Русские над Индией

Англичане, стянувшие большие силы к границам Афганистана, только и ждали повода, чтобы покорить страну, сильно беспокоившую их и мешавшую осущест­влениям их намерений, немедленно снарядили целую армию, вторглись в Афганистан и на этот раз оконча­тельно усмирили афганцев, подчинили себе эмира, а что­бы удобнее действовать против России из-за спины его, оставили за эмиром, для виду, долю самостоятельности.

шан, изгнав оттуда законных правителей, и установили там свои порядки.

Несчастные таджики, подчиненные теперь афган­цам, переносили такой гнет, что многие из них реши­лись покинуть родину и, переселившись в Ферганскую область, явились командующему войсками в городе Н. Маргелане, прося у него заступничества России.

Вопрос пришлось разрешить иначе. В 1885 году под Кушкой отрядом полковника Комарова афганцы были разбиты наголову, а английские офицеры, руководив­шие ими, бежали в русский лагерь, боясь мести афганцев за поражение.

Это обстоятельство вызвало в 1891 году отправление на Памир рекогносцировочного отряда под начальством полковника Ионова, который дошел до Сархада и задер­жал на Большом Памире около могилы Базая (Базай-и­Гумбез) капитана королевской гвардии Югунсбенда. Полковник Ионов хотел отправить капитана в Марге­лан, однако несчастный англичанин, которому таким образом предстояла весьма далекая прогулка и совер­шенно в другую сторону, просил полковника отпустить

его в Индию. Воспользовавшись присутствием на Алае начальника края, барона Вревского, Ионов снесся с ним и получил разрешение отпустить Югунсбенда только от китайской границы.

ничной линии. На Яшиль-Куле был задержан второй офицер, лейтенант Дависсон, занимавшийся съемкой русской территории. Все работы английских офицеров достались в руки полковника, а мистеру Дависсону при­шлось совершить путешествие в Великобританию через всю Россию, вместо того чтобы вернуться в Индию, отку­да был он командирован и где служил много лет. Долго его долговязая рыжая фигура виднелась на улицах Но­вого Маргелана, наконец и он был отпущен. После этой рекогносцировки Ионова англичане так испугались за Индию, что даже в английской прессе движение малень­кого рекогносцировочного отряда по Памиру называ­лось прямо «походом на Индию», а афганцы, подкуплен-

Русское правительство было возмущено подобной бесцеремонностью Англии и Афганистана и решило раз навсегда восстановить полный покой на восточных границах России. Решено было принять репрессивные меры.

строении, развившемся за последнее время, против на­ших подданных, между китайцами, а из Памирских ханств все чаще и чаще стали появляться беглецы, кото­рые рассказывали о необыкновенном варварстве афган­цев, о насилиях их над таджикским населением Памир­ских ханств и умоляли военного губернатора Ферганской области, чтобы он ходатайствовал перед Государем Им­ператором о принятии их в русское подданство.

не можете, что переносим мы от этих варваров (афган­цев). Это — лютые звери, которые жгут наши дома, уби-

вают детей и насилуют жен, и мы теперь лишены воз­можности оградить свои семейства от такого великого несчастья...

Конечно, я не упустил случая, чтобы побеседовать с этим несчастным шугнанцем. Пригласив его к себе, на­поил чаем и приказал своему малайке

а сам, усадив на террасе моего гостя, начал с ним беседу.

— Скажите, пожалуйста, что же послужило поводом к подобному варварству афганцев? Ведь ни с того ни с сего не пришли же они и не стали бить вас ради своего удовольствия — вероятно, была какая-либо причина к тому? — спросил я его. — Ведь раньше же вы были под игом афганцев, и они нисколько не обижали вашего на­селения?

дати, для чего к нам приезжали из Коканда серкеры; позднее наши ханы правили уже совершенно самостоя­тельно. Но вот в 1862 году явились афганцы во главе с эмиром Дост-Магометом, и Памирские ханства пали, несмотря на геройскую защиту жителей. Вот таким об­разом до 1888 года мы находились в полном рабстве у аф­ганцев и терпеливо переносили это бедствие, посланное на нас Аллахом за грехи наши. Но вот в Афганистане вспыхнуло восстание. Брат эмира Абдурахмана, Исхак, отложился и пошел со своими приверженцами на эмира. Пользуясь этим смутным временем, правители Шугна­на, Рошана и Бадахшана, а также Вахана, скрывавшиеся в пределах Бухары, водворились на родительских пре­столах и решились удержать свою независимость, но, увы, силы наших были ничтожны сравнительно с вой­сками Абдурахмана. В короткий срок мы были разбиты, имущество наше сожжено, а жены и дети отведены в Аф­ганистан, где и проданы в рабство. Большинство из уце­левших бросились в Россию и Китай через суровый Па­мир, где многие погибли от голода и морозов, а другие попались в руки памирского разбойника Сахип-Назара, которые были выданы афганцам, и только некоторым удалось благополучно добраться до Ферганской области. Я участвовал в защите своего отечества и командовал конным отрядом, но хорошо сознавал, что сопротивле­ние напрасно. Афганцы завоевали мое отечество, ввели в нем свои порядки и законы и поставили войска, кото­рые делают безнаказанно все что хотят. Вот у меня, на-