Рацио культуры и культура рацио памяти Владимира Никифоровича Брюшинкина. Коллективная монография

3. Логика—изучение форм рассуждения как формальными,

день. Например, еще от Аристотеля идет вопрос, является ли логика частью философии, методологией науки, философской пропедевтикой или же самостоятельной наукой? И для боль­шинства философских направлений ишкол ключевым было определение места логики всистеме философских дисциплин. На схеме ниже показано, как определение логики зависит от понимания ее предмета ироли внауке икультуре.

Если при исследованиях истории логики сточки зрения исто­рии науки используются принятые идостаточно разработанные методы истории науки, то при рассмотрении истории логики сточки зрения истории философии важнейшим будет выявление ее философских интерпретаций, их изменений, взаимодействий исоотношений. Как было сказано выше, подходящей концепцией, которую можно положить воснову подхода кпостроению удовлет­ворительной методологии истории логики, является концепция, опирающаяся напонятие «образ логики». Данный поход получил развитие вработах В.Н.Брюшинкина иВ.С. Поповой. Например, следует указать насовместную работу этих авторов, которая посвя­щена раскрытию образа логики русского философа-неокантианца А.И. Введенского*. Такой подход предполагает выделение основных параметров образа логики для конкретных историко-логических исследований. В монографии В.С. Поповой «Спор ологике вуни­верситетской философии Санкт-Петербурга начала XX века» для анализа образов логики А.И. Введенского иН.О. Лосского были выбраны следующие параметры—«тип логики; философские уста­новки; приложения логики; связь логики смышлением; трактовка логических законов; степень отрефлексированности логической концепции иее оснований»**. Однако, как мне представляется, кроме перечисленных выше параметров, атакже состава ипредставле­ний ороли логики

спозиции формальной базы, во-вторых, спозиции той общей метатеории, внутри которой обосновывается логическое исчисле­ние. По первому критерию различаются традиционная иматема­тическая логика, повторому—вышеназванные три парадигмы. Если традиционная логика вкачестве своей метатеоретической надстройки имела либо традиционную парадигму, либо трансцен­дентальную, то математическая вкачестве таковой имеет анали­тическую парадигму философской логики»*. Вторым интересным моментом вметодологическом подходе автора представляется точка зрения, которую он использует для обоснования способа различения логических парадигм: «В конечном итоге специфику парадигм философской логики можно свести копределенному различию исходной роли логического знания втом или ином обществе»**. Здесь, посуществу, повторяется характеристика образа логики, данная И.Н. Грифцовой, аименно социокультурна роль логики. Но учитывающий этот идругие параметры подход, основанный напонятии образа логики, является, нанаш взгляд, более глубоким, эффективным ибогатым. Как можно видеть, методологические взгляды А.Н. Шумана почти не сказываются наструктуризации историко-логического материала, отнесение отдельных логических концепций иперсоналий копределенным логическим парадигмам представляется достаточно спорным, арасположение фактического материала оказывается еще более «исторически-прямолинейным», чем, например, вклассических работах А.О. Маковельского иН.И. Стяжкина.