Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Цифровой контур публичных финансов и право. Научно-практическое пособие
.pdf
51
публичность. В юридической литературе неоднократно подчеркивается, что защита публичных интересов — это основополагающий
принцип финансового права
2
публичного права
. При этом публичность финансового права обу-
1
, нормы которого являются нормами
словлена не только характером сферы правового регулирования,
но и императивным методом правового регулирования, с помощью
которого обеспечиваются публичные интересы
3
, в силу присущих
ему обязательности и принудительности.
В этой связи среди субъектов финансово-цифровых отношений
всегда выступает публично-правовое образование или его орган,
которые, реализуя свои властные полномочия, действуют в целях
удовлетворения признанных государством и урегулированных законом потребностей государства, организаций, коллективов и конкретных людей.
Кроме того, публичный характер финансово-цифровых отношений предполагает возможность участия в них различных субъектов, состав которых определяется видом финансовых правоотношений, а также объемом полномочий, присущих таким субъектам
в силу финансово-правовых норм и реализуемых в определенных
финансово-цифровых отношениях.
1.3. РИСКИ ЦИФРОВИЗАЦИИ ПУБЛИЧНЫХ ФИНАНСОВ
Рассматривая цифровизацию применительно к различным сферам общества, в том числе в публичных финансах, как позитивное явление, как тренд современного развития, целью которого
является достижение определенных положительных социальноэкономических и иных результатов, было бы односторонним и несистемным не исследовать возможные риски, неблагоприятные последствия, могущие сопровождать изучаемые процессы.
1
См.: Химичева Н.И. Научно-обоснованные принципы финансового права как вектор его
действия, развития и формирования новой методологии преподавания // Финансовое право.
2009. № 2. С. 4–6.
2
См.: Горбунова О.Н. Роль норм финансового права в управлении делами государства
и общества // Вестник ун-та имени О.Е. Кутафина (МГЮА). 2014. № 4. С. 8–9; Артемов Н.М. Валютное регулирование в Российской Федерации: дис. … д-ра юрид. наук. М., 2002. С. 101.
3
См.: Руковишникова И.В. Метод финансового права: дис. … д-ра юрид. наук. Саратов,
2004. С. 11.
52
Следует заметить, что в современном научном дискурсе рискология претендует на самостоятельное доктринальное направление
исследований, в котором выделяют онтологическую, эпистемиологическую и моральную составляющие, формируя комплексное
междисциплинарное явление. Правоведы в свою очередь активно
включаются в этот процесс.
Феномен правовых рисков в современной юриспруденции входит в традиционный спектр исследований правового регулирования всякого социального явления, сопровождает процесс правотворчества и правореализации. Отмечается, что, поскольку риски
затрагивают практически все сферы жизни общества, а защита
от них непосредственно связана с предоставлением тем или иным
субъектам определенного набора прав и возложением на них обязанностей, обусловленные рисками общественные отношения не
могут складываться и функционировать вне правовой формы, оставаться за пределами правового регулирования. Таким образом, они
оказываются в структуре предмета и соответствующих отраслей
права и отраслевых юридических наук
1
.
Построение общеправовой концепции правовых рисков реализуется в рамках общефилосовского дискурса и основано на
методологии междисциплинарности. При этом отмечается необходимость и значимость отраслевых исследований видового разнообразия, источников и факторов возникновения, оценки приемлемости, управления и механизмов минимизации правовых
рисков в различных сферах общественных отношений, обусловленных содержательными характеристиками предмета правового
регулирования.
Общеправовая концепция правовых рисков, эксплицитно и имплицитно формируясь в таком самостоятельном научном юридическом направлении, как правовая рискология, может способствовать получению нового современного кумулятивного знания об
искомом феномене на перспективу
2
.
1
Федорова М.Ю. Феномен социального риска в структуре предмета юридической нау-
ки // Российский юридический журнал. 2017. № 1. С. 48–52.
2
Степаненко Р.Ф. Правовые риски как предмет исследования общей теории права: проблемы и перспективы методологии междисциплинарности // Государство и право. 2018. № 6.
С. 19–22.
53
В изучении правовых рисков предпочтительнее «задействовать» многообразие научных школ и концепций правопонимания
(философское, естественно-правовое, историческое, психологическое и другие учения о праве, либертарная, коммуникативная,
диалогическая и другие концепции).
В междисциплинарном единстве становится возможным получение системного знания о правовых рисках не только в узко
юридическом (гражданское, уголовное, трудовое и иное право),
но и в общеправовом контексте, изучающем данный феномен в антропогенных, техногенных, природных, экономических, политических, биопсихологических и, безусловно, юридических контекстах и смыслах
1
.
В правовой доктрине при отсутствии легального определения,
применяя различные подходы к исследованию и высказывая различные предложения по категорированию правовых рисков, позиции большинства ученых сходятся в том, что риск — вероятное
неправомерное отклонение от правовых моделей и законов
2
, это
вероятное наступление события и совершение действий, влекущих
негативные последствия для реализации правового регулирования
и могущих причинить ущерб регулируемой им сфере
3
. Они выражаются в: а) возможности прямого или косвенного нарушения
правовых норм; б) отчуждении граждан от законодательства ввиду
низкой правовой культуры и юридической компетенции; в) ошибках в определении статусов субъектов права, в выборе правовых методов регулирования; г) угрозе увеличения объемов юридических
коллизий; д) провоцировании конфликта интересов; е) возникновении разрыва системно-правовых связей в правовой системе;
ж) нарушении корреляции между способом правового регулирования и мерой отражения экономических, социальных и политических процессов
4
.
1
Степаненко Р.Ф. Общеправовая концепция правовых рисков (теоретические и методо-
логические проблемы) // Успехи современной науки. 2017. Т. 6. № 4. С. 107–108.
2
Тихомиров Ю.А. Риск в фокусе правового регулирования // Право и современные госу-
дарства. 2017. № 6. С. 12.
3
Тихомиров Ю.А. Риски в правовом пространстве // Юридическая техника. 2019. № 13.
С. 29.
4
Тихомиров Ю.А. Риск в фокусе правового регулирования // Право и современные госу-
дарства. 2017. № 6. С. 12.
54
Квинтэссенцию настоящего исследования составляют именно
правовые риски. В этой связи объектная область правового анализа, системная композиция рассматриваемых отношений будет
определять предметно-отраслевой подход доктринальных и прикладных изысканий.
Исследуемая в настоящей работе сфера общественных отношений — сфера публичных финансов — есть комплексное системное
образование, объединяющее разносодержательные отношения,
характеризующиеся видовым разнообразием. Как минимум очевидно в ней яркое проявление финансовых отношений как публично-правовых, направленных на формирование, распределение
и использование фондов денежных средств государства и местного
самоуправления, а также присутствие определенной доли частноправовых отношений, возникающих в процессе финансовой
деятельности публично-правовых образований, направленность
которых связана в определенной степени с формированием, распределением и использованием публичных фондов денежных средств.
Обозначая задачу формирования цифрового контура публичных
финансов, в исследуемую сферу внедряются отношения по использованию специальных технических средств и специальных технологий, регламентируемые техническими нормами и правилами.
Соответственно, исследование рисков цифровизации публичных
финансов представляет собой междисциплинарное направление
в системе юридической науки, включающее в первую очередь финансово-правовые, гражданско-правовые исследования и исследования в сфере цифрового права. Однако при этом не исключается,
а, напротив, видится потребность в использовании концепций правовых рисков, формируемых иными отраслевыми направлениями
юриспруденции, в частности административно-правовым, социально-правовым, уголовно-правовым и, безусловно, конституционно-правовым.
Бесспорно, как всякой сфере общественных отношений, сфере
публичных финансов в процессе формирования своего цифрового
контура присущи традиционные риски правового регулирования,
сопутствующие данному процессу во всех отраслях системы права.
В данном исследовании хотелось бы сосредоточиться исключительно на правовых рисках, обусловленных именно формированием
цифрового контура публичных финансов.
55
Сложносконструированная сфера исследуемых общественных
отношений предопределяет двухуровневую систему формирования
правовых рисков. В связи с чем появляются правовые риски комплексного межотраслевого института, обусловленные структурными и содержательными изменениями социума, инициированные
созданием и использованием информационно-коммуникационных
средств связи и технологий в сфере публичных финансов, а также
внутривидовые правовые риски, присущие отраслевым институтам, включенным в цифровой контур, обусловленные предметноправовой спецификой агрегируемых отношений. К ним можно отнести, прежде всего, финансово-правовые и гражданско-правовые
риски правового регулирования отношений, возникающих в процессе формирования, распределения и использования публичных
фондов денежных средств.
Поскольку исследуется вновь формирующаяся в подобной композиции сфера общественных отношений, правовые риски цифровизации публичных финансов вызваны в первую очередь потребностью создания концепции их правового регулирования,
конструирования новых правовых моделей либо адаптации существующих. В связи с этим возможно выделение следующих ключевых групп рисков формирования правового регулирования цифровизации публичных финансов.
Учитывая то, что система российского права основана на нормативистской теории позитивного права, очевиден существующий
риск правовой идентификации новых явлений, их легального категорирования и формирования терминологического аппарата
меж отраслевого институционального образования.
Неоднократно отмечалось отсутствие нормативного определения термина «цифровизация» для целей правового регулирования. Анализируя доктринальные работы и нормативные положения, так или иначе регламентирующие вопросы цифровизации
в обществе, представляется возможным о цифровизации в сфере
публичных финансов, в сфере финансовой деятельности государства и муниципальных образований рассуждать в двух аспектах,
рассматривая ее в двух сущностях: цифровизация как особый код,
используемый для обозначения тех или иных существующих явлений и процессов, происходящих в действительности (цифровом способе фиксации информации), т.е. как способ отражения
56
действительности; цифровизация как способ создания тех или
иных явлений или осуществления тех или иных процессов с использованием информационно-телекоммуникационных технологий, т.е. как способ преобразования действительности.
Соответственно, в первом аспекте цифровой контур публичных
финансов следует рассматривать как особый способ отражения,
хранения и передачи информации о финансовой деятельности
публично-правовых образований, о деятельности по формированию, распределению и использованию фондов денежных средств
государства и местного самоуправления с использованием информационных и телекоммуникационных технологий, технических
средств связи.
Рассуждая о втором аспекте цифровизации, о цифровизации
как особом способе преобразования действительности, правовое
регулирование цифровизации публичных финансов должно отражать цифровую трансформацию общественных отношений, попадающих в орбиту правового воздействия, влекущую структурносодержательные изменения соответствующей правовой модели.
Очевидно, что цифровой контур публичных финансов будет проявляться:
– в цифровой трансформации объекта правоотношений;
– в цифровой трансформации содержания правоотношений,
процесса реализации прав и обязанностей субъектами правоотношений;
– в цифровой трансформации субъектов правоотношений.
Традиционно правовая доктрина и действующее законодательство в качестве объекта правоотношений финансовой сферы рассматривают деньги, денежные средства, выполняющие функцию
средства платежа. Правовая идентификация цифровых финансовых активов, появление цифровых инструментов, выполняющих
функцию меры стоимости и средства обращения в имущественном
обороте, так называемой цифровой валюты (криптовалюты), заставляют задуматься о возможности использования таковых также и в качестве средства платежа при расчетах с публично-правовыми образованиями.
Опуская дискуссию относительно совершенства закрепленной
и предлагаемой к закреплению категории цифровых активов, цифровой валюты, а также правового режима их регулирования, следу-
57
ет отметить, что развитие действующего законодательства не рассматривает последнюю в качестве денежной единицы Российской
Федерации, денежной единицы иностранного государства и (или)
международной денежной или расчетной единицы, при этом допуская ее принятие в качестве средства платежа.
В качестве риска с позиции правовой доктрины видится оценка
перспективы формирования дуалистической концепции объекта
исследуемых правоотношений, включая в него наряду с деньгами
иные объекты (цифровые финансовые активы, цифровую валюту),
либо сохранения монообъекта последних, признавая таковым исключительно деньги, денежные средства, выраженные в официальных денежных единицах, установленных государством.
Углубляясь в дискуссию о цифровой трансформации объекта
правоотношений в финансовой сфере, исследователи сосредотачиваются исключительно на имущественных правоотношениях,
которые связаны с переходом денежных средств из частных фондов в публичные и наоборот, анализируя цифровую трансформацию денег. При этом за рамками научного дискурса остаются
неимущественные отношения, в результате которых непосредственно не происходит перехода права собственности на денежные средства, но которые связаны с обеспечением движения
денежных средств из частных фондов в публичные и наоборот,
когда в качестве объекта правоотношения выступает поведение
его участников. В число таких входят правоотношения, возникающие в процессе финансового планирования, осуществления
финансового учета, составления финансовой отчетности, осуществления финансового контроля и пр. Полагаем, что следует задуматься о том, каким образом цифровизация в финансовой сфере
отразится на подобных объектах, какие перспективы и риски за
этим последуют. Высока степень вероятности, что автоматизация,
выполнение информационно-коммуникационными системами
ряда юридически значимых действий без участия субъектов права
вообще исключит существование подобных связей как общественных отношений, что может трансформировать сам предмет правового регулирования.
Не меньшие риски влечет перспектива цифровой трансформации содержания правоотношений, включенных в сферу публичных финансов, рисков цифровизации денежных обязанностей
58
и денежных обязательств, перевод процессов их возникновения,
исполнения и контроля за исполнением на определенные технологические платформы с использованием информационно-телекоммуникационных технологий, формируя для этого специальные
правовые режимы либо применяя существующие, для целей обеспечения поступления денежных средств в фонды публично-правовых образований и выплат из них.
Рассуждая о денежных обязанностях, представляется, что можно утверждать о перспективах существования так называемых
smart-payments — «умных платежей», которые возникают и исполняются на специальных программных платформах в автоматическом режиме, без непосредственного участия субъектов такого
правоотношения. Поскольку денежные обязанности являются нормативно установленными, то речь идет о цифровой трансформации
механизма их исполнения, перевода определенных действий обязанных субъектов в автоматический режим, в режим самоисполнения путем использования данными субъектами определенного программного продукта посредством телекоммуникационных средств
связи, обеспечивающих автоматическое исчисление и перечисление обязательных платежей в публичные фонды.
Видятся возможные юридические риски подобной цифровой
трансформации денежной обязанности. Поскольку в Российской
Федерации как правовом социальном демократическом государстве права и свободы человека и гражданина являются высшей
ценностью, а обязанностью государства признается обеспечение их
реализации и защиты, создание условий, обеспечивающих достойную жизнь каждого, то, внедряя новые механизмы исполнения
обязанностей, в т.ч. конституционно установленных, необходимо
руководствоваться приоритетом прав и свобод. Соответственно,
внедряя смарт-платежи как форму исполнения денежных обязанностей, необходимо в первую очередь обеспечить соблюдение общих принципов налогообложения, таких как принципы всеобщности и равенства, недискриминационного характера, полноты
и ясности правового регулирования налогообложения, правоты налогоплательщика и пр.
Цифровая трансформация денежных обязательств, возникающих в сфере публичных финансов, в процессе формирования,
распределения и использования публичных фондов денежных
59
средств, наряду с позитивными перспективами, влечет определенные правовые риски. В частности, известны давно ведущиеся
доктринальные и прикладные дискурсы о так называемых смартконтрактах (smart-contract) — умных контрактах, которые заключаются с использованием телекоммуникационных средств связи
и предлагают самоисполнение обязательств при наступлении определенных условий.
Длительность существования во времени и определенная стабильность условий расходных обязательств, являющихся основой
для формирования бюджетных обязательств публично-правовых
образований; периодическая (ежегодная) повторяемость бюджетных обязательств, обусловливающих соответствующие денежные
обязательства; отражение всей информации о формировании,
распределении и использовании публичных фонов денежных
средств на электронных носителях путем использования автоматизированной системы «Электронный бюджет», позволяющей
хранить, обрабатывать и передавать информацию о доходах, расходах и источниках финансирования дефицитов бюджетов всех
уровней бюджетной системы РФ с помощью электронно-цифровых средств связи, а также определенная автоматизация процессов казначейского исполнения бюджетов приближают возможность внедрения самоисполнения денежных обязательств в сфере
публичных финансов. Однако при этом нельзя не замечать возможных рисков подобной цифровой трансформации соответствующего правоотношения.
Ключевым риском видится необходимость обеспечения финансовой безопасности государства, поскольку посредством подобных
технологий предполагается формирование, распределение и использование фондов денежных средств публично-правовых образований, предназначенных для материального обеспечения задач
и функций государства и местного самоуправления, удовлетворения интересов общества в целом. Техническая защищенность таких процессов должна быть особо надежной для целей национальной безопасности и общественного благополучия, с одной стороны,
и защиты имущественных интересов каждого физического лица,
каждой организации, перечисляющих или получающих денежные средства из публичных фондов. Помимо технических сложностей в этой связи необходимо решение и ряда правовых проблем
60
с целью избежания или минимизации последствий возможных рисков и угроз.
Внедряя новые механизмы возникновения и исполнения денежных обязательств, следует обеспечивать реализацию принципов
бюджетной системы РФ, поскольку существо этих отношений составляют поступления денежных средств в фонды публично-правовых образований (в бюджеты) и выплаты из них.
Кроме того, следует иметь четкую правовую определенность
в части субъектного состава таких правоотношений. Поскольку
информация об условиях денежных обязательств будет храниться на электронных носителях, необходимо определить правовой
статус оператора, владельца таких информационных систем. Насколько публично-правовые образования, государство как субъект, обладающий финансовым суверенитетом, готовы доверить
обеспечение сохранности информации о своих имущественных
правах (финансовых активах) третьим лицам? Маловероятно, что
публично-правовые образования планируют передать техническую
основу смарт-контрактов в финансовых правоотношениях на аутсорсинг неопределенному и неограниченному кругу.
Сам режим автоматического исполнения смарт-контрактов
в сфере публичных финансов несет в себе определенные риски
и угрозы. Так, отсутствие непосредственного волеизъявления
субъекта на выплату денежных средств из бюджета исключает возможность формирования очередности исполнения обязательств из
одного источника, что может иметь существенное экономическое,
социальное или иное значение при осуществлении тех или иных
выплат из публичных фондов. В то же время применение полномочия субъекта на одобрение процедуры исполнения денежного обязательства исключает автоматизм исполнения, предусмотренный
в смарт-контрактах.
Определенные риски и угрозы также несет невозможность изменения или отмены денежных обязательств, заключаемых и исполняемых посредством смарт-контрактов. Кроме того, не следует пренебрегать и правовой регламентацией процесса разрешения
споров, могущих возникать между субъектами правоотношений,
реализуемых посредством технологий смарт-контрактов.
Еще один риск правового регулирования цифровизации публичных финансов обусловлен потребностью формирования целепола-
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]