Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Русская Армения
.pdf
РУССКАЯ АРМЕНИЯ
го, и между двумя соперниками начинались жестокие
распри, волновавшие церковь.
После присоединения же к России установлен был
законодательным путем древний порядок избрания вселенского патриарха всеми армянскими епархиями, которые присылали для этого в Эчмиадзин своих архиепископов, епископов и почетнейших выборных от народа.
Особый прокурор эчмиадзинского синода, назначаемый
государем, наблюдал за законностью и порядком выборов, не вмешиваясь в них, и из двух избранных кандидатов на патриарший престол государь утверждал одного
по усмотрению своему.
Первое избирательное собрание было открыто на
светлой седьмице, 15 апреля 1843 г., в соборном храме
Эчмиадзина, перед серединным алтарем сошествия
Св. Духа, для выбора преемника умершему католикосу
Иоаннесу, из 26 выборщиков светских и духовных; после трехдневного заседания был избран верховным патриархом Армении всеми 26 наличными голосами
и всеми письменными отзывами отсутствующих депутатов одинаково популярный среди армян и русских Нерсес, архиепископ Нахичеванский и Бессарабский, который также отсутствовал и который тотчас же получил
от императора Николая Павловича торжественную утвердительную грамоту, писанную золотом на большом
пергаментном листе, украшенном гербами всей империи и гербом области Армянской, изображающим собою древнюю корону армянских царей, Арарат и Эчмиадзин.
101
Е . Л . МАРКОВ
С тех пор этот порядок избрания католикосов постоянно соблюдается в Эчмиадзине. Император Николай
Павлович вообще желал выказать свое царское благоволение духовенству армянскому, деятельно помогавшему русским в их войнах с Персией и Турцией на почве
древней Армении. С этою целью он, между прочим,
лично посетил в 1837 году эчмиадзинский монастырь;
патриарх с знатнейшим духовенством и почетною стражею, в предшествии хоругви, встретил его верхом за
версту от монастырской ограды и после обозрения государем замечательных древностей и святынь монастыря
таким же образом проводил государя до монастыря Святой Рипсимы.
V
УЩЕЛЬЕ ГАРНИЧАЯ
о возвращении в Эривань я отправился в Гер.
Петр. К-ну, который занимает здесь должность податного инспектора и, как человек университет-
П
исхождению и старинный туземный житель, отлично
знаком как с экономическим положением страны, так
с историческими и археологическими замечательностями ее. Гер. Петр., к которому я имел письмо от нашего
общего с ним хорошего знакомого из Тифлиса, оказался
любезнейшим человеком и устроил нас, как только можно было желать. Вечером он посетил нас в нашей гостинице и познакомил нас с очень милым молодым человеком, своим родным племянником, Степ. Ив. Ка-ном,
который живет под Араратом, в большом селении Игдырь, и ведет общее хозяйство семейства Ка-на. Гер.
Петр. предложил нам Ст. Ив-ча в спутники для поездки
в Кегарт, которую нам особенно желательно было устроить. Мы, разумеется, приняли это милое предложение
с сердечною благодарностью и действительно приобрели в лице Ст. Ив. незаменимого спутника, интересней-
ского образования, а вместе с тем армянин по про-
103
Е . Л . МАРКОВ
шего собеседника и опытного организатора всех практических подробностей путешествия, и не только в Кегарт,
но, как потом вышло, и в глубь Армении, в Александрополь, в Ани и проч.
В Кегарт нет, собственно, никаких колесных дорог,
поэтому ни биржевые извозчики, ни почта туда не ездят.
Ехать же верхом с женою, не чувствовавшею себя вполне
хорошо, подвергаясь риску попасть под осенние ливни,
мне не хотелось. Но Ст. Ив. разыскал одного старого возницу, которому уже случалось вместе с ним пересчитывать камни непроездной дороги в Кегарт, спускаться
и подниматься по обрывам окружающих его пропастей.
Правда, опытный старик и взял с нас немало за свою четверню и колясочку, хорошо зная, что придется вытерпеть в такую поездку и колесам, и копытам, но мы были
вполне счастливы возможностью совершить это очень
трудное, но и крайне интересное путешествие таким покойным способом.
Монастырь Кегарт до того труднодоступен, что даже
из жителей Эривани некоторые никогда не бывали
в нем, а иные и не слыхали о его существовании, несмотря на то что во всей Армении едва ли найдется место поразительнее Кегарта по своей дикой живописности и интереснее его по своим историческим и архитектурным
памятникам. И мы, и Ка-н запаслись всевозможною провизией для поездки в горную пустыню: чуреки, лаваши,
яйца, сыр, колбасы, яблоки, чай, сахар, конфеты — всего
было обильно набито в походные куржины. Проехали
через весь город и мимо бесконечных садов стали подни-
104
РУССКАЯ АРМЕНИЯ
маться по крутейшей дороге, заваленной камнями,
в предместье Эривани Чолмекчи, что по-татарски значит «черепичный завод». В садах тут больше всего персики, абрикосы, орехи, шелковица, алыча, черешни... Винных ягод и других, более важных плодов — не видно. Это
естественное следствие возвышенного положения Эривани над уровнем моря (3229 футов). Весь город расстилался у наших ног в своих золотистых тополях и орехах,
словно потонувший в сплошном саду. Утро было ясное,
без малейшего облачка, и Арарат, вчера еще далекий
и туманный, теперь вырезался, с ног до головы одетый
снегами, сверкающе-белый, среди голубой синевы неба,
казалось, так близко, что его можно было тронуть рукою, словно прозрачный воздух ясного утра приблизил
его к нам на целые десятки верст.
Взобрались наконец на горную равнину, господствующую над городом и над всею необъятною низиною
Аракса. Куда ни посмотришь, всюду кругом безотрадная, заваленная камнями пустыня. Завалена камнями
и дорога наша, по которой злополучная коляска наша
и терпкие лошадки еле-еле подвигаются с беспрерывными толчками, стуком и треском, пересчитывая каждую
глыбу. И словно в противоположность этой мертвой пустыне, внизу у ног наших, куда только хватит глаз, роскошная зеленая долина, покрытая нивами, лугами, садами, селеньями, прорезанная в разных направлениях
светлыми змеями Аракса и Занги, осененная слева снеговыми пирамидами Арарата, справа — зубчатым хребтом
такого же белого Алагёза.
105
Е . Л . МАРКОВ
Мы, однако, не одни в этой не совсем безопасной пустыне. Гер. Петр. Ка-н выхлопотал нам у местного начальства вооруженного всадника, и за нами теперь картинно едет на своем бойком коньке чепар-татарин,
с ружьем за плечом, с кинжалом и револьвером за поясом. Степан Иванович, хотя и не военный, тоже смотрит
совсем воином: в черкеске с патронами, с длинным и широким кинжалом за поясом.
Изредка, как оазисы в пустыни, попадаются деревушки. Деревня Жирвез — вся в садах, но вместо домов какието хлева без окон, сложенные из сырого камня и земли; на
плоских земляных крышах стожки люцерны, или, по
здешнему, юрунжи, которую жители считают ошибочно
за клевер. Народ здешний — оборванец, как наши цыгане. Женщины — с обвязанными по-татарски головой
и ртом, девушки — с открытыми лицами.
Остановились передохнуть и покормить сильно утомившихся лошадей в селении Баш-Гарни, в живописной
котловине дикого ущелья. Здесь везде в больших селениях устроены по распоряжению начальства поместительные дома для сельского управления и для остановок проезжающих властей, так как, помимо этих станций своего
рода, в большинстве армянских деревень нет возможности найти сколько-нибудь сносный ночлег.
Дом сельского управления в Баш-Гарни — из четырех больших комнат, отлично вымощенных каменными
плитами, с длинными чистыми столами, с венскими стульями; в комнатах, предназначенных для проезжающих
чиновников, железные кровати с постелями. Двор обне-
106
РУССКАЯ АРМЕНИЯ
сен оградою, при доме — галерея. В доме сельского
управления сосредоточивается вся официальная жизнь
армянского селения. Тут следователь производит следствия, пристав взыскивает подати, старшина сажает под
арест, статистик собирает свои статистические сведения.
Армяне жалуются только, что дома эти строятся чересчур роскошно для деревни и потому стоят слишком дорого, подчас непосильно для бедного населения. Говорят, обычная цена такого дома — тысячи четыре рублей.
Конечно, это очень недешево, и возможно было бы выстроить что-нибудь поменьше и подешевле, но нужно
принять во внимание, что в Армении сельские управления соответствуют нашим волостным правлениям и простирают свою власть на несколько селений. Волостной
же старшина имеет в каждом селении помощника из
местных жителей, несущего обязанности нашего русского сельского старосты. Сейчас же по нашем приезде явились к нам помощник волостного старшины и кандидат
старшины. Они, разумеется, считали нас за чиновников,
посланных от начальства с каким-нибудь официальным
поручением, и ждали приказаний. Их стараниями скоро
появился самовар с чайным прибором, составляющий
также обязательную принадлежность каждого сельского
управления. Путешествующему по полудикой стране,
не выдающей никаких потребностей цивилизованного
человека, — все равно, будь это доброволец-турист, подобный нам грешным, или чиновник, обязанный родом
своей службы постоянно скитаться по этим неприятным
местам, — нельзя не оценить высоко тех незаменимых
107
Е . Л . МАРКОВ
удобств, которые можно найти в здешних домах сельского управления и без которых разъезды по горным дебрям
Армении обратились бы в настоящую пытку. Невольно
поэтому приходится сожалеть, что разумный обычай —
устраивать в деревнях сколько-нибудь удобные приюты
для проезжающих чиновников — так мало развит у нас
на Руси, в которой глухие деревенские углы большею частью дают так же мало возможности найти мало-мальски сносный ночлег для человека, не привыкшего жить
в тесном общении с телятами и тараканами, как и деревни Армении.
Пока готовился чай и завтрак, мы пошли осмотреть
интересные развалины древней армянской крепости,
когда-то стоявшей здесь и оберегавшей все ущелье Гарни-Чая. Развалины эти сейчас же за садом сельского
управления, над страшною пропастью, на дне которой
глубоко внизу ревет среди обрушившихся камней вся
кудрявая от белой пены река Гарни-Чай; на обрывистом
мысе скал стоят почерневшие обломки крепостных ворот и круглой башни при них, а на противоположном
конце, прямо над бездонным обрывом, где мыс заканчивается крутым холмиком, без порядка навалены друг на
друга громадные тесаные камни черного гранита, тяжелые архитравы и капители с искусно вырезанными
в камне скульптурными украшениями, круглые массивные колонны вроде приземистых столбов древних египетских храмов и всякого рода обломки и осколки большого и богато отделанного здания.
108
РУССКАЯ АРМЕНИЯ
Циклопическая стена окружает внизу скалу, подпирая ее нависшие выступы, сглаживая всякие неровности
ее и делая ее через это совсем неприступною снизу. Сбоку, на половине глубины пропасти, чернеет вход в пещеру, и около него хорошо еще видна часть стены, облицовывавшей этот вход. Местные жители уверяют, что это
развалины когда-то здесь бывшего дворца царя Трдата,
крестившего в веру Христову армянский народ, и что
в пещере жила дочь царя Трдата. От того развалины эти
до сих пор называются у армян Тахт-Трдат («Престол
Тиридата»).
По обе стороны скалистого мыса, на вершине которого мы теперь стоим, попирая камни разрушенного
дворца, зияют глубоко распахнутые котловины с неистово бушующим на дне их Гарни-Чаем, с зелеными лужками и рядами тополей по его берегам и с мирно пасущимися среди них коровами. Там, в глубокой трещине коры
земной, куда почти не в силах заглянуть луч солнца, под
сенью черных развалин, похоронивших под собою мрачные сказания старой истории, приютились тихая хозяйственная жизнь и тихие красоты природы, на которые
мы любуемся в эту минуту, не отрывая глаз. Пешеходные тропинки смелыми зигзагами карабкаются из этой
зеленой бездны на стены почти отвесных скал...
Устные предания невежественных жителей БашГарни о дворце Трдата сохранили зерно исторической
истины. Мы действительно стоим теперь на месте давно
исчезнувшего древнейшего города Армении — Гарни,
который некоторое время был даже столицею армян-
109
Е . Л . МАРКОВ
ских царей. Французский путешественник Шарден, посетивший Кавказ и Персию в XVII столетии, во времена
нашего Алексея Михайловича, еще видел в полуразрушенном дворце Тиридата 36 колонн черного мрамора
и восхищался великолепною архитектурою.
Город Гарни существовал еще в ветхозаветные времена и, по уверению знаменитого армянского историка
V века Моисея Хоренского, назывался сначала Гёгам, по
имени своего первого основателя Гёгама, внука легендарного Гаика, родоначальника народа армянского, который и теперь называет себя по имени его гайканцами,
а страну свою — Гаикстан. Гаик считается армянскими
летописцами современником и соперником еще Немврода, или Бела (Ваала), строителя библейской башни вавилонской, который будто бы и погиб от руки Гаика
в кровавой битве с ним у подножия Арарата.
Название же Гарни, по объяснению армянских летописцев, присвоено было этому древнему городу по имени жившего в нем царя Гарника, внука Гёгама и сына
старшего сына его Гарха. Точно также и название гайканцев «армянами» производится их летописцами от
имени другою сына Гарма — Арама, современника Нина
и Семирамиды, приобретшего своими подвигами такую
славу среди соседних народов, что они стали звать всех
подданных его арменаками, а страну их — Арменией.
Такова седая древность развалин, которыми мы теперь
любуемся, стоя над живописною бездною на тесном скалистом мысу.
110
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]