Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Теоретические основы уголовно-правовой охраны собственности от преступлений, совершаемых путем обмана или злоупотребления доверием. Монография
.pdf
Из таблицы следует, что предложенное нововведение поддержало
большинство экспертов (сотрудники ДЭБ МВД России — 72,4%,
следователи СКР — 53,5%). Возражавшие против этого предложения
эксперты (сотрудники ДЭБ МВД России — 16,4%, следователи СКР —
28,9%) пояснили свою позицию тем, что в случае принятия данного
предложения между ст. 164 УК и ст. 159, 163 УК, предусматривающими самостоятельную уголовную ответственность за приобретение
права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием и вымогательство, возникнет конкуренция. По их мнению, высказанная идея затруднит правоприменительную практику.
С такой позицией вряд ли можно согласиться. Уголовно-пра-
вовая норма, предусматривающая ответственность за хищение
предметов или документов, имеющих особую ценность, уже рассматривается законодателем как норма специальная, выделенная им
в отдельный состав по предмету преступления. Подобным образом
предложенное нововведение позволит квалифицировать по ст. 164
УК специальные случаи вымогательства предметов или документов,
имеющих особую ценность, или приобретения права на них путем
обмана или злоупотребления доверием.
Исходя из мнения большинства экспертов, считаем целесооб-
разным переименовать название ст. 164 УК РФ, изложив его в следующей редакции:
«Хищение либо вымогательство предметов или документов, имею-
щих особую ценность, или приобретение права на них путем обмана
или злоупотребления доверием».
Переименование ст. 164 УК, разумеется, потребует внесения со-
ответствующих изменений в ее диспозицию.
Опрос экспертов относительно целесообразности законодатель-
ного закрепления диспозиции ч. 1 ст. 164 УК РФ в новой редакции
показал следующее (табл. 5.17).
Таблица 5.17. Мнение экспертов относительно целесообразности
законодательного закрепления диспозиции
Целесообразно ли изложить ч. 1 ст. 164
УК РФ в следующей редакции:
«1. Хищение либо вымогательство
метов или документов, имеющих особую
историческую, научную, художественную
или культурную ценность, а равно приобретение права на них путем обмана или
злоупотребления доверием, — наказываются…»
ч. 1 ст. 164 УК РФ в новой редакции
 î ï ð î ñ Ответ
Äà
ïðåä-
Íåò
Затрудняюсь
ответить
Мнение
сотрудников
ÄÝÁ ÌÂÄ
России, %
70,0
14,8
15,2
Мнение
следователей
ÑÊÐ
России, %
55,6
23,3
21,1
341
Из таблицы следует, что предложенное нововведение поддержа-
ло большинство экспертов (сотрудники ДЭБ МВД России — 70,0%,
следователи СКР — 55,6%). Возражавшие против этого предложения эксперты (сотрудники ДЭБ МВД России — 14,8%, следователи
СКР — 23,3%) пояснили свою позицию тем, что предлагаемая редакция ч. 1 ст. 164 УК осталась свободна от существующего сегодня
в законе указания на возможность совершения преступления посредством хищения предметов или документов, имеющих особую
ценность, независимо от способа хищения.
С таким мнением трудно согласиться по следующим основани-
ям. Действующая редакция диспозиции ч. 1 ст. 164 УК, обобщающая в себе всевозможные формы хищения, сконструирована таким
образом, что специальное указание на возможность хищения предметов или документов, имеющих особую ценность, независимо от
способа хищения является излишним.
При этом, например, диспозиции ст. 221, 226 и 229 УК, также
выделенных законодателем в отдельные составы по специальному
предмету преступления, не содержат указания на возможность совершения этих преступлений независимо от способа хищения, поскольку это подразумевается.
Исключение данной оговорки позволит также решить другую
юридическую проблему.
Как ранее отмечалось, хищение обычного имущества, совер-
шенного путем разбоя, с незаконным проникновением в жилище,
помещение или иное хранилище в соответствии с ч. 3 ст. 162 УК
наказывается строже, чем то же деяние, совершенное в отношении
культурных ценностей, ответственность за которое установлена в
ч. 1 ст. 164 УК.
Сохранение существующего положения в диспозиции ст. 164
УК (указание на совершение хищения независимо от способа) безоговорочно превращает ст. 164 УК в специальную норму по отношению ко всем формам хищения. Это не оставляет правоприменителю
выбора в случае конкуренции норм, как, например, в вышеприведенном примере с ч. 3 ст. 162 УК и ч. 1 ст. 164 УК.
Допустим, как быть, если разбойное нападение совершается с
незаконным проникновением в жилище, помещение либо иное
хранилище в целях хищения предметов, имеющих… особую ценность? При отсутствии иного мы вынуждены квалифицировать преступление по ч. 1 ст. 164 УК, занижая при этом общественную
опасность содеянного.
При сопоставлении данных норм видно, что ч. 3 ст. 162 УК
имеет приоритет над ч. 1 ст. 164 УК по способу совершения преступления — незаконному проникновению в жилище, помещение
342
либо иное хранилище, тогда как ч. 1 ст. 164 УК, напротив, имеет
приоритет по предмету преступления — предметы или документы,
имеющие… культурную ценность. На наш взгляд, поскольку норма,
предусмотренная ч. 1 ст. 164 УК, может быть элементом преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 162 УК, тогда как обратное исключается в силу мягкости санкции ч. 1 ст. 164 УК, то в данном случае
более точной и справедливой будет квалификация по ч. 3 ст. 162
УК. Кроме того, как известно, разбой посягает на два непосредственных объекта, при этом лишь один из них (конкретная форма собственности) напрямую имеет отношение к хищению.
В зависимости от предмета посягательства его уголовно-правовая
охрана может и должна осуществляться по ст. 164 УК, однако другой объект — здоровье конкретного человека, потерпевшего от разбойного нападения, — как бы «выпадает» за пределы ее объективной стороны. Другими словами, разбой не только форма хищения,
но и нападение с применением насилия, опасного для жизни или
здоровья, и т.д.
Разбой при наличии особо квалифицирующих признаков, пре-
дусмотренных ч. 3, а также ч. 4 ст. 162 УК, также будет иметь приоритет над ч. 1 ст. 164 УК. В этом случае содеянное предлагаем
квалифицировать по ч. 4 ст. 162 УК, разумеется, с описанием способа совершения преступления, в том числе предусмотренного ч. 3
ст. 162 УК.
В том случае, если совершается хищение предметов… имеющих…
культурную ценность при наличии квалифицирующих признаков,
предусмотренных ч. 2 ст. 164 УК, а также особо квалифицирующих
признаков, предусмотренных ч. 3, 4 ст. 162 УК, содеянное предлагаем квалифицировать по ч. 2 ст. 164 УК. Однако возможна ситуация, при которой путем разбойного нападения совершается хищение предметов… имеющих… культурную ценность, например повлекшее их уничтожение (ч. 2 ст. 164 УК), с одновременным причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего (п. «в» ч. 4 ст. 162
УК) при отсутствии каких-либо других особо квалифицирующих
признаков разбоя. При этом за счет размера штрафа (до одного
миллиона рублей) санкция ч. 4 ст. 162 УК строже, чем аналогичная
санкция, предусмотренная ч. 2 ст. 164 УК (до пятисот тысяч рублей). Как быть в этой ситуации? Одна норма предусматривает ответственность за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью
(п. «в» ч. 4 ст. 162 УК), другая — за уничтожение, порчу… предметов, имеющих особую ценность (п. «в» ч. 2 ст. 164 УК). Совокупность по этим статьям исключается, поскольку в этом случае лицо
будет нести двойную уголовную ответственность за разбой. На первый взгляд очевидно, что при такой ситуации имеются все фор-
343
мальные основания перейти на ч. 4 ст. 162 УК. При этом выравнивание штрафов, вероятно, позволило бы квалифицировать содеянное по ч. 2 ст. 164 УК, однако не решило бы проблемы. Дело в том,
что ст. 164 УК в целом не предусматривает ответственности за причинение тяжкого вреда здоровью, в том числе исходя из санкции ее
первой части, предусматривающей наказание в виде лишения свободы на срок от шести до десяти лет. А указание в ч. 2 ст. 164 УК
на то, что ответственность устанавливается за то же деяние… — не
оставляет в этом никаких сомнений. Из этого следует, что и в том
и в другом случае какой-либо одной нормой здесь не обойтись. Из
сложившейся ситуации есть два выхода: первый — это квалифицировать содеянное по совокупности преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 4 ст. 162 УК и соответствующей частью ст. 243 УК;
второй — квалифицировать содеянное по совокупности преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 164 УК и соответствующими пунктом и частью ст. 111 УК.
В подобных случаях предлагаем квалифицировать содеянное по
второму варианту, поскольку объективная сторона ст. 243 УК не
сопряжена с хищением, отличается от ст. 164 УК по предмету и не
охватывает порчи имущества как способ совершения преступления.
Исходя из мнения большинства экспертов, считаем целесооб-
разным изложить ч. 1 ст. 164 УК РФ в следующей редакции:
«1. Хищение либо вымогательство
имеющих особую историческую, научную, художественную или культурную ценность, а равно приобретение права на них путем обмана
или злоупотребления доверием, — наказываются…»
Еще одним пробелом в законодательстве, по нашему мнению,
является отсутствие указания в ч. 2 ст. 164 УК на возможность хищения предметов или документов, имеющих особую ценность, лицом с использованием своего служебного положения.
Как ранее отмечалось, хищение предметов или документов,
имеющих особую ценность, возможно в том числе посредством мошенничества, присвоения или растраты — преступлений, диспозиции которых в самостоятельных составах (ст. 159, 160 УК) все же
предусматривают повышенную уголовную ответственность за их совершение лицом с использованием своего служебного положения.
Совершение лицом хищения с использованием своего служеб-
ного положения вполне обоснованно сегодня также признается законодателем в качестве квалифицирующего и особо квалифицирующего признаков преступлений, предусмотренных ст. 221, 226
и 229 УК.
Опрос экспертов относительно целесообразности включения в
диспозицию ч. 2 ст. 164 УК РФ нового квалифицирующего призна-
предметов или документов,
344
ка, предусматривающего ответственность за те же деяния, совер-
æ
шенные лицом с использованием своего служебного положения,
показал следующее (табл. 5.18).
Таблица 5.18. Мнение экспертов относительно целесообразности
включения в диспозицию ч. 2 ст. 164 УК РФ
нового квалифицирующего признака «совершенные лицом
Целесообразно ли с учетом того,
что хищение предметов или документов, имеющих особую ценность, зачастую совершается лицами с использованием своего слу-
ебного положения, дополнить ч. 2
ст. 164 УК РФ новым квалифицирующим признаком и изложить ее
в следующей редакции:
«2. Те же деяния:
а) совершенные группой лиц по
предварительному сговору или
организованной группой;
á) совершенные лицом с использовани-
ем своего служебного положения;
в) повлекшие уничтожение, порчу
или разрушение предметов или
документов, указанных в части
первой настоящей статьи, — наказываются…»
с использованием своего служебного положения»
Мнение со-
Вопрос Ответ
Äà
Íåò
Затрудняюсь
ответить
трудников
ДЭБ МВД
России, %
78,0
14,8
7,2
Мнение
следователей
ÑÊÐ
России, %
81,7
12,0
6,3
Из таблицы следует, что предложенное нововведение поддержало подавляющее большинство экспертов (сотрудники ДЭБ МВД
России — 78,0%, следователи СКР — 81,7%). Возражавшие против
этого предложения эксперты (сотрудники ДЭБ МВД России —
14,8%, следователи СКР — 12,0%) пояснили свою позицию тем, что
нет никакой необходимости включать новый квалифицирующий
признак в диспозицию ч. 2 ст. 164 УК. По их мнению, в случае необходимости этот пробел может быть восполнен квалификацией
деяния со ссылкой на п. «м» ч. 1 ст. 63 УК (совершение преступления с использованием доверия, оказанного виновному в силу его
служебного положения или договора), т.е. как на обстоятельство,
отягчающее наказание за данное преступление.
С такой позицией вряд ли можно согласиться. В силу ч. 1 ст. 62
УК при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных
345
п. «и» и (или) «к» ч. 1 ст. 61 УК, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей
максимального срока или размера наиболее строго вида наказания,
предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК.
В случае заключения досудебного соглашения о сотрудничестве
(ч. 2 ст. 62) при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать половины
максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части
УК.
Из этого следует, что восполнение законодательного пробела
обращением к ст. 63 УК неприемлемо. Предложенный подход лишил бы виновного возможности рассчитывать на существенное
снижение наказания в пределах санкции статьи в случае его позитивного постпреступного поведения, поскольку с точки зрения закона (наличие обстоятельства, отягчающего наказание) оно теряет
для него всякий смысл.
Исходя из мнения большинства экспертов, считаем целесообразным дополнить ч. 2 ст. 164 УК РФ новым квалифицирующим
признаком и изложить ее в следующей редакции:
«2. Те же деяния:
а) совершенные группой лиц по предварительному сговору или
организованной группой;
б) совершенные лицом с использованием своего служебного положения;
в) повлекшие уничтожение, порчу или разрушение предметов или
документов, указанных в части первой настоящей статьи, —
наказываются…»
5.2. Проблемы практики применения уголовноправовых
норм об ответственности за преступления
против собственности, совершаемые путем обмана
или злоупотребления доверием.
Проблемы практики применения уголовно-правовых норм об
ответственности за преступления против собственности, совершаемые путем обмана или злоупотребления доверием, связаны, как
нам кажется, с двумя основными факторами:
1) потребностью в классификации ст. 165 УК по механизму
причинения имущественного ущерба собственнику или иному законному владельцу имущества путем обмана или злоупотребления
доверием как нормы, наличие которой в уголовном законе затрудняет правоприменительную практику;
346
2) возможностями следственно-судебной практики применения
уголовно-правовых норм об ответственности за преступления против собственности, совершаемые путем обмана или злоупотребления доверием.
Рассмотрим уголовно-правовые нормы об ответственности за
преступления против собственности, совершаемые путем обмана
или злоупотребления доверием, в свете двух этих факторов.
Изучение уголовных дел о практике применения ст. 165 УК позволило выявить и классифицировать по механизму совершения
данного преступления типичные случаи причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием. Представляется, что предложенная классификация поможет лучше познать социальную сущность данной уголовно-правовой нормы, а
также наглядно показать необходимость в ее декриминализации.
Итак, существующие в следственно-судебной практике случаи
причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием можно классифицировать следующим образом.
1. Причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупот-
ребления доверием вследствие неоплаченной услуги или работы.
В данном случае причинение имущественного ущерба собственнику или иному владельцу имущества путем обмана или злоупотребления доверием происходит в связи с неоплатой виновным лицом стоимости выполненной в его интересах работы или оказанной
ему услуги при отсутствии признаков хищения чужого имущества.
Подобное встречается в тех случаях, когда виновный причиняет
имущественный ущерб путем обмана или злоупотребления доверием, например заведомо не желая вносить плату за проезд на такси,
консультацию врача или юриста (лечение, оказание юридической
помощи), услуги парикмахера, строителя или пункта общественного
питания (ресторан, кафе). К этой же группе преступлений можно
отнести случаи, когда виновный предоставляет о себе недостоверные сведения (к примеру, о наличии у него льготы), позволяющие
избежать ему оплаты коммунальных и иных платежей.
Так, приговором Воскресенского городского суда Московской
области К. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 165 УК РФ, при следующих обстоятельствах.
Находясь в состоянии алкогольного опьянения, К. приехал к своему дому на автомобиле-такси под управлением П., где К., ссылаясь на отсутствие с собой денег, попросил разрешения зайти к себе
домой в квартиру. Пройдя вместе с водителем такси П. к указанной
квартире, К. с целью избежать оплаты за проезд зашел внутрь квартиры и попытался закрыть входную дверь, однако П. находящийся
рядом, потребовал от К. оплатить проезд. На почве внезапно возникшей ссоры К. правой рукой достал из внутреннего кармана сво-
347
ей куртки кухонный нож и, угрожая при этом убийством, потребовал, чтобы П. ушел, при этом попытался нанести удар ножом П. в
ногу, которой последний придерживал дверь, не давая ее закрыть.
Данную угрозу П. воспринял реально, так как К. находился в состоянии алкогольного опьянения, был агрессивно настроен, плохо
контролировал свои действия.
Оценивая действия подсудимого по данному эпизоду, суд исходил из установленных обстоятельств дела, согласно которым подсудимый извлек материальную выгоду для себя, воспользовавшись
услугами перевозки такси, причинил путем обмана имущественный
ущерб водителю такси, поскольку заведомо знал о том, что расплатиться за предоставленные услуги не сможет. Мотивируя свой вывод, суд указал, что ущерб причинен собственнику автомобиля путем сознательного умолчания об истинных фактах — отсутствии
возможности оплаты за предоставленные услуги и тем самым введения владельца имущества — водителя П. — в заблуждение отно-
1
сительно возможности оплаты за проезд
.
Аналогичным по механизму причинения имущественного ущерба примером здесь также может служить уголовное дело в отношении В., вина которого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 165 УК РФ, была установлена Замоскворецким районным судом г. Москвы.
Так, В., находясь в баре «Компании Т.», действуя умышленно,
без цели хищения, не имея намерений в последующем расплачиваться за сделанные заказы, введя работника бара М. в заблуждение
относительно своих истинных намерений, злоупотребляя его доверием, сделал последнему заказ продуктов — пива стоимостью 240 руб.,
фисташек стоимостью 110 руб.
В дальнейшем, употребив в помещении указанного бара заказанную пищу, В. в ответ на требование М., предъявившего ему
счет, расплатиться за сделанный заказ от оплаты отказался, чем
причинил собственнику имущества — «Компании Т.» — имущест-
2
венный ущерб на общую сумму 350 руб.
Отличительной особенностью здесь является то, что в каждом
конкретном случае виновный не передает за оказанную ему услугу
или выполненную в его интересах работу находящиеся у него изначально денежные средства (предмет преступления) как эквивалент
их стоимости.
2. Причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупот-
ребления доверием вследствие непередачи собственнику или иному вла-
1
См.: приговор Воскресенского городского суда Московской области от
25.05.2010 ã. ïî äåëó ¹ 1-72/2010 (127575).
2
См.: приговор Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 07.04.2010 г. по
äåëó ¹ 1-190/2010.
348
дельцу имущества, должного поступить к нему от третьих лиц, минуя
виновного либо непосредственно через него (транзитное имущество).
В данном случае механизм причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием связан с непоступлением в установленные законом или договором сроки в фонд
собственника или иного владельца имущества, следовавшего или
должного поступить к нему от третьих лиц, минуя виновного либо
непосредственно через него, при отсутствии признаков хищения
чужого имущества. Например, являясь проводником поезда дальнего следования или водителем автобуса, виновный получает от
третьих лиц и обращает в свою пользу плату за безбилетный проезд или провоз багажа на транспорте. Вместе с тем действия, к
примеру, водителя автобуса, обратившего в свою пользу денежные
средства, вырученные им от продажи билетов, в зависимости от
обстоятельств дела должны квалифицироваться как присвоение
или растрата.
Наглядным примером здесь может служить уголовное дело в отношении Ю.А. Тушиной — начальника абонентного отдела «Орехово-Зуевского городского предприятия коммунального хозяйства и
благоустройства», вина которой в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 165 УК РФ, установлена Орехово-Зуевским
городским судом Московской области и выразилась в следующем.
Находясь в своем служебном кабинете, Ю.А. Тушина в течение
длительного времени, действуя по одной и той же схеме, заключила
с индивидуальными предпринимателями несколько договоров на
вывоз и размещение мусора на общую сумму 317 162 руб. 69 коп.
При этом, имея преступный умысел, направленный на извлечение
для себя выгод и преимуществ, предлагала им оплачивать предоставляемые услуги лично ей, минуя кассу предприятия, причинив
своими действиями имущественный ущерб в крупном размере Орехово-Зуевскому городскому предприятию коммунального хозяйства
и благоустройства», выполнившему в полном объеме свои обязательства перед индивидуальными предпринимателями
1
.
Еще одним примером здесь может служить дело Волоховичей,
выдававших себя за законных наследников Агапитовой, имущество
которой должно было поступить в доход государства, однако еще не
стало государственной собственностью. Так, в своем постановлении
Пленум Верховного Суда СССР признал, что их действия были направлены на получение вклада умершей, т.е. причинение имущест-
1
См.: приговор Орехово-Зуевского городского суда Московской области от
13.04.2010 ã. ïî äåëó ¹ 1-268/2010 (145421).
349
венного ущерба путем обмана при отсутствии признаков хищения
1
денежных средств из государственных фондов
.
Отличительной особенностью здесь является то, что в каждом
конкретном случае виновный при отсутствии признаков хищения
(изъятия и (или) обращения) совершает умышленные действия, направленные на недопущение путем обмана или злоупотребления
доверием поступления в фонды собственника или иного владельца,
имущества, изначально находящегося у третьих лиц.
3. Причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупот-
ребления доверием вследствие амортизации (изнашивания) имущества
собственника или иного владельца без соразмерной компенсации за его
использование.
В данном случае механизм причинения имущественного
ущерба путем обмана или злоупотребления доверием связан с
использованием виновным в своих целях имущества, изначально
находящегося у него на определенных собственником или иным
владельцем условиях, например в силу служебной деятельности,
договора и т.д. Подобное встречается в тех случаях, когда виновный, к примеру, являясь водителем государственного предприятия либо сотрудником автосалона, использует вверенное ему
транспортное средство в личных целях. Вместе с тем действия, к
примеру, водителя государственного предприятия, обратившего в
свою пользу выданные ему для осуществления служебной деятельности талоны на бензин, в зависимости от обстоятельств дела должны квалифицироваться как присвоение или растрата.
Разновидностью данной группы преступлений, по нашему мнению, является также причинение имущественного ущерба путем
обмана или злоупотребления доверием собственнику или иному
владельцу вследствие невозврата недвижимого имущества по истечении срока договора аренды (найма) с последующей его незаконной эксплуатацией.
Отличительной особенностью здесь является то, что в каждом
конкретном случае виновный при отсутствии признаков хищения
использует в своих личных целях и без соразмерной компенсации
имущество, изначально находящееся у него правомерно.
Предложенная классификация ст. 165 УК по механизму причинения имущественного ущерба собственнику или иному владельцу
имущества путем обмана или злоупотребления доверием позволила
установить следующее.
1. Все случаи причинения имущественного ущерба собственни-
ку или иному владельцу имущества путем обмана или злоупотребления доверием так или иначе связаны с приобретением права на
1
Ñì.: Вестник Верховного Суда СССР. 1991. ¹ 12. С. 5—6.
350
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]