Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Ролевые функции СМИ в процессе политической мифологизации. Монография
.pdf
329
330
331
тоталитарных движений, фанатичные до крайности, пока движение существует,
не последуют примеру религиозных фанатов и не умрут смертью мучеников.
Скорее, они тихо откажутся от движения как от плохой ставки и оглянутся
вокруг в поисках другой многообещающей фракции или будут ждать того
момента, когда первоначальная функция снова наберет силу для организации
другого массового движения»
.
Мифические образы, символы, недавние продуктытоталитарной
системой, без корректировки вводятся в структуру общества новой формации,
но они не спососбтсвуют объединению граждан, а наоборот, тормозят
творческое развитие общества. Недовольство системой становится
доминирующим фактором, с каждым годом все труднее унифицировать
общество, конструировать единство взглядов. Коллективному
пропагандистскому влиянию, как правило, поддаются люди с низким
моральным и интеллектуальным уровнем, социально обиженные, ущемленные,
приспособленцы. Другие, составившие 13 процентов в опросе, проведенном
ВЦИОМ в июле 2007 г., выразили надежду на усиление их роли в ближайшем
будущем.
.
Политические процессы последних лет совершаются в двух измерениях:
реальном и мифическом. Активность виртуального политического процесса
намного превышала интенсивность зримых перемен. Виртуальность, как одна
из основополагающих составляющих современного мира, проникала во все
сферы общественной жизни. Более того, виртуальный мир для компьютерных
поколений становится более притягательным, чем реальный мир. Сущность
этого мира состояла в том, что на смену секуляризации и демифологизации,
характерных для нового времени, пришла десекуляризация и ремифологизация.
Наряду с реальными появляются новые небосводы и олимпы со своими богами
и героями. Это обстоятельство объективно поддерживало в среде
отечественных интеллектуалов интерес к «западным» политико-философским
интерпретациям мифогенеза, мифоактивности в политическом процессе, к
проявлениям политического мифотворчества. Задача отыскания устойчивых
мифоконцептов реформаторами признавалась достаточно смутно «лишь в силу
того, что сплочение изолированных агентов в политике тем сильнее, чем
больше они объединены символически, а значит – могут конституироваться как
группа (сила, способная признать себя в политическом поле). То есть
практичной до сих пор признавалась только инструментальная сторона
политического мифа без опознания самого мифа»
.
Новейшая мифология в своем активе имеет не только образно-
эмоциональные комплексы, она тяготеет и к усложненной мотивировке. Люди
одинаково не реагируют на определенные обстоятельства, мифы же держат их в
повиновении. Когда удается незаметно внедрить их в сознание масс
посредством медиа, они обретают огромную силу. Индивидуальнопсихологические особенности оказывают влияние на те, или иные ситуации. Но
даже в тот период, когда продолжается ломка мировоззрения, в рождении
191
332
333
334
335
новых демократических парадигм мы находим набор вечных мифов, одних и
тех же мыслительных конструкций, координат. Вопрос в том, во имя каких
идеалов реализуется эта истина и как она соотносится с объективным ходом
развития общества. Формирование мифоконцептов идет достаточно хаотично,
неосознанно и бессистемно, это подтверждает положения Б. Малиновского, что
миф «постоянно рождается снова; каждая историческая перемена производит
свою мифологию, которая, однако, только косвенно связана с историческим
фактом. Миф является своего рода постоянным побочным продуктом живой
веры, которая нуждается в чудесах; социальных устоев, которые требуют
прецедента; морального закона, который требует оправдания»
. Поэтому
мифотворчество и ритуал бессмертны, так как массовые революционные
движения спровоцированы подсознательным желанием каждого улучшить
жизнь, логикой мифа об этой лучшей жизни, но они выступают в разных
ипостасях относительно того или иного общественного строя.
Демократическое общество, освобожденное от идеологических догм и
зашоренности, внесло свои коррективы в мифотворческий процесс. Например,
миф выступает в парном качестве (герой-антигерой). Сошлемся на примеры
«президентской риторики» Б. Ельцина в СМИ, под которой современные
исследователи подразумевают приемы мифологизации его личности. Здесь
мифы: доступности, отца нации, гибкости и активности, феноменального
здоровья, простецкого мужика и т.д. Но герой конца 80-х – начала 90-х годов
Б. Ельцин к середине 90-х годов уже выступает в роли антигероя.
Общественность начинает критически присматриваться к чрезмерностям
внешней ритуальной стороны явлений президента народу. Отмечалось, что он в
последнее время неохотно шел на контакт с аудиторией, медийными каналами.
В этой связи постоянно возобновлялась тема здоровья президента,
манипулирование им при принятии решений. Наличие подобных эпизодов в
жизни «героя» опровергалось, объяснялось происками КГБ, коммунистов,
красно-коричневых
.
Миф героя возрождался, обновлялся, усиливался. В действие вводился
пиаровский «феномен Джона Рокфеллера»
. Этот «феномен» использовался в
ситуации с возвеличиванием и созиданием героя России – Б. Ельцина. Тогда
сентиментальная Россия посредством СМИ увидела в «Борисе» – отца
многочисленного семейства, любящего мужа, добрейшего и справедливого
дедушку, добропорядочного гражданина, энергичного делового человека
.
Миф «семья» очень осторожно и робко использовался Н. С. Хрущевым,
Л. И. Брежневым. Репортажи, фотографии об их родных и близких на какое-то
время даже шокировали публику. Появление на политическом небосклоне
Раисы Горбачевой было воспринято более чем прохладно. В сознании
народных масс сохранялся закрытый образ жизни царей и царствующих особ.
Тайна их жизни – составная часть сакрального пространства. Таинственность
мифа «семья» сумел разрушить Б. Н. Ельцин. Если советская пропаганда
192
336
замалчивала подробности семейных и родственных отношений, то новая
демократическая увидела в этом новизну и пикантность. Пресса, электронные
каналы заполняются рассказами о родственниках сильных мира сего, об их
собственности и состояниях, об альковных и банных утехах, об их слабостях.
Миф обрастал домыслами, преувеличениями и легко поворачивался в нужную
сторону Медийные каналы стали называть «творцами миражей»,
«созидателями политических символик», «социальных мифов»,
«предумышленных иллюзий», «вуалью и маской». Таким образом, по
отношению к своему классу система представала «в качестве бессознательной
вуали, искажающей образ социальной реакции внутри класса и
сублимирующей его интересы, по отношению к другим классам идеология
представляет собой конспиративную маску, сознательно используемую
господствующим классом для обмана»
.
Мифические волны в медиа 90-х годов декларировали свободу создания
свободного общества свободных людей. Но уже к концу 90-х эта идея прошла
различные стадии, использовалась различными политическими силами и
представителями каждой партии по-своему. Содержание идеи каждый раз
конкретизировалось в зависимости от тех социальных условий, в которых она
использовалась, так как идеологические представления коренятся в глубинах
человеческого подсознания.
Состояние медийных каналов этого периода достаточно образно
характеризуют заголовки профессиональных журналов «Журналист» и
«Профессия – журналист»: «В обнимку с гласностью», «Деньги не пахнут»,
«Время халявщиков», «Информационные киллеры» и др. На слуху были
«акулы пера» и «звезды ящика» – Максим Соколов, Владимир Познер,
Александр Невзоров, Татьяна Миткова, Евгений Киселев, Владислав Листьев,
Сергей Доренко.
Трансляции мифов медийными каналами развивались по законам
драматического зрелища: герой (партия победителей) – злодей (проигравшая
партия) – критические обстоятельства и осложнения, которые герой постоянно
преодолевает. Но в этой драме есть и финал, не всегда известный публике.
Демократические СМИ отражали стихийные импульсы и результаты
деятельности отдельных журналистов, имеющих в активе достаточно сложные
и противоречивые установки. Именно они в этот период выражали
возникающие в данной ситуации психологические порывы, новые
идеологические ценности и ориентации. Причины последующих изменений в
СМИ крылись и кроются в психологических коллизиях ведущих журналистов.
Так, убийство телекомментатора В. Листьева: впервые в российской истории
показывали и рассказывали все медийные каналы, преподносилось это как
национальная трагедия. Печатные СМИ также трактовались как медиа
личностей: Е. Яковлева, А. Коротича, Б. Третьякова и др., эти образы
внедрялись в сознание масс как сложное и многомерное порождение их
индивидуальной психики и творчества. Так возникал миф свободного
193
337
338
журналиста. На его формирование активно влияли озвучиваемые их
прогрессивные идейные представления, духовная атмосфера времени. Она, в
свою очередь, определяла, какие порывы лидера, мыслителя-журналиста могут
найти отклик у людей.
Психологическое состояние героев находило отклик в сознании масс и
порождало неожиданные повороты в идеологическом влиянии на общество.
Поэтому потребность в новых символах и мифах диктовалась внутренним
складом людей. Эту закономерность очень точно уловили представители
властных структур и использовали их как некое образование, помогающее
выявить связь между неосознанной жизнью индивида и новой историей,
идеологией, психологией и СМИ.
В связи с этим, американский социолог А. Виннер ставит вопрос о
выработке так называемых целеполагающих мифов. При этом слово
«идеология» он употребляет только в отрицательном значении, ибо под
идеологией подразумевает отживший миф. Миф издавна сплачивает
общественные группы, воздействуя на социальную динамику. Кроме того,
научные знания ограничены, а мощь мифа способна раскрывать человеческую
природу, механизмы общественной эволюции. Миф может содействовать
перенастраиванию общественного бытия, регулированию внутренних
социальных связей, раскрытию глубочайших значений этических норм, он
способен ставить перед человечеством высокие цели. Проблемы соотношения
личности и общества, рационального и иррационального, статики и динамики
можно рассматривать через призму эффективного и неэффективного мифа. Он
делает попытку разобраться в причинах современного «кризиса идеологий» и
«мифологического вакуума» и хотел бы создать некий «великолепный»,
«целеполагающий» миф, который являлся бы источником небывалой энергии,
питающей веру в будущее. К сожалению, миф сегодня находится на пороге
неслыханного сдвига к новым утопиям и мифам. Поэтому так важно лишь
высвободить содержащуюся в социальной мифологии огромную
эмоциональную и мобилизационную мощь
.
Действительно, обществу важно высвободить содержащуюся в
политической мифологии огромную эмоциональную и мобилизационную
мощь. Но в России все делается с точностью до наоборот. Рассмотрим это на
ряде примеров.
Черный миф. «Начиная с 1997 года и до конца президентского срока,
писала газета «Московский комсомолец», Ельцину регулярно делались
омолаживающие уколы»
. Эти уколы делались из органов человеческих
эмбрионов неродившихся младенцев. Препарат вводился прямо в живот и
пациент чувствовал прилив сил. Миф приписывал Ельцину тяжкий библейский
грех – убиение младенцев.
Миф «На солнце пятен не бывает, только вспышки». Весьма успешно
использовался в коммунистической пропаганде, создавались новые
мифологемы звезд. Успешно вписался в реалии новых политических
194
339
преобразований
. К примеру, заполитизированная биография внука
советского писателя А. Гайдара – Е. Гайдара.
Миф о фантастическом здоровье. В медийном пространстве Б. Ельцин
выступает только в роли пловца, теннисиста, волейболиста, танцора. Внешний
вид немощного, с мешками под глазами Е. Примакова сопоставляется с
моложавым, спортивным В. Путиным. Составные части мифологического ряда
продуманы и эмоционально насыщены: Е. Примаков – семья, внуки, болезни;
В. Путин – семья, дети, спорт. Причем не просто спорт, а восточные
единоборства, имеющие философскую основу. Путин – в движении,
Примаков – постоянно говорящий. Создается убедительное сопоставление на
смысловом уровне: Примаков – стар, мудр, по-стариковски рассудителен;
Путин – молод, «мочит» с плеча, Примаков – прошлое, Путин – будущее.
Миф «отец нации». Удачному проведению кампании по выбору
президента В. Путина способствовало то, что вокруг его фигуры был создан и
поддерживался миф, что он не просто сумел добиться экономических перемен,
но вывел страну из архетипического Хаоса, оставшегося со времен правления
Б. Н. Ельцина. Это выражалось не только в его заявлениях, но и в поступках.
Например, он отказался увеличить срок пребывания на посту президента, тем
самым укрепив архетипический образ «закона-отца», дуальная позиция
которого – произвол. Все архетипические сюжеты, используемые В. Путиным,
создают базу для символа-персоны. Его имидж должен контрастировать с
имиджем Б. Ельцина. Был создан образ здорового, уверенного, решительного
человека, не допускающего произвола. Его программные выступления
содержат мифологические компоненты – «магические слова». Слова
«национальное достоинство», «угроза», «вызов» уже превратились в часть
политического мифа. Ежегодное послание президента Федеральному Собранию
превратилось в ритуал. Политический ритуал дает возможность народу
идентифицировать себя с обществом, с государственным лидером, с
символикой. Ведущая роль в создании этого мифа была возложена на печатные
медийные каналы.
В связи с этим для них в демократической структуре общества
определялись другие ролевые функции, которые опирались на элементы
различных ритуальных техник, общих для рекламы, РR и СМИ. Исследователь
Б. Борисов предлагает следующие стадии ритуала:
1. Идея-проект. Выработка эстетики.
2. Преобразование исходного материала: выделение архетипов и создание
мифологической структуры воздействия. Перекодирование значения символов.
Изготовление информационных символов причастности.
3. Целевое информационное оповещение при помощи различных
технологий маркетинговой коммуникации.
4. Ритуал как процесс. Создание эффекта соборности.
195
340
341
5. Катарсис (душевная разрядка в процессе сопереживания) или транс под
комплексным воздействием постановочных технологий и приемов.
Формирование установок и их закрепление. Фиксация.
6. Информационное эхо.
7. Циклическое повторение
.
Результат демократических преобразований – законодательно
закрепленная независимость СМИ от вмешательства государства в
профессиональную деятельность журналистов. В СМИ предполагалось открыто
обсуждать и представлять весь спектр мнений, при помощи прессы, радио,
телевидения проводить разработку и осуществление стратегии и тактики
дальнейшего развития демократического общества. Объективным условием,
обеспечивающим развитие СМИ, явился процесс коммерциализации, так как
политическая нестабильность в стране, неразвитость законодательной базы и
экономики привели к концентрации информационных каналов, и они стали
принадлежать заинтересованным лицам. Нарождающийся рынок кардинально
меняет требования к их коммерческой политике. В это период многие
промышленно-финасовые группы покупают или создают свои СМИ.
Начинается трудное время самоутверждения СМИ. Новая пресса вроде бы
живет полнокровной жизнью и ожидает своего конца: будет ли она нужна
олигархам в обществе, которое после выборов президента и Думы вновь будет
претерпевать перемены. На первое место выходит реформа, определяющая
уровень независимости того или иного канала. Очень быстро все поняли, что
политические силы, пришедшие к власти, лишь на словах провозгласили CМИ
«четвертой властью». Именно в этот период принимается пакет
законодательных актов, вышедших после принятия закона «О средствах
массовой информации» (законы «Об информации, информатизации и защите
информации», принятый Государственной Думой РФ 25 января 1995 года, «Об
экономической поддержке районных (городских) газет», принятые 13 июля
1995 года, и закон «О государственной поддержке средств массовой
информации и книгоиздания Российской Федерации», принятый Думой 18
октября 1995 года). Указы президента России 1991-1993 годов, также
постановления правительства РФ последних лет («О мерах по защите свободы
печати в РСФСР» от 11 сентября 1991 г.; «О защите свободы массовой
информации» от 20 марта 1993 г.; «О мерах по защите свободы массовой
информации в Российской Федерации» от 5 декабря 1993 г.; «О
совершенствовании государственного управления в сфере массовой
информации» от 22 декабря 1993 г.; «О дополнительных гарантиях права
граждан на информацию» от 31 декабря 1993 г. и др.)
.
К пониманию ролевых функция СМИ существует два подхода:
либеральные и социально-ответственые СМИ. Либеральые СМИ
предполагают, что все интересное и важное для аудитории должно быть
отражено в новостях. Социально-ответственные СМИ подразумевают
использование медийных каналов для поддержания моральных основ общества
196
342
Требования авторитарного режима
Требования демократического режима
Правительство знает и отражает
лучшие побуждения людей
Правительство может ошибаться, и
зачастую оно коррумпировано
Пресса не должна критиковать
правительство и его политику
Пресса должна критиковать
правительство, когда кажется, что
чиновники и политики ошибаются
Новости должны побуждать к
поддержке политики правительства
Новости должны стимулировать
критическое отношение к политике
правительства
Новости и развлекательные
программы должны отбираться по
принципу их социальной значимости
Новости и развлекательные программы
должны отбираться по вкусам аудитории
343
и воспитания людей. Такой подход характерен для общества, где медийные
каналы монополизированы государством, а государство одержимо опекой
своих граждан. В российской действительности все выглядело иначе, и
требования авторитарного и демократического режимов не слишком разнятся в
установках по отношению к СМИ
.
При этом авторитарное государство опирается на миф о государстве,
демократическое – на миф о правах человека. Медиа-политическая власть была
поделена между олигархами Б. Березовским, В. Гусинским, Ю. Лужковым,
В. Потаниным, А. Смоленским, РАО «Газпром», ЛукОйлом и др. К
государственным СМИ, контролируемым центральной исполнительной
властью, отошли: телевидение – ВГТРК «Культура», кабельный проект
«Метео-ТВ»; радио – «Радио России», «Маяк», радио «Орфей»; журналы –
«Российская Федерация», «Россия»; информационные агентства – ИТАРТАСС, РИА-Вести. Коммерческими масс-медиа стали: издательский дом
«Коммерсант», «Аргументы и факты», «Индепендент Медиа», издательский
дом «Бурда», «Московский комсомолец», «Совершенно секретно»,
«Московские новости», «Альфа-ТВ», С. Лисовский, издательский дом
«Экономическая газета», АОЗТ «Виктор Шварц и К
о
».
В центральных и региональных изданиях после августовского путча
журналистские коллективы принимали решения о выходе из-под власти
партийных комитетов
. Средства массовой информации взяли руководство в
свои руки, а объектом влияния медийной власти стало население в целом. Эту
ситуацию достаточно образно характеризуют народные лозунги: «Пипл
схавает!», «Хапай воздух! Крым проезжаем!». Открылись иллюзии
вседозволенности, погибали старейшие издания, появлялись новые,
демократические, псевдодемократические, эротические, порнографические.
Результатом стало доминирование двух взаимопроникающих форм
субкультурной оппозиции к собственной стране, ее истории и традиции –
197
уголовной, блатной и западнической. Информационное пространство было
поделено, медийные каналы уничтожали авторитеты публичных людей. Новый
миф строился по тем же канонам, что и предшествующий. С помощью
пропагандистских уловок в него упаковывался новый пласт символов и
сюжетов. Процесс демифологизации имитировал прозрение, оставаясь при этом
упрощенной копией другого мифа. Миф отзеркаливался, меняя местами
существенные детали своего первоначального образа. Решительно и
категорично была порушена система его ретрансляции, старая школа
журналистики. Во главу угла ставились сенсационность, вольное обращение с
фактами, скандалы, эпатаж. В этой ситуации отчетливо проявилась властная
природа журналистики. Другие ветви власти признали это и начали с ней
бороться всеми возможными и невозможными методами, признавая этим ее
мощь и влияние. В оборот вводится определение СМИ как «четвертой власти».
Эйфория мнимой свободы быстро сошла на нет. Новая власть жестко и
категорично строила свои отношения со СМИ, они становятся трибуной
властных структур. Многоуровневая система СМИ становится частью
российского истеблишмента. «Пресса – к ноге» – один из популярных
заголовков критических материалов того периода. Хотя при этом закон о СМИ
(1991 г.) оговаривал право журналиста никому не называть свои источники
информации, обязывал проверять то, что они ему рассказали. Тогда же были
реальные условия для СМИ стать реальной «четвертой властью». К сожалению,
преобладание в обществе людей, привыкших лишь беспрекословно
повиноваться, жаждущих «твердой руки», стало питательной средой для новой
власти и взаимоотношений: власть и СМИ. Мотивация практически полного
подчинения СМИ властям – достаточно сложна.
Государственные СМИ, имеющие в составе учредителей органы власти,
действовали в системе координат, выработанных предшествующей системой:
требования к прессе: задачи прессы – формы и методы руководства прессой –
методы взаимоотношения. Поэтому закономерное явление в развитии
медийных каналов – появление оппозиционных СМИ.
Демократический строй предполагает разделение самих властных
структур: в экономике – наличие множества конкурирующих центров влияния,
в политике – разделение властей между государством, партиями и
группировками интересов, а также самой государственной власти,
законодательной, исполнительной и судебной, в духовной сфере – плюрализм
СМИ и других источников информации. При этом плюралистическая теория
демократии предполагает, что демократия – это не власть стабильного
большинства, общество формируется на основе компромиссов групп и
объединений. Недовольные оппозиционные группы являются важнейшим
социальным противовесом, сдерживающим тенденции к монополизации
власти, они имеют свои каналы гласности, свои СМИ. Для последовательной
демократизации большую роль играет возникновение патовой ситуации в
отношениях режима и его оппозиции, которая не обязательно предшествует
распаду, но является первоначальным периодом выхода из кризиса.
198
Демократическая оппозиция преследует одну главную цель – изменение
структуры власти для обеспечения равных возможностей доступа к принятию
решений всеми политическим субъектами, что и является сущностью
демократии. Но этого не произошло, медийные каналы не стали
самостоятельными и для того, чтобы выжить, шли под крышу финансовых
олигархов. Монопольное использование СМИ обеспечило тогдашней
политической группировке победу и длительное сохранение ее господства,
несмотря на неэффективность социальной и экономической политики. В
действие вступил кумулятивный эффект, усиливающееся накопление власти.
Демократические СМИ не смогли дать многообразным общественным группам
возможность выражать на их страницах, в передачах свои интересы и находить
в конкурентной борьбе компромиссные решения. Уничтожение оппозиционных
СМИ – регрессивная тенденция в развитии политического процесса. То есть,
независимость и массовость СМИ – важнейшее условие демократии – не
затронули медийные каналы.
Общественно-правовые организации СМИ стремятся освободить их от
государственной и частной зависимости. По этой модели СМИ финансируются
за счет налога граждан и контролируются общественными советами. Но все их
формы их работают в отрицательном режиме. И все это, соответственно,
экстраполируется на политическую жизнь общества и пока слабо влияет на
демократическое насыщение «вертикали власти». Поэтому возникают новые
формы управления информацией и конструирования новостей. Например,
посредством ужесточения или, напротив, либерализации механизмов
регистрации СМИ, привлечения их к ответственности за различного рода
нарушения, контроля за содержанием со стороны органов власти; через
расширение или сужение возможностей для получения необходимой
информации и т.д. – в любом случае такое управление сопряжено с
использованием административно-правовых – как прямых, так и косвенных –
регуляторов.
С образованием медиа-холдингов в России чрезвычайно остро встал
вопрос о государственном регулировании процесса монополизации
негосударственных СМИ. Такое регулирование направлялось не на ущемление
свободы СМИ, а на сохранение достигнутого уровня их независимости. Однако
столь же возможен, а главное, более креативен подход, основанный на
управлении информацией как таковой. Этапы, логика, механизмы такого
управления определяются как формирование собственного информационного
потока, сегментирование информационного потока, манипулирование
информацией, приоритетную поставку информации, информационное
партнерство, оптимизацию формы и стиля подачи материалов. Силой, которая
заставляет государство честно выполнять все перечисленные функции, является
контроль за их деятельностью со стороны общества, отдельных организаций и
граждан, а также со стороны медийных каналов.
Эффективность контроля действий государства предполагает то, что
СМИ являются самостоятельной социальной силой, не зависящей от
199
исполнительной, законодательной и судебной властей. Одновременно они
должны оставаться раздробленными по отношению к собственникам и
высококонкурентными для того, чтобы не попасть в чрезмерную зависимость
от наиболее богатых и организованных социальных групп, чтобы не стать
рупором их частных интересов. Свободные СМИ обеспечивают реальный
доступ граждан к огромным массивам социально значимой информации.
Реалии таковы, что в данный момент в обществе наблюдается оторванность
СМИ от гражданских интересов, чьи мнения они призваны выражать. Гарантия
стабильности демократического государства, укрепления власти – свободные
СМИ, объективно освещающие события. Пока же в обществе не идет речь о
выполнении СМИ своих функций, оно сталкивается с явлениями искажения
демократических целей и ценностей, их иллюзорности, формами
манипулятивного господства правящих слоев и классов посредством медийных
каналов.
Другим сдерживающим фактором является стремление некоторых
государственных структур полностью контролировать информационные потоки
в обществе, используя процесс создания единой национальной
информационной сети. В России такую попытку предпринимает Федеральное
агентство правительственной связи и информации (ФАПСИ), создающее
подвластные государству компьютерные сети, куда предполагается в
административном порядке включить всех пользователей информацией. Такое
информационное пространство может быть использовано для массовой
передачи искаженной в угоду массовой элите информации.
Иллюзии самостоятельности, автономии СМИ по отношению к
интересам крупного капитала, власти постепенно развеиваются. Их
существование оказывается в зависимости от медиа-холдингов, сами СМИ
играют подчиненную роль в системе политической интриги, столкновений
интересов крупных финансово-промышленных групп. Утверждать, что власть
знаний и информации становится решающей в управлении обществом,
оттесняя на второй план влияние денег и государственного принуждения,
преждевременно. Складывается многоуровневая система СМИ, являющаяся
частью нового российского истеблишмента – корпоративных союзов
предпринимателей и политики, региональных лидеров.
На этапе, связанном с возникновением медиа-холдингов, созданием
многоуровневой информационной системы, в статусе и проблемах СМИ в
России и в других странах с рыночной экономикой стало проявляться много
общего. Медиа-холдинги – явление типичное для многих стран Запада.
Невысокий уровень доверия избирателей к СМИ, кооперирующийся все более
изощренным использованием информационных технологий, является общей
проблемой. Но существуют и различия, вытекающие из качественного развития
гражданского общества, политической культуры.
В России относительно автономные и влиятельные СМИ («Известия»,
«Московский комсомолец», «Комсомольская правда», «Аргументы и факты» и
др.) периода «поздней перестройки» в значительной степени возмещали
200
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]