Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Теоретические основы уголовно-правовой охраны собственности от преступлений, совершаемых путем обмана или злоупотребления доверием. Монография
.pdf
является приемлемым решением. Однако сомнительно отнесение
этого преступления к группе «Преступлений в сфере экономической деятельности» (глава 22 УК РФ). Ведь, как отмечается в специальной литературе, общественные отношения, являющиеся объектом указанных преступлений, «представляют собой то русло, в
котором может правомерно осуществляться экономическая дея-
1
тельность в нашей стране»
. Приобретение же имущества, заведомо
добытого преступным путем, никак не связано с правомерной экономической деятельностью. Оно в этом отношении ближе к хищению. Поэтому и ответственность за его совершение (с отнесением к
«приобретению» также хищения) следовало, по нашему мнению,
предусмотреть в главе «Преступления против собственности».
Вместе с тем диспозиция ст. 175 УК предусматривает ответственность за заранее необещанные приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем. Из этого следует, что если лицо при хищении чужого имущества не осознавало его преступного происхождения, то его действия не могут быть квалифицированы по ст. 175 УК. Разрешить данную проблему предлагаю
путем квалификации таких действий со ссылкой на ст. 30 УК как
неоконченное хищение (приготовление или покушение), поскольку
причинение какого-либо ущерба в данном случае полностью исключается.
Заканчивая рассмотрение понятия и признаков хищения, нельзя
не остановиться на способе его совершения. Понятие «способ хищения» содержит диспозиция ч. 1 ст. 164 УК РФ. Именно по способу
совершения хищение в литературе делят обычно на шесть форм:
кражу, мошенничество, присвоение, растрату, грабеж и разбой.
По мнению Г.Н. Борзенкова, хищение следует делить на две
формы — насильственные и ненасильственные. К первой группе он
относит грабеж, соединенный с насилием, разбой и вымогательство, ко второй — кражу, мошенничество, присвоение, растрату и
2
грабеж без насилия
.
Данные обстоятельства, как нам представляется, все же недостаточны для признания способа в качестве еще одного обязательного признака хищения. Дело в том, что законодатель ничего не говорит о способе в определении хищения (примечание 1 к ст. 158 УК
РФ). Он не следует также из текста ст. 158—162 УК РФ. Лишь в
1
Гаухман Л.Д., Максимов С.В. Преступления в сфере экономической деятельности. С. 17. См. также: Новое уголовное право России. Часть Особенная. М., 1998.
С. 147; Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономической деятельности:
понятие, система, проблемы квалификации и наказания. Саратов, 1997. С. 20.
2
Ñì.: Борзенков Г.Н. Óêàç. ñî÷. Ñ. 29.
91
одном-единственном случае — в диспозиции ч. 1 ст. 159 УК РФ —
слово «путем» указывает на способ совершения предусмотренного в
ней преступления. Однако упомянутые в ней обман и злоупотребление доверием по закону являются способами мошенничества,
само же мошенничество в нем непосредственно не определяется в
качестве спосо6а хищения.
1
Форма — это внешнее выражение содержания чего-либо
. Полагаю, что не только способ определяет внешнее выражение содержания, например, форма соучастия в литературе определяется не
только способом взаимодействия соучастников, но и «наличием
предварительного сговора». Поэтому, на наш взгляд, «форма» хищения не может быть сведена к «способу» хищения, они не синонимы. Как мы считаем, в соответствующих статьях главы 21 УК РФ
речь может идти о формах, но не «способах» хищения (поэтому
правильнее было в ст. 164 УК РФ говорить «независимо от формы
хищения»). Иначе придется согласиться с тем, что в ст. 158—162
УК установлены признаки, характеризующие способы хищения, а
не хищение, что в них предусмотрена ответственность за способы
преступления (хищения), а не сами преступления. Возможно, по
этой причине законодатель и отказался от формулировок типа «хищение путем кражи», «хищение путем мошенничества» и т.д., содержащихся в УК РСФСР, поскольку они прямо указывали на кражу, мошенничество, присвоение, растрату, злоупотребление слу-
2
жебным положением, грабеж и разбой как на способы хищения
.
Согласно ч. 1 ст. 159 УК РФ мошенничество есть хищение чужого имущества или приобретение права на имущество путем îáìà-
на или злоупотребления доверием. В официальном проекте УК РФ
злоупотребление доверием в качестве способа совершения мошенничества не указывалось.
Верховный Суд РФ обращает внимание судов на то, «что в отличие от других форм хищения, предусмотренных главой 21 Уголовного кодекса Российской Федерации, мошенничество совершается путем обмана или злоупотребления доверием, под воздействием которых владелец имущества или иное лицо либо уполномоченный орган власти передают имущество или право на него другим
лицам либо не препятствуют изъятию этого имущества или приоб-
3
ретению права на него другими лицами»
. Разъяснение дополняет и
уточняет предложенное в свое время пленумом и содержащееся во
1
Большой энциклопедический словарь. М.: Большая российская энциклопедия,
1997. Ñ. 1287.
2
Подробнее об этом см.: Кочои С.М. Óêàç. ñî÷. Ñ. 129—130.
3
Пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ ¹ 51 от 27.12. 2007 г.
«О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате»
(Бюллетень Верховного Суда РФ. 2008. ¹ 2).
92
многих научных трудах определение, состоящее в том, что для мошенничества характерна видимость добровольной передачи имуще-
1
ства, т.е. владелец считает такие действия необходимыми
.
Действие, именуемое обманом, характеризуется следующими
особенностями. «Во-первых, оно обязательно предполагает, кроме
«деятеля», также и объект воздействия — лицо, вводимое в заблуждение. Трудно говорить об обмане, если отсутствует обманутый
(или хотя бы лицо, которое предполагалось обмануть). Во-вторых, с
обманом обычно связано представление о действии намеренном,
заведомом, умышленном»
2
.
Законодательное определение обмана было дано в примечании
к ст. 187 УК РСФСР 1922 г.: «Обманом считается как сообщение
ложных сведений, так и заведомое сокрытие обстоятельств, сооб-
3
щение о которых было обязательно»
. Последующие уголовные за-
коны не содержали толкования этого понятия.
Формулировка понятия обмана, данная в первом советском уголовном кодексе, не утратила своего теоретического значения до
настоящего времени. Она охватывает обе основные формы обмана
(активную и пассивную), не устанавливает никаких ограничений
относительно содержания обмана или применяемых для обмана
4
средств
. Вместе с тем нуждается в некоторых комментариях.
Так, Г.Н. Борзенков справедливо указывал на то, что целесообразнее было бы охарактеризовать активную форму обмана как искажение истины. «Это выражение более полное, чем «сообщение
ложных сведений», которое предполагает лишь словесную форму
обмана, тогда как обман нередко совершается путем различных
действий… Пассивную форму обмана точнее характеризует умолчание об истине, чем «сокрытие истины» или «сокрытие обстоятельств, фактов» и т.п. Само «сокрытие» может быть двух видов:
активное (например, маскировка недостатков вещи) и пассивное
(простое умолчание). Но «сокрытие истины» первого вида охватывается понятием «искажение истины», которое включает все проявления активного обмана»
5
.
1
Пункт 12 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 5 сентября
1986 г. ¹ 11 «О судебной практике по делам о преступлениях против личной
собственности». См. также: ßíè Ï. Постановление Пленума Верховного Суда и
квалификации мошенничества, присвоения и растраты: объективная сторона
преступления // Законность. 2008. ¹ 4; Лопашенко Н.А. Преступления в сфере
экономики: Авторский комментарий к уголовному закону (раздел VIII УК РФ).
М.: Волтерс Клувер, 2006. С. 124.
2
Борзенков Г.Н. Ответственность за мошенничество. М., 1971. С. 29.
3
Ñì.: Уголовный кодекс РСФСР. М., 1923. С. 47—48.
4
Ñì.: Борзенков Г.Н. Ответственность за мошенничество. С. 29.
5
Òàì æå. Ñ. 30.
93
С учетом изложенного в науке уголовного права было предложено обман понимать как всякое искажение истины или умолчание
об истине
1
. В.Н. Лимонов дополнил это определение указанием на
то, что такой способ совершения преступления должен привести к
введению другого лица в заблуждение относительно истины
2
.
Другие авторы под обманом подразумевают противоправное искажение или сокрытие истины, направленное на удовлетворение
интересов виновного
ние об истине
4
3
, либо всякое искажение истины или умолча-
. И. Клепицкий определяет обман как «сознательное
искажение истины (активный обман) или умолчание об истине,
состоящее в сокрытии фактов или обстоятельств, которые при добросовестном и соответствующем закону совершении имущественной сделки должны быть сообщены (пассивный обман)»
5
.
А.П. Севрюков, критикуя приведенные точки зрения, отмечает,
что обман должен быть направлен на завладение чужим имущест-
6
âîì
, разделяет точку зрения С.В. Косых, считающего, что смысл
обмана состоит не в том, чтобы высказать ложные сведения или
суждения, а в том, чтобы посредством их создать в сознании обманываемого искаженные представления о реальной действительности
и тем самым вызвать нужное для обманывающего поведение
7
.
Полагаю, критика А.П. Севрюкова приведенных точек зрения
необоснованна, поскольку авторы раскрывали содержание обмана,
а А.П. Севрюков же сконцентрировал свое внимание на субъективной стороне мошенничества.
Таким образом, под обманом наиболее точно понимать искажение истины или умолчание об истине.
1
См., например: Мендельсон Г.А. Ответственность по советскому уголовному
праву за мошеннические посягательства на социалистическую и личную собственность: Автореф. … канд. юрид. наук. М., 1953. С. 10; Борзенков Г.Н. Ответст-
венность за мошенничество. С. 30 Беляк О.С. Ответственность за мошенничество по уголовному праву России: Дис. … канд. юрид. наук. М.,2006. С. 67—78.
2
Ñì.: Лимонов В.Н. Уголовно-правовая и криминологическая характеристика
мошенничеств: Дис. … канд. юрид. наук. М., 1998. С. 167.
3
Ñì.: Панов Н.И. Уголовная ответственность за причинение имущественного
вреда путем обмана или злоупотребление доверием. Харьков, 1973. С. 10—11.
4
Кригер Г.А. Квалификация хищений социалистического имущества. С. 150;
Владимиров В.А. Квалификация похищений личного имущества. М., 1974. С. 92.
5
Клепицкий И. Мошенничество и правонарушения гражданско-правового харак-
тера // Законность. 1995. ¹ 7. С.42.
6
Ñì.: Севрюков А.П. Мошенничество: уголовно-правовые и криминологические
аспекты. М., 2006. С. 77.
7
Ñì.: Косых С.В. Мошенничество и борьба с ним (уголовно-правовое и крими-
нологическое исследование на материалах транспорта): Дис. … канд. юрид. наук.
М., 1990. С. 64.
94
Верховный Суд РФ частично воспринял научные рекомендации,
определив, что обман заключается «в сознательном сообщении заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений,
либо в умолчании об истинных фактах, либо в умышленных действиях (например, в предоставлении фальсифицированного товара
или иного предмета сделки, использовании различных обманных
приемов при расчетах за товары или услуги или при игре в азартные игры, в имитации кассовых расчетов и т.д.), направленных на
1
введение владельца имущества или иного лица в заблуждение»
.
Сообщаемые при мошенничестве ложные сведения (либо сведения, о которых умалчивается) могут относиться к любым обстоятельствам, в частности к юридическим фактам и событиям, качеству, стоимости имущества, личности виновного, его полномочиям,
намерениям.
События, по поводу которых создается заблуждение, могут относиться к настоящему, прошедшему или будущему времени. Ранее
в зарубежном уголовном праве принято было считать, что содержанием обмана могут быть обстоятельства, относящиеся только к настоящему или прошедшему времени. Дореволюционные русские
криминалисты склонны были отрицать в принципе самую возможность обмана относительно будущих событий. Этому давалось и
определенное философское «обоснование». «Область будущего не
есть предмет знания, а разве более или менее основательных на-
2
дежд», — писал И.Я. Фойницкий
действительности», — замечал П.П. Пусторослев
. «Будущее лежит за пределами
3
.
Мнение о ненаказуемости обманов, касающихся будущих событий, в советской юридической литературе было весьма распростра-
4
íåíî ëèøü â 20-õ ã.õ
. В последующем мнение ученых по этому по-
воду изменилось.
Б.С. Никифоров писал: «Предметом мошеннического обмана
могут быть любые обстоятельства, относящиеся, как к настоящему
и прошедшему, так и к будущему, принадлежащие к категории как
«внешних явлений», поддающихся непосредственному созерцанию,
1
Пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ ¹ 51 от 27.12. 2007 г.
«О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате»
(Бюллетень Верховного Суда РФ. 2008. ¹ 2).
2
Фойницкий И.Я. Мошенничество по русскому праву. Ч. 2. СПб., 1871. С. 89.
3
Пусторослев П.П. Русское уголовное право. Особенная часть. Вып. 1. Юрьев,
1913. Ñ. 248.
4
См., например: Жижиленко А.А. Имущественные преступления. Л., 1925.
Ñ. 154; Пионтковский А.А. Советское уголовное право. Особенная часть. Т. 2. М.;
Л., 1928. С. 138.
95
так и явлений «внутренних», психических, суждение о которых мо-
1
жет быть выведено только из доказательств»
.
Практика показывала и показывает, что обман относительно
будущих событий встречается довольно часто, особенно если речь
2
идет о действиях самого виновного (ложные обещания)
. Содержанием ложного обещания являются обстоятельства будущего времени: мошенник обещает что-то «достать», передать деньги по назначению, вернуть взятую на прокат вещь, оплатить кредит и т.д.
Обманывая относительно своих действий в будущем, мошенник
тем самым создает неверное представление о своих действительных
3
намерениях, которые у него имеются в данный момент
.
Ложное обещание — наиболее типичный обман в обстоятельст-
4
вах, относящихся к будущему
.
Так, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда
РФ рассмотрела в судебном заседании от 31 августа 2007 г. дело по
кассационной жалобе осужденного А. на приговор Московского
городского суда от 6 июня 2007 г., которым он в том числе осужден
к лишению свободы по ст. 159 ч. 2 УК РФ на 2 г..
В кассационной жалобе и дополнении осужденный А. просит
приговор суда отменить, дело направить на новое рассмотрение,
поскольку выводы суда в приговоре не соответствуют фактическим
обстоятельствам дела, действия квалифицированы неправильно,
назначенное наказание является несправедливым. Указывает, что
суд неправильно оценил исследованные доказательства, в том числе
показания потерпевших и осужденных, не учел, что мошенничества
не было, поскольку потерпевший З. сам предложил им продать
свой мобильный телефон для покупки спиртных напитков и этот
телефон не стоит 3000 руб.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения, Судебная коллегия не нашла оснований для отмены приговора.
1
Никифоров Б.С. Борьба с мошенническими посягательствами на социалисти-
ческую и личную собственность по советскому уголовному праву. М., 1952.
С. 117; см. также: Кригер Г.А. Борьба с хищениями социалистического имущества. М., 1965. С. 159; Борзенков Г.Н. Óêàç. ñî÷. Ñ. 32—33.
2
См., например: Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 30.05.2007
¹ 132-07.
3
См. также: Севрюков А.П. Óêàç. ñî÷. Ñ. 80; Григорьева Л.В. Уголовная ответст-
венность за мошенничество в условиях становления новых экономических отношений: Дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 1996. С. 39—40; Постановление
Президиума Верховного Суда РФ от 24.01.1999 г. // Бюллетень Верховного Суда
РФ. 2000. ¹ 2. С. 7.
4
Подробнее об этом см.: Борзенков Г.Н. Указ. соч. С. 33.
96
Выводы суда о виновности А. основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах: показаний осужденного Д. на
предварительном следствии о совершении преступлений при изложенных в приговоре обстоятельствах, в частности о том, что А. показывал 1500 руб., говорил, что продали мобильный телефон, который забрали у потерпевшего З., показаний потерпевшего З. о совершении А. преступлений при изложенных в приговоре обстоятельствах, в частности о том, что мобильный телефон стоимостью
3000 руб. он дал на 2 часа по просьбе осужденных.
Таким образом, в действиях осужденного А. действительно имеется состав мошенничества, которое совершено путем обмана, который представляет собой ложное обещание вернуть через два часа
мобильный телефон
1
.
Некоторые авторы видят в ложном обещании выполнить в
будущем какие-либо действия не обман, а злоупотребление дове-
2
ðèåì
.
Г.Н. Борзенков по этому поводу указывал, что, безусловно, при
завладении имуществом путем ложных обещаний имеется злоупотребление доверием, как и во многих других случаях мошенничества.
Однако здесь имеется и обман в отношении намерений
3
.
В науке уголовного права по содержанию мошеннические обманы по разному классифицируются. Например, Г.Н. Борзенков
приводит следующую классификацию:
«1. Обманы в отношении личности (существования, тождества,
особых свойств личности и т.п.).
2. Обманы относительно различных предметов (их существова-
ния, тождества, размера, качества, цены и т.п.).
3. Обманы по поводу различных событий и действий.
4. Обманы в намерениях (ложные обещания)»
4
.
Н.А. Лопашенко полагает, что мошеннические обманы следует
классифицировать иначе:
«1) обман относительно действительных намерений;
2) обман в предмете преступления: в его свойствах, качестве,
количестве;
3) обман в каких-либо фактах или событиях;
4) обман в личности виновного;
1
Определение Верховного Суда РФ от 31.08.2007 ¹ 5-о07-143.
2
См., например: Научный комментарий к Уголовному кодексу РСФСР. Сверд-
ловск, 1964. С. 224; Пионтковский А.А., Меньшагин В.Д. Курс советского уголовного права. Особенная часть. Т. 1. М., 1955. С. 753; Советское уголовное право.
Часть Особенная. М., 1962. С. 104.
3
Борзенков Г.Н. Óêàç. ñî÷. Ñ. 34.
4
Òàì æå.
97
5) обман в игре;
6) так называемый «цыганский обман», или обман с использо-
ванием гадания;
1
7) обман в лечении или целительстве и др»
.
Таким образом, Н.А. Лопашенко фактически добавляет еще три
вида обмана (5, 6, 7), однако полагаю, что по содержанию они вряд
ли могут претендовать на самостоятельность, поскольку так или
иначе являются разновидностями первых четырех видов.
Например, во время «цыганского обмана», т.е. гадания, виновное лицо, предрекает в силу открывшейся «порчи» верную гибель
потерпевшему и близким ему людям, если в доме потерпевшего
останется хотя бы одна золотая вещь. Думается, что в этом случае
имеет место обман в фактах или событиях.
В юридической литературе общепринято мнение, что мошеннический обман может быть совершен в любой форме: устно, пись-
2
менно, путем различных действий и путем бездействия
.
Любой мошеннический обман с точки зрения формы может
быть отнесен к одной из двух категорий, соответствующих двум
основным видам человеческой деятельности: это либо действие (искажение истины), либо бездействие (умолчание об истине).
Искажение истины может быть выражено либо словесно, либо в
форме определенных действий. Строго говоря, словесный обман —
это тоже действие (как форма поведения человека). Однако в уголовно-правовой литературе «обман действием» понимается обычно
в более узком смысле.
В словесной форме обмана содержится утверждение или отрицание того или иного обстоятельства. Словесный обман, в свою
очередь, может быть совершен в устной или письменной форме.
Устная форма больше соответствует непосредственному общению
между мошенником и потерпевшим. К сообщению ложных сведений в письменной форме преступник прибегает, когда это обусловлено необходимой формой изложения тех или иных имущественных притязаний. К письменной форме мошенник обращается
также в том случае, когда потерпевший находится от него на расстоянии.
Ложные сведения могут быть сообщены в утвердительной либо
отрицательной форме. Разница между утверждением или отрицанием относительна. Отрицание наличия какого-либо факта равносильно утверждению об отсутствии этого факта.
1
Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономики: Авторский комментарий к
уголовному закону (раздел VIII УК РФ). С. 126.
2
Ранее среди зарубежных юристов господствовал отрицательный взгляд на возможность обмана путем бездействия и даже не все активные обманные действия
признаются уголовно наказуемыми.
98
Ложное суждение может быть высказано как в категорической
форме, так и в форме предположения, «личного мнения». В зарубежной литературе под обманом ранее принято было понимать,
только категорическое сообщение о каком-либо факте. Личные
мнения о фактах, даже если они высказывались заведомо для того,
чтобы ввести потерпевшего в заблуждение и побудить его передать
1
имущество, не признаются обманом
. Основанием ненаказуемости
таких действий И.Я. Фойницкий видел в том, что потерпевший не
лишается возможности самостоятельно проверить правильность
суждений виновного, руководствуясь правилом: «Пред фактами
2
преклоняются, личным мнениям верят свободно»
. Лживость мнений виновного он не считал мошенничеством, так как «здесь получаемой выгодой лицо обязано своему умственному капиталу, не
лишая вступившего с ним в сделку возможности критически отне-
3
стись к нему»
.
Думается, если субъект, например, говорит: «Мне кажется, что
это кольцо золотое», заведомо зная, что оно не золотое, он искажает истину, т.е. совершает обман. Если в результате этого обмана
4
виновный завладевает имуществом, он совершает мошенничество
.
Обман в форме различных действий составляют, в частности,
использование подложных документов, а также чужих и недействительных документов, сбыт и иное использование для обмана фальсифицированных предметов, подмена предметов, ношение форменной одежды, симуляция болезни, шулерство, знахарство, различного рода жесты, условные знаки и т.д.
Многие обманные действия обладают гораздо большей убедительной силой, чем слова. Это объясняется тем, что такие действия
содержат в себе не только ложное утверждение, но и определенное
«доказательство» этого утверждения. Тот, кто предъявляет подложный документ, не только сообщает ложные сведения, составляющие содержание документа, но и демонстрирует соответствующее
«письменное доказательство».
Обманные действия применяются, как правило, непосредственно для введения в заблуждение потерпевшего и получения таким
путем имущества. Отдельные действия бывают направлены на обман лиц, которые могут подтвердить право субъекта на получение
имущества. Например, симуляция болезни. Она не приводит непосредственно к завладению имуществом, но дает возможность ви-
1
Подробнее об этом см.: Борзенков Г.Н. Указ. соч. С. 57.
2
Фойницкий И.Я. Óêàç. ñî÷. Ñ. 89.
3
Òàì æå. Ñ. 104.
4
Ñì.: Борзенков Г.Н. Óêàç. ñî÷. Ñ. 57.
99
новному получить документ (больничный лист), предъявив который
он может завладеть имуществом. Обман при этом совершается как
бы в два приема. Причем на первом этапе лишь создаются условия
для последующего завладения имуществом путем обмана
1
.
Формой мошеннического обмана может быть и умолчание об
истине. Ранее в зарубежной науке уголовного права широко распространено было мнение, что обман вообще возможен только в
активной форме, т.е. путем прямого утверждения или отрицания
тех или иных обстоятельств либо путем совершения каких-либо
действий, вызывающих или хотя бы поддерживающих заблуждение
потерпевшего
2
.
Такая позиция мотивировалась следующим образом. И.Я. Фойницкий приводил три аргумента в пользу такого мнения:
1) «обязанность быть правдивым есть лишь обязанность нравст-
венная…»;
2) «пользование ошибкой другого есть лишь пользование отсутствующими у ошибающегося знаниями. Но знание само по себе
есть капитал, нередко приобретаемый со значительными затратами.
Делиться ими безвозмездно ни на ком не лежит юридической обязанности»;
3) «если потерпевший впал в заблуждение по своей собственной
вине и небрежности, то к нему может быть применено положение
vigilantibus jura sunt scripta»
3
.
Советское, а вслед за ним российское уголовное право придерживается точки зрения, что бездействие так же способно причинить
преступный результат, как и активное действие человека
4
.
Сознательное использование чужой ошибки и завладение таким
путем чужим имуществом есть не что иное, как мошенничество.
Умолчание об истине — одна из форм мошеннического обмана.
1
Ñì.: Борзенков Г.Н. Óêàç. ñî÷. Ñ. 59; Лесняк В.И. Мошенничество: уголовно-
правовой и криминологические аспекты: Дис. … канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2000. С. 49.
2
Ñì.: Борзенков Г.Н. Óêàç. ñî÷. Ñ. 60.
3
Фойницкий И.Я. Курс уголовного права. Часть Особенная. СПб., 1901. С. 243—244.
4
См., например: Дурманов Н.Д. Понятие преступления. М., 1948. С. 54—55; Кудрявцев В.Н. Объективная сторона преступления. М., 1960. С. 214; Пионтковский
А.А. Учение о преступлении. М., 1961. С. 230—232; Церетели Т.В. Причинная
связь в советском уголовном праве. М., 1963. С. 259; Лесняк В.И. Мошенничество: уголовно-правовой и криминологические аспекты: Дис. … канд. юрид. наук.
Екатеринбург, 2000; Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть:
Учебник. 2-е изд., испр. доп. / Под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай, А.И. Рарога,
А.И. Чучаева; Уголовное право Российской Федерации. Общая часть: Учебник. 2-е
изд., испр. и доп. / Под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай, А.И. Рарога, А.И. Чучаева.
100
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]