Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Ролевые функции СМИ в процессе политической мифологизации. Монография
.pdf
возможен лишь с прогрессивных социальных позиций. Он же считал, что
67
68
69
70
печать – как всякое сложное социальное явление полифункционально,
выполняет в обществе несколько взаимосвязанных функций. При этом важно
различать основные функции и функции неосновные, вспомогательные. Под
основными функциями подразумеваются главные стороны внутренне присущие
журналистской деятельности. Они отличают печать от других социальных
явлений и выступают в качестве ее видового различия. Эти ленинские
установки стали методологической основой общей теории пролетарской
журналистики, в подобной формулировке они исключали неоднозначность,
гибкость толкований
.
Исследователи теории советской прессы И. П. Магай, А. Ф Бережной
таким образом комментировали эти положения: при простоте и краткости
ленинское определение функций пролетарской прессы является необычайно
емким по мысли, содержит ряд принципиальных открытий. Они считали
Ленина первооткрывателем определения функций прессы в их неразрывном
единстве. Именно это единство соответствует функциям в историческом и
логическом плане, с особой силой подчеркивает организаторскую функцию
Исследователи Ф. С. Сиберт, У. Шрамм и Т. Питерсон расплывчатость
формулировки этих функции комментируют так: «На советскую систему
массовой коммуникации возложена задача работать на трех уровнях, то есть
обеспечивать подачу «обличений» в популярной форме и тем самым поднимать
политическую сознательность масс, преподносить толкование доктринальных
основ учения для интеллектуальной элиты и содержать большое количество
официальной информации, призванной обеспечить нормальное функциони-
рование партии и организацию работающего населения»
.
Пролетарская власть высоко ценила влияние и приоритеты СМИ и
стремилась к овладению ими. Их необходимо было в кратчайшие сроки развить
и укрепить, поэтому ставка делалась на увеличение количества выпускаемых
изданий и их тиражей. В октябре 1917 г. у большевиков было 75 периодических
изданий, у социалистических партий – 85, в ноябре, как об этом сообщалось в
«Известиях», был приостановлен выпуск всех газет, поместивших обращение
бывшего Временного правительства. Вторая половина 1918 года свела
практически на нет прессу оппозиционных социалистических партий
Пролетарское государство не только ликвидировало частные издания и
полностью завладело СМИ, но и управляло ими от имени общественности,
устанавливало, насколько оно в состоянии это сделать, полную монополию на
коммуникацию, вводя очень жесткие ограничения на доступ к
информационным материалам.
Пролетарские идеологи, стремясь достичь единообразия, часто прибегали
к административному давлению на СМИ, если те «неправильно» отражали
факты. На протяжении десятилетий шел поиск наиболее подхоящих слов, в
которые облекались примитивные модели. Создавались клише, лозунги,
стереотипы для описания той или иной новости («У Савки в лавке», «Накупишь
.
41
на кукиш», «Операция кооперация»). Эти упрощения помогали высказать
главную мысль и внушить ее аудитории в образной форме.
Ролевые функции пролетарских СМИ сводились к следующему:
инструмент государства и партии, инструмент укрепления единства, обличения,
агитационные, пропагандисткие, организаторские функции, ответственного
инструмента в связке – ответственность и свобода. Специфическая обстановка
первых месяцев Советской власти вызвала к жизни своеобразные жанры –
многострочную шапку – призыв, аншлаги, лозунги. На этом же этапе возникли
новые формы общения с читателями, новые формы подачи материалов –
массовые обсуждения назревших вопросов, вводится постоянный отдел
«Письма в редакцию».
Особое значение для дальнейшей деятельности пролетарской
журналистики имели решения VIII съезда РКП(б), направленные на повышение
действенности выступлений партийно-советской прессы. Своей резолюцией
съезд органически вписал ее в структуру административно- командного
управления.
Начиная с 20-30-х годов прошлого столетия в большевистской
пропаганде один таинственный заговор сменялся другим, за заговором
троцкистов следовал заговор империалистических спецслужб. Медийные
каналы превращали мифическую историю в современную властную парадигму.
В этом состоял главный социальный заказ политической системы для СМИ –
сформировать, закрепить, узаконить в подсознании масс ощущением
истинности, правомочности политического строя. Именно СМИ
способствовали тому, что пролетарский миф, объединивший множество
ситуаций, выступал высшим критерием при оценке актуальных идеологических
практик. Но при этом он хранил совокупный политический опыт в
иносказательной форме, соотнося его с представлениями об абсолютной
стабильности, воспроизводит и транслирует его в политических инициациях,
соотносит желания и потребности общества с опытом, обобщенным до уровня
стереотипа. Только революционный триумф, победа могут способствовать
кардинальным реформаторским изменениям, могут убедить народ в
позитивных политических изменениях, но при этом в основе используемой
мифосимволики лежали ритуалы как христианских, так и языческих времен,
которые становились реальными лишь в той мере, в какой они имитируют, или
повторяют архетип.
Явления социальной действительности, отражаемые прессой советского
периода необычайно сложны. Познать одно из них можно только в
неразрывном единстве с другими. В применении, к примеру, к событийной,
новостной информации это означает, что журналист должен выбирать для
освещения такие факты, в которых наиболее четко проявлялись бы
существенные связи событий. Но не каждый факт обладает подобными
свойствами. Для истинного отражения реальности нередко требуются прямой
комментарий, указание на связь освещаемого события с другими фактами.
Такой комментарий, как правило, отсутствовал, и это вело к неправильной
интерпретации явления, а «чистая» информация – к дезинформации читателей.
42
Посланное аудитории сообщение накладывалось в индивидуальном сознании
на известную интерпретационную структуру, в роли которой выступал миф.
Соответственно, он в свою структуру включал архетип какой-то опытной
ситуации, связанной с мерами социального регулирования и принуждения;
содержание конкретного опыта, полученного эмпирическим путем, систему
образов и символов, на основании которых он соотносил желаемое с должным.
Система образов и символов сохраняла в коллективной народной памяти его
социальный опыт, установки духовно-нравственных категорий. Этой
структурой, или, иначе говоря, мировоззрением человека, и определялась, в
конечном счете, интерпретация некомментируемых новостей. Апологеты
тоталитарного режима делали упор на СМИ, которые бы соответствовали их
потребностям. При этом любая новая информация вызывала бы реакцию,
которая способствует созданию и постоянной корректировке множества
отдельных образов, складывающихся в общее представление о
действительности. Источником общей информации является сама
действительность, а основным источником фактической информации являлись
медийнные каналы.
В соответствии с социалистическими принципами диапазон дозволенных
расхождений и дебатов не должен включать элементы, считающиеся
анахронизмом, регрессивными и опасными для общества. Прессе принадлежит
позитивная роль в формировании общества и движения к коммунизму, и
отсюда медиа выполняют ряд важных функций социализации, неформального
общественного контроля и мобилизации в направлении запланированных
социальных и экономических целей. В частности, эти функции связаны с
продвижением социальных и экономических реформ. Марксизм допускает
объективные законы истории, которые пресса должна отражать. Это
ограничивает диапазон личной интерпретации и навязывает набор устойчивых
характеристик новостей, отличающихся от тех, которых придерживается
либеральная пресса. Наконец, общая теория советского государства требует,
чтобы медиа подчинялись государственным органам и входили в состав других
инструментов политической жизни
В этих рамках советские СМИ должны осуществлять саморегулирование,
брать на себя определенную ответственность, развивать и следовать нормам
профессионального поведения и реагировать на потребности и желания
аудитории. Отчетность перед публикой реализовывалась с помощью
социологических исследований, институционных форм соучастия аудитории,
ответов на письма и анализа
Сила влияния советских СМИ на индивидуальное общественное сознание
и поведение определялась сочетанием таких факторов восприятия информации
со стороны аудитории, как внимание к информации. Для этого тоталитарные
символы подлежали повтору и размножению по всем возможным
информационным каналам. В результате этой многоканальности возникали
систематизированные символы. Для закрепления в сознании масс тех или иных
мифоконцептов советская пропаганда практиковала многократное повторение
одних и тех же слов, фраз, становившихся символами. Любая иерархически
43
важная информация тиражировалась в бесконечном количестве экземпляров,
71
что создавало предпосылки для некритического восприятия их аудиторией
этому спососбствовали миллионные тиражи центральных газет.газет. Большую
роль играло внушение символических построений, в ряде случаев со ссылкой
на «авторитеты» (Ленина, Сталина, большевиков-ленинцев). Газеты «Правда»,
«Комсомольская правда». «Беднота» выходили не только в печатном, но и
радийном варианте: «Правда» по радио», «Комсомольская правда» по радио»,
«Беднота» по радио». Правильное поведение нормировалась через
тиражирование образцов героического человеческого поведения, среди
которых доминировали коммунисты, комсомольцы.
Советская пропагандистская система выделяла такие темы, которые
касались большинства граждан, и рекомендовала их для трансляции по каналам
СМИ. Показательны в этом плане примеры всеобщего осуждения врагов народа
в 30-40-е годы, обсуждения Советской Конституции, выборов высших органов
власти. Влияние СМИ на уровень интереса к проблеме - минимально, но с их
помощью эти темы становились предметом общественной дискуссии. Если
рассматривать в качестве примера предвыборную кампанию, то СМИ начинали
работать в режиме предвыборной «страды» еще задолго до начала выборов.
Чем ближе выборы, тем плотнее все газеты заполнялись фотоизображениями и
текстами достойных представителей блока коммунистов и беспартийных. На
обывателя обрушивается поток обещаний и сказочных перспектив дальнейшего
развития советского общества.
Для привлечения внимания широкой общественности, тема должна была
пройти «фильтр» на соответствие основным информационным требованиям:
освещение категорий жертвенности, оптимизма, риторики побед, минимальное
присутствие отрицательной информации, смещение в будущее, наличие
хвалебной риторики, присутствие положительных символов, акцентирование
на перестройку моделей человеческого поведения. Эти темы неизменно
составляли информационную повестку дня советских СМИ.
Широко транслируемые пролетарские символы, ценности, стереотипы и
модели поведения, указывали на то, какие установки и типы поведения
приемлемы и желательны в обществе, а какие неприемлемы, что соответствует
господствующим нормам справедливости и морали, а что им противоречит.
СМИ занимались организацией так называемых псевдособытий. В
отличие от действительных событий, которые происходят естественным
образом, псевдособытия планировались заранее и организовывались
искусственно с целью дальнейшей их трансляции (газетные кампании)
Информация, распространяемая СМИ, составляла предмет коммуникации
между людьми на общественные и политические темы
По характеру своей деятельности СМИ стремились привлечь и удержать
внимание аудитории любыми доступными средствами. Их воздействие на
индивидуальное и общественное сознание было достаточно агрессивным.
Намеренное продвижение определенных идей, то есть пропаганда как метод
.
44
воздействия, могло быть явным или скрытым за маской беспристрастности.
Например, одна из рубрик газеты «Крестьянская газета» для молодежи»
«Удары кризиса. У нас. У них»72. Событиям советской действительности
давалась только позитивная оценка, другим событиям – только резко
негативная. Реальная оценка событий терялась, действовала собственная
оценочная шкала. Но поскольку она была искривлена, то все пространство и
время принимало искаженный вид.
Независимо от того, в каком качестве аудитория воспринимает СМИ - как
источник информации, или как источник развлечения, или просто как контакт с
внешним миром, - самым проверенным и безошибочным методом воздействия
на человеческое сознание оставалось обращение к эмоциям и чувствам. На
личном уровне советские СМИ являлись для общества тем мостом, который
соединяет их с внешним миром и со своей средой, избавляет от чувства
одиночества, отчуждения, расширяет горизонты познания и т. д. В арсенале у
СМИ имелся весь спектр стилистических приемов подачи информации,
которые могут вызывать у аудитории самую разнообразную реакцию. В
зависимости от цели и условий, проблема раздувалась или наоборот,
смягчалась, сообщались сенсационные данные сразу или же они приберегались
на конец; озвучивались одни факты и умалчивались другие; сообщаемая важная
информация прямо или же незаметно вплеталась в ее контекст; и т.д.
Парадокс тоталитарной системы заключался в том, что она при всех
ограничениях провозглашала свободу печати, свободу выражать истину так,
как ее понимают апологеты нового строя. Но действительная свобода
предполагает ставить под сомнение основные принципы того общества, в
котором человек живет. Руководители страны утверждали, что в советском
государстве не может быть места для свободы слова, печати только для врагов
существующего строя. Такая свобода классифицировалась как
контрреволюционное выступление.
СМИ влияли на настроения аудитории, порождали не только личные, но
также политические и общественно значимые эмоции и чувства: скептицизм,
цинизм, апатию, отчужденность, страх, покорность доверие, согласие,
воодушевление, оптимизм, энтузиазм и т.д. Именно эти настроения определяют
степень и формы участия людей в общественно-политических процессах в
диапазоне от полного безразличия и пассивности до попыток совершить
государственный переворот, доверие к ее источнику, корректность ее
интерпретации, и ее последующее обсуждение.
В этом плане показательна теоретическая дискуссия 20-30-х годов на
страницах журналов «Современник» и «Журналист», свидетельствующая о
различных взглядах работников прессы на сущность влияния на сознание
медийных текстов. Исследователь Н. К. Иванов-Грамен отмечал: «Кто-нибудь
станет оспаривать, что публицистика (в частности газетная) – одно из самых
мощных, самых действенных, самых скорострельных орудий. Но о
публицистике у нас ничего не имеется. Есть же в руках страшное оружие, с бою
45
отнятое у неприятеля, но нет даже разговоров о том, как нужно им
73
74
75
77
пользоваться»
. Исследователь В. Владимиров свидетельствовал о понимании
необходимости приступить к «созданию своей, специфической газетной теории
словесности, поскольку газетное слово имеет некую своеобразную
физиономию»
. Несколько позднее теоретик большевистской печати
Н. М. Сомов утверждал, что политическая пресса по преимуществу и, прежде
всего, есть оружие классовой борьбы. И публицист должен уметь владеть этим
оружием»
. В СМИ периода становления, формирования и дальнейшего
развития практически не разрабатывались такие категории, как источник, темп
в журналистике. Эти категории – несущие опоры структуры СМИ, либо
понятие скорости и понятие прямого доступа к информации есть, либо их нет.
Все попытки журналистов двигаться в этом направлении пресекались на корню,
на эти теоретические поиски наклеивался ярлык буржуазной журналистики.
Опыт буржуазной прессы, бравшийся на вооружение в плане добычи
информации, ее бесстрастной, беспартийной обработки, назывался
«индустриализацией» процесса изготовления сообщений для газет».. Участники
дискуссии ориентировали журналистов-практиков на то, что главным объектом
отражения советской журналистики является не новостное, а социально
окрашенное событие, идеологически выверенное, отвечающее принципам
идейности, классовости, народности, массовости и т. д.76.
При этом очевидным являлось то обстоятельство, что главное
предназначение прессы – правдивая информация о социальных явлениях в
жизни общества, анализ этих явлений. Основным фактором, определяющим
содержание газеты, должен быть читательский интерес, так как читатель
покупает ту газету, информация в которой его заинтересует. Газета должна
строить свою политику, исходя из рыночного интереса, которого в
тоталитарном государстве не существовало. Поэтому пресса, по замыслу
советских идеологов, должна быть распространителем только «популярной
положительной информации» из текущей практики претворения в жизнь
политических планов партии.
Д. Гребер выделяет четыре типа контроля над СМИ: легальный,
нормативный, структурный и экономический
. В советском обществе
использовались все четыре типа контроля для. Жестокая истина заключалась в
том, что современное освещение новостей составляло очень малую часть
работы «коллективного пропагандиста, агитатора и организатора», которым
старался быть редактор. События должны быть, но при этом от них
требовались единообразие и определенная системность. Редактор мог выбирать
те тексты, которые ему были необходимы для иллюстрации социального
процесса, который он пытался внедрить в память и сознание читателей. Ему не
нужно было стремиться к оперативности, представлять какое-то событие
вскоре после того, как оно произошло. Другие события могли с тем же успехом
проиллюстрировать то, что он пытался внушить. Значительная часть
материалов в его газете вообще не относилась к новостям – это был
.
46
вспомогательный материал для партии, для рабочих и колхозников, которые
78
82
83
должны увеличивать производительность труда, а также для «чисток» в
местных парт-ячейках и школах. Советский редактор в самом настоящем
смысле ощущал себя контролером событий, редакционные планы составлялись
на месяц, квартал, год. В «редакционном портфеле» всегда находился 50-
процентный «загон» каждого текущего номера, набранный и сверстанный за
несколько дней до даты выхода.
Советские газеты были достаточно однообразными и традиционными в
оформлении, стилистике, жанровой палитре. Это считалось основой
политической благонадежности. Журналистам не рекомендовалось «увлекаться
«объективностью», поскольку считается, что она уводит от единственно
правильной линии»
.
На протяжении всех лет существования советского государства свое
назначение пресса, следуя теоретическим разработкам вождя, реализовывала
определенной деятельностью, которая фиксировалась набором функций.
Функция «выражает сущность, классовое, партийное назначение печати», –
считает В. М. Горохов79. «Сущность журналистики закономерно проявляется в
определенном, обусловленном ею действии, во влиянии на общественную
жизнь», – утверждает С. М. Гуревич80.
Таким образом, теоретические концепции и модели советской преесы
реализовывались в одном направлении – исследование традиций и новаторства
классиков марксизма – ленинизма, ведущих публицистов советской прессы81.
Именно в этой области смыкались, взаимодействовали закономерности прессы
и публицистики. Публицистическое творчество было подчинено решению
конкретных агитационно-пропагандистских задач, пропаганда, агитация и
организация строились, в свою очередь, с учетом возможностей
публицистического слова
. Публицистика рассматривалась в связях: политика
и публицистика, общественное мнение и публицистика, искусство и
публицистика, гносеология и публицистика и т. д. Исследователь
Е. П. Прохоров утверждал, что «журналистская практика в условиях острой
идеологической борьбы на международной арене, в условиях строительства
коммунистического общества требует от журналистской науки теоретических
разработок проблем эффективности ведения пропаганды и практических
рекомендаций»
. Он касался двух кардинальных проблем – рассмотрения
вопроса о социальном предназначении и объективном предмете публицистики
как специфическом типе творчества. Характеризуя функциональные
особенности публицистики, могучего фактора формирования общественного
мнения, и в связи с этим развития массового сознания, он предпринял попытку
раскрыть особое место публицистики в духовной жизни общества, ее
специфику как формы пропаганды, дал представление о специфических
функциях и специфическом предмете публицистики. Но, к сожалению, при
сопоставлении чистой теории с реальными явлениями публицистической
практики возникают серьезные несоответствия. Хотя Е. П. Прохоров
47
рассматривает публицистику в связи с ее творческими особенностями, в
85
86
исследовании преобладает все тот же литературоведческий подход к
публицистике как к виду творчества.
Достаточно противоречивы и не обладают внутренней завершенностью и
последовательностью монографии М. С. Черепахова и В. В. Ученовой84.
Несоединимыми являются положения М. С. Черепахова о том, что
публицистика как форма творчества находится между искусством и наукой, и о
том, что она решает свои задачи в чисто понятийной форме.
Фундаментальные концептуальные утверждения В. В. Ученовой о том,
что в обществе существуют «разделившиеся «потоки» деятельности: научной,
художественной и политической публицистики», причем в каждом «потоке»
деятельности соответственно выделяются «преимущественно «знаниевые»,
преимущественно эмоциональные, ценностные, преимущественно
«управленческие» (преобразовательные или гомеостатические) компоненты» -
весьма спорны
.
По мнению исследователя В. М. Горохова, именно публицистика
выступает «в роли сплава информации «сверху» и «снизу». Советская
публицистика «высвечивает» в объекте такие предметные стороны, которые
позволяют обнаружить сущностные, социально-экономические процессы
современности, направляет сознание масс на самые важные с идеолого-
политической точки зрения проблемы дня, не уводит читателя в мир
иллюзорных представлений, а помогает воспитать в нем сознательного творца
истории, способного за внешней оболочкой событий разглядеть его подлинный
классовый смысл. Буржуазная публицистика в соответствии со своей
реакционной целью деформирует объект, сужает «предметное поле» до
несообразных размеров»
. Подобный подход упрощает проблему, сводит ее к
узости информационного горизонта, а идеологический, классово-партийный
аспект явлений современности делает главным признаком предмета
публицистики. Генеральную функцию публицистики В. М. Горохов видит к
актуализации идеолого-политического влияния на массы, которое
осуществляется путем формирования общественного мнения. Принятие
массами политической линии, идеологических установок коммунистической
партии как устойчивой нормы мышления и поведения предоставляет
благоприятные возможности для советского публициста. Обществу нужны
такие СМИ, которые бы активно помогали партии и государству эффективно
влиять на самые широкие слои трудящихся, содержали большие возможности
контроля над сознанием, психикой, эмоциональной сферой людей, закладывая
в них алгоритмы оценок, поведения, ценностные фильтры.
Другой точки зрения придерживается исследователь В. Г. Афанасьев,
который считает, что взаимосвязь экономических, правовых, социальных,
культурных и технологических факторов в становлении информационного
общества проявляется в либерализации правил регулирования
информационного рынка, формировании новых требований к работникам,
48
изменениях в информационном законодательстве, повышении роли
государственного регулирования. Правовой фундамент информационного
общества закладывается законодательной и нормативной регламентацией прав
человека на доступ к мировым информационным ресурсам и технологиям,
защиту интеллетуальной собственности, неприкосновенность личной
жизнисвободу слова, специиииифически проявляющихся в новейшем
информационно-технологическом окружении87. Действительно, только при
этом условии роль идейно-политических регуляторов поведения масс, роль
идеологического фактора, роль медийных каналов в политической жизни
общества является содержанием политической деятельности, осуществляемой
во взаимодействии прямых и обратных информационных связей.
На протяжении всех лет существования советского общества неизменной
оставалась теория советской прессы, основы которой были заложены в трудах
классиков марксизма-ленинизма. В ней утверждалось, что только
коммунистическая пропаганда является видом духовной деятельности,
направленной на внесение марксистско-ленинских идей и взглядов в сознание
людей, на формирование коммунистических убеждений. Ее прямыое
назначение- становление общественного мнения, проникнутого
прогрессивными идеями. Неоценима роль СМИ в формировании
общественного мнения, социологических и социально-психологических
характеристик общественного мнения и пропаганды, конкретных формы их
взаимосвязи, в плане их участия в формировании и функционировании
общественного мнения, управления данными процессами.
90-е годы внесли серьезные изменения в разработку теории медийных
каналов. Одной из первых работ стала монография И. И. Засурского 88 . Автор,
отказываясь видеть смысл последнего десятилетия в переходе от социализма к
капитализму, постарался поставить происходившие в России события в
глобальный контекст и показать, что у процессов в мире есть действительно
много общего. Российский способ адаптации к условиям глобализации и
информатизации капитализма был одним из худших. Во время распада СССР и
формирования государственного аппарата второй республики медийные
каналы, по мнению автора, оставались единственным институтом,
осуществлявшим коммуникации в обществе. Именно этим объяснялось их
огромное влияние на формирование общественного сознания. До 1993 года
журналистам казалось, что реализовывается утопия независимой прессы.
Исследуя попытку «четвертой власти» оказать давление на политическое
руководство страны в ходе чеченской войны, автор доказывает тот факт, что
именно в этот период влияние журналистов на власть практически сошло на
нет. Особое внимание он уделяет трансформации российской медиа-
политической системы после кризиса 1998 года. Российское общество впервые
столкнулось с явлением политизации масс-медиа и медиатизации политики.
Автор утверждает, что исчезновение самого сильного центра власти привело к
обострению борьбы между различными группами интересов, к схватке за
49
власть представителей различных финансово-промышленных групп и
90
политических кланов, за владение медийными каналами. Именно в период 90-х
годов была создана медиа-политическая система, с изменившейся ролью
государства в ней, коммерческими СМИ, рынком рекламы. Резкое увеличение
разнообразия точек зрения в информационном поле сделало невозможным
консолидированное воздействие на общественное сознание и способствовало
потере веры политических инвесторов во всемогущество прессы.
Теоретическая разработка проблем «журналистики и демократии» и
прорастания концептуально значимых положений этой сферы знания в
реальную практику деятельности СМИ была предпринята в монографии
Е. П. Прохорова «Журналистика и демократия»89. Автор, обращаясь к смежным
областям науки, предпринимает попытку системного рассмотрения
кардинально важной социокультурной проблемы «журналистика и
демократия». Он, добиваясь широты и многоаспектности охвата, обращается к
литературе вопроса из самых разных областей знаний – философии,
политологии, социологии, психологии, культурологии и др. Отсюда –
множество цитат и ссылок на работы мыслителей прошлого и современных
исследователей. Но в исследовании нет ответа на вопрос: какими должны быть
демокртические СМИ?
По нашему мнению, теорию СМИ периода демократических
преобразований можно определить как многофункциональный политический
институт действующих средств информации и характеризующийся
обращенностью к массовой аудитолрии, общедостпностью, корпоративным
характером производства и распространения информации, социально преобразовательным потенциалом. Официально закрепленный термин
«средства массовой информации» отражает не просто терминологическую, но и
определенную социальную эволюцию. Каждое из слов этого термина несет
определенную смысловую нагрузку. Информация – «всеобщее свойство
взаимодействия материального мира, определяющее направленность движения
энергии и вещества. Это всеобщее нематериальное свойство взаимодействия
материального мира включает в себя первичную и вторичную информацию,
при этом под первичной информацией подразумевается направленность
движения вещества, при котором возникает не только направленность его в
движения в пространстве, но и форма (структура, морфология) как результат
направленности движения, составляющих вещество элементов, а вторичная
информация есть отражение первичной информации в поле в виде формы
(структуры, модуляции) пространственных сил, сопровождающих всякое
движение вещества»
Массовость фиксирует взаимодействие массовидных субъектов:
выступление любого медийного канала обращено не к какждому в отдельности,
а ко всем сразу. Это придает информации особый характер – сжатость,
свернутость, предполагает потерю определенных информационных
50
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]