Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Ситуативная герменевтика как метод философской текстологии. Учебник

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
08.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
Раздел I. Теоретические проблемы философской текстологии
частный случай текста вообще представляет собой систему ва­риантов, объединенную одним инвариантом – идеальным фи­лософским текстом. В итоге дается определение философского текста как «сконструированная философом модель реальности, человека, познания, определяющаяся, с одной стороны, “иде­альным философским текстом” и принадлежностью к фило­софской школе, с другой – “идеальным философским текстом” автора, его системой смыслов»1.
1
Иванова Е.В. Указ. соч. С. 8.
41
СИТУАТИВНАЯ ГЕРМЕНЕВТИКА как метод философской текстологии
Литература для чтения
1. Иванова Е.В. «Идеальный философский текст» в истории
философии… // Электронный научный журнал «Вест-
ник Омского государственного педагогического универ-
ситета. Вып. 2007. URL: www.omsk.edu/article/vestnik-
omgpu-172.pdf.
2. Крюкова Н.В. Понимание философского текста как линг-
вистического феномена // Вопросы духовной культуры–
Философские науки. 2010. № 177.
3. Куренной В. Как сделать наши переводы ясными // Логос.
2005. 2(47).
4. Митина С.И. Специфика языка философского эго-тек-
ста// Известия высших учебных заведений. Поволж-
ский регион. Гуманитарные науки. 2008. № 4. С. 32.
URL: http://cyberleninka.ru/article/n/spetsifika-yazyka-
filosofskogo-ego-teksta.
Задания для самопроверки
1. Перечислите основные лингвистические особенности
философского текста.
2. Продемонстрируйте их на примере какого-либо фило-
софского текста.
3. Выполните задание 1.2. из Переводческого практикума.
42
Раздел I. Теоретические проблемы философской текстологии
§ 3. Ultima ratio, или Последний довод переводчика
...перевод – это добровольное и вместе с тем му­чительное рабство, невыгодное и неблагодарное занятие – неблагодарное не только потому, что даже наилучший перевод никогда не оценят так, как оценят оригинал, но и потому, что чем боль­ше переводчик вникает в свою работу, тем больше он чувствует ее неизбежное несовершенство…
А. Шлегель
В данном разделе представлен анализ наиболее типичных проблем, возникающих при переводе философских текстов, на материале ряда переводов наиболее выдающихся европейских философов. Разумеется, освещение всех переводов всех филосо- фов, существующих на русском языке, – задача непосильная, да и не столь насущно необходимая для достижения наших задач. Данный обзор и выявление определенного рода закономерно­стей поможет нам на конкретном материале выявить специ­фические трудности, с которыми сталкиваются переводчики философских текстов. Необходим материал для иллюстрации специфических черт философского текста, отмеченных в пре­дыдущем разделе.
Выбирать тексты необходимо, исходя из трех параметров, которые помогут нам ограничить объем рабочего материала: во-первых, текст должен иметь более или менее развитую пе­реводческую традицию в России (к примеру, тексты Платона, Канта, Гегеля и др.), во-вторых, переведенные тексты должны быть написаны философом, оказавшим существенное влияние на развитие философской мысли (в этом смысле Платон будет предпочтительнее Сенеки), в-третьих, текст должен быть осна­щен развитым комментаторским аппаратом и сопроводитель­ной статьей к переводу, желательно написанной переводчиком.
43
СИТУАТИВНАЯ ГЕРМЕНЕВТИКА как метод философской текстологии
При этом отдельно отмечу, что примечания к переводу наибо­лее важны и информативны при анализе сложностей, с которы­ми сталкиваются переводчики философских текстов, поскольку именно в них, выражаясь словами У.Эко, переводчик признает­ся в своем «поражении», как бы прибегает к своему последнему возможному доводу (ultima ratio) – он делает примечание в слу­чае, когда перевод невозможен1.
Обзор переводов произведений европейских философов целесообразно начать с Платона, который, как известно, зани­мает особое место в истории русской словесности. Особое – не в смысле привилегированное, а скорее в смысле преодоления многих препятствий в процессе его утверждения в простран­стве русской философской мысли.
Долгое время тексты Платона не переводились, что было обусловлено не совсем благожелательным отношением рус­ской православной церкви к Платону (его взгляды долгое вре­мя были известны только по пересказам и цитатам из произве­дений церковнославянских авторов). Первые переводы Плато­на появляются в последней четверти XVIII столетия (практи­чески одновременно с первыми переводами морально-этиче­ских сочинений И.Канта) и связаны с деятельностью Н.И.Но­викова: ряд платоновских диалогов публикуются в масонском журнале «Утренний свет»2. Специфика этих переводов, как отмечает в своей статье Вяч.Вс. Иванов, заключалась в допу­щении эзотерического способа выражения, а многие из пере­ложений Платона остались анонимными. Переводчики стре­мились передать разговорную речь платоновских диалогов живым образом, используя вместо книжных церковнославян­ских терминов обиходные слова (вчастности, философ вместо любомудр). В связи с этим Г.Г.Шпет даже выразил идею того,
1
Эко У. Сказать почти то же самое. Опыты о переводе. М.: ACT:
CORPUS, 2015. С. 145.
2
Иванов В.В. Архаизм и новаторство в практике первых русских
переводов Платона // ЛОГОС, №6 (90), 2012. С.42–43.
44
Раздел I. Теоретические проблемы философской текстологии
что передача Платона по-русски была на тот период несколь­ко преждевременной, поскольку отсутствовали языковые воз­можности для этого. За этими переводами следуют переводы И. Сидоровского (1748–1795) и М. Пахомова (1745–1792)1, язык перевода которых, напротив, был близок церковносла­вянскому и отличался сложностью синтаксиса даже в сравне­нии с оригинальным текстом Платона. Подобное погружение в чуждую Платону языковую среду привело к двум последстви­ям. Такой язык провоцировал сравнение Платона с православ­ной мыслью и стал причиной многих необоснованных обви­нений философа в противоречии христианскому духу. При этом читатели, далекие от церковнославянской речи, испыты­вали значительные затруднения в понимании текста Платона. Как отмечает В.В.Иванов, несмотря на несовершенство этого перевода, «высоко можно оценить и достижения переводчи­ков в русском переложении тех мест диалогов, где выступают термины, соответствующие будущим семиотическим»2. Хотя некоторые слова потребовали введения неологизмов, ряд из которых не прижились в русском языке (к примеру, звездоза- коние вместо астрономия). Переводчики стремились сделать мысль Платона максимально доступной, и потому переводам предшествовало популярное изложение содержания плато­новского текста3. Тем не менее издание Платона было при­остановлено, а масонские переводы его диалогов были даже уничтожены; данное событие В.В.Иванов склонен объяснять отношением РПЦ к переводимому философу: «Платон оста­вался вне пантеона мыслителей, признанных Русской Право­славной Церковью» до определенного времени4.
1
Издание было осуществлено в 1780–1785 гг. и включает 25диа-
логов. Совместный перевод был осуществлен по соглашению с Собра­нием, старающимся о переводе иностранных книг.
2
Иванов В.В. Указ. соч. С. 53.
3
Там же, с. 54.
4
Там же, с. 56.
45
СИТУАТИВНАЯ ГЕРМЕНЕВТИКА как метод философской текстологии
Один из самых известных текстов Платона – «Апология Со­крата» был переведен братом Вл. Соловьева М.С. Соловьевым (1862–1903). Этот текст перевода использовался при двуязыч­ном издании «Апологии», изданном Греко-латинским кабине­том Ю.А. Шичалина1. Анализ этого перевода и предложенный В.И.Кащеевым ряд исправлений и улучшений2 показал, что ос­новная проблема связана большей частью с синтаксическими конструкциями и переводом многозначных выражений древне­греческого языка. Перечень изменений перевода, повлиявших на смысл текста, весьма малочислен, и среди них можно отметить замену слова демон (δαιμόνιον) и всех производных от него на слово «божество» и соответствующие производные от него. Дан­ное издание примечательно еще тем, что оснащено указателем основных философских понятий (представленных только в древ­негреческой версии). Среди указанных 45 терминов только не­сколько были прокомментированы переводчиками в коммента­риях к переводу, которые составили практически половину всего издания. В частности, к употреблению слова даймонион в косвен­ном падеже дается пояснение, что подобное употребление только с определенного момента стало означать что-то вроде духа-охра­нителя. Или, к примеру, слово аретэ (αρετή) предлагается пони­мать как «то, в силу чего кто-либо или что-либо является хорошим согласно своей природе»3, а «человеческая мудрость» (ανθρωπίνη σοφία), которая представляет собой «лейтмотив всего сократиче­ского воспитания»4, должна пониматься не как некая житейская мудрость, а владение логикой, этикой, теорией знания и др.
Рассмотрение русского перевода «Апологии Сократа» и особенно комментариев к нему показало, что такого рода фи-
1
Платон. Собрание сочинений том I (1). Апология Сократа. Изда­ние подготовили А.А. Глухов, Ю.А. Шичалин. Перевод М.С. Соловьева. М.: Греко-латинский кабинет Ю.А. Шичалина. 2000.
2
Там же, с. V.
3
Там же, с. 78.
4
Там же, с. 92.
46
Раздел I. Теоретические проблемы философской текстологии
лософские тексты, облеченные в литературную форму диалога, вызывают при переводе затруднения, характерные больше для перевода художественных текстов. Перевод же значимых с точ­ки зрения философии понятий практически не вызывает осо­бых затруднений (если сравнивать с теми сложностями, с кото­рыми сталкивается, к примеру, переводчик текстов Канта или санскритской философской терминологии).
Подобная же ситуация наблюдается и при обращении к другим диалогам Платона. В частности, в «Государстве» (пер. А.Н.Егунова) можно отметить ряд философских понятий, кото­рые отмечены переводчиком комментариями: тимократия оз­начает «правление, основанное на принципе ценза, обусловлен­ного имущественным положением, как, например, в Афинах до конституции Солона»1. Переводчик дал кальку этого термина на русском языке и сопроводил его примечанием, которое позволяет нам понять смысл этого термина, относящегося к политической философии. То же мы наблюдаем и в случае с понятием олигар­хия2 и другими соответствующими понятиями. Термин ομόνοια, букв. «единомыслие», переведенный как «единодушие», снабжен примечанием о том, что это принцип справедливой государ­ственной власти, возможно, выбор в пользу единодушия был обу­словлен тем, что данное понятие выражает не просто совпадение мнений, а является социальной и этической категорией3.
В диалоге «Федон» есть ряд философски значимых поня­тий, которые были прокомментированы переводчиком: эфир, под которым Платон понимает верхнюю часть атмосферы, чи­стый воздух, в отличие от натурфилософов, для которых эфир– это один из элементов, либо тождественный воздуху, либо обо-
1
Платон. Собрание сочинений в 4-х т. Т. 3. М.: Мысль, 1994.
С.586.
2
«Власть немногих», правление, основанное на высоком имуще­ственном цензе, закрывающем доступ к должностям большинству гражданского населения. См.: Платон. Указ. соч. С. 585.
3
Платон. Указ. соч. С. 567–568.
47
СИТУАТИВНАЯ ГЕРМЕНЕВТИКА как метод философской текстологии
собленный от него1. Знаменитый термин «идея» (είδος) исполь­зуется Платоном и для обозначения высших родов (γένη)2. Сло­ва «имя» (ὄνομα) и «глагол» (ρ҅η҄μα) поясняются как обладающие не грамматическим значением, а философско-диалектическим (разделение на действующее лицо и действие)3. А рассмотре­ние, к примеру, предметного указателя к диалогам Платона де­монстрирует в ряде случаев тот факт, что разные греческие сло­ва переводятся одним и тем же русским словом, что, вероятно, обусловлено контекстом4.
«Высокая мера переводимости» Платона может быть объ-
яснена тем, что греческий язык, как и латынь, был одним из пер­вых языков, с которых делались переводы на старославянский и церковнославянский, а в дальнейшем на русский язык, и, по сути, имеет развитую традицию нахождения соответствующего эквивалента на русском языке. Кроме того, нельзя забывать и осходстве синтаксиса греческого и русского языков (всравне­нии с той же латынью, не говоря уже о прочих «философских» языках). Все эти факторы могут объяснить «высокую меру пере­водимости» Платона. Разумеется, философский анализ употре­бляемых Платоном терминов и понятий, свидетельствующий о невозможности однозначного их понимания, имеет место ивполне оправдан. Речь же в данном случае идет исключитель­но о первоначальном этапе знакомства читателя с текстом пере­вода. И здесь отмечу, что донесение мысли до современного чи­тателя требует от переводчика Платона меньших затрат, нежели от переводчика Канта, Фихте, Гегеля, Шанкары, Ибн Араби и т.п.
Примерами переводов философских произведений, осу-
ществленных с латинского языка, в данной работе являются перевод «Исповеди» Августина и «Путеводителя души к Богу» Бонавентуры (1217–1274).
1
Платон. Собрание сочинений в 4-х т. Т. 2. М.: Мысль, 1994, с.433.
2
Платон. Указ. соч. С. 495.
3
Платон. Указ. соч. С. 496.
4
Бытие – το όν, είναι, το πα҄ν, Благо – α҆γαθόν, ἄριστον и т.д.
48
Раздел I. Теоретические проблемы философской текстологии
Перевод «Исповеди» Августина, осуществленный М.Е. Сергеенко, снабжен весьма подробными и исчерпываю­щими примечаниями, в которых немалое место уделено пояс­нению ряда философских терминов, в частности, среди прочих терминов поясняется, что cogitatio у Августина – это процесс, в котором душа собирает все свои знания и после сосредоточи­вает на них все свое внимание1, а также проводится различие между понятиями voluntas, как способностью решить, выбрать, и potestas, как выполнением этого принятого решения, демон­стрирующим разницу между хотеть и мочь2, и т.д.
На русский язык текст Бонавентуры был переведен ме­диевистом В.Л. Задворным и опубликован наряду с латинским оригиналом3. Среди понятий, которые переводчик посчитал нужным прокомментировать, можно отметить следующие латинские понятия: spiritus, используемое Бонавентурой в определенном контексте не как дух из определения апостола Павла плоть-душа-дух, а в значении, употребляемом у Авгу­стина, – как некоей силы души, более низкой, чем разумная душа4. Другими терминами выступают monastica, или индиви- дуальная мораль (в сравнении с общинной моралью и соци­альной этикой)5, и esse analogum, или абстрактное бытие, то есть бытие, которое в результате абстрагирования лишается своего реального существования и актуальности6. Греческое слово συντήρησις (синдереза), введенное в философский лекси­кон Св. Иеронимом и понимаемое им как способность изби­рать между добром и злом, у Бонавентуры – это одновременно
1
Августин. Исповедь. М.: Канон, 1997. С. 414.
2
Августин. Указ. Соч. С. 423.
3
Бонавенура. Путеводитель души к Богу. Перевод с латинского, вступительная статья и комментарии В.Л. Задворного. М.: Греко-ла­тинский кабинет Ю.А. Шичалина. 1993.
4
Там же, с. 162–164.
5
Там же, с. 176–177.
6
Там же, с. 183.
49
СИТУАТИВНАЯ ГЕРМЕНЕВТИКА как метод философской текстологии
и естественный импульс, и приобретенная склонность, пред­ставляющая собой движение воли1.
Англоязычная философия представлена в данном разделе
Д. Юмом (1711–1776)2, издание главных произведений которого на русском языке началось в Серебряном веке, то есть в эпоху религиозного и философского ренессанса в России. Вчастности, «Трактат о человеческой природе» был переведен С.И. Церетели: его перевод и примечания и были использованы при издании текста в 1966 г. Среди этих примечаний можно отметить доста­точно большое количество англоязычных философских понятий и терминов (в сравнении с примечаниями к переводу Платона).
Термин natural philosophy понимается Юмом как филосо-
фия, свободная от спекуляций, и в некоторых случаях термин совпадает по значению с естествознанием3.
Термину эстетика в «Трактате» соответствует термин
критицизм, то есть наука о красоте и безобразии4.
Понятие experimental philosophy означает у Юма филосо-
фию, основанную на опыте, и применяется им в основном в тех случаях, когда идет рассуждение о философии И. Ньютона, по существу совпадая со значением термина natural philosophy5.
Слово perception переводчик поясняет как всякое содержа-
ние сознания, то есть все, что воспринимается умом (mind), но иногда имеет значение не только результата восприятия, но и самого акта восприятия. В тексте «Трактата» переводится и как перцепция, и как восприятие6.
1
Бонавенура. Путеводитель души к Богу. Перевод с латинского,
вступительная статья и комментарии В.Л. Задворного. М.: Греко­латинский кабинет Ю.А. Шичалина. 1993, с. 165.
2
Проблемы перевода англоязычных философских текстов будут
рассматриваться в отдельной главе настоящего исследования.
3
Юм Д. Трактат о человеческой природе. Книга первая. М., 1995,
с. 386.
4
Там же, с. 387.
5
Там же, с. 387.
6
Юм Д. Трактат о человеческой природе. Книга первая. М., 1995,
с. 387.
50
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]