Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Экономический рост и развитие. Учебное пособие
.pdf
непротиворечивую систему показателей, описывающую глобальную эконо-
Великобритания
С. Аравия
мику. Межрегиональные таблицы формируются по принципу межотраслевого баланса, в отличие от национальных таблиц «затраты – выпуск» в них
отображаются межотраслевые связи не только внутри экономики, но и между отраслями экономик зарубежных стран. Значения показателя доли добавленной стоимости услуг в экспорте по выборке стран приведены на рис. 6.6.
Вьетнам
Ю. Корея
Беларусь
Китай
Чехия
Германия
Россия
Польша
Казахстан
Индия
Латвия
США
Рис. 6.6. Добавленная стоимость экспортируемых отечественных услуг, % от валового
экспорта (Беларусь – в 2018 г., другие страны – в 2016 г.) [112]
Судя по приведенным данным, доля добавленной стоимости услуг в экспорте не является признаком уровня экономического развития страны – высокие значения показателя характерны для стран как с высоким (США,
Вели кобритания), так и низким (Индия) уровнем дохода, при этом экспортируемые ими услуги совершенно разные. США экспортируют как высокотехнологичные услуги (компьютерные, бизнес-услуги), так и менее технологичные (туристические). Значительная доля услуг экспортируется косвенно,
через экспорт товаров. Индия создает добавленную стоимость через прямой
экспорт услуг (компьютерных, деловых), видеопродукции. В России и Казахстане наибольший вклад в формирование экспортных доходов обеспечивает
сырьевой сектор, а услуги (транспортные, торговые, финансовые) экспортируются косвенно через включение их стоимости в себестоимость энергоресурсов, металлов и другого сырья.
Для большинства стран – членов ОЭСР доля добавленной стоимости
услуг в экспорте не изменяется на протяжении более 10 лет, в странах с развивающейся экономикой этот показатель постепенно растет. Причиной
его роста можно назвать увеличение структурной сложности экономик,
181
6.2. Специализация экономик в системе международного разделения труда
применение новых форм организации бизнеса, прямое или косвенное повышение доли инновационного сектора в экспорте.
Как можно заметить, доля добавленной стоимости услуг в валовом экспорте Беларуси соответствует уровню Чехии, Китая, Южной Кореи – тех
стран, которые являются сейчас общепризнанными промышленными лидерами. Учитывая сравнительно низкое значение данного показателя для Беларуси, можно заключить, что рассуждения о деиндустриализации нашей
экономики не подкреплены фактами. Промышленность остается сектором,
формирующим основную долю экспортных доходов страны.
Анализ мировых тенденций торговли добавленной стоимостью за более
ранний период, с 1990 по 2010 г., в первом приближении позволяет выявить
основные направления в изменении отраслевой специализации экономик
мира в результате распространения ГЦС, в числе которых:
деиндустриализация ведущих экономик мира (США, Японии), протека-
ющая параллельно с индустриализацией азиатских экономик (Китая, Индии),
о чем свидетельствует перемещение машиностроения в азиатские страны;
опережающий рост добавленной стоимости, создаваемой в сфере услуг,
в сравнении с первичным и вторичным секторами;
углубление международной специализации России и Бразилии на добы-
че сырья;
специализация стран так называемого ядра мировой системы (США, Ве-
ликобритания) на производстве наукоемких услуг, например промышленных
технологий, программного обеспечения, видеопродукции, финансовых и деловых услуг, доходы от экспорта которых могут быть получены в форме роялти либо прибыли от инвестированного капитала;
специализация приближенных к «ядру» стран (Япония, Германия,
Южная Корея) на выпуске наукоемких компонентов сложной технической
продукции, которые постепенно передают сборку конечной продукции на
аутсорсинг ближе к рынкам сбыта;
Китай как финальный сборщик;
специализация России и Бразилии на поставках сырья и продуктах его
переработки на мировой рынок, что характерно для периферийных экономик
в мировой системе.
Полученные данные также позволяют определить место и роль крупнейших экономик в системе международного разделения труда, их международную специализацию (рис. 6.7).
В рассмотренном периоде США, несмотря на превосходство по объемам
экспорта услуг, в том числе «знаний», не смогли в полной мере реализовать
это превосходство в финансовой форме, например в положительном торговом
сальдо. Наоборот, те страны, которые принято относить к «полупериферии»,
показали хорошие финансовые результаты. При этом определенные успехи
России, как показала практика, оказались временным явлением – когда нефть
подешевела, то она наряду с прочими экспортерами сырья начала испытывать
финансовые трудности.
6
182
Услу
ги, новые
Э К С П О Р Т
И М П О Р Т
технологии
США
Высокотехнологичные
промежуточные
продукты
Япония
Конечные
продукты
Китай
Сырье
Россия
Великобритания
Сырье, конечные
продукты
Рис. 6.7. Место крупнейших экономик в системе международного разделения труда [70]
Германия
Южная Корея
Услуги,
конечные продукты,
сырье
продукты, услуги
Бразилия
Конечные
Наибольшую устойчивость все же показали лидеры промышленного развития – Германия и Южая Корея, имеющие торговый профицит и демонстрирующие наибольшие темпы роста добавленной стоимости на душу населения, произведенной в наукоемкой обрабатывающей промышленности.
Наряду с долгосрочным трендом роста доли услуг в общемировой торговле в период с 1990 по 2010 г. наблюдалось углубление промышленной интеграции экономик. Одной из причин наблюдаемой тенденции стал рост цен на
сырье, тесно связанный с общим промышленным ростом в исследуемом
периоде. Сырьевые цены росли под воздействием повышения спроса со стороны быстрорастущих экономик, в результате темпы роста сырьевых цен
стали опережать темпы роста добавленной стоимости в обрабатывающей
промышленности.
Несмотря на присутствие общей для всех экономик тенденций увеличения
доли услуг в ВВП и в международной торговле, а также углубления промышленной интеграции, в изменениях укрупненной структуры чистого экспорта
исследуемой выборки экономик наблюдаются разнонаправленные тенденции.
Соединенные Штаты Америки, Япония и Индия снижают долю товаров
в чистом экспорте и наращивают экспорт услуг. Наибольшую долю в приросте чистого экспорта услуг США занимают услуги, которые можно назвать
знаниями – бизнес-услуги, продажи прав интеллектуальной собственности,
видеопродукция, финансовые услуги.
Германия и Южная Корея увеличивают экспорт как товаров, так и услуг.
Китай, Россия и Бразилия увеличивают экспорт товаров и сокращают долю
услуг в чистом экспорте. В Индии прирост чистого экспорта услуг незначителен по сравнению с приростом чистого импорта товаров. В США эти показатели сопоставимы, но все же прирост чистого экспорта услуг примерно
в 2 раза уступает приросту чистого импорта товаров.
6.2. Специализация экономик в системе международного разделения труда
183
В дальнейшем сократить отрицательное торговое сальдо США помогло
не увеличение экспорта услуг, а рост самообеспеченности топливно-энергетическими ресурсами, увеличение добычи нефти и газа из сланцевых месторождений.
Несмотря на вполне определенное «распределение ролей», сложившаяся
система международного разделения труда не могла долгое время оставаться
в неизменном виде в силу изначально заложенных в ней противоречий:
она оптимальна лишь при отсутствии торговых барьеров, но после ми-
рового кризиса национальные экономики все чаще начали прибегать к скрытому и явному протекционизму для поддержки собственных производителей;
ГЦС в погоне за прибылью подстегивали государства к стимулированию
экономического роста, в результате выросли долги как национальных правительств, так и прочих секторов экономик;
нарастала волатильность на финансовых и товарных рынках, достигшая
максимума в начальных звеньях производственных цепочек, что привело в
резким изменениям сырьевых цен. В результате поставщики сырья осознали
острую необходимость импортозамещения;
каждая из экономик, близких к периферии, по мере своих экономиче-
ских достижений стремится к «вершине пирамиды», замещая импортные услуги и наукоемкие товары собственными, а также экспортируя продукты с
большей долей добавленной стоимости: Китай постепенно увеличивал степень локализации производства, Индия расширяла экспорт услуг;
логическим продолжением доминирования и усиления ГЦС, закрепле-
нию «ролей» экономик в сложившейся системе могло бы стать ослабление
национальных государств с передачей части регуляторных функций рынку и
международным институтам, но этого пока не произошло.
В итоге скрытое противоречие между интересами ГЦС и национальных
государств переросло в явное, и сегодня мировая экономика стоит перед
выбором: либо ГЦС усилят свои позиции на фоне дальнейшего расширения
международной кооперации и усиления международных регуляторов, либо,
наоборот, следует ждать роста протекционизма с усилением роли национальных государств.
Все больше фактов в последнее время указывает на вероятность
второго сценария, но экономические предпосылки к ослаблению ГЦС,
снижению их прибылей возникли еще несколько лет назад.
Некоторые эксперты предсказывали, что снижение мировых цен на нефть
и прочее сырье в конце 2014 г. благоприятно скажется на глобальном экономическом развитии, поскольку производство товаров станет дешевле. В таком
утверждении есть логика, но факты свидетельствуют об обратном: объемы
мировой торговли в денежном измерении снижаются, экономический рост
остается неустойчивым.
До снижения цен на сырье его экспортеры зарабатывали сверхвысокие
доходы и, не имея конкурентоспособной обрабатывающей промышленности,
6
тратили доходы на приобретение товаров, производимых ГЦС. Теперь спрос
184
на товары упал. Китайский экспорт в 2015 г. сократился на 14%. Это был
первый удар по ГЦС, пока что слабо ощутимый в развитых странах, но за
тронувший в наибольшей степени экспортеров сырья и связанные с ними
экономики (включая белорусскую).
Логическим следствием сокращения доходов экспортеров сырья стало
стимулирование программ импортозамещения – в России уже наблюдается
рост экспорта несырьевых товаров.
Примечательно, что США добились сокращения отрицательного внешнеторгового сальдо также в результате импортозамещения, в данном случае –
разработки сланцевых месторождений. Теперь американцы намереваются
решить еще одну масштабную задачу – провести реиндустриализацию, восстановить собственную обрабатывающую промышленность. Учитывая, что
Китай является всего лишь финальным сборщиком в производственных
цепочках, такое немерение следует воспринимать как удар не только по китайским производителям, но также по мировому рынку аутсорсинга и ГЦС
в целом.
Нельзя не отметить еще одно важное обстоятельство, влияние которого
все более нарушает устойчивость сложившейся системы международного
разделения труда, «ядром» которой являются постиндустриальные экономики, полупериферией – индустриальные, а периферией – сырьевые. Она
развивается за счет роста долгов. Кредитование населения стимулирует потребление товаров и услуг, кредитование предприятий стимулирует производство. Проблемные кредиты берет на себя государство, оно же финансирует
торговые и бюджетные дефициты.
-
В результате рост долгов «всех перед всеми» многократно опережает
рост мирового ВВП.
Кроме «обычных» долгов есть еще специфические деривативные продукты, сумма которых в настоящее время составляет более 700 трлн дол., что
многократно превышает мировой ВВП.
В ближайшем будущем США, вполне возможно, постараются вернуть себе
звание промышленного лидера в рамках выбранной стратегии промышленного ренессанса. Но пока самыми высокими темпами в этой стране росли
такие традиционные секторы, как производство автомобилей, автомобильных
запчастей, чугуна и стали, токарных изделий.
Исследования косвенно подтверждают тезис И. Валлерстайна. Применение мир-системного подхода приводит нас к тому, что чужие достижения (достижения успешных стран) повторить так же невозможно, как
и прожить чужую жизнь. Поскольку капиталистическая система иерархична, возможности новичков занять в ней высокое место заведомо ограничены. Более того, успех одних чреват серьезными проблемами для
других [3].
185
6.2. Специализация экономик в системе международного разделения труда
6.3. Глобальные цепочки стоимости в условиях
регионализации мировой экономики
Довольно часто в научных публикациях процессы глобализации и регионализации рассматриваются как противоположные друг другу явления, при
этом замыкание экономики и социума в своем географическом регионе считается способом сохранения собственной культурной идентичности, поддержания конкурентоспособности и обеспечения национальной безопасности в
эпоху глобализма. Если глобализация влечет за собой смену технологий,
финансовую нестабильность и культурную унификацию на основе общих
ценностей, то в качестве «лекарства» от нежелательных изменений предлагается изоляционизм в рамках традиционного социокультурного и технологического укладов с региональной экономической автономией. Альтернативу
сложившейся мирохозяйственной модели многие исследователи видят в
формировании самодостаточных региональных экономических систем [113].
Глобализации противопоставляются не только экономически самодостаточные регионы, но и национальные государства: поскольку сторонники
глобализма стремятся ослабить национальные государства и выстроить систему наднациональных рыночных регуляторов, постольку усиление роли
государства и национальных регуляторов рассматривается как защитные меры
со стороны национальных экономик [114]. Широко известна также иная
точка зрения. Сегодня глобализация и регионализация становятся взаимно
обусловливающими друг друга процессами. Более того, регионализацию все
чаще рассматривают как часть глобальных процессов [115].
Комплексные вопросы соотношения глобальных, региональных и национальных составляющих в мировой экономической интеграции должны
рассматриваться в привязке к различным аспектам экономического взаимодействия, включая производственное, финансовое, социокультурное. При
изучении географической направленности и интенсивности взаимодействия
экономик мира в нефинансовом секторе, осуществляющем производство
товаров и услуг, нужно рассматривать сам процесс глобализации в более узком
смысле, в данном случае как международную производственную кооперацию,
которая осуществляется в рамках глобальных цепочек стоимости. Это позволит избежать рассмотрения сложных геополитических проблем, сконцентрировавшись в большей степени на изучении бизнес-стратегий фирм, а также
использовать объективные статистические данные.
Результаты применения межрегиональных таблиц «затраты – выпуск»
MRIO в исследованиях ГЦС обобщены в отчетах международных организаций,
таких как Всемирный банк, ВТО, ОЭСР, а также известных консалтинговых
компаний – McKinsey, Ernst&Young и др.
В частности, в Отчете о развитии глобальных цепочек стоимости за 2017 г.
[116] констатируется замедление бурного роста ГЦС, характерного для периода до 2008 г., а также некоторое упрощение ГЦС, которое проявляется в
сокращении числа сложных межрегиональных цепочек и росте менее разветвленных региональных цепочек. При этом структура ГЦС иерархична: обра-
6
186
зовались три региональных центра – интегратора ГЦС: США, Германия и
Россия
Китай, которые взаимодействуют между собой и объединяют цепочки стоимости более низкого уровня иерархии преимущественно в своем регионе
(рис. 6.8).
Великобритания
Мексика
Франция
Италия
Герма-
ния
США
Япония
Китай
Индия
Рис. 6.8. Взаимосвязанные производственные центры в мировой экономике [117]:
размер круга определяется объемом производства, ширина линии – интенсивностью торговли
Польша
Беларусь
Подробные количественные исследования ГЦС заставляют пересмотреть
взгляд на современную экономику как на «мировую фабрику», в которой
узкоспециализированные крупные предприятия поставляют продукцию на
мировой рынок. Оказалось, в ней достаточно много пространства и для менее
крупных производств регионального и национального масштаба. Профессор
швейцарского Института международных исследований и развития Р. Болдуин, известный специалист по международной торговле и теории глобализации,
утверждает: термин «глобальные цепочки стоимости» не описывает то, что
мы видим сегодня в мировой экономике, потому что мировая экономика не
глобальна; она остается регионально изолированной [117].
В современных исследованиях ГЦС выделяют три уровня и е р а р х и и
цепочек стоимости: глобальные (ГЦС), региональные (РЦС), а также националь-
ные, или локальные, цепочки стоимости (НЦС). Фирмы развивающихся стран
обычно не интегрируются напрямую в ГЦС, а взаимодействуют с глобальными цепочками опосредованно через внутрирегиональную производственную
кооперацию.
В отчете McKinsey 2019 г. «Глобализация в переходный период: будущее
торговли и цепочек стоимости» выделяются пять структурных сдвигов,
наблюдаемых в глобальных цепочках стоимости в последние годы. Один из
6.3. Глобальные цепочки стоимости в условиях регионализации мировой экономики
187
них, по мнению экспертов, заключается в том, что цепочки стоимости становятся в большей степени региональными и в меньшей – глобальными. Так,
начиная с 2013 г. доля региональной торговли в общем объеме глобальной
торговли выросла почти на 3%. Особенно заметна эта тенденция в Азии
(преж де всего в Китае) и в 28 странах ЕС (с географической точки зрения), а
также в инновационных секторах различных экономик мира [118].
Изучая причины глобального замедления внешней торговли после кризиса 2008 г., исследователи выявили общее снижение размера глобального
импорта в отношении к размеру глобального ВВП, что объясняется двумя
возможными причинами:
изменением структуры конечного спроса, когда после мирового кризиса
2008 г. глобальный спрос на товары длительного пользования упал, а спрос на
услуги, которые обладают сравнительно меньшей импортоемкостью, вырос;
возможным сокращением ГЦС.
Существенным фактором, влияющим на интенсивность производственной
кооперации, может оказаться расстояние между производителями компонентов, производителями готовых продуктов и их потребителями. В исследованиях данного фактора используют гравитационные модели, применение
которых могло бы обосновать пропорции между национальными, региональными и глобальными фрагментами цепочек стоимости. В частности, гравитационная модель показала значимые факторы, определяющие интенсивность
внешнеторговых операций между странами СНГ, – размер ВВП, расстояние,
наличие общей границы, участие в экономических группировках [119]. В результате исследований международной торговли с 1970 по 2006 г. с помощью
гравитационных моделей выявлена закономерность, получившая название
парадокса расстояния (distance puzzle). Фактор расстояния оказывает все
меньшее влияние на экономическое взаимодействие крупнейших развитых
экономик в отличие от торговых, технических барьеров и прочих институциональных факторов. Однако если рассматривать развивающиеся страны,
влияние расстояния на интенсивность торговли и производственной кооперации между ними только усиливается. В результате ГЦС увеличивают свое
присутствие в развитых странах, а в развивающихся странах распространяются региональные и национальные цепочки стоимости.
Глобализация в широком смысле влияет на развитие ГЦС по-разному, то
ускоряя, то замедляя мировую промышленную интеграцию. Если первым
шоком, замедлившим развитие ГЦС, был мировой финансовый кризис 2008 г.,
то вторым не менее важным событием мирового масштаба стала пандемия
коронавируса и последовавший локдаун. Анализируя последствия пандемии
для ГЦС, К. Шваб и Т. Маллере в своей популярной книге [28] утверждают
следующее: ГЦС создавались в соответствии с принципом just-in-time – «точно вовремя», соблюдение которого осуществлялось путем минимизации
полных затрат на производство и поставку конечного продукта в территориально распределенной сети предприятий, каждое из которых располагалось
в регионах с наиболее дешевыми ресурсами. Созданные таким образом гло-
6
188
бальные цепочки стоимости оказались чрезвычайно эффективными, но до-
18,0
17,0
16,0
15,0
14,0
13,0
12,0
2000 2002 2004 2006 2008 2010 2012 2014 2016 2018 2020
вольно хрупкими, не приспособленными к возможным перебоям в поставках,
обусловленным возросшей неопределенностью. Теперь основным условием
функционирования ГЦС становится их resilience (надежность), а принципом
построения – just-in-case («на всякий случай»). Данный принцип на практике означает поддержание избыточных запасов, диверсификацию поставщиков,
общее сокращение «длины» цепей поставок с ориентиром на географическое
приближение производства деталей и узлов к производству и распределению
конечной продукции. Его реализация приведет к росту затрат в таких отраслях, как автомобилестроение, производство электроники, машин и оборудования.
Приведенные экспертные мнения позволяют заключить, что нет оснований полагать, что дальнейшее углубление отраслевой специализации в экономиках мира будет нарастать, а производственно-сбытовые цепочки будут
усложняться.
Скорее, наоборот, происходит упрощение цепочек с географическим
приближением производителей к потребителям продукции.
Анализ структуры промежуточного потребления по данным 43 экономик
мира на основе межрегиональных таблиц WIOD позволил установить, что в
среднем 85% от объема промежуточных затрат всех отраслей экономики рассмотренных стран предоставляют национальные производители, и только
15% – зарубежные. До 2008 г. доля зарубежных промежуточных затрат в общей
их величине увеличивалась, что является свидетельством углубления интеграции национальных производителей в ГЦС. Однако начиная с 2009 г. уровень
интеграции экономик в ГЦС начал снижаться, достигнув минимального
значения в 13% (по предварительным оценкам) в 2020 г. Причиной спада ГЦС
стали пандемия и локдаун, однако, как видно из графика на рис. 6.9, тенденция наметилась раньше – более 10 лет назад.
Рис. 6.9. Степень распространенности ГЦС в мировой экономике, %
(рассчитана как отношение промежуточного потребления импортных продуктов
к общему промежуточному потреблению в мировой экономике) [117]
6.3. Глобальные цепочки стоимости в условиях регионализации мировой экономики
189
Как показали расчеты по данным WIOD, в наименьшей степени в мировую экономику интегрированы азиатские производители (менее 15%), чуть
больше – американские (до 22%), еще в большей степени – европейские (до
45% в наукоемких отраслях промышленности). При этом в Европе промышленная кооперация связывает по большей части европейские предприятия
друг с другом, но не с предприятиями других регионов, что подтверждает
приоритет регионализации.
Китайские производители электроники, транспортных средств, машин и
оборудования поставляют комплектующие преимущественно на китайский
же рынок, а не на мировой. Доля китайских производителей комплектующих
для наукоемкой промышленности еще в 2014 г. достигла 35% от общей емкости мирового рынка, в то время как суммарная доля США, Германии, Японии
и Южной Кореи на том же рынке составила лишь 20%.
Данный факт заставляет пересмотреть восприятие Китая как «мирового
сборочного цеха», который осуществляет лишь сборку готовой продукции из
импортных деталей. Китайская сборка продуктов Apple из производимых
другими странами компонентов, о которой говорилось ранее (см. рис. 6.7),
является исключением из правила и не подтверждается отраслевой статистикой. Китай действительно стал крупнейшим мировым производителем полного цикла, выпускающим наибольшую в мире долю частей и компонентов
сложной технической продукции.
Анализ глобальных и региональных цепочек стоимости также показал,
что крупные экономики, такие как США и Китай, и без экономических союзов в значительной степени самообеспечены производственными ресурсами. Экономики Европейского союза тесно связаны производственной кооперацией. И если каждая из малых экономик ЕС потребляет значительную
долю импортных промежуточных затрат (от 30 до 50%), то в совокупности
ЕС самостоятельно закрывает 80–95% от общего промежуточного потребления стран-членов (табл. 6.1).
Таблица 6.1. Сравнительный анализ показателей национального и регионального
промежуточного потребления по некоторым странам, % [117]
Доля промежуточного
Страна
Венгрия 53 87 (ЕС) 13
Чехия 66 93 (ЕС) 7
Польша 74 93 (ЕС) 7
Россия 77 Нет данных 23
США 91 Нет данных 9
Китай 94 Нет данных 6
Беларусь 51 76 (ЕАЭС) 24
6
потребления отечествен-
ных ресурсов
Доля промежуточного
потребления ресурсов
из своего региона
из-за пределов региона
190
Доля промежуточного
потребления ресурсов
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]