Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Психоаналитические теории развития
.pdf
Развитие Эго 341
другу или подруге — к холодному безразличию. Степень тревоги, связанной
с колебаниями аффекта, зависит от того, насколько сильно Эго по сравнению
с давлением влечений, СуперЭго и внешнего мира. Перемены настроения,
поведенческие изменения и кратковременные симптомы нередко делают
неясной границу между нормой и патологией и отражают серьезные конфликты
между различными психическими структурами и внутри них, а также попытки
разрешения конфликта при помощи компромиссных образований.
Поскольку эмоциональные колебания являются внешним признаком
биологического и психологического дисбаланса и процесса реструктурирования,
Стэнли Холл (1904) назвал подростковый возраст временем «бури и натиска».
Более того, в прошлом психоаналитики были склонны излишне подчеркивать
возможный диапазон и интенсивность патологии в подростковом возрасте
(см. Aichhorn, 1925; Bernfeld, 1938; Deutsch, 1944; Katan, 1951; Freiberg, 1955).
В свою очередь Оффер (1969) утверждал, что развитие подростков необяза
тельно сопровождается внутренней дисгармонией. На наш взгляд, это утвержде
ние также неверно. Решение стоящих перед подростком задач взросления и раз
вития вызывает существенные изменения его психических систем, и эти
изменения не могут происходить без стресса и нарушения внутренней гармонии.
Хотя внутренняя дисгармония необязательно проявляется внешне и поэтому
не заметна для окружающих, она, тем не менее, представляет собой неотъем
лемую часть процесса полового созревания. Гелерд (1957) и Анна Фрейд (1958)
отмечали, что подобная дисгармония — показатель происходящего процесса
реструктурирования психики, а ее отсутствие может быть признаком патологии.
Поскольку нарушение психического равновесия является характерной особенно
стью подросткового возраста, мы, следуя высказанной ранее гипотезе, предпола
гаем, что появление новых аффектов сигнализирует об изменении в развитии
и что эту
аффективную лабильность
можно назвать восьмым организатором
психики. Ее появление указывает на нарушение психического равновесия,
характеризующее процесс полового созревания.
Способ, которым индивид справляется с воздействием возросшей
секреции гормонов, усилившимся давлением влечений и нарушением равнове
сия между психическими структурами, во многом определяется тем, в какой
степени Эго стало интегрированным, стабильным и автономным в латентный
период, то есть тем, в какой степени его функционирование не нарушено
конфликтом и не зависит от подкрепления со стороны взрослых. Именно в
этой степени конфликты, присущие подростковому возрасту, будут избавлены
от прошлых проблем, а ресурсы индивида не будут расходоваться на решение
предшествующих задач. Если развитие индивида не соответствует этому
идеалу, то тогда подростку придется также считаться с неинтегрированными
остатками прошлых периодов и искать для них приемлемое решение (Blos,
1958; Harly, 1961).
342 Эго
Прежде чем молодой человек достигает собственно подросткового
возраста, он вступает в период, как мы говорим, предподросткового возраста,
то есть в фазу психологического приспособления, на которой появляются
вторичные половые признаки и самые ранние пубертатные изменения.
Предподростковый возраст — это переходный период, характеризующийся
диффузным беспокойством, регрессией, неустойчивостью настроения и темпе
рамента, изменчивостью и непредсказуемостью аффектов и поведения.
Прогрессивные и регрессивные тенденции, новые биологические и психологи
ческие потребности вызывают нарушение интрапсихического равновесия.
Соответственно, Эриксон предположил, что предподростковый возраст
знаменует наступление
нормативного кризиса,
то есть нормальной фазы
усиления конфликтов, характеризующейся заметным колебанием силы Эго
и вместе с тем огромным потенциалом его развития (1956, р. 116). Этот
нормативный кризис становится более явным в подростковом возрасте.
Задачи развития в предподростковом возрасте концентрируются вокруг
психологического совладания с физиологическими изменениями тела, измене
ниями репрезентации самости и отношений с членами семьи и сверстниками.
В этой фазе почти у всех подростков заметно усиливаются эмоциональная
лабильность и колебания настроения, они также становятся несколько более
замкнутыми и склонными защищаться, что свидетельствует о психической
напряженности этого процесса. В предподростковом возрасте не появляется
ни нового объекта любви, ни новой цели влечений; конфликты сосредото
чиваются в основном вокруг регрессивных импульсов влечений, регрессивных
побуждений по отношению к родителям, а также защит от этих регрессий.
В предподростковом возрасте Эго находится под большим напряжением.
Биологическое созревание сопровождается усилением сексуальных и агрессив
ных импульсов, и поэтому прежние защиты и средства адаптации могут
оказаться неадекватными. Быстрые и непрерывные телесные изменения
требуют постоянной корректировки образа тела и репрезентации самости.
Нарциссические стремления связываются с телесными изменениями, тогда как
образы идеальной самости могут не совпадать с воспринимаемыми телесными
изменениями. Поэтому аффективные реакции на тело варьируются от гордости
и эйфории до чувства стыда и неполноценности.
Биологические изменения и физическое созревание сопровождаются
усилением существующих конфликтов в объектных отношениях. Физическая
зрелость — это внешний показатель того, что ребенок начинает походить на
родителя одного с ним пола. По мере того как оживают прежние идентифика
ции и идеализации, возникают задачи половой идентичности, однако усилению
идентификаций с родителем могут препятствовать конфликты и угроза
возобновления зависимости. Также могут отмечаться попытки дезиденти
фикации, противодействующие регрессивной тенденции.
Развитие Эго 343
Наступление половой зрелости знаменует окончание предподросткового
и наступление раннего подросткового возраста. Блос (1979) подразделяет
подростковый возраст на три периода — ранний, средний и поздний,— что,
на наш взгляд, помогает систематизировать задачи Эго, которые мы здесь
обсуждаем. При достижении биологической зрелости (у девочек она, как пра
вило, наступает на два года раньше, чем у мальчиков) и мальчики, и девочки
склонны отказываться от регрессивных догенитальных побуждений, и с тече
нием времени у них устанавливается примат гениталий. Отныне догенитальные
импульсы находят свое выражение в рамках генитальной активности.
В раннем подростковом возрасте продолжаются многие процессы,
инициированные в предподростковом возрасте. Однако в борьбе с регрессив
ными побуждениями Эго испытывает — изза социального и интрапсихиче
ского давления — дополнительное напряжение. С наступлением физической
зрелости, появлением взрослого, половозрелого и сексуально функцио
нирующего тела и усилением секреции половых гормонов это может оказаться
непомерной задачей, тем более что у подростка едва ли имеются какиелибо
иные средства, кроме самостимуляции.
Вместе с тем подростковая мастурбация часто сопровождается сильной
тревогой и чувством стыда, что было описано нами при обсуждении психосек
суального развития, и на поверхность всплывает масса фантазий, конфликтов
и тревог по поводу тела и его функционирования. Харли (1961) отмечает,
что наряду с мобилизацией генитальных сил может происходить чрезмерная
либидинизация интеллектуальной или иной деятельности Эго, которая
выражается в чрезмерном и слишком лабильном катексисе постоянно меня
ющихся интересов и увлечений.
Изза того что инстинктивные побуждения оказываются слишком сильны
по сравнению с относительно слабым Эго, зачастую ранний подростковый
возраст представляет собой период экспериментов с наркотиками, алкоголем
и сексом, которые могут порождать многочисленные конфликты, связанные
с преданностью родителям и приверженностью нормам своего СуперЭго.
Зачастую нормы СуперЭго снова персонифицируются, и сверстники начи
нают играть роль, которая прежде принадлежала СуперЭго.
Пожалуй, самая важная проблема, стоящая перед подростком, связана
с решением определенных задач половой идентичности. Она включает в себя
корректировку образа своего тела, идентификацию или дезидентификацию
с родителем одного пола с ребенком и корректировку Эгоидеала. Когда
подросток находит новые объекты любви и приближается к среднему
подростковому возрасту, это способствует обретению им нового чувства
идентичности.
Кроме того, к среднему подростковому возрасту уже началось сексуаль
ное экспериментирование. Неразрешенные бисексуальные конфликты —
344 Эго
конфликты, связанные с мужскими и женскими идентификациями и с выбором
объекта, — вызывают тревогу. Разрешение подростком этих конфликтов
способствует адаптивному переходу к поиску новых объектов любви вне семьи.
Теперь во второй раз начинается процесс индивидуации (Blos, 1967).
В процессе отделения от родителей, выступающих в качестве объектов любви
и авторитетов, осуществляя реорганизацию СуперЭго, подросток сталки
вается с очередной задачей — необходимостью достичь нового баланса между
Эго и СуперЭго. Эти несколько задач оказывают дополнительное давление
на способности Эго, связанные с организацией, саморегуляцией и адаптацией.
В результате появляются разнообразные специфические для данной фазы
защиты от объектов и импульсов (A. Freud, 1958).
Блос (1967) отмечает, что благодаря увеличившимся ресурсам Эго
подростка происходящие в это время регрессивное оживление и экстернали
зация ранних конфликтов, связанных с объектными отношениями, предостав
ляют возможность для изменения остаточных компонентов инфантильной
травмы, конфликтов и фиксаций. Например, более зрелое Эго может поно
вому оценить страх быть оставленным родителями и страх потери любви и ре
шить, что отказ уступить желаниям объекта (или интроекта) не сделает
подростка беспомощным и лишенным ресурсов. Соответственно, ранние
интроекты и идеалы, включая репрезентации идеальных родителей, подвер
гаются пересмотру, в ходе которого они теряют часть своей принуждающей
силы.
Помимо этих основных корректировок в объектных отношениях и в Су
перЭго, процесс индивидуации у подростка включает в себя изменение
отношений между Эго и СуперЭго. В начале латентного периода, когда
СуперЭго консолидируется, способность Эго контролировать влечения слаба.
Поэтому директивы СуперЭго, как правило, являются ограничительными,
а наказания — строгими. Однако адаптивное функционирование подростка
требует, чтобы он принял свое тело и его сексуальность, а также взял на себя
ответственность за свои поступки. Это предполагает не только деидеализацию
инфантильных идеалов, но и верховенство Эго над ранними интроектами
и идеалами, благодаря чему подросток получает возможность осуществить
новые идентификации с сексуально активными родителями, которые относятся
к проявлениям его сексуальности с пониманием и снисхождением (Jacobson,
1961) и в то же время с ответственностью. Подросток получает большую
свободу выбора, принимает в расчет реальность, а не уступает автоматически
требованиям СуперЭго. Постепенно Эго подростка все меньше управляется
СуперЭго и все больше берет ответственность на себя. В результате у под
ростка возникает чувство свободы в проявлении влечений, свободы выбора
объекта и свободы мысли, чувств и действий; он становится более автономным,
более независимым от внешних влияний и давления со стороны архаического
Развитие Эго 345
Ид и СуперЭго. Эти свободы могут быть ему гарантированы в той степени,
в которой Эго получает автономию и силы для поддержания стабильной
и прочной системы, отвечающей реальности взрослой жизни.
Процесс подростковой индивидуации — длительный, и он может не до
стичь кульминации вплоть до наступления позднего подросткового или раннего
взрослого возраста. Однако ему способствует зрелость когнитивных способ
ностей, обеспечивающих ориентацию на реальность и противодействующих
доминированию чувств вины, стыда, а также влиянию ранних интроектов
и идеалов. Этот новый способ мышления помогает подростку не центриро
ваться на себе, а себя осознавать и быть для себя объектом своих рассуждений.
Это позволяет ему прийти к новой личной идентичности, подробно описанной
Эриксоном (1956).
Установление идентичности не начинается и не заканчивается в подростко
вом возрасте, ибо различные аспекты репрезентации самости добавляются
и отбрасываются на протяжении всей жизни. Отличительной особенностью
подросткового процесса формирования идентичности является то, что он
зарождается в условиях физической зрелости тела и зрелой способности к ло
гическому мышлению. Интеграция этого чувства зрелости с прошлыми
репрезентациями, идентификациями и идеалами и с репрезентациями будущих
целей и возможностей означает еще один шаг в психическом структурировании
на пути формирования целостной взрослой личности.
ПОЗДНИЙ ПОДРОСТКОВЫЙ ВОЗРАСТ:
ВЕРХОВЕНСТВО ЭГО И СТАБИЛЬНОСТЬ НАСТРОЕНИЯ
Блос (1968, 1976) изучал вопрос, как и когда завершается подростковый
возраст. Он пришел к выводу, что индивид должен решить четыре задачи для
того, чтобы возникла определенная, интегрированная и автономная взрослая
личностная структура. Первая задача, составляющая часть процесса подрост
ковой индивидуации, — окончательное присвоение себе авторитета родителей
и своего СуперЭго. Подросток должен взять на себя большую ответст
венность за то, «кто он есть и что он делает» (Blos, 1967, p. 148). Вторая
задача — это принятие непоправимых событий или травм детства, таких, как
потеря объекта, последствия чрезмерной чувствительности или физические
недостатки, и отказ от проявления недовольства изза этого. Третьей задачей
подростка является обретение чувства исторической преемственности про
шлого. Знание о том, кто он и что с ним было, позволяет ему высвободиться
изпод опеки взрослых, не чувствуя себя при этом дезорганизованным.
346 Эго
Четвертая задача связана с окончательным разрешением бисексуальных
конфликтов, благодаря чему появляется возможность соединить половую
идентичность и сексуальные предпочтения. В таком случае индивид становится
свободным в поисках подходящего объекта взрослой любви.
В оптимальном случае благодаря успешному решению подростком этих
задач в различных описанных нами системах психики достигается новый
уровень интеграции, целостности и доминирования Эго над другими психи
ческими системами. Его функционирование становится в целом свободным от
влияний раннего архаичного СуперЭго, относительно независимым от влия
ния окружения, хотя и не безразличным к нему, и способным справляться
с властными инстинктивными влечениями. Когда достигается этот уровень
верховенства Эго, аффекты выражаются и флуктуируют в приемлемом
диапазоне (Zetsel, 1965; Blos, 1968), лучше сдерживаются и контролируются.
Достигается и становится более надежной гармония между внутренним миром
и внешним, а также в самом внутреннем мире. По мере того как формы
реагирования становятся более автоматическими, а регуляция самооценки более
определенной, форма саморегулирующих, адаптационных, организующих
и синтезирующих реакций Эго становится более предсказуемой и приобретает
определенный характер, или стиль (Rache, 1958). Когда достигается стабиль
ность идентичности (Erickson, 1956), появляется интегрированная взрослая
личность. Большая гармония отражается в большей стабильности настроения.
Соответственно, мы полагаем, что появление
свидетельствует о достижении нового уровня психической стабильности и за
вершении подросткового процесса взросления.
стабильности настроения
РЕЗЮМЕ
Следуя Шпицу, мы использовали появление нового аффекта или нового
качества аффекта как показатель достижения нового уровня координации и ин
теграции функций Эго, то есть нового уровня его организации и развития. Если
появление нового аффекта в раннем детском возрасте нетрудно заметить,
то каждое новое событие в процессе развития становится не столь очевидным,
хотя попрежнему остается распознаваемым.
Соответственно, мы предположили, что о достижении новых уровней
организации и синтеза свидетельствуют появление социальной улыбки (на вто
ромтретьем месяце жизни), представляющей прогресс по сравнению с врож
денными способностями и свидетельствующей о начале психологического
функционирования; негативная реакция на постороннего (на седьмомдевятом
Развитие Эго 347
месяце жизни), указывающая на установление либидинозного объекта;
негативизм (на пятнадцатомвосемнадцатом месяце), сигнализирующий о по
явлении способности к саморефлексии и речи; тревога и чувство стыда
(на двадцать четвертомтридцатом месяце), сигнализирующие об интернали
зации конфликта и начале формирования СуперЭго; использование аффектов
как сигналов опасности и конфликт, сопутствующий появлению константности
либидинозного объекта (в тридцатьтридцать шесть месяцев); чувство вины
(в возрасте от трех до пяти лет), указывающее на интеграцию СуперЭго
и на возникновение инфантильного невроза; удовольствие от усердия (латент
ный период), указывающее на большую автономию функционирования Эго
и СуперЭго; лабильность настроения (подростковый возраст), указывающая
на процесс реорганизации психики; и стабильность настроения (поздний
подростковый возраст), указывающая на верховенство Эго над влечениями
и другими властными импульсами, а также над указаниями СуперЭго и, сле
довательно, на завершение подросткового процесса взросления.
Эпилог
Представляя настоящую попытку объединения психоаналитических теорий
развития, мы прежде всего предполагали, что многие системы личности
развиваются одновременно и независимо друг от друга. Каждая система
характеризуется по отношению ко всем остальным системам, в своей нераз
дельности они составляют единую сложную систему, и именно поэтому наша
психика, к немалому удивлению, в течение всей жизни продолжает функцио
нировать согласованно.
Чтобы описать процесс развития, мы обсудили многие темы — некоторые
подробно, некоторые в более сжатой форме. Мы понимаем, что в последнем
случае существует опасность чрезмерного упрощения, в частности потому,
что в общем обзоре, каким является наш, мы не смогли учесть все нюансы
каждой темы. Но мы надеемся, что благодаря такому обзору стали очевидными
сложности процесса развития, а также многочисленные вероятные значения
любого поведенческого проявления; мы, по мере возможности,пытались
избегать тенденции сводить любое объяснение либо к внешним событиям, либо
к интрапсихическим силам.
Несколько тем в этом обзоре были опущены, например, отношения
ребенка в семейной системе, отличные от его отношений с родителями;
развитие социальных взаимодействий и приложение нашей теории к психопа
тологии. Эти вопросы действительно важные, но мы сосредоточились
на интрапсихических аспектах нормального развития, которые мы и старались
по мере возможности описать.
Мы также отдаем себе отчет в том, что иногда изображали идеальную
картину, говоря о роли матери и отца, словно наша теория относится только
к ребенку, воспитывающемуся в сохранной семье. Хоть клиницистам может
показаться, что в их практике встречается не так уж много функционально
сохранных семей, мы полагаем, что понимание роли обоих родителей в раз
витии ребенка окажется полезным для детального описания и концеп
туализации оптимального развития, а также для оценки тех трудностей, с кото
рыми может столкнуться ребенок, воспитывающийся в других условиях.
Иногда у читателя может сложиться впечатление, что мы говорим о чемто
совершенно определенном и несомненном, как будто некоторые гипотезы
настолько общепризнанны, что приобрели статус установленного факта. Если
мы действительно произвели такое впечатление, то сейчас хотели бы его
исправить. В психоаналитической теории попрежнему имеется много
неразрешенных вопросов и разногласий, и теория, подобная обсуждаемой нами
350 Эпилог
модели развития, открыта, развивается, изменяется и эволюционирует по мере
появления новых данных.
Тем не менее мы надеемся, что представленная нами модель процесса
развития окажется достаточно согласованной, чтобы сохранить свою целост
ность, и в то же время достаточно эластичной, чтобы вместить в себя новые
знания. Мы также надеемся, что, излагая свои представления, мы сумели не
только показать сложность процесса развития, но и предложили подход к
пониманию человеческой психики.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]