Рацио культуры и культура рацио памяти Владимира Никифоровича Брюшинкина. Коллективная монография

Конечной причинной силой, каковая, поКанту, связывает мир, законодательствуя вотношении целей, является «максима твоей воли», что, вконечном счете, означает, что разум с«все более сильным удивлением иблагоговением»* признает пре­восходство этой максимы над мыслью ичувством. По Канту, эта максима морального принципа «знает» то, что необходимо для устранения «азартных игр» смыслью ичувством, предлагая свою игру на«поле жизни». Это—игра просветительской исти­мулирующей роли поотношению кмышлению ичувству, вся время ограничивающая это «поле жизни» той формой, каковая не позволяет призракам ихимерам воображения прорваться наэто «поле». Эта теория формообразования мира—одна изпоследних философских попыток возразить Стивену Хокингу, утверждаю­щему, что философия мертва ичто только физика объясняет как архитектонику вселенной, так исмысл жизни. Доминирующим вфизике моделям материальной всесвязанности, вкоторую ин­тегрировано сознание как функция от материального субстрата мозга,—«теория струн», М-матрица, теория «bootstrap»—Кант противопоставляет философию свободы как высшего идеала истинного просвещения, будто предупреждая «кота Шредингера» отом, что его жизнь или смерть зависят не от частично познава­емых игр природы, аот самого кота вего мужестве пользоваться собственным умом. Это мужество ведет, поКанту, косознанию необходимости практического осуществления данной всвободе как видее разума примечательной премудрости**, предшествующей всякой мудрости: это—премудрость воли морального принци­па. Именно человек, ане природа, задает онтологию ипоэтому главный вопрос Канта—это вопрос человека, ане природы.