Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Современные лингвистические теории. Проблемы слова, предложения, текста. Сборник научных трудов
.pdf
рит мир в мифологическом времени, а профанное пребывает в историческом
времени. По мнению М. Элиаде, профанное становится через иерофанию сакральным, а сакральное иногда десакрализуется и превращается в профанное.
М. Элиаде, опираясь на идею Р. Отто о «нуминозном», утверждает, что священное есть особая надприродная потенция, являющая себя через определенные реальные объекты, поражающие созерцающего их человека, видящего за
ними «что-то еще». В этом смысле сакральное может быть соотнесено с юнговским архетипом – подсознательным символом, имеющим влияние на людей и
проецирующимся на предметы и явления. В центре внимания М. Элиаде стоит
иерофания – обнаружение священного в профанной, мирской, сфере. В понятиях иерофании М. Элиаде интерпретирует религиозную символику, мифологию,
ритуалы, картину мира религиозного человека [Там же].
Феноменологический подход к сакральному Р. Отто и М. Элиаде отличается
определенной двойственностью. С одной стороны, они рассматривают сакральное исключительно как содержание человеческого опыта, с другой стороны,
придают сакральному как содержанию опыта весьма специфическое значение:
значение теофании или «встречи с нуминозным», тем самым, придавая ему
смысл абсолютной реальности, каким-то непостижимым (и, очевидно, сверхъестественным) образом, воплощающимся в феноменальную реальность [Цыгуля, 2010, с. 10].
Иную теоретическую модель сакрального заложил Э. Дюркгейм: сакральному плану бытия, соотносимому с общественными ценностями, сплачивающими всех носителей данной традиции, противостоит профанный план –
индивидуальный, бытовой, малоценный. В отличие от das Heilige, которому
Р. Отто придал метафизический смысл трансцендентного бытия, Le Sacre
Э. Дюркгейма, является знаком социального поведения сакральное создается
обществом. Понятие божества, по Э. Дюркгейму, не универсально и не объясняет всего многообразия религиозной жизни; понятие сверхъестественного
возникает поздно – за пределами классической античности. Напротив, всем религиям уже на ранней стадии присуще разделение мира на две области – мирскую (профанную) и священную, которые поставлены религиозным сознанием
в положение антагонистов. Основанием такой оппозиции является, согласно
Э. Дюркгейму, важнейший признак сакрального – его неприкосновенность, отделенность, запретность. Запретность, табуированность святого есть коллек-
31
тивное установление. Это положение позволило Э. Дюркгейму утверждать, что
сакральное в сущности своей социально: общественные группы придают своим
высшим социальным и моральным побуждениям облик священных образов,
символов, добиваясь тем самым от индивида категорического подчинения коллективным требованиям [Дюркгейм, 2000].
Антропологический и культурно-исторический аспекты сакрального связаны с исследованием мифов и ритуалов, их роли в механизме сакрализации. Как
отмечает А.А. Федоровских, важнейшим аспектом мифа является заявление и
утверждение сакральных примордиальных образцов, парадигм, реальностей в
мирской, повседневной деятельности. Все чувственно-материальные вещи
имеют духовный, сверхчувственный смысл. Повседневное выступает одновременно и как священное. Миф определял на только жизнь человека, но и социума в целом. Вместе с тем, в архаичном мифе, благодаря его символичности, доминирует все же сакральное, которое проявляется, существует во всем чувственно земном. Сам процесс сакрализации мифа – это развертывание и осмысление сакрального содержания, отмечаемый исторически, когда четко фиксируется проявление сакрального. Сакрализация мифа связана с каузализацией и
этизацией мифа, при тщательном сохранении всей его традиционной структуры. Устойчивость структуры определяется примордиальным сакральным событием, значимым в первую очередь для социума, общины, которое является одновременно и образцом, парадигмой и смыслообразующим повествованием.
Сакрализация мифа является знаком утраты им своей совокупной целостности.
Миф начинает переходить в различные другие формы: наррацию (повествование, легенду, сказку), философию, науку, религию [Федоровских, 2000, с. 12-
13].
Исследование феномена сакрального в современном обществе сопряжено с
исследованиями массовой коммуникации, роли СМИ, Интернет, изменений
сознания в условиях распространения мультимедийных технологий и, в частности, ролевых сетевых игр. В этом аспекте категория «сакральное» является связующим звеном между социально-онтологическим и индивидуальным, эмоционально-психологическим, личностным уровнями анализа социальной реальности. Как наблюдаемый феномен сакральное включается в бытие любого социума и может быть исследовано через становление эмоционально психической
нормы, которая имеет социальное происхождение.
32
На уровне социального явления сакральное исследуется в связи с символическими, семантическими, превращенными формами, в постмодернизме – симулякрами, запускающими работу сознания и подсознания, опирающимися на
определенную психоэмоциональную и интеллектуальную норму, которая связана с определенной доминантой в психодинамике, направляющей разворачивание смыслового личностного пространства.
В этом аспекте категория «сакральное» является связующим звеном между
социально-онтологическим и индивидуальным, эмоциональнопсихологическим, личностным уровнями анализа социальной реальности. Как
наблюдаемый феномен сакральное включается в бытие любого социума и может быть исследовано через становление эмоционально психической нормы,
которая имеет социальное происхождение [Сафонова, 2007, с. 4].
Как отмечает Н.П. Цыгуля, сама культура и ее предметы (произведения живописи, музыки, поэтические и прозаические тексты и т. п.) воспринимаются
нами как что-то выпадающее из привычного (обыденного) порядка вещей и относящееся к иному порядку, который можно обозначить как царство ценностей.
Любая ценность несет в себе некий сакральный смысл, идет ли речь об эстетических, этических или интеллектуальных ценностях, само постулирование их в
качестве таковых уже заключает в себе момент сакрализации. Само пространство культуры подразумевает разделение на две противоположные сферы, конституирующее жизнь человека. Речь идет об оппозиции профанного и сакрального, которая фактически структурирует социальное, культурное измерение.
Сакральное пронизывает и наше обыденное существование, поскольку в этом
последнем действуют определенные табу и предписания, нарушение которых
обладает таким смыслом, который далеко выходит за рамки чисто профанного
(рационального) отношения к окружающей реальности [Цыгуля, 2010, с. 3-4].
Феномен сакрального был тематизирован, таким образом, в рамках комплексных исследований, предпринятых гуманитарной мыслью XIX-XX вв.
Возникший в рамках гуманитарного знания дискурс сакрального может быть
четко разделен на два основных направления: феноменологию сакрального и
социологию сакрального. В первом случае речь идет о попытке описать опыт
встречи с сакральным. Он понимается не только как предстающий субъекту
специфический объект, но и как некая глубинная сторона самого субъекта, выходящая на поверхность в ходе этого опыта.
33
Во втором случае говорится, о тех функциях, которые сакральное выполняет в социуме и без выполнения которых этот социум не смог бы продолжать
своего существования. Сакральное создается обществом для утверждения и сохранения базовых социальных связей и особо ценных идеалов, является атрибутом всякой культуры, охватывает как конфессиональную, так и внеконфессиональную сферы отношений человека и высших сил. Если для религиозной
картины мира сакральное ассоциируется с миром божественным, сверхъестественным, потусторонним, то в рамках нерелигиозной картины мира нередко сакрализуются такие понятия и явления, как Истина (например, научная), творчество (от произведений искусства до их создателей), исторические вехи, связанные с личной или общественной историей. Объект сакрализации религиозной и
нерелигиозной традиций можно обозначить терминами – Абсолют и Святыня
[Калужникова, 2008].
Одна из важнейших функций сакральных мифических структур в том, чтобы задавать границы повседневного бытия. При этом сакральное измерение бытия постоянно включается при выходе из границ повседневности и в целях такого выхода. Поэтому элементы мифа, магии, религии, искусства, творчества,
будучи иной раз незаметно вкраплены в структуры повседневности, образуют
возможности выходы за ее пределы, являются окнами в иные, трансповседневные миры [Касавин, 2004].
Сакральное действует не только на уровне сознания, но и на уровне привычек, которые предполагают соотнесенность с определенными ценностями. Однако наибольшее значение для того, чтобы сакральное воздействовало на нас и
определяло наше социальное поведение, имеет, конечно, наше воображение. По
мнению В.Ю. Лебедева, сакральность оказывается семантической характеристикой ритуала – текста, относящейся к области фоновых смыслов, связанных с
формированием текста в специфической культурной среде и имеющих рефлективную природу, т. е. усматриваемых благодаря рефлективной «связке», соединяющей актуальную ситуацию понимания текста и весь накопившийся опыт
бытия человека в мире, в том числе и в сфере ритуала. Сакральность формируется благодаря упорядоченному набору смыслов, где, в частности, одними из
ведущих смыслов высшего уровня являются «двоемирие», «выделенность». Сакрализации может подвергнуться любой социальный ритуал или его элемент
(изолированный знак), однако в силу культурных ограничений далеко не все
34
вещи, выступающие в качестве знаков, и целые тексты-ритуалы могут становиться сакральными. Сакральности противостоит обычная религиозность, когда
ритуал осуществляет необходимые задачи религиозной коммуникации, не давая при этом возможности участникам и наблюдателям усмотреть специфические, именно сакральные смыслы. В этом случае партитура смыслов ритуала
разрушается, в ней появляются дефекты. Нередко недостаток сакральности
осознается как эстетическая дефектность. Эстетическое значение знака и сакральность не тождественны, но тесно связаны. На семиотическом уровне усмотрение сакральности связано с наличием в культуре сакральных субъязыков.
В идеальной ситуации эти субъязыки закреплены в культуре и входят в структуру языковой личности ее носителей [Лебедев, 2009, с. 24-25].
Выделим наиболее значимые характеристики сакрального:
– Сакральное указывает на ценностный приоритет бытия по отношению к
существованию. Сакральное указывает на надличное, надиндивидуальное бытие, на существование целого и выступает в связи с этим символом целостности, ее вечности. В этом смысле сакральное как обозначение надличного бытия,
его полноты и абсолютности синонимично трансцендентному, беспредельному,
высшей реальности. Сакральное характеризует аксиологический аспект, демонстрируя высшую ценность, коренную систему связи человека с бытием.
– Сакральное и профанное характеризуют два типа культурного пространства. Пространство культуры представляет собою особый вид социального пространства, внутренней сущностью которого является система социальных связей, оказывающих непосредственное и прямое воздействие на развитие человека, пространство культуры – это пространство по производству, распространению ценностей культуры. Сакральное пространство – особый тип культурного
пространства. Оно имеет жестко очерченные границы, отделяющие его от профанического пространства, в рамках которого разворачивается эмпирическая
жизнь людей [Медведев, 1999].
– Абсолютность, беспредельность, выделенность и отделенность сакрального связана с системой табу. Табуированный характер сакрального раскрывает
его заповедный характер. Оно лежит в основе иерархии ценностей личности,
определяет весь спектр связей человека с реальностью. Иерархическая система
ценностей человеческого индивида формируется всей полнотой личностноиндивидуальных, социальных и исторических условий. Священное – высшая
35
ценность, занимающая в иерархии личностных ценностей доминирующее положение, вызывая широкую гамму чувств: веру, любовь, преклонение, благоговение и т. п.
– Сакральное – выражение предельной и абсолютной ценности. Абсолютный характер ценности сакрального выражается в представлении о его мощи,
силе и принудительности. Сакральное как высшая ценность является ориентиром для осмысления всего спектра смысложизненных проблем. Сакральное в
этом смысле характеризуется авторитетностью и общепризнанностью [Там же].
– Как предельная, высшая абсолютная ценность сакральное вызывает противоречивый, амбивалентный ответ человека. Реакция на сакральное и отношение к нему содержат боязнь и страх, любовь и влечение. Двойственность переживания сакрального проявляется и в том, что оно очерчивает границы дозволенного и неразрешенного, свободы и ответственности. Приближение к сакральному – выход в сферу высшего, приобщение к нему.
– Сакральное, являясь выражением высшего, проявляется в профанном. Сакрализация – своеобразная метаморфоза: трансцендентное миру сакральное
становится ему имманентным, в этом смысле оно тотально. Сакральность профанного – ценность, нуждающаяся в сверхъестественном обосновании, преодоление узкопрагматического, чисто рационалистического обоснования чего-либо
[Медведев, 1999].
– Сакральное характеризует аксиологический аспект бытия, занимая высшую ступень в иерархии ценностей, идеалов, авторитетов и т. п. Данное понятие охватывает гораздо больше, чем область религиозного, духовного, божественного, и относит к нему также любое поведение, зависящее от священных соображений и сопровождающееся нежеланием изменить ценности и связанный с
ними образ жизни. Подобный подход свидетельствует о формировании в рамках культуры двойной системы ценностей – светской и сакральной.
– Сакральное как абсолютность, беспредельность отделима от профанного
табуированием. Оно через ритуальные действия, религиозно-мифологические
воззрения, идеологию, мировоззрение входит в сферу обыденного, повседневного бытия как индивидуального, так и социального. Это происходит через
проявление архетипов коллективного бессознательного [Федоровских, 2000,
c. 10-11].
36
– Основная функция сакрального, направленного на индивида и социум, заключается в обеспечении их целостности и гармоничного развития. Сакральное
выступает гарантом благополучия и силой, которая способна осуществить единение разнородного [Медведев, 2000, c. 20-21].
– Сакральное связывается с высшей ценностью, благом, идеалом, авторитетом, и занимает в ценностной иерархии общества высшую ступень, становясь
святыней; сакральное либо исходит, либо возносится в сферу сверхчувственного, сверхчеловеческого, божественного и превышает собой обыденный человеческий мир, проявляясь в нем как необычное, чудесное, сокрытое, запредельное
(эзотерическое, оккультное, мистическое); сакральное требует от человека особого опыта, готовности и возможности для встречи с ним, превышающей
обычные человеческие способности.
– Сакральное связывается с коллективным сознанием или бессознательным,
с коллективными архетипами, верованиями, чувствами; сакральное, с психологической стороны, вызывает благоговение, восхищение, священный трепет и /
или ужас, иррациональное поклонение, уважение, мистический страх; сакральное через откровение, медитацию, молитву, исповедь, проповедь, ритуалы,
священные предметы культа входит в сферу обыденного, повседневного, индивидуального или социального человеческого мира; сакральное выявляется в
разных формах (религия, миф, идеология, наука, искусство), в специфических
формах и способно к трансформации [Федоровских, 2000, c. 10-11].
Библиографический список
1. Дюркгейм, Э. Элементарные формы религиозной жизни. Тотемическая система в Ав-
стралии [Текст] / Э. Дюркгейм // Религиоведение. Хрестоматия. – М. : Университет, 2000. –
С. 513-541.
2. Калужникова, Е.А. Паломничество как ритуал (сущность и культурно-исторические
типы) [Текст] : автореф. дис. ... канд. культурол. наук / Е.А. Калужникова. – Екатеринбург,
2007. – 25 с.
3. Касавин, И.Т. Анализ повседневности [Текст] / И.Т. Касавин. – М. : Канон+, 2004. –
430 с.
4. Лебедев, В.Ю. Семиотический анализ западнохристианского религиозного ритуала
[Текст] : автореф. дис. … д-ра филос. наук / В.Ю. Лебедев. – М., 2009. – 37 c.
5. Медведев, А.В. Сакральное как феномен культуры : личностное бытие сакрального:
автореф. дис. … д-ра филос. наук / А.В. Медведев. – Екатеринбург, 2000. – 41 с.
37
6. Медведев, A.B. Сакральное как причастность к абсолютному [Текст] / A.B. Медведев.
– Екатеринбург : Банк культурной информации, 1999. – 152 с.
7. Полонская, И.Н. Социокультурная традиция : онтология и динамика [Текст] : автореф.
дис. ... д-ра филос. наук / И.Н. Полонская. – Ростов н/Д., 2006. – 55 с.
8. Сафонова, А.С. Сакральное как социокультурный феномен [Текст] : автореф. дис. ...
канд. филос. наук / А.С. Сафонова. – СПб., 2007. – 20 с.
9. Федоровских, А.А. Трансформация сакрального и профанного в обществе : миф – ре-
лигия – идеология [Текст] : автореф. дис. … канд. филос. наук / А.А. Федоровских. – Екатеринбург, 2000. – 20 c.
10. Цыгуля, Н.П. Феномен сакрального в контексте социального бытия [Текст] : авто-
реф. дис. ... канд. филос. наук / Н.П. Цыгуля. – Чебоксары, 2010. – 24 с.
11. Элиаде, М. Священное и мирское [Текст] / М. Элиаде. – М.: Изд-во МГУ, 1994. –
144 с.
М.С. Жаравина
К ВОПРОСУ О ПРИЗНАКЕ И ПРИЗНАКОВОСТИ В ЯЗЫКЕ
Статья посвящена обзору основных этапов развития и становления категории
признака и признаковости в языке, определению лексических единиц репрезентирующих данные категории, а также описанию системы частей речи их представляющих. Рассматриваются основные подходы к этим понятиям и их базовые определения.
Ключевые слова: категория; субстанция; признак; признаковость; номинативные части речи; признаковые части речи; существительное; глагол; прилагательное
M.S. Zharavina
ON THE NATURE OF ATTRIBUTE AND ATTRIBUTIVENESS
IN LANGUAGE
This article aims to review the basic stages of development and formation of such categories as attribute and attributiveness in language, to determine lexical units and parts of
speech which represent them. The author describes some major approaches to these notions
and defines them.
Key words: category; substance; attribute; attributiveness; notional parts of speech,
subjective parts of speech; noun; verb; adjective
Категория признака – одна из основополагающих в процессах восприятия и
осмысления мира человеком. Признак – весьма употребительный термин в нау-
38
ках, имеющих предметом изучения внутреннюю, идеальную сторону языковых
единиц, и прежде всего в языкознании, логике и психологии [Гречко, 2003,
с. 231]. Однако общепринятого определения признака нет, его содержание расплывчато. Представителей разных наук волнует, прежде всего, онтологический
статус данной категории, ее роль в процессах концептуализации и категоризации действительности человеком, способы, формы и средства ее репрезентации
как в психической, ментальной сфере человека, так и в семиотической, речемыслительной и коммуникативной деятельности. Важность обозначаемого
термином «признак» понятия несомненна, o чем свидетельствует его высокая
частотность в семантических исследованиях.
В логике, где традиционно разрабатывалась категория признака, дана классификация признаков: родовые, видовые, существенные, второстепенные, собственные и др. Однако и здесь нет четкого определения статуса данного понятия.
Признак как категория семантики имеет особую важность для понимания не
только тех или иных языковых единиц, но и мыслительных процессов, их содержания и отношения к словесному воплощению. Именно поэтому есть необходимость рассматривать эту категорию.
Основываясь на принципах когнитивной лингвистики, можно сделать вывод
о том, что в основу языка как системы положено представление о трех различающихся между собой когнитивных категориях – предметности, признаковости и процессуальности. По мнению Е.С. Кубряковой, эти категории задают
главные рубрики распределения полнозначных единиц номинации в лексиконе,
а также отражают восприятие мира в главных формах его бытия во времени и
пространстве [Кубрякова, 2004, с. 252]. Другими словами, объекты, которыми
заполнен мир, распределяются по тем или иным классам в зависимости от их
признаков, которые вычленяются из объектов как их часть или атрибут. К этому и сводится процесс образования понятий – предметы или вещи мысленно
расчленяются на признаки, сравниваются между собой по общим признакам.
Предмет воспринимается как целое, осознается как целостная совокупность
признаков, следовательно, предметность, в сущности, может быть представлена
как «сгущенная признаковость» [Басилая, 1988, с. 46], когда количество признаков переходит в качество предмета.
39
В когнитивной лингвистике признается тезис: сущность отражаемого сознанием мира распадается на две категории: вещи и их признаки. Как отмечает
М.В. Никитин, «это наиболее общие категории сущностей, определяемые одна
через другую. Вещь – это то, что имеет признак. Признак – то, что отождествляет и различает вещи» [Никитин, 1988, с. 21]. При этом и вещи, и признаки
являются не абсолютными, а относительными категориями, т. е. сущность, выступающая признаком чего-либо, в другом отношении может сама иметь признаки, следовательно, являться вещью. Это можно проследить на следующих
примерах:
«The Prince replied, «I have heard so much of the beauty and kindness of the
Dragon’s Mother, and would like to enter her service» [Lang. URL :
http://lang.thefreelibrary.com/Yellow-Fairy-Book/1-29].
«The whiteness of their teeth was still more dazzling than the splendour of jewels
at their ears» [Conrad. URL : http://conrad.thefreelibrary.com/Mirror-of-the-Sea/1-
39].
Здесь доброта и белизна, являясь существительными, выступают в роли
признаков, отличающих объекты, которым они принадлежат, от всех остальных: мать Дракона характеризуется красотой и добротой, о которых так наслышан Принц, а белизна зубов девушек была настолько ослепительной и выразительной, что затмевала сияние драгоценностей.
«If you will, therefore, have the unspeakably great kindness of taking my part
with her, and persuading her to send Sir James away, I shall be more obliged to you
than it is possible for me to express» [Austen. URL:
http://austen.thefreelibrary.com/Lady-Susan/1-21].
«Already the deathly whiteness was passing from his cheeks» [Oppenheim.
URL : http://oppenheim.thefreelibrary.com/A-Millionaire-of-Yesterday/27-1].
В последних двух примерах доброте и белизне самим уже приписан признак, поэтому они выступают в роли «вещи»: доброта, которую не выразить
словами, о которой Мисс Вернон просит Мистера де Курси в произведении
Джейн Остин, и мертвенная белизна, исчезающая со щек Трента в произведении Эдварда Филлипса Оппенгейма.
Признаки не существуют сами по себе, вне вещей, и понимаются как «все
то, в чем предметы и явления сходны друг с другом, или в чем они отличаются
друг от друга» [Никитин, 1988, с. 21]. В отличие от признака, вещь способна
40
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]