специализации, а также позволила создать новые рынки в Азии, превосходящие по своей емкости западные, спрос на которых обеспечивает в том числе сбыт западных товаров и услуг. Очевидно, что об­ратные процессы сворачивания увеличат издержки и сузят рынки, а это приведет к снижению уровня благосостояния во всем мире. Данное утверж­дение верно при условии, что рост мировой экономики продолжится.
А если нет, если нас ожидает кризис?
Именно гипотеза о предстоящем кризисе служит главным аргументом
постглобалистов в стремлении к суверенизации национальных экономик. Чем меньше экономическая система, чем выше уровень ее управляемости, тем надежнее она сработает в нестандартных условиях кризиса и неопреде­ленности. С другой стороны, экономическая система не может быть слишком малой, иначе это уже не система, если она не обеспечивает себя необходи мыми ресурсами и продуктами: энергией, сырьем, трудовыми ресурсами, инновациями и капиталом. Данный факт объясняет стремление постглоба листов к региональной экономической интеграции. Когда мировая экономи­ка дает сбой, экспорт и импорт непредсказуемо падают, для выживания следует надеяться только на собственные силы.
Идеи постглобалистов не оказались бы столь популярны, если бы не нашли
определенную поддержку со стороны высокотехнологичного сектора. Теоре­тически новые технологии позволяют сохранить или даже увеличить уровень доходов и обеспеченности благами при параллельном уменьшении интенсив­ности международной торговли. Поэтому следующий сценарий развития глобализации в большей степени технологический, нежели социально-поли­тический.
-
-
Цифровая глобализация
Суть данного сценария поясняется фразой «производство локальное,
разработка – глобальная». В недалеком будущем новые технологии позволят каждой стране или региону самостоятельно производить необходимые блага, включая продукты питания, энергию, без снижения эффективности. Глобаль­ным же станет процесс разработки новых технологий, а также любая другая креативная деятельность.
1
16
Как утверждает С. Толкачев, глобализация производства, подаваемая как закономерный этап углубления международного разделения труда путем пе­реноса отдельных и все более мелких технологических операций на предпри­ятия в разных странах мира, начала терять свою эффективность в рамках устаревающей технологической структуры. Теперь в США появляются при­знаки возврата к организации промышленного производства полного цикла на собственной территории с целью обеспечения промышленного суверени­тета страны.
Особое значение для промышленной суверенизации США имеет новая индустриальная революция на основе технологий шестого уклада, обеспечи­вающих переход в эпоху интеллектуального производства, которое интегри­рует информационные технологии, роботостроение, использование сенсоров, 3D-печать, нанотехнологии и новые материалы [5]. К основным драйверам новой индустриализации в США относят:
дешевую энергию, получаемую в результате разработки сланцевых ме-
сторождений нефти и газа;
дешевеющую рабочую силу;
возрождение американского инновационного потенциала (так называе-
мый brainfacturing – «производство посредством человеческого интеллекта»).
В системе массового производства уже давно назрели технологические и организационные изменения, постепенно трансформирующие облик совре­менной промышленности. Уже сейчас в мире популярен «пост-фордисткий» подход к организации производства, отвергающей в традиционном понимании массовый выпуск однотипной продукции в пользу создания гибких произ­водственных систем, ориентированных на выпуск разнообразных изделий по заказу клиентов. Данный подход реализуется в рамках концепции распреде- ленного производства (англ. distributed manufacturing), согласно которой рас- пределенные в пространстве производственные системы, локализованные на базе юридически и финансово независимых компаний, могут сообща реали­зовать полный цикл производства продукции – от научной разработки до продажи – благодаря применению информационных систем, объединяющих процессы проектирования, производства и распределения товаров в режиме реального времени.
В основе нового интеллектуального производства также лежат принципы «пост-фордизма», в соответствии с которыми производство товаров будет вестись по индивидуальным заказам. Однако сами промышленные техноло­гии коренным образом изменятся: вместо узкоспециализированных заво­дов-гигантов, расположенных в разных частях мира и объединенных в гло­бальные цепи поставок, появится множество микрофабрик, использующих новые материалы и очень сложное универсальное оборудование, способное выполнять практически неограниченное количество функций.
Данные технологии получили название аддитивного производства, под которым понимается процесс изготовления трехмерных объектов любой формы с помощью цифровой модели. Аддитивное производство, примером которого служит 3D-печать, позволяет создавать из различных веществ –
1.2. Глобализация и ее будущее
17
пластика, древесной массы, металла – такие разнообразные вещи, как обувь, детали двигателей самолетов и даже человеческие органы.
Английские ученые уже провели эксперимент, в котором 3D-принтер воспроизвел сам себя, что открывает огромные возможности для распро­странения и тиражирования новой технологии.
По мнению основателя Всемирного экономического форума К. Шваба, в
результате внедрения аддитивных технологий в США и других развитых стра­нах, глобальные цепочки поставок исчезнут или трансформируются, что коренным образом изменит будущий облик мировой экономики [6].
Трансформации сложившейся системы международного разделения труда
способствуют также новые энергетические технологии. В результате широ­кого распространения нетрадиционных и возобновляемых источников энер­гии, включая ветро- и гелиоустановки, использования биотоплива, снижает­ся доля минерального топлива в энергопотреблении продвинутых экономик, т.е. увеличивается их самообеспеченность энергоресурсами, диверсифициру­ются их используемые виды, лишая монопольной власти экспортеров мине­рального топлива. Совершенствование способов распределения, накоп ления и хранения электроэнергии будет способствовать развитию электротранспор­та и инфраструктуры для его обслуживания, независимой от поставщиков минерального топлива. Другая тенденция в автомобилестроении связана с созданием машин без водителя, в стоимости которых основную долю будут занимать не традиционные материалы (металлы, пластик), а интеллектуаль­ные компоненты и программное обеспечение.
В той же степени, в какой развитые страны стремятся возродить собствен-
ную обрабатывающую промышленность, быстрорастущие азиатские эконо­мики стараются повысить автономность собственных экономических систем, дополняя воспроизводственные процессы недостающими звеньями. Для Китая, например, таким звеном являются собственные научные разработки.
Всего в Китае в 2013 г. было опубликовано почти 630 тыс. патентов – это на 200 тыс. больше, чем в США [7].
Признаком цифровой глобализации стали криптовалюты, которые в от-
личие от обычных (фиатных) денег, эмитируемых государством, не имеют принадлежности к определенному государству-эмитенту, пользование ими анонимно, а движение через границы остановить невозможно.
Заметным трендом 2020 г. стала виртуализация всевозможных видов дея-
тельности: музеи устраивают виртуальные экскурсии посетителям; образова­ние пользуется онлайн-платформами; развивается телемедицина. Причина тому – внешняя, вирус и локдаун, но данный факт подтверждает высокую вероятность реализации сценария цифровой глобализации.
Мондиализм (в экономике иногда интерпретируется как ультралибера-
1
лизм) – это движение, выражающее солидарность популяций на Земле, на-
18
целенное на установление надгосударственных законов и федеративной структуры на всей планете при сохранении разнообразия культур и личностей. Его сторонники выступают за образование новой общечеловеческой полити ческой организации, переместив части национальных суверенитетов в гло­бальные представительные органы законодательной, исполнительной и су­дебной власти (мировое правительство). Мондиализм, таким образом, пред­ставляет собой социально-политическое движение, в то время как глоба лизация является атрибутом современной экономики.
Движение зародилось в 1950-х гг. Его известные сторонники – банкир
Д. Рокфеллер, финансист Д. Сорос, социолог К. Поппер.
Идеи мондиализма трансформировались в нескольких направлениях, одно из которых – современная концепция устойчивого развития, при котором природные ресурсы, инвестиции, научно-технический прогресс и институ­циональные изменения должны быть согласованы друг с другом и укреплять нынешний и будущий потенциал для удовлетворения человеческих потреб­ностей и устремлений. Выделяют три составляющие устойчивого развития:
1) экономическое (оптимальное использование экономических ресурсов);
2) социальное (человек как главная ценность);
3) экологическое (сохранение целостности биологических систем).
Предпосылкой для разработки и популяризации теории устойчивого раз­вития стала книга «Пределы роста», изданная по заказу Римского клуба в 1972 г. Фактически она подтверждает гипотезу Т. Мальтуса об ограниченности природных ресурсов в условиях роста населения планеты и его потребностей, а также предсказывает на основе моделей их дефицит и деградацию среды жизнедеятельности человека (при сохранении заданного темпа экономиче­ского роста).
Не менее важный вклад в развитие идей мондиализма на ряду с концеп­цией устойчивого развития внесла философия открытого общества, основные положения которой сформулированы в книге К. Поппера «Открытое общество и его враги» [8].
Открытое общество полностью демократично. Его члены критически настроены по отношению к табу, принимают решения, опираясь на собствен ный интеллект и критическое мышление, а также исходя из договоренностей, достигнутых в процессе обсуждения.
Закрытое общество, как антипод открытого, основано на системе запре­тов – табу, которые по своей сути близки с природой. В закрытом обществе индивид всегда знает, что правильно, а что неправильно, и у него нет труд­ностей с выбором правильного поведения. Закрытые общества характеризу­ются жестким разделением на классы и касты.
По мнению Поппера, общественный прогресс движется в направлении от закрытого общества к открытому, далее происходит эволюционирование последнего в «абстрактное общество», в котором люди практически никогда не встречаются лицом к лицу. В таком обществе все дела совершаются инди­видуумами в полной изоляции, которые связываются друг с другом дистан­ционно.
-
-
1.2. Глобализация и ее будущее
19
Книга Карла Поппера была опубликована в 1945 г., поэтому весьма впе­чатляет, как некоторые из авторских характеристик «абстрактного общества» просматриваются прямо сейчас.
В результате перехода к новому, более рациональному общественному устройству, Д. Гэлбрейт прогнозировал скорую деидеологизацию обществен­ной жизни. Ожидается применение научно-рационалистического подхода к решению конкретных общественных проблем, замена политиков научными экспертами, прекращение и смягчение противостояния различных социаль­ных групп. Современные исторические события показывают, что такие вы­воды оказались более чем преждевременными.
Наша жизнь во многом будет зависеть от того, по какому сценарию далее будет развиваться мир – углубления экономической и политической интеграции, остановки интеграции при суверенизации национальных экономик либо интеграции с помощью цифровых платформ при замыка­нии физического производства в национальных границах. Исторический выбор одного из указанных сценариев представляется не столь отдаленным, что вносит неопределенность в принятие различных долгосрочных ре­шений.
1.3. Пост-, неоиндустриализация и сервисификация
Будущее мировой экономики часто ассоциируется с постиндустриальным
обществом, где преобладает инновационный сектор с высокопроизводитель-
ной промышленностью, индустрией знаний. Главной движущей силой такой экономики становятся научные разработки, наиболее ценными качествами являются уровень образования, профессионализм, обучаемость и творческий подход работника, что в совокупности формирует человеческий капитал как главный интенсивный фактор развития постиндустриального общества.
Методологической предпосылкой будущей концепции постиндустриаль-
ного общества послужила трехсекторальная модель общественного производ­ства (добывающий, обрабатывающий и сектор услуг), представленная в 1940-х гг. в работах К. Кларка и Ж. Фурастье. Непосредственным основателем концепции постиндустриального общества считается американский социолог Д. Белл, который в 1960-х гг. впервые предложил и описал данное по нятие [9].
Откликом на приобретшую широкую популярность концепцию постин-
дустриализма стали концепции информационного общества, общества знаний, постисторического общества, сходство которых состоит в прогнозировании изменений будущего общественного устройства западных стран, происходя­щих под воздействием научно-технического прогресса. В книге футуролога Э. Тоффлера «Третья волна» используется термин «цивилизация Третьей волны», по основным признакам схожий с постиндустриальным обществом.
М. Кастельс предложил теорию информационного общества, в рамках
которой акцентируется внимание на сетевом характере взаимодействий. Кон-
1
20
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]