Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Современные лингвистические теории. Проблемы слова, предложения, текста. Сборник научных трудов
.pdf
ит свою речь изначально так, чтобы, при множестве возможных продуцируемых адресатом смыслов, не был забыт главный» [Дементьев, 2006, с. 201].
С манипуляцией ситуацию шантажа сближает то, что он нежелателен для
объекта влияния и затрагивает интересы влияющего. Главное отличие шантажа
от манипуляции состоит в том, что шантажируемый понимает реальное положение дел. При всех смыслах, возникающих при программируемом непрямом
воздействии, шантажирующий нацелен на то, чтобы адресат разгадал его намерения. Непрямые высказывания особенно характерны для ситуации «Шантаж»,
так как она ставит адресата перед выбором, в каком ключе следует их понимать: здесь часто имеет место рассогласованность между значением и смыслом
высказывания, между выраженным и подразумеваемым содержанием, между
собственным и контекстуально обусловленным значением, если ситуация не
содержит очевидных ключей тональности. При этом рассогласование может
варьироваться в определенных пределах: шантаж может быть выражен в виде
совета, просьбы, предложения или утверждения [Иванова, 2010].
1. А: So, you are blackmailing me?
B: I prefer to think of it as helping to make you come to a decision more easily
[Metal Gear Solid, 1998].
2. A: Joe, you are blackmailing people!
B: «Blackmail» is such a negative term. I prefer «mail of color» [Roberts,
2009].
«Конфликт является, образно говоря, развивающейся индустрией» [Фишер,
Ури, 1990, с. 18] и этот тип социальных отношений регулируется правоведческими нормами. Взаимодействие индивидуумов неизбежно приводит к столкновению притязаний (конфликтный тип взаимодействия), что в свою очередь
можно в правовом аспекте рассматривать как посягательство, попытка (незаконная или осуждаемая) сделать что-нибудь, распорядиться чем-нибудь, получить чью-либо свободу, самостоятельность, собственность. Шантаж относится
к наиболее сложным и малоизученным разновидностям посягательств. Сложность этого явления отражается в неоднозначности его понимания, включенности шантажа в процессы асоциальной коммуникации, обеспечивающие отношения власти. Власть, т. е. возможность оказывать определяющее воздействие
на поведение других людей, основанная на шантаже, часто лежит в основе организованной и коррупционной преступности [Жданухин, 2005]. Благодаря
61
шантажу обеспечивается вовлечение в преступную группу тех лиц, которые
иначе не приняли бы участие в ее деятельности. И в отличие от насилия и подкупа, подстрекательство с использованием угрозы распространения компрометирующих и иных сведений более латентно.
Современное толкование «шантажа» имеет несколько общих значений: это
и угроза разоблачения, расправы с близкими, разглашения позорящих, часто
сфабрикованных сведений с целью добиться какой-либо выгоды; и неблаговидные или преступные действия с целью вымогательства, запугивание чем-либо с
целью создать выгодную для себя обстановку, заключающееся в угрозе эмоционального истощения, также запугивание, имеющее целью выполнение определенных требований шантажиста, которые считались бы незаконными по
отношению к адресату.
В лексикографических источниках зафиксированы следующие виды шантажа в английском языке, номинированные разными цветами – greenmail,
whitemail, graymail.
1. Graymail is the threatened revelation of state secrets in order to manipulate
legal proceedings [Merriam, 2001].
2. Greenmail or greenmailing is the practice of purchasing enough shares in a
firm to threaten a takeover [Ibid].
3. Whitemail is a sale of a large amount of stock by a company that is the target
of a takeover bid to a friendly party at below-market prices
[Ibid].
На наш взгляд, существующие «виды» шантажа указывают на следующие
моменты: 1) наличие негативной коннотации черного цвета в англоязычной
культуре (blackmail), 2) попытка шантажирующего скрыть свои истинные намерения. Два этих фактора привели к самостоятельному существованию номинаций и сужению понятия шантаж. Greenmail и Whitemail относятся к экономическим понятиям, graymail – к политическому. Существующее в наше время
понятие эмоционального шантажа (when someone tries to make you do something
by making you feel guilty (Emotional blackmail) по своему определению скорее
относится к сфере психологии и не рассматривается как уголовно наказуемое
преступление, и мы считаем нужным разграничивать шантаж в юридической
сфере (институциональный) и шантаж бытового дискурса вслед за В.И. Карасиком, который определяет институциональный дискурс как «общение в задан-
62
ных рамках статусно-ролевых отношений», а бытовой дискурс как общение,
протекающее между хорошо знакомыми людьми, и происходящее на сокращенной дистанции [Карасик, 2000]. Последний тип дискурса характеризуется
спонтанностью, сильной ситуативной зависимостью, ярко выраженной субъективностью, нарушениями логики и структурной оформленности высказываний.
Словарные дефиниции понятия «шантаж» позволяют нам сделать вывод о
том, что в англоязычной культуре присутствует семантика вымогательства, т. е.
данное явление скорее связано с получением какой-либо выгоды, нежели с введением адресата в состояние опасения за свою жизнь и благополучие, либо за
жизнь и благосостояние родных и близких [Иванова, 2009, с. 73]. Анализ фактического материала показал, что зачастую шантаж рассматривается как частный способ вымогательства, либо разновидность принуждения и психического
насилия, что обнаруживается при взаимозаменяемости терминов «blackmail» и
«extortion»:
1. A: Is it some kind of blackmail?
B: Heavens no! It is a type of extortion [North, 2003].
Или, например:
2. A: I can tell him exactly where you are. Or I can lie, and tell him you were al-
ready dead. I'd be willing to do that, for 3.2 million dollars.
B: You have arranged this meeting so you could blackmail me?
A: It is extortion if you want to get technical [Lieber, 2008].
Шантаж можно определить через понятие угрозы: как перспективу (обещание, предвидение, неизбежность) неблагоприятных последствий (кары, наказания, зла, болезни, неприятностей) для адресата; как ситуацию, имеющую целью
заставить адресата изменить свое поведение (прекратить некоторый род действий или, напротив, выполнить определенные действия).
Таким образом, шантаж – это просьба (пожелание, уговор, призыв, требование) и «одновременное воздействие на волю адресата демонстрацией отрицательных для него последствий в случае отказа» [Верещагин, 1990]. Речеповеденческая ситуация «Угроза» шире, чем «Шантаж», так как последний сужается до получения выгоды, в то время как угроза не обязательно ее предполагает
[Иванова, 2010].
63
Рассмотрим семантические составляющие (тактики2), которыми может быть
выражена речеповеденческая ситуация «Шантаж»:
1. Говорящий угрожает адресату распространением компрометирующей его
информации.
Ведущий телешоу вымогает деньги у адресата за неразглашение информации:
A: Hello, Mrs. Teal, lovely to have you on the show. Now Mrs. Teal, if you’re
looking in tonight, this is for 15 pounds: and is to stop us from revealing the name of
your LOVER IN BOULTON!! So, Mrs. Teal, send us 15 pounds, by return of post
please, and your husband Trevor, and your lovely children Diane, Janice, and Juliet,
need never know the name... of your LOVER IN BOULTON! [Jones, 2001].
Шантажирующий уговаривает адресата сделать операцию в обмен на неразглашение подробностей его интимной жизни:
A: For the record, I hope the department takes you and Chase and drop-kicks
both your asses out the back door. House: [nods] Great. Means I do not have to
bother welshing on the 15 grand I would have owed you. If you do not do the sur-
gery, [he starts to walk away] I am going to tell your wife that you have been sleeping with a series of nurses. Currently Nurse Cuttler in Radiology. Now what is 600
grand divided by two? [Shore, 2004].
Говорящий нуждается в алиби для совершения преступления. Он шантажирует адресанта разглашением порочащих его сведений.
A: It was when I saw you in that pub that it happened. Suddenly, everything became quite clear. A few months before, Margot and I had made our wills. Short affairs, leaving everything we had to each other, in case of accidents. Hers worked out
at just over 20,000 pounds. Investments mostly, all a little too easy to get at. And that
was dangerous. They would be bound to suspect me. I need an alibi, a very good one.
Then I saw you. I had wondered what happened to people who came out of prison.
People like you, I mean. Can they get jobs? Do old friends rally round? Suppose
they never had any friends. I became so curious to know that I followed you. I fol-
2
Любая речеповеденческая ситуация представляет собой абстрактное семантическое образование (смысловую
структуру), составленную из определенного набора семантических долей (или тактик) как составных элементов, имеющих социальную природу и национально-культурную специфику. Тактики реализуются в серии речевых действий, выражающих общий смысл, а суть их заключается в том, что они выражают общую интенцию
говорящего [Топка, 2009].
64
lowed you home that night and would you mind passing me your glass, old boy?
Thank you. Thank you very much. I have been following you ever since [Knott, 1954].
2. Говорящий угрожает адресату расправой с третьим лицом.
Шантажирующий ставит перед адресатом выбор – спасать или не спасать
жизнь людей.
A: Dr. Gordon, this is your wake up call. Every day of your working life, you
have given people the news that they are going to die soon. Now you will be the cause
of death. Your aim in this game is to kill Adam. (Adam glances down at the tape recorder wide-eyed, then back up at Lawrence) You have until six on the clock to do it.
There is a man in the room with you. When there is that much poison in your blood
(another view of the body from Lawrence’s POV), the only thing left to do is shoot
yourself (Jigsaw coughs). There are ways to win this hidden all around you. Just remember: X marks the spot for the treasure. If you do not kill Adam by 6:00, then Al-
ison and Diana will die, Dr. Gordon. And I will leave you in this room to rot. Let the
game begin [Wan, 2004].
Потенциально конфликтная коммуникация характеризуется противостоянием воли говорящего и слушающего, готовым перейти в столкновение, однако
балансирующим на этой грани по этическим, моральным, политическим, идеологическим, религиозным и другим соображениям, обязывающим уважать волю оппонента. Однако уже в потенциально конфликтной коммуникации встречаются завуалированные, имплицитные угроза и предостережение [Арский,
1998].
Речеповеденческая ситуация «Шантаж» относится к потенциально конфликтному типу взаимодействия и определяется как угроза распространения
сведений, которые могут причинить существенный вред потерпевшему или его
близким, используемая в принуждении. От угрозы шантаж отличает наличие
социально порицаемой информации. При этом существенность вреда оценивается с точки зрения потерпевшего не зависимо от того, может этот вред быть
причинен только его правам и законным интересам [Жданухин, 2005]. Данный
тип шантажа, требующий вмешательства органов власти, мы определяем как
шантаж институционального дискурса (юридический), наказанием за который в
странах Европы, США и Великобритании может выступать штраф или заключение под стражу. Также мы выделяем шантаж бытового дискурса, при кото-
65
ром говорящий зачастую заинтересован в наличии у адресата чувства вины или
стыда.
Понятия шантажа и манипуляции имеют зону сближения, так как оба явления нежелательны для объекта влияния (адресата) и затрагивают интересы
влияющего (говорящего). И шантаж, и манипуляцию объединяет стремление
говорящего в достижении положительного результата воздействия на адресата.
Разница заключается в том, что манипулирующий заинтересован в скрытом
воздействии, тогда как шантажирующий, напротив, в том, чтобы сделать свои
намерения максимально прозрачными.
Библиографический список
1. Арский, А.А. Семантические категории угрозы и предостережения и их вербальная
реализация в современном немецком языке (тактико-ситуативный подход) [Текст] : дис. …
канд. филол. наук : 10.02.04 / А.А. Арский. – Иркутск, 1998. – 179 с.
2. Бондарко, А.В. Грамматическое значение и смысл [Текст] / А.В. Бондарко. – Л. : Нау-
ка, 1978. – 175 с.
3. Верещагин, Е.М. Тактико-ситуативный подход к речевому поведению (поведенческая
ситуация «Угроза») [Текст] / Е.М. Верещагин. // Русистика. – 1990. – №1. – С. 26-32.
4. Дементьев, А.В. Непрямая коммуникация [Текст] / А.В. Дементьев. – М. : Гнозис,
2006. – 376 с.
5. Жданухин, Д.Ю. Уголовно-правовая характеристика шантажа [Электронный ресурс] :
дис. … канд. юрид. наук : 12.00.08 / Д.Ю. Жданухин. – Екатеринбург, 2005. – Режим доступа : http://www.dslib.net/kriminal-pravo/zhdanuhin.html (дата обращения: 05.03.2012).
6. Иванова, Т.В. К вопросу о поведенческой ситуации [Текст] / Т.В. Иванова // Антропо-
логическая лингвистика – 4 : сб. науч. трудов / отв. ред. Ю.М. Малинович. – Иркутск : ИГЛУ, 2012. – С. 72-81.
7. Иванова, Т.В. Категория шантажа в современном английском языке : семантический
аспект исследования [Текст] / Т.В. Иванова // Современные проблемы гуманитарных и естественных наук : материалы конференции молодых ученых (Иркутск, 2-5 марта 2009 г.). –
Иркутск : ИГЛУ, 2009. – 208 с.
8. Карасик, В.И. О типах дискурса [Текст] / В.И. Карасик // Языковая личность : инсти-
туциональный и персональный дискурс: сб. науч. тр. – Волгоград : Перемена, 2000. – С. 5-20.
9. Киселева, Л.А. Вопросы теории речевого воздействия [Текст] / Л.А. Киселева. – Л. :
ЛГУ, 1978. – 160 с.
10. Полетаева, Т.В. Речевые манипуляции в современной английской рекламе (прагма-
тический аспект) [Текст] : автореф. дис… канд. филол. наук : 10.02.04 / Т.В. Полетаева –
СПб., 2001. – 203 с.
66
11. Топка, Л.В. Поведенческая ситуация «Шантаж» через призму непрямой коммуника-
ции [Текст] / Т.В. Топка, М.В. Абрамова // Современные лингвистические теории : проблемы
слова, предложения, текста. Вестник ИГЛУ. – 2007. – Вып. 3 – С. 174-196.
12. Топка, Л.В. Прагма-семантическая категория некатегоричности в современном анг-
лийском языке [Текст] : дис. … канд. филол. наук : 10.02.04 / Л.В. Топка. – Иркутск, 2000. –
179 с.
13. Фишер, Р. Путь к согласию, или Переговоры без поражения [Текст] / Р. Фишер,
У. Юрии. – М. : Свiт, 2001. – 144 c.
14. Шатров, В.Ф. Методы моделирования конфликтных взаимодействий [Текст] /
В.Ф. Шатров, Д.Д. Шульга. – М. : РИЦ ИСПИ РАН, 2002. – 232 с.
15. Emotional blackmail [Electronic resource]. – URL : http://dictionary.cambridge.org/ dic-
tionary/british/e-motional-blackmail (дата обращения : 20.02.2012).
16. BNC [Electronic resource]. – URL : bnc.bl.ul (дата обращения : 20.02.2012).
17. Merriam – Webster’s Collegiate Dictionary, the Tenth Edition, 2001. – 1558 p.
18. Shore, D. House M.D. [Motion Picture] / D. Shore. – USA, Universal pictures : A City Light
Film productions, 2004.
19. Roberds, B. Soap on rope [Comics] / B. Roberds. – 2009. – Vol. 6, № 17. – Р. 102.
20. North, R. Oh no Robot [Electronic resource]. – URL : http://www.ohnorobot.com/series.pl
(дата обращения : 20.02.2012).
21. Soap on rope [Electronic resource]. – URL : http://www.thecomicportal.com/ com-
ics/soap.html (дата обращения : 20.02.2012).
22. Lieber, J. – Lost [Motion Picture] / J. Lieber – USA, ABC Studios : Bad Robot production,
2008.
23. Metal Gear Solid [Electronic resource]. – URL : http://tvtropes.org/pmwiki/pmwiki.php/
Main/Blackmail (дата обращения : 25.02.2012).
24. Wan – Wan James. – Saw [Motion Picture] / J. Wan – USA, Lionsgate : Evolution Enter-
tainment Twisted Pictures, 2004.
25. Knott, F. Dial M for Murder [Motion Picture] / F. Knott – USA, Warner Bros., 1954.
26. Jones, T. Monty Python Show [Motion Picture] / T. Jones, Graham Chapman, Eric
Idle, Terry Gilliam. – UK, Handmade films, 2001.
Л.В. Кульгавова
О НЕКОТОРЫХ ПРИЗНАКАХ, ОБРАЗУЮЩИХ КОНЦЕПТ «УЧИТЕЛЬ»
Статья посвящена выявлению некоторых непрототипических признаков, образующих концепт «УЧИТЕЛЬ», на материале книги афоризмов. Отмечается динамика концептуального и языкового содержания слова УЧИТЕЛЬ. Указываются перспективы и направления дальнейших исследований.
Ключевые слова: концепт; непрототипические признаки; афоризм
67
L.V. Kulgavova
ON SOME FEATURES FORMING THE CONCEPT «TEACHER»
The article is devoted to some non-prototypical features of the concept «TEACHER»
brought out through the analysis of the aphorisms from a book of aphorisms. The dynamics
of the conceptual and linguistic senses of the word teacher is pointed out. Some prospects
for further research are outlined.
Key words: concept; non-prototypical features; aphorism
Лии Матвеевне Ковалевой:
Наставником, Ученым и Учителем от Бога
Открылась нам тернистая научная дорога.
Общая стратегическая установка современной лингвистики ориентирована
на изучение оснований концептуальной картины мира и принципов описания
отдельных ее фрагментов. В последние десятилетия активно развивается антропоцентрическая парадигма в языкознании. Одним из основных направлений
данной парадигмы является исследование процессов концептуализации внутреннего мира человека и взаимодействия человека с внешним миром.
Практически в любом лингвокультурном сообществе одним из значимых,
ключевых концептов, актуальность которых несомненна в жизни социума в целом и каждого отдельного индивида, является концепт «УЧИТЕЛЬ».
В концепте «УЧИТЕЛЬ» можно выделить общие (универсальные) признаки,
характерные для разных лингвокультур, и специфические, присущие той или
иной лингвокультуре.
Мы остановимся на первых признаках, так как материалом для исследования послужили афоризмы с универсальностью передаваемых ими смыслов для
большинства людей. Признаки выделены на основе анализа 22 афоризмов, авторы которых жили в разные эпохи и в разных странах. Афоризмы заимствованы из книги «Большая книга афоризмов», составленной по русским и иностранным источникам К. Душенко [Душенко, 2002].
Естественно, что при такой ограниченности материала (одна книга, один составитель, 22 афоризма) неизбежна, с одной стороны, некоторая тенденциозность в подборе материала (выборе афоризмов составителем книги), с другой
стороны, субъективность собственно исследовательских выводов. Основная
ценность такого анализа заключается в том, что он позволяет наметить пер-
68
спективы для дальнейших исследований и установить преимущественно непрототипические признаки в концептуальном и языковом содержании лексемы
УЧИТЕЛЬ. Именно в актуализации непрототипических признаков проявляется
многоаспектность реального функционирования «живого» слова УЧИТЕЛЬ и
многоликость его концептуального содержания для пользователей языка.
В свете данного подхода неслучайно обращение к термину «живое» слово.
Метафорический термин «живое» слово принадлежит Г.Г. Шпету и
М.М. Бахтину. Как указывает Н.Ф. Алефиренко в монографии ««Живое» слово:
Проблемы функциональной лексикологии», появление термина «живое» слово
было «вызвано необходимостью высвободить слово из оков залогизированной
системы языка, абстрактной, глухонемой, мертвой, рассудочной, чтобы обозначить важнейшее свойство употребленного в речемыслительном контексте слова
– способность отражать помыслы, намерения и мотивы говорящих (или, как говорят психолингвисты, – субъектов речевой деятельности). Тем самым, слово
из «опресневшей» единицы си с т е мы языка превращается в «живое» слово»
[Алефиренко, 2009, с. 18-19]. В данной статье мы исследуем слово УЧИТЕЛЬ в
его реальном функционировании, способном отражать мотивы и намерения говорящих.
Следует отметить, что анализируемые афоризмы, помимо слова УЧИТЕЛЬ,
содержат также преподаватель, педагог, наставник. Считаем такую «погрешность» допустимой, поскольку, во-первых, они приводятся в синонимических
словарях в качестве синонимов слова УЧИТЕЛЬ:
Учитель, наставник, преподаватель, воспитатель, руководитель, гувернер,
ментор, репетитор, педагог; доцент, профессор; учительница, наставница, бонна, гувернантка, репетиторша, классная дама, мадам, мамзель. Мы взяли к детям мамзель. Ср. Воспитатель и Руководитель [Учитель].
Во-вторых, языковая репрезентация концепта «УЧИТЕЛЬ» осуществляется
с помощью этих лексем.
В результате анализа афоризмов нами были выделены следующие признаки.
«ПЕРЕДАЧА ЗНАНИЙ УЧЕНИКАМ»:
Что переварили учителя, тем питаются ученики (Карл Краус).
Сами по себе признаки «передача знаний» и «ученики» являются прототипическими (содержание обучения и объект), однако метафорическое использо-
69
вание глаголов переварили и питаются указывает на содержательную ограниченность знаний, детерминируемую учителем.
«ЭМОЦИОНАЛЬНАЯ ОБЪЕКТНАЯ ДВУНАПРАВЛЕННОСТЬ»:
Чтобы быть хорошим преподавателем, нужно любить то, что преподаешь, и любить тех, кому преподаешь (Василий Ключевский).
Данным афоризмом смоделирован целый ряд возможных конкретных (гипонимических) ситуативных реализаций гиперонимического смысла «эмоциональная объектная двунаправленность» с учетом всего диапазона шкалы эмоций: отрицательные эмоции – отсутствие эмоций – положительные эмо-
ции. Например:
1) любовь к тому, что преподаешь – любовь к тем, кому преподаешь;
2) любовь к тому, что преподаешь – отсутствие каких-либо эмоций к тем,
кому преподаешь;
3) любовь к тому, что преподаешь – негативные эмоции к тем, кому препо-
даешь;
4) отсутствие каких-либо эмоций к тому, что преподаешь – любовь к тем,
кому преподаешь;
5) отсутствие каких-либо эмоций к тому, что преподаешь – отсутствие ка-
ких-либо эмоций к тем, кому преподаешь;
6) отсутствие каких-либо эмоций к тому, что преподаешь – негативные
эмоции к тем, кому преподаешь;
7) негативные эмоции к тому, что преподаешь – любовь к тем, кому препо-
даешь;
8) негативные эмоции к тому, что преподаешь – отсутствие каких-либо
эмоций к тем, кому преподаешь;
9) негативные эмоции к тому, что преподаешь – негативные эмоции к тем,
кому преподаешь.
«ЛЮБОВЬ К ПРОФЕССИИ (ПРЕДМЕТУ И УЧЕНИКАМ)»:
Чтобы быть хорошим преподавателем, нужно любить то, что преподаешь, и любить тех, кому преподаешь (Василий Ключевский).
Из афоризма следует, что признак «любовь к профессии (предмету и ученикам)» характеризует не любого преподавателя, а хорошего преподавателя.
«ХОРОШИЙ» VS. «ПЛОХОЙ» УЧИТЕЛЬ / ПРЕПОДАВАТЕЛЬ:
70
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]