Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Психоаналитические теории развития
.pdf
Половое развитие: девочки 281
Формирование образа тела вносит важный вклад в обретение первичного
чувства женственности. Если рассматривать вопрос в историческом аспекте,
то долгое время шли споры о том, сознает ли девочка, что у нее есть вагина,
и, следовательно, в какой степени девочка может психически репрезентировать
и интегрировать представление о своих гениталиях в образ тела (см. Greenacre,
1950, 1958, Kestenberg, 1956, 1961, 1968; Barnet, 1966; Moore, 1976;
Silverman, 1981). Фрейд считал, что до пубертата девочка остается в неведении
относительно наличия у нее вагины, и некоторые современные авторы, такие
как Плаут и Хатчинсон (1986), соглашаются с этим мнением. Однако
осознание и репрезентация гениталий означает не только осознание существо
вания вагины. Женские половые органы имеют несколько внешних видимых
частей, до которых можно дотронуться и которые вызывают приятные
ощущения — лобок, срамные губы, пространство между ними и вход во
влагалище. Для девочки не составляет труда локализовать эти ощущения,
и действительно, во время пеленания маленькие девочки постепенно трогают
и исследуют свои гениталии, и это наводит на мысль о том, что у них имеется
частичное осознание наличия у них гениталий и что они испытывают гениталь
ные ощущения. Психическая репрезентация этих внешних частей гениталий,
по мнению Майера, может служить ранним предшественником представления
о вагине, поскольку в дальнейшем девочка воспринимает свои гениталии как
«нечто, имеющее отверстие, ведущее в скрытое внутреннее пространство»
(1985, р. 334). Следующим шагом в постепенном формировании психической
репрезентации вагины, как утверждает Майер, ссылаясь на Барнетта (1966),
является осознание входа во влагалище, создающее основу для осознания
вагины, поскольку оно наводит на мысль о существовании пространства,
находящегося за выявленным отверстием; то есть возникающая у девочки
ассоциативная связь гениталий с отверстием и скрытым пространством внутри
прокладывает путь к появлению психической репрезентации вагины.
Мы можем сделать вывод, что, поскольку гениталии девочки и связанные
с ними ощущения с самого начала являются неотъемлемой и защищенной
частью ее тела и восприятия ею тела, формирующийся у нее образ тела будет
включать в себя сознание наличия гениталий, однако смутное или диффузное.
Даже если раннее самосознание девочки является несвязным и фрагмен
тарным, возникшая у нее репрезентация самости включает примитивное
ощущение девочкой себя как существа, принадлежащего к женскому полу и об
ладающего женскими гениталиями. (Такого же мнения придерживаются
Сильверман [1981] и Персон [1983].)
Вполне возможно, что формирование надежного чувства телесной самости
у девочки может быть даже более простым, чем у мальчика, потому что
гениталии девочки не представляют собой придатка, которого можно лишиться.
Тревоги, связанные с возможным повреждением гениталий, могут возникнуть
282 Пол
у девочки позднее изза чувства вины вследствие мастурбации, но хотя
соответствующие конфликты могут стать причиной появления сексуальных
фантазий о том, что ее могут избить, изнасиловать или травмировать какой
либо другим способом, ее страх повреждения гениталий обычно не разрушает
интегрированного чувства телесной самости. (Фантазии о том, что ее могут
избить, не являются чемто необычным в процессе развития девочки, тогда
как у мальчиков они встречаются значительно реже. Относительно связи
фантазий об избиении с развитием мазохизма см. Glen, 1984; Galenson, 1988,
1972, 1990; D. Novick, K. K. Novick, 1987.)
НАРЦИССИЗМ И ПОЛОВАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ
Гордость или чувство стыда у женщины по поводу своего тела и восприятие
себя как представителя женского пола, то есть ее окончательная нарцисси
ческая позиция, связанная с общим чувством половой идентичности, начинает
формироваться в раннем детстве. На втором и третьем годах жизни скопление
конфликтов, присущих процессу сепарациииндивидуации, раннее формиро
вание СуперЭго, зависть к пенису и отцовская роль оказывают важное
влияние на нарциссический катексис маленькой девочки своей принадлежности
к женскому полу.
Оказавшись перед дилеммой борьбы за автономию и вместе с тем
оставаясь зависимой, маленькая девочка нередко испытывает враждебность
и злость по отношению к своей матери. Если эти чувства сильны, они могут
вступить в противоречие с представлением о матери как идеале и не позволить
получить удовольствие от идентификации с ней. В результате отношения
дочери с матерью, пронизанные сильнейшими амбивалентными чувствами,
могут помешать девочке испытать гордость и удовольствие от собственной
женственности. Но если агрессивные проявления не являются слишком
сильными, они могут позволить девочке отделиться от матери и избирательно
с нею идентифицироваться. Таким способом девочка может сформировать
у себя чувство индивидуальности (Mahler, 1981), а также свое собственное
приятное ощущение женственности (P. Tyson, 1986a).
Примерно между пятнадцатым и двадцать четвертым месяцами жизни
девочки демонстрируют определенное знание анатомических различий между
двумя полами (Burlingem, A. Freud, 1944; Green, 1953b; Mahler et al., 1975,
Kleeman, 1976, Roiphe, Galenson, 1981). Дороти Барлингем и Анна Фрейд
описывали, как две маленькие девочки проявили все признаки дистресса,
увидев гениталии мальчика. Ученые отмечали, что зачастую дети негативно
Половое развитие: девочки 283
реагируют на эти первые наблюдения: вместо того чтобы заинтересоваться
различиями в строении гениталий, они обращают внимание на сходство
некоторых других частей своего тела, например, проявляют особый интерес
к наличию пупка или сосков на груди друг у друга (1944, р. 626–627).
Данные наблюдения за реакциями маленьких девочек на обнаружение
анатомических различий часто интерпретировались как указывающие на чув
ство кастрации и зависть к пенису (Mahler et al., 1975; Roiphe, Galenson,
1981). Эти реакции, несомненно, встречаются, но нас интересует вопрос,
являются ли они основой нормального женского развития, как утверждал
Фрейд (1940). Чтобы понять значение реакции девочки, необходимо учесть
ее отношение к родителям, эмоциональную (а не сексуальную) доступность
отца, а также ощущение матерью ее собственной женственности. Когда
отношения между матерью и дочкой «достаточно хорошие» и мать живет
в согласии с собственной женственностью, маленькая девочка может
выразить удивление, обнаружив анатомические различия; может даже
восхититься на миг или испытать благоговейный трепет при виде пениса
(Greenacre, 1953b), может возбуждаться, искать любую возможность
увидеть пенис и выражать желание иметь такой же. Но в то же время она
гордиться тем, что принадлежит к женскому полу. Если отец либидинозно
доступен, это восхищение может стать причиной ранней идентификации
с ним. Нередко восхищение пенисом может выражаться в изменении способа
мочеиспускания, когда девочка экспериментирует, пытаясь мочиться в поло
жении стоя. Это может выражать зависть к пенису или зависть к мальчи
шеской «удали» и желание контролировать телесные отправления таким же
образом. Как отмечал Кестенберг, маленькая девочка «хочет иметь пенис
в качестве инструмента контроля, а не в качестве органа удовольствия»
(1975, р. 223; см. также Horney, 1924).
Девочка может реагировать на обнаружение анатомических различий
ярко выраженной завистью к пенису, если в ранних фазах сепарации
индивидуации возникают проблемы. Галенсон и Ройф (1976) описывают
изменения настроения, иногда встречающиеся у девочек этого возраста,
которые они относят к обнаружению половых различий. Малер и ее коллеги
(1975) отмечают такие же изменения настроения, но приписывают их кри
зису на стадии примирения, во время которого депрессивное настроение
выражает ощущение потери идеализированного чувства единства. В этом
случае желание иметь пенис может свидетельствовать о попытке защититься
от страха потери объекта, который является составной частью процесса
сепарациииндивидуации.
В своих разнообразных формах зависть к пенису может подорвать
уверенность девочки в себе и стать причиной напряженных отношений матери
и дочери, соединяя проблемы анальной стадии и фазы примирения. Например,
284 Пол
если девочка считает, что приобретение пениса сделало бы ее более желанной
для матери и предоставило бы возможность восстановления ранней близости
с матерью, зависть к пенису может стать средством выражения конфликтов
стадии примирения. Гроссман и Стюарт (1976) предполагают, что в таких
случаях зависть к пенису можно понимать как метафору развития, означа
ющую общее чувство неполноценности, нарциссической уязвимости, недоста
точности, лишения и ущербности; то есть зависть выражает все конфликты
фазы примирения, в том числе лежащую в их основе фантазию, что мать
предпочла бы девочке мальчика.
Чтобы понять реакции маленькой девочки на обнаружение анатомических
различий, мы должны рассмотреть ее движение вперед по разным линиям
развития. Например, конфликты в объектных отношениях, первые шаги в фор
мировании СуперЭго, а также импульсы влечений вносят важный вклад в то,
что при других обстоятельствах может показаться просто проявлением зависти
к пенису.
Здесь, помимо зависти к пенису, уместно также обсудить, является ли
страх кастрации главной особенностью женского развития. Женское чувство
неполноценности нередко интерпретируется с адультоморфических позиций
как связанное с идеей о том, что маленькая девочка реагирует на осознание
генитальных различий ощущением, что ее кастрировали. Не составляет труда
проследить возникновение этой идеи. В 1920 году в примечании к «Трем очер
кам по теории сексуальности» Фрейд категорически утверждал: «У нас есть
все основания говорить о комплексе кастрации у женщин. Дети как женского,
так и мужского пола создают теорию, что женщина также вначале имела пенис,
который затем был утрачен в результате кастрации» (1905b, р. 195).
Примерно в это же время Абрахам (1920) описал психопатологию, причиной
которой является женский комплекс кастрации.
На нынешнем уровне наших знаний мы не решились бы сделать столь
категоричное заявление. Травма, перенесенная в раннем детстве, пережи
вание телесного повреждения или присутствие при его нанесении другому
человеку могут привести ребенка в замешательство, способное разрушить
устойчивый образ тела (Greenacre, 1953a). Кроме того, желания, фантазии,
конфликты и страхи, связанные с переживаниями, касающимися отца и
матери, в процессе сепарациииндивидуации вполне могут стать причиной
возникновения у девочки страха потери объекта. Фрейд отмечал, что
тревоги, вызванные разлукой, в раннем возрасте легко генерализируются и
превращаются в беспокойство за целостность своего тела (1926, р. 136–
139). Сеттлейдж (1971) представил случай, в котором существовала четкая
связь между нарушением ранних объектных отношений, ярко выраженным
страхом разлуки и озабоченностью девочки своим телом, с одной стороны,
и страхом телесного повреждения — с другой. Нам также известен случай
Половое развитие: девочки 285
двухлетней девочки, перенесшей операцию по удалению двусторонней гры
жи, после чего мать вскоре вновь вышла на работу, и девочка помногу часов
днем оставалась одна под присмотром сиделки. Сочетание замешательства
вследствие телесного повреждения, разлуки с матерью и убеждения в том,
что мать отдавала предпочтение ее старшему брату, стало причиной фантазий
девочки, что хирург отрезал ей пенис. Она надеялась, что он вырастет снова,
и в то же время удерживала фекалии, чтобы не лишиться какойнибудь
другой ценной части своего тела.
Майер (1985) отделяет эти фантазии от исключительно женских страхов
повреждения или потери гениталий, которые Хорни (1924) описывала как
«женскую генитальную тревогу». Майер указывает на то, что некоторые
женщины не только опасаются нанесения повреждений гениталиям в резуль
тате мастурбации или полового акта, но и боятся утратить доступ к своим
гениталиям, словно они могут закрыться и никогда уже не откроются, утратив
свою восприимчивость.
Эти исключительно женские тревоги, которые возникают и изменяются
в процессе развития, наводят на мысль о существовании женской генитальной
тревоги. Она может начаться с интереса маленькой девочки к своим внутрен
ним и внешним половым органам (Kestenberg, 1976), затем перерасти в страх
повреждения вследствие мастурбации, потом перейти в страх внутреннего
повреждения, проистекающий из неверного представления о родах, далее
обернуться подростковым страхом повреждения вследствие полового акта
и страхом беременной женщины перед внутренним повреждением, которое
1
может нанести будущий ребенок
. Необходимо подчеркнуть, что эти гениталь
ные страхи скорее возникают вслед за формированием первичной женствен
ности, а не предшествуют ей, и сами по себе причиной чувства неполноценности
не являются.
1
Как мы отмечали раньше, автоматический вывод, что страх взрослой женщины перед
половым актом проистекает из фантазии маленького ребенка о половых отношениях, скорее
всего, представляет собой генетическую ошибку, в которой более поздним фантазиям
приписывается более раннее происхождение. До тех пор пока девочка не сталкивается
с сексуальными домогательствами или не становится свидетелем первичной сцены
(что обычно приводит к смешению сексуальности и агрессии, а не к пониманию значения
полового акта), она лишь в редких случаях полностью понимает значение полового
сношения и его функцию в произведении потомства. Например, одна шестилетняя девочка,
прочитав книгу на эту тему, радостно описывала, как сперматозоид попадает из пениса
в яйцеклетку. Она представляла себе маленького сперматозоида с большими крыльями,
летающего вокруг яйцеклетки, словно птицамама. Но она совершенно не могла понять
аспект половых отношений из этой информации. Тем не менее по прошествии многих лет
девочка может пережить невротические страдания, когда поймет инцестуозное сексуальное
значение своих инфантильных желаний родить ребенка от своего отца.
286 Пол
Роль отца в развитии девочки оказывает огромное влияние на формиру
ющееся у нее чувство женственности. Очень часто исследователи подчерки
вали значение отца как защитника от угрозы поглощения девочки матерью.
Обычно на втором году жизни девочки ведут себя с отцом поновому, привнося
в общение с ним очевидный эротический элемент и обращаясь к матери только
в ситуациях стресса. Эти изменения не наблюдаются, если ранние отношения
матери и дочери были плохими; в таких случаях враждебная зависимость
девочки от матери зачастую непомерно усиливается после обнаружения
девочкой половых различий, и отец может тогда восприниматься как человек,
вторгшийся в их отношения. Такое обращение к отцу может быть неправильно
истолковано как преждевременное вовлечение в эдипов конфликт (см.,
например, Ogden, 1987), но поскольку оно не сопровождается другими
проявлениями триадических объектных отношений, мы полагаем, что это
скорее защитный ход против регрессивного притяжения к матери, от которой
маленькая девочка пытается отделиться (см. Mahler et al., 1975, Parens et al.,
1976; Roiphe, Galenson, 1981). Тем не менее роль отца необычайно важна в
подкреплении чувства женственности у маленькой девочки, и он может помочь
ей справиться с чувством неполноценности, возникшим как реакция на
обнаружение анатомических различий.
РАННЯЯ ГЕНИТАЛЬНАЯ ФАЗА
И
УСИЛЕНИЕ ЧУВСТВА ЖЕНСТВЕННОСТИ
На третьем году жизни девочка демонстрирует множество новых форм
поведения. Усиливающийся эксгибиционизм, интерес к анатомическим
различиям или к телесным особенностям и половым органам мужчин и жен
щин, скопофилия и все более частая генитальная мастурбация указывают на то,
что начинает доминировать инфантильная генитальная фаза. Как мы уже
отмечали при обсуждении психосексуального развития, оптимальное развитие
предполагает, что на раннем доэдиповом этапе инфантильной генитальной
стадии девочка должна решить две основные задачи. Она должна принять
женскую половую роль (см. ниже), а также консолидировать нарциссически
ценный образ своего тела. Последнее включает в себя формирование ядра
половой идентичности по мере усиления общего чувства половой идентичности.
В этом процессе важное место занимает эксгибиционизм. Многие маленькие
девочки, повидимому, испытывают кинестетическое удовольствие от таких
действий, как бег, прыжки, танцы и кувыркание, им нравится всячески
демонстрировать свое тело. Они ищут поощрения со стороны обоих родителей,
Половое развитие: девочки 287
которое усиливает их нарциссическое удовольствие от ощущения своей
1
принадлежности к женскому полу
. Эти формы деятельности способствуют
формированию у девочки женской, нарциссически ценной половой идентич
ности. В то же время девочки обычно проявляют сохраняющийся и более
конкретизированный интерес к тому, чтобы быть похожей на мать, нередко
выражают желание украшать себя, подобно ей, определенными аксессуарами,
означающими для них женственность.
Интерес, любопытство и беспокойство девочки по поводу своих гениталий
также становятся очевидными, когда генитальная мастурбация, возможно,
включающая в себя стимуляцию как вагины, так и клитора, становится
основным средоточием сексуального возбуждения. Поскольку единственно
известная функция клитора — обеспечение эротического фокуса для сексуаль
ной стимуляции (Masters, Johnson, 1966, Clower, 1976), не удивительно, что
мастурбация девочек является в основном клиторальной, хотя иногда девочка
дотрагивается до вагины или помещает в нее предметы. Девочка может также
использовать косвенные и замаскированные способы мастурбации, например,
сжимая бедра или качаясь на коленях своего отца.
Повидимому, зависть к пенису в инфантильной генитальной фазе
представляет собой повсеместное явление. Хотя зависть к пенису может
возникнуть и раньше, на этой стадии обычно она выражается в специфическом
для данной фазы соперничестве с мальчиками и является составной частью
продолжающегося процесса формирования нарциссически ценного образа
женского тела. Если зависть к пенису становится чрезмерной и сопровождается
чувством неполноценности и снижением самооценки, то обычно ее можно
проследить до появления ранних проблем в объектных отношениях, которые
становятся причиной нарциссической уязвимости (Grossman, Stewart, 1976).
В таких случаях развитие устойчивого, сопровождающегося приятными
чувствами ощущения женственности может нарушиться, а позитивное эдипово
развитие откладывается на более поздний срок. Чтобы успешно преодолеть
эту фазу, девочка должна найти способ справиться с завистью к пенису и об
рести нарциссически ценное представление о собственном женском теле.
Помимо зависти к пенису, девочка испытывает зависть к материнской
груди. В этом отражается идеализация зрелого тела матери, зависть к ней
1
В своей книге о сновидениях Фрейд (1900) выдвинул идею о том, что иногда люди
используют свое тело как символическое изображение фаллоса. Впоследствии Левин
(1933) распространил символическое приравнивание тела и фаллоса на другие области.
Хотя материал, полученный в результате анализа некоторых взрослых пациентов обоего
пола, наводит на мысль о том, что бессознательные телеснофаллические фантазии могут
существовать с детства, у нас нет доказательств тому, что такие фантазии повсеместно
или обычно являются составной частью женского развития.
288 Пол
и соперничество, которые могут стать более очевидными в эдиповых отноше
ниях и, по мнению Гринэйкр (1950), оказаться причиной иллюзорных надежд
добиться над ней превосходства после пубертата. Этот аспект женского развития
был недооценен всеми исследователями за исключением Мелани Кляйн, которая
приписывала маленькому ребенку фантазии и конфликты, связанные с завистью
к груди (1952b, 1957). Аналитические наблюдения за девочками долатентного
возраста принесли убедительные доказательства влияния зависти к материнской
груди (или вообще зависти ко всему, чего у них нет, — универсальной
особенности всех детей) на их развитие. Зависть к груди может быть такой же,
как зависть к пенису, или даже сильнее ее (Tyson, 1989b).
ПОЛО!РОЛЕВАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ
Как мы уже отмечали, полоролевая идентичность относится к сознательным,
но более всего к бессознательным способам взаимодействия с другими людьми,
отражающими половую идентичность человека. То, что мы можем классифи
цировать как женские ролевые идентификации, появляется в необычайно
раннем возрасте. По мнению Столлера (1976), типично женские манеры,
жесты и способы взаимодействия можно наблюдать еще до того, как девочка
начинает ходить. Это не только свидетельствует о формировании первичного
ощущения женственности в раннем детском возрасте, но и указывает на раннее
появление женских полоролевых идентификаций.
Другое важное проявление полоролевой идентичности — желание
заботиться о ребенке (P. Tyson, 1982а). Свидетельством такого желания
является, в частности, игра в куклы, которую можно наблюдать у девочек уже
на двенадцатомвосемнадцатом месяце жизни. Фрейд рассматривал желание
девочки иметь ребенка как замену желания иметь пенис и считал это типичным
способом справиться с завистью к пенису в инфантильной генитальной фазе,
хотя он также упоминал по поводу фантазий о ребенке в связи с проблемами
анальной фазы (1916–1917, р. 318–319). Хотя желания и конфликты
анальной и инфантильной генитальной фаз изначально могут проявляться в же
лании девочки иметь ребенка, современные аналитики рассматривают это
желание как базисное выражение женственности. Более того, Кестенберг
(1956а) предполагает существование материнского «инстинкта». Паренс и его
коллеги (1976) считают желание девочки иметь ребенка врожденной половой
характеристикой. Макдевитт (1975) объясняет его как идентификацию с ма
терью, позволяющую отчасти справляться с осознанием сепарации и конф
ликтами фазы примирения.
Половое развитие: девочки 289
Мы считаем, что желание иметь ребенка также представляет собой
проявление полоролевой идентификации, и это мнение отнюдь не противо
речит вышеупомянутым утверждениям. Как выражение полоролевой идентич
ности это желание появляется первым и возникает задолго до наступления
инфантильной генитальной фазы и триадических эдиповых объектных
отношений. Более того, когда у маленькой девочки появляется первичное
ощущение женственности и она все больше осознает свою принадлежность
к женскому полу, она начинает идентифицироваться (зачастую бессозна
тельно) с манерой взаимодействия своей матери с другими людьми и с ее за
ботливым поведением по отношению к ней самой. Впоследствии фантазииже
лания быть матерью с ребенком в диадическом взаимодействии образуют ядро
ее женской половой роли, а также ее Эгоидеала. Поэтому выражение
маленькой девочкой своего желания иметь ребенка, а также ее эротическая
обращенность на отца (Abelin, 1971; см. также ниже) на данной стадии скорее
представляют собой проявление полоролевой идентификации на диадическом
доэдиповом уровне, нежели отражение триадической эдиповой динамики.
После того как девочка вступает в инфантильную генитальную фазу,
консолидация женской половой роли становится главным условием эдипова
развития. То есть, чтобы иметь желания и фантазии занять место матери по
отношению к отцу, она должна и испытывать гордость от своей принад
лежности, подобно матери, к женскому полу, и идентифицироваться с ролью
матери во взаимодействии с отцом. Вместо того чтобы быть ребенком или
маленькой девочкой папы, она хочет быть «хозяйкой дома» и объектом любви,
избранным отцом. Теперь у нее нередко появляются фантазии о свадьбе.
Опятьтаки их не следует автоматически воспринимать как отражение
эдиповых желаний; когда эти фантазии возникают впервые, они гораздо чаще
свидетельствуют о радости участия в общих женских делах вместе с идеа
лизированной материнской фигурой и о конкретизации женской половой роли.
Из этих фантазий развивается желание быть единственным объектом любви
отца. Когда благодаря этим фантазиям женская половая роль становится более
прочной, девочка начинает бороться за свое право взаимодействовать с отцом
более зрелым образом, одновременно расширяя и углубляя идентификации
с матерью.
Желание иметь ребенка и игра в заботу и уход за ним продолжаются как
выражение женской половой роли. В инфантильной генитальной фазе эти
фантазии часто становятся более конкретизированными не только вследствие
расширения идентификаций с матерью (а также более сформированной
способности к фантазированию), но и вследствие изменения роли девочки по
отношению к отцу; теперь она хочет иметь ребенка от отца. Как сказала одна
девочка в возрасте четырех лет и пяти месяцев после того, как мать родила ей
сестру: «Мне приснилось, что папа подарил мне пять пупсиков».
290 Пол
ЭДИПОВ КОМПЛЕКС И ОСНОВА
СЕКСУАЛЬНО
Эдипово развитие девочки предполагает, что она все больше и больше
принимает отца в качестве объекта любви и создает конкретизированные
фантазии о «чарующем образе ее фаллического отца» (Jacobson, 1964, p. 114).
Поступая таким образом, девочка делает первый главный шаг на пути к ко
нечной гетеросексуальной ориентации.
Согласно Фрейду, эдипово развитие девочки основывается на принятии
своего подчиненного кастрированного положения, отвращении, гневе и разо
чаровании в матери и принятии отца в качестве объекта любви, изза чего мать
воспринимается как сексуальная соперница. Мы более широко трактуем
понятие женского эдипова комплекса в контексте развития половой идентично
сти. Вместо того чтобы делать акцент на полном отвержении девочкой матери
(которое происходит только в патологических случаях и может предрасполагать
девочку к отказу от эдиповой привязанности к отцу), мы стараемся понять,
каким образом происходит смещение и изменение ее привязанности к матери.
В основе этих изменений лежат задачи развития в доэдиповой инфантиль
ной генитальной фазе, в которой развиваются нарциссически ценное (вместо
неполноценного) ощущение женственности и женская половая роль. Они фор
мируются на основе доэдиповой привязанности девочки к своей матери. Если
девочка в значительной мере устранила доэдипову амбивалентность в отно
шении матери и достигла необходимой степени константности либидинозного
объекта, то она начинает воспринимать себя обладающей, любящей и доступ
ной внутренней матерью. Теперь под направляющим воздействием своего
женского Эгоидеала и желания расширить свою женскую половую роль она
может быть поглощена фантазиями о предпочтении себя отцом, не только
не опасаясь оказаться оставленной матерью, но даже будучи уверенной в со
хранении ее любви. По мере того как девочка обретает способность к триа
дическим объектным отношениям, она расстается со своей исключительной
привязанностью к матери. Она не отвергает ее; она хочет отношений с отцом,
то есть желает, чтобы отношения с отцом отличались от отношений с матерью.
Теперь тревога концентрируется вокруг страха потери отцовской, равно как
и материнской, любви.
Хотя в фантазии девочка оттесняет мать, представляя себя объектом
любви своего отца, она продолжает рассчитывать на поддержку идеализиро
ванного материнского образа доброй феи. Более того, ее фантазии конкрети
зируются в связи с этим образом, и она испытывает тревогу, если считает,
что ее либидинозные желания, касающиеся отца, подвергают опасности ее ана
клитическую привязанность к матери. Одна девочка в возрасте трех лет и вось
!ПАРТНЕРСКОЙ ОРИЕНТАЦИИ
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]