Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Сервитуты. Монография
.pdf
Глава I. Сущность сервитутов и их место в системе вещных прав
«экстраординарных» законов), представляет собой антиконституционное вторжение в сферу частной собственности и как таковое
подлежит ликвидации. Более сказать о нем нечего. В дальнейшем мы
будем использовать термин «публичный сервитут» в его первоначаль
ном значении: как ограничение права собственности, установленное
на пользу всех и каждого.
Публичные сервитуты, устанавливаемые в интересах неопределенного
круга лиц, представляют значительно больший интерес, поскольку они
представляют собой осколки старой гражданско-правовой доктрины,
относившей некоторые ограничения права собственности к публичным
(или легальным) сервитутам. Остатки этой доктрины, прослеживающиеся в современном праве, в приводившейся выше цитате В.И. Синайский называет «любопытным явлением». На уровне терминологии это
«любопытное явление» сохранилось в старых европейских кодексах:
прежде всего, во Французском гражданском кодексе 1804 г., ст. 637
которого определяет сервитут как «обременение, наложенное на имение для использования и выгоды имения, принадлежащего другому
собственнику»1, а ст. 639 устанавливает, что «источниками сервитутов
являются или естественное расположение участка, или обязательства,
установленные законом, или соглашение между собственниками»2. Ста-
тья 651, регулирующая сервитуты, установленные законом, при этом
гласит: «закон возлагает на собственников взаимные обязательства
независимо от всякого соглашения»3.
Подобный подход характерен и для тех кодексов, которые находятся
под влиянием французского, – как, например, испанский, который
называет «общие ограничения права собственности в общественных
интересах и интересах частных лиц… законными сервитутами – servidumbres legales (в отличие от добровольных сервитутов (servidumbres voluntaries)»4. При этом на уровне современной доктрины испанские – а равно и прочие европейские – ученые публичные (легальные)
сервитуты к собственно сервитутам, конечно, не относят: «Ст. 553
ГК Испании относит к сервитутам бечевник. Впрочем, это не мешает испанским цивилистам прийти к… выводу: публичный сервитут
-
1
Французский гражданский кодекс / Науч. ред. и предисл. Д.Г. Лаврова. СПб.:
Юридический центр Пресс, 2004. С. 460.
2
Там же. С. 461.
3
Там же. С. 465.
4
Метельская В., Шевцов С. Установление сервитутов на инженерные коммуника-
ции // Хозяйство и право. 2008. № 4. С. 139.
51
Д.А. Монахов. Сервитуты
собственно сервитутом не является (см. Donaire J.A. Las Servidumbres
Administrativas. Valladolid: Lex Nova, 2003. P. 48)»1.
Обратимся к аргументам, накопленным в науке гражданского права,
которые более чем столетие назад позволили отвергнуть концепцию
легальных (или публичных)2 сервитутов как разновидности сервитутов
и отнести их к ограничениям права собственности. Это поможет лучше
понять правовую природу собственно сервитутов.
«Права, которые теперь называются правами пользования общего… и соседскими правами… старая доктрина называла… легальными
сервитутами, так как они установлялись законом и рассматривались
как ограничения собственности, ее обременения, в интересах соседей
и других членов гражданского общества. Название это не соответствовало значению института, определяющего пределы господства
собственника, а не права вторжения в сферу его господства; права соб-
ственника кончаются там, где начинаются права всего общества или
соседей»3. «Так называемый легальный сервитут есть, в сущности,
ограничение права собственности, а не сервитут, так как принудительно установленный силою закона, он ограничивает собственника, хотя
бы и таким образом, что в результате создается право лица на чужой
участок, аналогичное сервитуту»4. «Ограничения собственности распадаются на две группы: а) на такие, которые установлены в обще
ственном интересе, в видах общей пользы и б) на устанавливаемые
в интересе соседей… Упомянутые ограничения, которыми по закону
устанавливаются пределы права собственности, назывались прежде
„легальными сервитутами“, но выражение это не совсем точно, так как
законные ограничения собственности не должны быть смешиваемы
с сервитутами. Сервитут есть право, основанное на особом частноправовом отношении. Он возникает по инициативе и в интересах частных
лиц. Законные же ограничения собственности, хотя и могут, по их
содержанию, соответствовать сервитутам, однако, они не опираются
на какое-либо частное право, а основаны на общих предписаниях зако-
-
1
Рыбалов А.О. Легальный сервитут в российском праве // Вестник гражданского
права. 2010 № 5; СПС «КонсультантПлюс».
2
Публичные сервитуты – всегда легальные: «„публичные сервитуты“… возникают только на основе прямого указания закона, т.е. в легальном, а не в частноправовом
(договорном) порядке» (Копылов А.В. Указ. соч. С. 62). Легальные – не всегда публичные – об этом ниже.
3
Энциклопедический словарь. Т. XXIXА С. 629. (Автор статьи ‒ В. Нечаев, курсив автора).
4
Синайский В.И. Русское гражданское право. С. 209.
52
Глава I. Сущность сервитутов и их место в системе вещных прав
на… Вышеупомянутыми ограничениями права собственности имеется
ввиду только определить пределы и меру прав собственника, но не
доставлять посторонним лицам прав на чужую вещь»1. «Ограничения
не составляют права на чужую вещь, потому что право на чужую вещь
есть уже выдел из права собственности, а ограничения составляют его
предел»2. «Выделение из права собственности какого-либо отношения
к вещи в пользу всех и каждого… ограничивает право собственника, но не
дает самостоятельного имущественного права никому из посторонних
лиц в особенности»3. «Пределы, которые ставит закон собственнику
в осуществлении его права собственности... в интересах соседей… сферы их правового обладания… не расширяют, не создают для них прав
на чужое имущество. Закон ограничивает собственника, но эти ограничения присущи самому его праву, а не вытекают из существования
прав других лиц на его вещь. Это то, что теория называет законными
ограничениями собственности в интересах соседей»4. «От прав общественного пользования сервитуты отличаются тем, что они составляют
индивидуальные права и принадлежат не всему обществу и не отдельным
его группам… а единичным лицам, которые обладают ими только для
себя и исключают своим правом всякое постороннее пользование…
Различие сервитутов от законных ограничений собственности, которые
называются иногда неправильно легальными сервитутами и смешиваются с последними, состоит в следующем. Законные ограничения
собственности… не составляют самостоятельного института и не дают
лицам, в пользовании которых они обращаются, никаких вещных
прав. Эти ограничения собственности суть не что иное, как элемент
и условия существования самой собственности; они даны самим понятием последней и лишены всякой самостоятельности. Собственники
подвергаются различным ограничениям не в силу права какого-нибудь
иного лица, а в силу только того, что они собственники, и, действуя
против этих ограничений, они отвечают перед всяким, кто терпит
ущерб от их действий… В противоположность такому… характеру законных ограничений собственности, сервитуты представляют собой вполне самостоятельные права на вещь, вытекающие не из того
1
Гражданское уложение. Книга третья. Вотчинное право. Проект. Том первый
(ст. 1‒174) с объяснениями. С. 142‒143.
2
Мейер Д.И. Русское гражданское право: В 2 ч. По испр. и доп. 8-му изд., 1902. Изд.
3-е, испр. М.: Статут, 2003. С. 347.
3
Кавелин К.Д. Избранные произведения по гражданскому праву. М.: ЦентрЮр-
ИнфоР, 2003. С. 274.
4
Ельяшевич В.Б. Право участия частного и его защита. С. 7.
53
Д.А. Монахов. Сервитуты
или иного ограничения собственности, а из какого-нибудь законного
основания, дающего начало сервитуту, как и всякому вещному праву. Отсюда вытекает и следующее различие законных ограничений
собственности от сервитутов: первые рождают обязанности только
для собственника, подвергающегося ограничению, не касаясь более
никого; вторые, напротив, производят всеобщую обязанность ненарушения сервитута для всех третьих лиц, затрагивая, следовательно,
последних таким же образом, каким должно затрагивать их всякое
существующее вещное право… Сервитуты рассчитаны, прежде всего,
на частичное пользование вещью. А уже потом, и то не всегда – и на
ограничение чужого обладания в ней»1.
Можно было бы продолжить цитирование ученых конца XIX – начала XX в., но, думается, достаточно: понимание ими проблемы будет
идентичным. Более столетия назад этот вопрос был решен вполне
определенно, на основе осознанных к тому времени ясных и объективных критериев. «Старая доктрина права», относившая «некоторые ограничения права собственности» к «легальным сервитутам»,
рассматривалась в контексте сугубо историческом и как не более чем
«любопытное явление»
1
Гамбаров Ю.С. Указ. соч. С. 11‒13.
2
Синайский В.И. Основы гражданского права в связи с частью III Свода узаконе-
ний, действующей в Латвии и Эстонии. С. 62.
*
Единственным примером в русской литературе того периода, отступающим от общих воззрений, является работа В.И. Курдиновского «Об ограничениях права собственности на недвижимые имущества по закону (по русскому праву)» (Одесса: Тип. Акционерного Южно-Русского общества Печатного дела, 1904). Позиция, высказанная
В.И. Курдиновским, зеркально противоположна вышеприведенному взгляду: он предлагал рассматривать сервитуты не как самостоятельные права, а как ограничения права собственности. Таким образом, именно ограничения права собственности возводились им в ранг категории, а уже сервитуты выступали разновидностью таковых ограничений. Объединение этих понятий в одну категорию было произведено по соответствию
их содержания, доктринальные же различия были названы «второстепенными и имеющими, кроме того, условное значение» (Там же. С. 29). Необычность позиции В.И. Курдиновского имеет, впрочем, свое объяснение, обусловленное некоторыми особенностями его научного пути: область научного интереса этого ученого первоначально не выходила за рамки собственно ограничений права собственности в узком смысле. В 1899 г. им
была издана фундаментальная работа «К учению о легальных ограничениях права собственности на недвижимость в России» (Одесса: Экономическая типография), в которой подробнейшим образом был исследован институт ограничений права собственности
и обойден вопрос сервитутного права. И когда позже сервитуты все же попали в сферу
его научного интереса, В.И. Курдиновский, по-видимому, уже имея привычку смотреть
на все вопросы вокруг права собственности с точки зрения его ограничений, подвел под
таковые и сервитуты. Тем более что истории права такое соотнесение было известно.
2, *
. Сохранявшиеся же в законодательстве ре-
54
Глава I. Сущность сервитутов и их место в системе вещных прав
цидивы смешения сервитутов с законодательными ограничениями
права собственности должны были быть окончательно устранены
с принятием Проекта Гражданского уложения. Как в 1914 г. писал
А.Л. Фрейтаг-Лоринговен: «Нельзя не приветствовать решения редакционной комиссии, благодаря которому в наше право, наконец,
вводится вполне ясное понятие сервитута с резким противоставлением
ему понятия законного ограничения права собственности»1.
Таким образом, исторически позднейший, лучше разработанный
и более последовательный подход усматривает в сервитуте право вполне самостоятельное и независимое, представляющее собой форму
проявления свободы лица в имущественной сфере наравне с правом
собственности. Взгляд на сервитут здесь направлен со стороны сервитуария. Возникающие при этом ограничения права собственности
владельца служащей вещи производны, вторичны.
Исторически же более ранний подход усматривает в сервитутах
только ограничения права собственности. Взгляд здесь направлен
не собственно на сервитут, а, прежде всего, на право собственности
и уже опосредованно на сервитут как некий феномен, это «полнейшее» право ограничивающий. Таким образом, в рамках данного подхода сервитут определяется не с точки зрения того, что он есть, но с
точки зрения того, чем он не является. Смысловым и ценностным
ядром старой доктрины является понятие права собственности как
права «полнейшего» и «совершеннейшего», как единственно должного
проявления свободы лица в имущественной сфере, ибо только право
собственности «имманентно природе человека», корреспондирует
его природе как существа, изначально свободного от всяческих ограничений (последние могут накладываться лишь по крайности, под
давлением обстоятельств и по возможности в минимальном размере).
Следовательно, и ограничения права собственности, принадлежащего
такому «свободному» индивидууму, допустимы только под давлением
обстоятельств и лишь по самой крайности.
Делать упор на праве собственности и усматривать в сервитутах
только его ограничения – означает вернуться к тому пониманию проблемы, которое Б.В. Попов еще в 1914 г. объяснял «более грубой,
материалистической (если угодно), менее рафинированной точкою
Все вышеприведенные аргументы в пользу противоположной точки зрения В.И. Курдиновский при этом просто игнорирует. В данном случае мы, по-видимому, имеем дело с тем самым исключением, которое подтверждает правило.
1
Фрейтаг-Лоринговен А.Л. Материальное право Проекта вотчинного устава. Юрьев:
Тип. К. Матиссена, 1914. С. 237.
55
Д.А. Монахов. Сервитуты
зрения на предмет. Прежнему юристу казалось, что собственник вправе
делать все на своем участке, что хочет, – лишь бы он производил свои
операции, сидя на своей земле, не выходя (в буквальном смысле этого
слова) за свои границы»1. И в качестве вывода: «Подобная логика…
нелепа. Однако она не казалась таковой примитивному юридическому мышлению. Мы слишком отошли вдаль от первобытной, грубо
эгоистической „собственнической“ логики»2.
Безусловно, всякое ограниченное вещное право в чужой вещи
стесняет в определенном отношении собственника этой вещи. Так
же стесняют собственника и законодательно установленные границы протяжения его собственнической власти (и не только стесняют,
но при этом и обеспечивают возможность самого функционирования
собственности, придавая ей объем и очертания). Однако объединять
на основании этого сходства две доктринально различные категории
представляется совершенно необоснованным. Как писал в своем
«Учебнике гражданского права» Е.В. Васьковский: «Законные ограничения нередко называются как юристами, так и законодательствами
(франц., итал.) „легальными сервитутами“; но этот термин неудачен,
так как он ведет к смешению ограничений собственности с сервитутами, которые тоже иногда основываются непосредственно на самом
законе. Между тем законные ограничения и сервитуты существенно
отличаются друг от друга и подчиняются неодинаковым нормам. Самая
важная разница между ними состоит в следующем. Хотя сервитуты
в большинстве случаев тоже ограничивают собственника в осуществлении его права, но это ограничение является только результатом,
оборотной стороной права, принадлежащего обладателю сервитута.
Напротив, при ограничениях собственности на первом плане стоит
самое ограничение, т.е., иначе, обязанность собственника, из которой,
в качестве неизбежного последствия, вытекает право постороннего
лица3. Кроме того, каждый сервитут устанавливается для удовлетворения индивидуальных потребностей лица или имущества, которыми
и определяется его объем, тогда как ограничения служат на пользу всем
вообще или определенной категории лиц»4.
1
Попов Б.В. Право участия частного и новый закон о праве застройки // Вестник
гражданского права. 1914. № 3. С. 41.
2
Там же. С. 42.
3
Windscheid, Pand., § 169, прим. 2.
4
Васьковский Е.В. Учебник гражданского права. Вып. 2: Вещное право. СПб.: Изд.
Юридического книжного магазина Н.К. Мартынова, 1896. С. 83‒84.
56
Глава I. Сущность сервитутов и их место в системе вещных прав
И если суть вещного права (в данном случае сервитута) заключается
в его самостоятельности, в том, что оно предоставляет конкретное
право вполне определенному лицу, а не ограничивает собственника в его
власти над вещью в пользу всех и каждого, то так называемые публич
ные сервитуты суть законодательные ограничения, которые «присущи
самому… праву, а не вытекают из существования прав других лиц на его
[собственника. – Д.М.] вещь»1. Законодательные ограничения права
собственности необходимы и полезны (более того, просто неизбежны),
однако отнесение их к категории сервитутов необоснованно. Такое
внешнее соединение двух доктринально различных понятий под одним
термином вносит в правовую систему лишь путаницу.
При этом по исключению могут существовать частные сервитуты, устанавливаемые законодательно (римский могильный сервитут
(D. 11.7.12), правило ныне отмененной ст. 553 ГК РФ и т.п.). Однако
возможное наличие случая законодательно устанавливаемого серви-
тута не делает сервитутами ограничения права собственности в силу
закона, направленные на пользу всех и каждого. Даже если такие ограничения называются публичными сервитутами.
Рассмотрим подробнее различия сервитутов и законодательных
ограничений права собственности. Здесь нам поможет работа проф.
Б.В. Попова, в которой он рассматривает вопрос на примере соседского
права (т.е. разновидности публичных ограничений права собственности).
Во-первых, «сервитуты представляют из себя „благоприобретенные права“ даже в том случае, когда они (правда, по исключению)
основываются не на договоре, а на законе… Поэтому новый закон, бес-
сильный лишить граждан „благоприобретенных прав“, – напр., отнять
пользование у получивших его родителей наследодателя, – властен
переделить заново соседские права»2. Добавим: равно как и все прочие
законодательные ограничения права собственности.
Во-вторых, «договор об уничтожении соседского права будет при
одной конструкции – договором об упразднении (легального) сервитута,
при другой – о возникновении нового сервитутного отношения»3.
В-третьих, если законодательное ограничение права собственности
суть легальный сервитут, «jus in re aliena, право, которое присоединяется в виде придатка к праву собственности… ограничивающего,
-
1
Ельяшевич В.Б. Указ. соч. С. 7.
2
Попов Б.В. Указ. соч. С. 45.
3
Там же.
57
Д.А. Монахов. Сервитуты
то 10-летняя погасительная давность распространяет свое действие
на сервитут. Не осуществляя его 10 лет (non usus), можно и потерять
свое право… Однако, если соседское право – не сервитут, но ограничение собственности, а противоположное соседскому праву расширение чужой сферы распоряжения мыслимо только в форме сервитута*,
то 10-летняя давность лишь тогда может узаконить, санкционировать
долговременное нарушение соседских прав со стороны „ограниченного“ законодателем соседа, когда соответствующее уложение допускает
возникновение сервитута по давности»1. О том же пишет и И.Е. Энгельман: «Права участия общего не суть сервитуты, но ограничения права
собственности, установленные законом в общем интересе, и поэтому
самому давности не подлежат»2. То же В.И. Синайский: «Ограничения
права собственности как законные ограничения давности не подлежат»3.
Но, безусловно, самое важное и существенное различие – это разли-
чие в средствах защиты. «Если бы господствующий участок получил какие-нибудь новые „права в чужом имуществе“ – легальные сервитуты
в собственном смысле слова, – то иск соответствующего собственника
ради их осуществления был бы иском из сервитута (actio confessoria).
Если же признать верной точку зрения противоположную, – иск,
о котором у нас идет речь, станет иском из права собственности (actio
negatoria) с ее формулой: „праву моему не препятствуй!“»4.
Последний пункт может иметь важное практическое значение:
при введении в законодательство специальных процессуальных
средств защиты, на какие права их распространять? Право, чьим
юридическим титулом является закон, и при этом не имеющее точно установленного круга его носителей, защищается негаторным
иском. Наличие сходства содержания данного права с содержанием
сервитута здесь смущать не должно, поскольку на выбор средств процессуальной защиты само содержание права решающего воздействия
не оказывает. Приведенной мысли, в частности, последовательно
придерживалась дореволюционная практика: «по толкованию Сената
(реш. 1873 г. № 780; реш. 1881 г. № 173), право прохода и проезда
подлежит осуществлению в силу самого закона и потому ни в ка
-
*
Если иметь в виду не обязательственные, а вещные эффекты.
1
Попов Б.В. Указ. соч. С. 45‒46.
2
Энгельман И.Е. О давности по русскому гражданскому праву: Историко-догматическое
исследование. М.: Статут, 2003. С. 484 (Курсив автора).
3
Синайский В.И. Русское гражданское право. Киев, 1917. С. 155.
4
Попов Б.В. Указ. соч. С. 44.
58
Глава I. Сущность сервитутов и их место в системе вещных прав
ком особом иске об открытии прохода и проезда надобности нет»1.
Основывайся совершенно аналогичное по содержанию право прохода и проезда не на законе, а на частноправовом договоре, то, при
тождественности содержания, это право защищалось бы как раз таки
специальным сервитутным иском.
Таким образом, выбор в пользу той или иной терминологии имеет
не только догматическое значение, но и вполне конкретные практические последствия. Законодательные ограничения права собственности, именуемые «публичными сервитутами», объективно необходимы.
Не стоит лишь называть эти ограничения сервитутами. Сервитут – это
всегда: а) самостоятельное вещное право (в том числе право на индиви-
дуально-определенную вещь); б) индивидуальное право, установленное
в интересах частных, индивидуально-определенных лиц.
В завершение скажем несколько слов о функционировании сервитутов и публичных сервитутов в странах общего права (прежде всего,
в Англии), где развитие последнего института пошло достаточно любопытным путем.
Если среди представителей континентальных правопорядков, как
было показано, принято рассматривать легальные или публичные сервитуты в качестве специфических разновидностей ограничений права
собственности, лишь по названию относимых к сервитутам, но конструктивно отличных от классических частных сервитутов, известных
со времен римского права, то в англосаксонских правопорядках имеет
место иной взгляд на данный вопрос, способный вызвать удивление
у представителя континентальной науки. Прежде всего, отметим, что
в англоязычной литературе существует точка зрения, согласно которой
концепция публичных сервитутов в общем праве как прав, управомочивающих неопределенный круг лиц, основывается не на чем ином,
как на римском праве
2, *
.
В качестве обоснования такой точки зрения указывается, что сервитуты в римском праве управомочивали отнюдь не только самого
собственника господствующей недвижимости, но также членов его
семьи и его гостей (т.е. не определенный точно круг лиц). Таким образом, в неопределенности круга управомоченных лиц в римском
1
Австрийский закон (7 июля 1896 г.) о предоставлении дорожных сервитутов //
Журнал министерства юстиции. 1896. № 10. С. 270.
2
Diosdy G. Ownership in ancient and preclassical Roman law. Budapest, 1970. P. 117‒119.
*
Показательное подтверждение мысли, высказанной в разд. 1 настоящей работы:
концепции, выводимые из римского права, – это далеко не оно само.
59
Д.А. Монахов. Сервитуты
праве и должны быть усматриваемы первые признаки публичности
сервитутного права.
Соответствующие нормы действительно имеются в римском праве:
«Сервитут удерживается посредством пользования, когда его использует сам выгодополучатель, а также тот, кто пребывает во владении
на его имя, или наемный работник, или гость, или врач, а также тот,
кто пришел навестить хозяина, или арендатор, или узуфруктуарий»1
(D. 8.6.20). Однако, кажется, никому на континенте не приходило
в голову обосновывать таким образом публичные сервитуты. В Англии
же эта мысль развилась в концепцию «колеблющегося» или «меняющегося» лица (fluctuating body) как «лица», управомоченного на осуществление сервитута и составленного из всех лиц, пользующихся землей
(дорогами для прохода, судоходными путями для плаванья, лесами для
охоты и реками для рыболовства и т.п.) на данной территории2.
Также публичность может быть усмотрена и в определенных способах установления сервитутов в римском праве: подобно тому, как
1
Дождев Д.В. Римское частное право: Учебник. С. 462.
2
Интересно отметить, что испытывающая влияние концепций общего права правовая система Израиля содержит подход, сходный с применяемой в англосаксонских
правопорядках концепцией ‟fluctuating body”: израильский правопорядок допускает возможность установления классических сервитутов в пользу точно не установленного и исчерпывающе не определенного круга лиц. Согласно разделу 5 Закона о земле
1969 г., сервитут представляет собой право возмездного пользования земельным участком, не включающее право владения им. Сервитут – вещное право (Weisman J. The land
law, 1969: A critical analysis // Israel Law Review. Vol. 5. No. 3. July 1970. P. 438; Ophir M.
Comments on the law of servitudes in Israel // Israel Law Review. Vol. 7. № 4. October 1972.
P. 529). При этом в соответствии с разделом 92 Закона о земле сервитут может быть установлен в пользу недвижимого имущества или в интересах определенного лица, группы
лиц либо в интересах общества. В литературе главенствующим является взгляд, что сервитут может устанавливаться не только в отношении лиц, имеющих на земельный участок титул более младший, чем собственность, но и в отношении лиц, не обладающих
никакими правами на смежные земельные участки (Weisman J. Op. cit. P. 437; Ophir M.
Op. cit. P. 538). В качестве примера приводится сервитут, установленный в пользу членов клуба как неопределенной группы лиц, предоставляющий право прохода к земельному участку, занимаемому клубом, через смежный участок. Положения раздела 95 Закона о земле также распространяются и на сервитуты, устанавливаемые в пользу группы
лиц. В качестве примеров таких групп приводятся спортивные ассоциации, музыкальные объединения, академические общества. При этом если изначально не был установлен срок существования сервитута, то сервитут будет существовать до тех пор, пока
продолжает существовать группа, которой он предоставлен, даже несмотря на то, что
персональный состав группы может изменяться. Исключение будут составлять случаи,
когда существенное изменение в составе группы будет признано изменением обстоятельств в значении, придаваемом этому термину разделом 96 Закона о земле, и послужит основанием для прекращения или изменения условий предоставления сервитута.
60
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]