Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Развитие личности и проблемы геронтопсихологии

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

08.09.2026

Размер:

2 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 3940 / 5040 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 > Следующая >>>

гиозных и т.п. Балтес в одной из своих работ приходит к весьма про дуктивному определению мудрости как единства

ли.

Под добродетелью, как можно предполагать, ученый имеет в виду гуманистическое отношение человека к миру и соответствующее этому отношению поведение.

Понятие добродетели, нравственности весьма существенно до полняет критерии мудрости. Но не менее оправданно использование термина «ум» вместо привычного слова «интеллект», под которым часто понимается психометрический интеллект. В описательном плане ум — особая способность человека учитывать последствия, прежде всего нежелательные, своих совершенно справедливых, про ницательных, улавливающих суть ситуаций высказываний, замеча ний, суждений. Высоко интеллектуальный человек может разобрать ся в самых запутанных жизненных обстоятельствах; понять неосоз наваемую самим человеком причину его осуждаемого поведения. Подобную способность имеет и умный человек. Но этот последний воздержится высказывать свое мнение, если он понимает (а он, как правило, тонко чувствует душевные состояния людей), что своими словами он глубоко уязвит собеседника. Есть мудрая пословица: «В добрый час сказать, в худой — промолчать». Умный дождется «до брого» часа для критического замечания. Справедливо некоторые психологи связывают с умудренностью жизненным опытом чувст во юмора и умение увидеть в серьезном, даже угнетающем, забав ную сторону.

ума и добродете

* * ** * *

* * *

* * ** * *

Выше мы проанализировали критерии мудрости по Балтесу. Они весьма содержательны, но представлены как строительные блоки здания мудрости или ее аспекты. Между тем мудрость, напомним, не состояние, а процесс. Балтес иногда использует слово «оркестрация» для того, чтобы подчеркнуть связь многих критериев. Но «оркестра цию» можно понимать как совокупность разных инструментов в оркестре – скрипок, виолончелей, гобоев, свирелей, контрабаса и т. д. При этом исчезает главное — порождение оркестром мелодий, их сплетения, прерываемого аккордами, — одним словом, разверты вающаяся во времени игра оркестра. Применительно к мудрости процессуальный подход означает исследование последовательных действий в ходе решения жизненных проблем. Можно попытаться выделить некоторые последовательные этапы мудроподобной умст венной деятельности, но это особая трудная научная задача, требу ющая специфических методических средств.

392392

392

392392

Мы ограничимся лишь выделением некоторых моментов реше ния жизненных проблем. Процесс напряженной умственной дея тельности начинается в тех случаях, когда субъект попадает в труд ные обстоятельства, преграждающие его путь к значимой цели. Та кая ситуация еще не является проблемой (задачей). Совокупность мешающих обстоятельств предстает перед субъектом в диффузной, беспорядочной форме. Индивид должен сам сконструировать про блему, понять причины появления преград (социальноисторичес кие, микросоциальные, возрастные), определить масштабы трудно стей, выдвинуть предположения об их временных границах, постиг нуть структуру затруднений. Справедливо пишет Ян СтюартГамиль тон: «Цель многих актов мудрости состоит скорее

суждении о проблеме, нежели о ее окончательном решении»

Субъект в поисках решения может обратиться к своему богато му и глубокому жизненному опыту, но при этом он должен помнить, что, определив суть проблемы и наметив пути ее решения, он должен актуализировать свои личностные качества – волевое начало (умную волю) и регуляцию собственных усилий. При последовательных не удачных попытках совладания с задачей многие люди с заниженной самооценкой оставляют проблему нерешенной, не исчерпав внутрен них и внешних возможностей. Другие продолжают попытки до пол ного изнеможения, не пытаясь кардинально переформулировать про блему или уяснить, что в данных условиях она нерешаема. Подруго му поступают «умудренные» люди. Предположим, что, наметив план решения и продвинувшись по разработанному пути, субъект обнару живает, что ситуация «сопротивляется» его действиям и вышла изпод контроля. В этот момент требуется напряжение «умной» воли, чтобы заново выстроить проблему, разработать иной план ее решения – либо, проанализировав контекст проблемы, оставить ее «до лучших времен», предвидя, что трудность решения в иных условиях значи тельно снизится. В любом случае, человек с «умной» волей не вытес нит из сознания нерешенную проблему и на более высоких этапах развития своих отношений с миром сможет решить ее, если она не потеряла своей актуальности. Мы коснулись лишь некоторых момен тов «мудроподобного» процесса решения жизненных проблем. Необ ходимо развертывание эмпирических исследований, вскрывающих особенности умственной деятельности людей, признаваемых мудры ми. При этом трудность для исследователя заключается не только в том, чтобы отыскать «мудроподобных» людей. Не менее трудно опре делить особенности тех сложных жизненных проблем, которые мо гут быть решены только мудрыми людьми. Каковы критерии отбора таких сплетений жизненных трудностей, которые у субъектов повсед

во взвешенном

[6, с. 5].

393393

393

393393

невной жизни вызывают восклицание «Ох и мудреные же сложились дела!». Можно ли сказать о некоторых житейских ситуациях, что од ной мудростью тут не поможешь, здесь нужен творческий подход! Такой ответ предполагает резкое разведение понятий «мудрость» и «способность к творчеству». Но можно ли представить себе мудреца, лишенного креативного начала?

Не только в нашем обществе, но и среди профессиональных пси хологов распространено мнение, что мудрость – это редкое свойст во личности, обретаемое представителями поздней взрослости. На помним, что согласно Эриксону, мудрость возникает лишь на вось мой, заключительной стадии жизни человека. Балтес показал, что это качество встречается и на ранних этапах взрослости. Есть, однако, основания полагать, что мудрость, выступая как тонко и глубоко ос мысленный богатый жизненный опыт, как экспертная система зна ний и интуитивных прозрений, является редким даром человека, имеющим психогенетические основания. Она может проявляться — в необычных и странных формах – в очень раннем детстве, удив ляя самого субъекта. Бесценные свидетельства таких проявлений представлены в трудах Карла Густава Юнга, особенно в его психо логической автобиографии «Дух и жизнь» [7]. В этой работе он опи сывает, какими переживаниями отмечены последовательные этапы его личностного развития.

Еще в дошкольные годы Юнг ощутил в своем внутреннем мире присутствие невидимого собеседника, являющегося ему в образе мудрого старого человека. В трудных случаях Карл обращался к нему с вопросами, и старец разъяснял ему суть проблемы, объяснял, как следует поступить. Мальчик всегда следовал его советам, и они ока зывались мудрыми. Карл настолько отождествил себя с виртуальным старцем, что, поступив в школу, в анкетах вместо своего года рож дения – 1875, писал 1785 г. и назвал старца Филемоном. Добрый советчик и в период юности руководил Карлом, который охотно воз ложил на него ответственность за свои поступки. Лишь в конце пе риода юности Карл решил взять на себя ответственность за постро ение своей жизни. Образ же Мудрого Старца он определил как важ ную архетипическую фигуру, носителя смысла жизни. Некоторые психогенетики считают, что потребность в Другом заложена в на следственной основе младенца, и этот Другой в постнатальный пе риод быстро достраивается, принимая черты ухаживающего за мла денцем человека. Все это так, но у одного формирующегося челове ка Другой, выделяющийся из его психогенетического основания, будет наделен праформной мудростью, у другого – невысоким пси хометрическим интеллектом.

394394

394

394394

Касаясь позднего периода своей жизни, Юнг констатирует, что окружающие его люди, в частности, коллегиспециалисты высоко го уровня – считают его мудрым. Ученый высказывает сомнения в такой оценке. В этом контексте уместно привести мнения психоло гов, занимающихся проблемой мудрости. Они обращают внимание на следующий парадокс. Мудрость очень трудно определить, а меж ду тем обычные люди легко распознают мудрого человека по каким то неясно осознаваемым ими признакам.

Опыт работы Юнга в качестве психотерапевта, его тонкие на блюдения за окружающими людьми и, главное, анализ собственно го душевного мира, мира своих переживаний, дают основание по лагать, что развитие мудрости в период поздней взрослости опира ется на растущую целостность личности, на расширение ее психо логической масштабности. В одном человеке происходит слияние тех характеристик, которые знаменовали разные типы личностей. Логическое мышление сливается с интуицией, сенсорика — с чув ством. Особое значение Юнг придавал соединению мужского на чала человека (Анимуса) с женским (Анимой). Твердость, агрессия, способность к самоутверждению и сопротивлению оказываются в единстве с нежностью, чувствительностью, любовным отношени ем к миру. У стареющего индивида проявляются черты экстравер та и интроверта. Слияние этих качеств позволяет человеку воспри нять неизмеримую глубину и неисчерпаемую высь мира. Такая многогранность и единство психического склада субъекта, делаю щие мир прозрачным, достигается не каждым человеком. Есть пси хологи, которые считают, что, как минимум, для этого нужны бла гоприятные условия жизни, обеспечивающие значительное преоб ладание успехов, удач и побед на разных этапах жизни. Есть все основания полагать, что жизнь Юнга, несмотря на его внутренние метания, мучительность осуществления «трансцендентной функ ции» – погружения своего сознательного Я в архаическое бессоз нательное, приносила ему глубокое удовлетворение. Не менее глу боко он проникал в окружающий мир. Все знавшие его люди еди нодушно считали Юнга мудрым. Сам ученый не соглашался с таким мнением. Однако описание им своего восприятия и переживания окружающей действительности, понимания жизни, бытия людей отличаются такой поразительной глубиной, которая может быть свойственна именно мудрым людям. Парадоксальным образом, те доводы, которые Юнг приводит, как обоснование своей «немудро сти», отвечают критерию непредвидимой изменчивости, диалек тичности бытия. Характеризуя свое восприятие мира, Юнг пишет, что люди, как правило, обладают «внутренними перегородками»,

395395

395

395395

которые отделяют их от других людей, препятствуют постижению сути вещей, текучей природы мира. «Разница между большинством людей и мною, – пишет Юнг, – заключается в том, что у меня «раз делительные перегородки» прозрачны... Мой взгляд до известной степени различает процессы, протекающие в глубине, и это придает мне внутреннюю уверенность. Те, кто ничего не видит, не могут быть ни в чем уверены. Они не способны делать выводы или дове рять уже сделанным выводам» [7, с. 365].

Свойственное Юнгу глубочайшее проникновение в процесс жизни, в души людей и в свой собственный внутренний мир позво ляет ему понять многоликость, многомодальность, диалектичность жизненных и душевных процессов. Проникая в глубины бытия, Юнг видит в нем постоянную борьбу противоположных начал – этот мир, в котором рожден человек, груб и жесток – и в то же время полон божественной красоты, а жизнь есть смысл и бессмысленность [7, с. 368]. Главное же, что должен понять человек, выстраивающий свою жизнь в этой действительности, это то, что миру свойственно неожиданное и невероятное, мир полон тайны. Ощущение присут ствия тайны, по словам Юнга, «наполняет жизнь внеличностным, нуминозным началом» [там же, с. 366]. Эти положения Юнга полно стью соответствуют одному из четырех критериев мудрости, выдви нутых Балтесом, — критерию неопределенности. Обобщение этих положений позволяет сделать важный вывод, касающийся природы мудрости. Феномен мудрости никак не сводится к интегрированно му жизненному опыту личности, насколько бы обширным и глубо ким он ни был. Включая экспертное знание, мудрость содержит дар предчувствия, предугадывания, чувствительность к близости неожи данного. Характерная для жизни непредвидимость объясняет пара доксальное признание Юнга: «У меня нет твердых убеждений» [там же, с. 367]. Непредвиденные события могут потребовать пересмот ра убеждений, мнений, позиций. Сам Юнг признается в том, что в своей жизни он часто встречался с неожиданностями. Однако не предвиденное, неопределенное, внезапное не означает его непреодо лимости, отклонения от собственного пути. Возможность предвиде ния последствий собственных ошибочных поступков ограниченна. Юнг признается, что сделал немало опрометчивых шагов, пытаясь осуществить то, что ему предназначено судьбой. И только

ря упрямству

[там же, с. 368]. Напомним, что о величайшей роли «упрямства духа» в осуществлении личностью своей жизни говорил Эрих Фромм. Мудрость, таким образом, не отрицает, а предполагает силу проти востояния, преодоления нежданно вторгающихся обстоятельств.

(курсив мой. – Л.А.), я всетаки достиг своей цели»

благода

396396

396

396396

Выделение качества действительности, преобразования, упрямого движения к цели существенным образом дополняет критерии муд рости, выдвинутые Балтесом в соответствии с когнитивистскими его позициями.

Психологическая автобиография Юнга предоставляет возмож ность обсудить вопрос о содержании критерия релятивизма, глася щего, что каждый человек имеет право на свои особые убеждения, мнения, взгляды на мир. Юнг, несмотря на постоянное чувство оди ночества, был заинтересован – в силу своего призвания – в позна нии душевного мира людей. Но поддерживал отношения только с теми людьми, позиции которых были близки ему. «Мне суждено было, — пишет он, — оттолкнуть от себя очень многих людей, ведь стоило мне заметить, что они меня не понимают, как у меня исчеза ли основания для дальнейших контактов с ними» [там же, с. 366]. «Я мог питать глубокий интерес ко многим людям, — продолжает он, — но как только я проникал взглядом вглубь их существа, волшеб ство исчезало» [там же, с. 367]. В таком случае возникает новый во прос, может ли мудрый человек типа Юнга давать взвешенные со веты тем людям, которые по своему психологическому строю чуж ды ему? Психотерапевтическая практика позволяет утвердительно ответить на этот вопрос. Терапевт никогда не должен пытаться об ратить клиента в свою веру. Он может, в крайнем случае, развернуть перед ним возможные альтернативные способы решения осознан ных клиентом проблем. В основном же выработка решения своих задач – дело самого клиента.

Возвратимся теперь к заявлению Юнга о том, что он не может признать себя мудрым, поскольку изза огромной масштабности явления жизни и явлений человека он не в состоянии высказать о них окончательного мнения. Это положение он распространяет и на са мопознание, с печалью признаваясь, что к концу жизни убедился, как мало он «знает о самом себе» [там же, с. 369]. Но эти слова – наи лучшее подтверждение мудрого отношения человека к миру, жизни, собственному существованию — и к феномену мудрости. Мир по стоянно и часто непредвидимо изменяется, перестраивается, разви вается. Непрерывно развивается (обнаруживает в себе неожидан ные достоинства, возможности, замечает потери и компенсирует их) сам субъект. Процесс психического развития никогда не принима ет завершенную, окончательную форму. Вместе с потоком психиче ской жизни продолжает свое развитие и редкий дар мудрости. В ходе развития личности его психогенетические предпосылки отнюдь не реализуются полностью.

397397

397

397397

ЗаключениеЗаключение

Заключение

ЗаключениеЗаключение

В заключение я не хотела бы сформулировать в обобщенной форме положения, высказанные в данной главе. Целесообразнее указать на проблемы, актуальные для дальнейшего исследования. Первая проблема касается определения мудрости как экспертного знания, опирающегося на богатый и глубокий жизненный опыт. Но следует спросить, что собой представляет жизненный опыт? Всегда ли он имеет позитивное значение? Ученые, работающие в области научного и технического творчества (Б.М. Кедров, Т.В. Кудрявцев), в сфере экономики (А.И. Китов), разрабатывающие проблемы реше ния задач (Я.А. Пономарев, Д.Н. Завалишина), вопросы общения (Б.Д. Парыгин) и многие другие, обнаружили существование психо логических барьеров, мешающих субъектам достигнуть поставлен ных целей. В.В. Мухортов, работая над проблемами психологии изо бретательства, выделил разные типы психологических барьеров. Но в основе всех барьеров он обнаружил один фактор – прошлый опыт. «Психологический барьер, – пишет он, – правомерно рассматри вать как отрицательное влияние прошлого опыта, препятствующее пониманию и правильной оценке ситуации, фактов, закономернос тей, выбору способов действия, стратегии решения проблемы, ин новациям» [3, с. 19].

В какой же форме должен существовать «богатый прошлый опыт», чтобы обеспечивать мудрое решение жизненных задач? В виде четко осознаваемых, логически обоснованных знаний о вари ативных закономерностях жизни? Многочисленные работы зару бежных и отечественных психологов по вопросам решения творче ских задач (которые можно отнести к ненормативным задачам в исследованиях школы Балтеса) дают основания для предположения, что в функциональную систему мудрости, кроме осознанных, логи чески выстроенных знаний, должны входить и неосознаваемые, интуитивные, логически несвязанные «знания» об ускользающих от внимания людей жизненных случайностях, о незаметных изменени ях (предвещающих, тем не менее, глобальные перемены).

Исследуя процессы преодоления психологических барьеров, таких как «компетентность», «авторитет» и другие, Мухортов убе дительно раскрывает познавательную роль повышения сензитивно сти человека к субдоминантным характеристикам проблемных си туаций. При процессуальном подходе к мудрости как развивающе муся свойству личности, жизнь которой осуществляется в быстро ме няющихся социальноисторических условиях, должна непрерывно развиваться жизненнопрактическая компетентность человека и

398398

398

398398

повышаться его сензитивность к фиксируемым лишь подсознанием, подспудным проявлениям будущего.

Психологам предстоит большая работа по соотнесению таких, например, понятий, как «мудрец» и «провидец», «человек государ ственного ума» и т.п. Порождают вопрос и эмпирические (конечно, предварительные) результаты исследований Балтеса. Если мудрость столь редкий дар человека, не может ли быть субъектом мудрых ре шений коллегиальная или коллективная организация типа Парламен та, Верховного Совета, разрабатывающая

варианты

взвешенных решений, предлагаемых для обдумывания, коррекции и окончатель ного решения главе государства?

ЛитератураЛитература

Литература

ЛитератураЛитература

Анцыферова Л.И.

ти в период поздней взрослости // Психол. журн. 2001. № 3. С. 8699.

Анцыферова Л.И.

тава Юнга (статья вторая: вторая половина жизни человека, этапы ин дивидуации, проблемы призвания, судьбы, смысла жизни // Психол. журн. 2000. № 3. С. 1019.

Мухортов В.В.

реф. … канд. психол. наук. Москва, 1989.

4. Практическая психология старости. М.: Изд. КОСМОПресс, 2002 г.

5. Психологическая энциклопедия. Психология человека от рождения до смерти I Под ред. А. А. Реана. СПб.: ПраймЕврознак, Нева; М.: Олла Пресс. 2001.

СтюартГамильтон Ян.

дание. СанктПетербург, Москва, Харьков, Минск, 2002.

Юнг Карл Густав.

Baltes P.B.

Optimization and Compensatioi as Foundation of Development Theory // American Psychologist. 1997. V. 52. №4. P. 366380.

Smith J., Baltes P.B.

Response to Lifeplanning Problems // Developmental Psychology. 1990. V. 26. № 3. P. 494505.

10.

Staudinger U.M., Maciel A.L., Smith J., Baltes Р.B.

performance? A firs look at personality intelligence and facilitative experi mental contexts //European J. of Personality. 1998. V. 12. № 1. P. 1–7.

On the Incomplete Architecture of Humat Ontogeny. Selection,

Психология старости: особенности развития личнос

Архетипическая теория развития личности Карла Гус

Психологические барьеры в изобретательстве: Авто

Психология старения. 3е Международное из

Дух и жизнь. Практика. М. 1996.

Wisdomrelated knowledge: Age Cohort Differences in

What Predicts Wisdomrelated

ГУМАНИСТИЧЕСКИJЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНЫЙГУМАНИСТИЧЕСКИJЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНЫЙ

ГУМАНИСТИЧЕСКИJЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНЫЙ

ГУМАНИСТИЧЕСКИJЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНЫЙГУМАНИСТИЧЕСКИJЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНЫЙ ПОДХОД К МУПОДХОД К МУ

ПОДХОД К МУ

2121

ГЛАВАГЛАВА

ГЛАВА

ГЛАВАГЛАВА

Последняя треть прошедшего столетия была периодом утверж дения когнитивного направления в психологической науке. В рам ках этой методологии и начали разрабатываться вопросы, так или иначе связанные с проблемой мудрости. Исследовались особенно сти интеллектуальной компетентности у взрослых [14], проводил ся психологический анализ процессов планирования [16], изуча лось становление экспертного знания. В 1990 г. появилась статья Ж. Смита и П. Балтеса, посвященная проблеме мудрости, в кото рой дается следующее определение: «Мудрость есть экспертное знание о фундаментальной практике жизни (например, о планиро вании жизни, об управлении жизнью и об обозрении (Review) жиз ни» [18, с. 495]. Это определение мудрости было принято отечест венными психологами, работающими в области проблем интеллек та и психогеронтологии. Когнитивно ориентированное понимание мудрости, а также ее отнесенность к поздним этапам жизни чело века нашли свое отражение в новейшей «Психологической энцик лопедии» [9]. Смит и Балтес подчеркивают, что сегодня у большин ства исследователей не вызывает сомнения тот факт, что, несмот ря на превосходство памяти, молодые люди проигрывают пожилым в определенных сферах мышления, особенно в таком аспекте, как мудрость [18, с. 555].

Определение мудрости как экспертного знания, естественно, порождает у психологов вопросы о том, что же оно собой представ ляет, каковы этапы его формирования, какие умственные действия

ПОДХОД К МУПОДХОД К МУ СПОСОБЫ ПОСТИЖЕНИЯ ИСТИННОГО ЯСПОСОБЫ ПОСТИЖЕНИЯ ИСТИННОГО Я

СПОСОБЫ ПОСТИЖЕНИЯ ИСТИННОГО Я

СПОСОБЫ ПОСТИЖЕНИЯ ИСТИННОГО ЯСПОСОБЫ ПОСТИЖЕНИЯ ИСТИННОГО Я И ПРИЗВАНИЯ ЧЕЛОВЕКАИ ПРИЗВАНИЯ ЧЕЛОВЕКА

И ПРИЗВАНИЯ ЧЕЛОВЕКА

И ПРИЗВАНИЯ ЧЕЛОВЕКАИ ПРИЗВАНИЯ ЧЕЛОВЕКА

ДРОСТИ:ДРОСТИ:

ДРОСТИ:

ДРОСТИ:ДРОСТИ:

400400

400

400400

совершает человек, выступая субъектом экспертизы. По существу, психологи постоянно сталкиваются в исследованиях с этими вопро сами и предлагают свои ответы на них. Вся психодиагностика – это наука об экспертизе: психологи создают тесты интеллекта, памяти, креативности, типов мышления, личностных типов и т.д. При этом исследователь знает: для того, чтобы сформировать диагностическое суждение, он должен владеть концептуально организованным зна нием об объектах изучения: уровневом строении интеллекта, каче ственных разновидностях мышления и его процессуальных харак теристиках. Исследования психологов затрудняет существование различных теорий интеллекта, мышления, креативности, эмоцио нальности и личности. Но они понимают, что столь многомерный, сложнейший объект изучения как психическая реальность требует анализа с разных точек зрения, которые не исключают, а дополня ют друг друга.

Применительно к мудрости речь идет об экспертном знании жизни (ее планировании, управлении, интеграции жизненного опыта, о создании целостной картины жизни). Как же совершает ся процесс экспертизы жизненных ситуаций? В отечественной науке частичный ответ на этот вопрос удалось обнаружить в рабо тах О.И. Ларичева [6–8], а также А.И. Мечитова, Е.М. Мошкович, Е.М. Фурмес [8]. Они обосновали возможность нового подхода к экспертному мышлению, к понятию медицинских диагностических решений. Ученые указывают, что при разработке проблем искус ственного интеллекта сформировался так называемый символьный подход к проблемным ситуациям. Предполагается, что, сталкиваясь с ними, специалист выделяет, сопоставляет, преобразует в символь ную форму выявленные им существенные признаки трудной ситу ации, а затем обучается оперировать несколькими символами од новременно. О.И. Ларичев не отрицает того, что в мире существу ют простые целостности, подчиняющиеся в процессе их эксперти зы принципу разложимости на составные части, но вместе с тем подчеркивает, что ученые имеют дело со множеством объектов, разложение которых на части невозможно без существенного их искажения.

Исследователи стали изучать процесс принятия специалистами медицинских диагностических решений и обнаружили, что опытные врачиэксперты, в отличие от новичков, используют при диагности ке «малое число обобщенных диагностических признаков» и выно сят диагностическое решение быстро и почти безошибочно. Ученые обнаружили также любопытный, но отнюдь не неожиданный для психологов факт: экспертымедики были не в состоянии вербализо

401401

401

401401

<<< < Предыдущая 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 3940 / 5040 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]