Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Психоаналитические теории развития
.pdf
Развитие чувства самости 141
РАЗВИТИЕ ЧУВСТВА САМОСТИ
Начальные стадии
Вопрос о том, каким способом чувство самости ребенка и его психическая
репрезентация становятся отличными от восприятия им окружающего мира,
давно интересовал психоаналитиков. Такие феномены, как координация
движений руки и рта (Hoffer, 1945, 1950а, 1950b), зрительное восприятие (Spitz,
1957; Greenacre, 1960), изменение состояний внутреннего напряжения (Freud,
1930) и социальное взаимодействие (Mahler et al., 1975; Emde, 1983; Stern,
1985), получили всестороннее объяснение. В настоящее время считается
установленным, что ребенок обладает предадаптационным потенциалом для
непосредственного взаимодействия с матерью — взаимодействия, которое
включает в себя перцептивный и двигательноэмоциональный диалог. Уже с рож
дения реакция ребенка на мать является дифференцированной, он проявляет
способность концентрировать внимание, искать раздражители и их избегать.
Но надо иметь в виду, что в первые несколько недель большинство
взаимодействий матери и ребенка связано с физиологической регуляцией
(Sander, 1962, 1964) или поддержанием гомеостаза (Greenspan, 1981).
В течение этого времени у ребенка происходит постепенный переход от эндо
генного функционирования к экзогенному (Emde, Robinson, 1979). Психо
логическое функционирование, как часть этого изменения, становится более
очевидным, о чем свидетельствует появление социальной улыбки. Вскоре
становятся более выраженными индивидуальные различия, то есть различия,
которые в связи с различными реакциями, присущими разным матерям,
придают особую эмоциональную окраску взаимодействию матери и ребенка.
Через несколько недель проявляющиеся задатки ребенка и его первые
переживания приводят к появлению того, что Вейл называет «основным
ядром» общих направлений в диалоге между матерью и ребенком (1976).
Благодаря этому основному ядру у каждого ребенка возникает широкий
диапазон возможностей развития — от гармонии до дисбаланса. Именно
внутри этого основного ядра инстинктивные влечения гармонично сочетаются
с возникающими объектными отношениями.
Начальные стадии диалога и формирование ядра самости
В начале жизни телесные переживания ребенка, переживания себя и других
и эмоциональные переживания возникают прежде всего в ситуации диалога
между матерью и ребенком. Через дватри месяца диапазон взаимодействия
с матерью расширяется и не ограничивается кормлением. Эмоционально
142 Объектные отношения
значимое взаимодействие матери и ребенка, включающее в себя зрительные,
тактильные и кинестетические переживания, создает условия, в которых у ре
бенка начинает формироваться чувство себя и отчасти чувство другого как
отличающегося от него, целостного и отдельного человека. Таким образом мы
можем сделать вывод, что из основного ядра взаимодействия между матерью
и ребенком у ребенка формируется то, что Штерн (1985) называет «ядром
самости» и «ядром другого», а Эмде (1983) — «эмоциональным ядром»,
подчеркивая эмоциональные аспекты этого взаимодействия.
Ребенок все больше включается во взаимодействие с матерью как
полноценный партнер и играет важную роль в регуляции уровня своего
возбуждения. Штерн (1974b, 1985) описывает то, как ребенок, выражая
взглядом недовольство, прекращает стимуляцию, превысившую оптимальный
уровень, и с помощью взгляда и мимики сигнализирует о необходимости
стимуляции, когда возбуждение его минимально. Колл (1930) подчеркивает,
что в коммуникации ребенка и матери, как правило, можно выявить широкий
спектр реципрокных действий, включающих зрительные, сенсомоторные,
слуховые и кинестетические способы взаимодействия.
Ярким примером возможности (или, пожалуй, правильнее будет сказать
потребности)
ребенка во взаимодействии служат эксперименты Троника
(1978) со «зрительным нарушением», в которых необычным образом
исследуются источники нормы и психопатологии. Две видеокамеры с раздель
ными дисплеями следят за движениями матери и ребенка, которые повернуты
лицом к друг другу. Мать просят смотреть не в глаза ребенку, а поверх его
головы, сохраняя при этом лицо и тело неподвижными, чтобы нарушить
нормальные ожидания от взаимодействия. Результаты впечатляющи. Сначала
ребенок пытается заново привлечь взгляд матери, озирая комнату, переводя
взгляд из стороны в сторону, наклоняя и откидывая голову назад в очевидных
попытках восстановить зрительное взаимодействие. Вскоре ребенок начинает
плакать и стремится к контакту с матерью с помощью рук, ног и тела, а также
наклоняя голову вперед. Наконец, ребенок сдается, он обмякает и прекращает
свои действия. Затем следуют новые попытки установить контакт с ничего
не выражающим, отстраненным лицом матери. Далее в ходе эксперимента
мать снова вступает во взаимодействие с ребенком, и очень скоро они
оказываются способными восстановить свое общение.
Винникотт описывает жизненно важную роль «зеркального отражения»,
которую играет мать на ранних стадиях эмоционального развития. Он спра
шивает: «Что видит ребенок, когда смотрит в лицо матери? Обычно, —
утверждает он, — ребенок видит самого себя» (1967, р. 112). Винникотт таким
образом хочет сказать, что чувства гордости и радости, испытываемые
матерью, воспринимаются ребенком, и это создает основу для формирования
у него чувства душевного комфорта и безопасности. Этот важнейший вклад
Развитие чувства самости 143
воспитателя подчеркивался Кохутом (1971, 1977), который отмечал, что вы
живание ребенка требует особого психологического окружения — наличия
чутких, эмпатических объектов самости, которые гордятся ребенком и через
отражение этой гордости подкрепляют его врожденное ощущение силы и жиз
ненности.
Эксперименты Троника наглядно демонстрируют, насколько ребенок
нуждается во взаимности и от нее зависит. Реакция ребенка на временную
неспособность матери служить зеркалом позволяет сделать выводы о воздей
ствии на развитие ребенка депрессии матери или ее неспособности взаимодей
ствовать со своим ребенком (Tronick et al., 1977, 1978). Однако было бы
ошибкой считать, что вся более поздняя патология — это отражение реальной
несостоятельности матери в этот период, как утверждают Винникотт и Кохут.
В действительности эксперименты Троника свидетельствуют также о пластич
ности детской психики. Безусловно, мы не вправе оставлять без внимания
зависимость развития ребенка от воздействий внешней среды в раннем
возрасте, однако работа Троника помогает нам избежать тенденции обвинять
матерей без учета всех факторов, влияющих на процесс развития.
Телесная самость или первичное самоощущение
Примерно в семьдевять месяцев поведение ребенка свидетельствует о том,
что диапазон его впечатлений о теле расширяется. Ребенок распознает свои
ступни и может легко найти большой палец руки. Из первоначальных
физиологических ощущений, из которых возникают фрагментарные образы
частей тела, находящихся в состоянии возбуждения или неудовлетворенной
потребности, ребенок, повидимому, составляет грубую, но вместе с тем
прочную и связную схему тела. Хотя существуют определенные разногласия
по поводу того, каким образом ребенок воспринимает себя и других в первые
месяцы жизни (например, Stern, 1985, р. 101; Lichtenberg, 1987), тем не менее
во второй половине первого года жизни, по всей видимости, возникает то,
что Малер и Макдевитт (1966) назвали первичным «самоощущением»,
сопровождающимся в основном приятными чувствами.
Эмоциональное качество взаимодействия матери и ребенка вносит
важный вклад в этот окрашенный приятными чувствами фон. Когда мать
во взаимодействии с упражняющимся ребенком, которое представляет собой
обоюдные сигналы или социальное обращение, отражает чувство безопасности,
а также свое удовольствие от его исследовательской активности; у ребенка
формируется чувство доверия и любви к себе. Но не только качество их
взаимодействия отражается позднее в межличностных отношениях; как по
лагает А. М. Сандлер, в это время — посредством диалога, основанного
на взаимных сигналах,— закладываются основы константности объекта
144 Объектные отношения
и константности представления о себе. Часто повторяющееся разглядывание
константного либидинозного объекта, который взаимодействует с ребенком
даже на расстоянии, обеспечивая его чувством безопасности и ощущением
власти, в конечном счете приводит к появлению чувства константности
объекта. «Однако вместе с дифференциацией самости и объекта… перед
ребенком возникает также и другой константный объект, обладающий такой
же прочной идентичностью. Этот объект — самость самого ребенка».
(1977, р. 199).
Чувство себя — реальное и психически репрезентированное
Примерно в пятнадцатьвосемнадцать месяцев становятся очевидными
несколько достижений в развитии, которые позволяют сделать вывод о том,
что ребенок отныне может размышлять о себе и относиться к себе как к реаль
ному существу, отдельному от своих непосредственных действий и действий
других людей, и что у него появилось психически представленное чувство себя.
Поведенческим подтверждением этого предположения служит понимание
ребенком того, что, глядя в зеркало, он видит свое собственное отражение
(Amsterdam, 1972; Shulman, Kaploviz, 1977; Lewis, BrooksGunn, 1979; Emde,
1983). Кроме того, с появлением способности к символической игре и умения
пользоваться речью ребенок получает возможность выражать себя дес
криптивно.
В этом возрасте дети не только воспринимают себя как нечто реально
существующее, но и могут вызывать в памяти репрезентации объектов и со
бытий, которые в данный момент отсутствуют, а также осмысливать эти
репрезентации. Именно это реальное чувство себя наряду с возникающей
способностью к самосознанию и саморефлексии Гринэйкр относит к «стабиль
ному ядру идентичности» (1953а, 1958). Это чувство идентичности, или «ядро
идентичности», следует отличать от «ядра самости» в концепции Штерна,
которое, по его словам, появляется со способностью на перцептивном уровне
сравнивать себя с другими. Способность к самосознанию и саморефлексии
возвещает о расширении диапазона возможностей в интерперсональном и ин
трапсихическом смысле. Умение передвигаться в вертикальном положении,
анальная фаза психосексуального развития и дифференциация себя как
представителя мужского или женского пола, обладающего «ядром половой
идентичности» (Stoller, 1968a), расширяют и углубляют представление о себе.
Появление вербальных навыков и способности размышлять по поводу
намерений и желаний объекта, отдельных и отличающихся от желаний самого
ребенка, вызывает конфликт — вначале связанный с развитием и потенциаль
но интрапсихический. Кроме того, воспоминания и фантазии смешиваются,
и в первое время ребенок может питать и поддерживать фантазию о том, какой
Развитие чувства самости 145
должна быть реальность (Stern, 1985). Межличностное взаимодействие теперь
включает в себя прошлые воспоминания, настоящую реальность и все больше
и больше некоторые представления о будущем. В совокупности все эти события
знаменуют наступление подфазы примирения в процессе сепарации–инди
видуации, играющей ключевую роль в появлении чувства самости (Mahler,
1975).
Как только ребенок начинает все более осознавать свои желания
независимости и автономии, а также желание получать удовольствие от
межличностного взаимодействия, он также осознает все возрастающие
требования матери быть послушным. Это означает частичный отказ от
удовлетворения инстинктов, а также от ощущения грандиозности в обмен
на кооперацию. Недовольный вынужденными ограничениями, ребенок
начинает осознавать свою уязвимость и зависимость от любви и поддержки
матери. Чувства гнева вызывают у ребенка страх потерять любовь матери,
а чрезвычайно амбивалентные чувства подрывают его способность интегри
ровать различные приятные, или «хорошие», и неприятные, или «плохие»,
представления о себе. Способность ребенка в конечном счете справиться
с этой задачей в определенной степени зависит от способности родителей
эмпатически, но вместе с тем эффективно устанавливать запреты, ограни
чения и минимальные нормы. Наблюдая за эмоциональными проявлениями
матери и отца, ребенок определяет, какое поведение одобряется, а какое —
нет. Когда ребенок начинает интернализировать правила отношений как
часть формирования СуперЭго в раннем возрасте, кооперация с родителями
служит гарантией того, что чувство близости с ними будет сохранено;
отсутствие такой кооперации приводит к нарушению межличностных
отношений и к изоляции.
Либидинозная константность самости
Благодаря все более успешному контролю над телесными побуждениями
и поведению в соответствии с родительскими требованиями ребенок обучается
более приемлемым способам проявления независимости и автономии без
необходимости жертвовать межличностными связями. У него также начинает
формироваться репрезентация себя, в которой интегрированы различные
эмоционально окрашенные образы самости. Поэтому он может сохранять
любовь к себе, а его общее представление о себе остается в своей основе
позитивным, несмотря на случающиеся иногда вспышки гнева или проявления
фрустрации, которые могут вызывать самокритику и неприятные мысли о себе,
как только становится заметной деятельность СуперЭго. В такой форме
может поддерживаться самооценка, и наряду с константностью либидинозного
объекта возникает либидинозная константность самости.
146 Объектные отношения
Константность самости не означает стойкое и редко меняющееся пред
ставление о самом себе, как это может показаться из этого обзора. Скорее
речь идет об общем гештальте, который в оптимальном случае создает
позитивный в своей основе организационный фон, где имеется широкий спектр
определенных сознательных и бессознательных образов себя, каждый из
которых в то или иное время может стать организующим центром (Eisnitz,
1980). Иногда для сохранения интегрированного, позитивного чувства самости
требуется «либидинозная дозаправка» от константного объекта (R. L. Tyson,
1933). Со временем, когда ребенок начинает жить в соответствии с интернали
зированными нормами и идеалами, отчасти он получает такую дозаправку
и от любящего СуперЭго.
С появлением константности либидинозной самости и объекта устанавли
вается прочное, стабильное и по большей части позитивно расцениваемое
ощущение себя самого как человека, отличающегося и отдельного от других
людей. Это чувство себя воспринимается как активная движущая сила,
способная стимулировать и направлять усложняющуюся психическую деятель
ность ребенка.
Интегрированная идентичность и ответственность за себя
В инфантильной генитальной фазе чувство самости приобретает новые
качества. Генитальная сексуальность, сопровождающаяся ощущением ее
императивности, приводит к появлению в сознании совершенно нового
восприятия тела; умение справляться с инфантильными сексуальными
побуждениями, которое постепенно приобретается в раннем детстве, предпола
гает способность владеть своим телом и быть за него ответственным. Именно
в связи с натиском генитальной сексуальности ядро половой идентичности
становится прочным и консолидированным, поскольку сексуальность и ощу
щение ребенком себя отдельной и уникальной личностью сливаются воедино.
Теперь у ребенка формируются прочная идентификация с родителем того же
пола и дифференцированный в сексуальном отношении и нарциссически
оцениваемый образ тела, который в идеальном случае служит позитивным
источником самооценки. Половая идентичность добавляет к ядру идентичности
понимание ребенком не только того, «кто» он, но и того, «что» он собой
представляет (Beres, 1951). Тем самым создается основа для вовлечения в эди
пов комплекс.
Многие системы развития, которые мы рассматриваем в этой книге,
объединяются при формировании эдипова комплекса. Синтезирующая
функция Эго, содействующая интеграции множества возникающих сознатель
ных и бессознательных мыслей, желаний, фантазий, конфликтов, тревог, защит
и решений, наряду с идентификациями с родителями, происходящими при
Развитие чувства самости 147
формировании и в процессе разрешения эдипова комплекса, ведет к появлению
целостного чувства идентичности, которого раньше не было.
По мнению Лёвальда, эдипов комплекс, несмотря на все сложности,
которые включает это понятие, представляет собой переломный момент в про
цессе индивидуации: «Эдипов комплекс, имеющий своим фундаментом
инстинктивную жизнь, в психоаналитической психологии выступает символом
первого проявления любви человеком… символом ясного осознания им своей
жизни как индивида. Он формируется вследствие страстной увлеченности
индивида — в любви и ненависти — своими первыми либидинозными
объектами и вследствие ограничений, устанавливаемых для этой увлеченности,
которые отбрасывают его назад к самому себе» (1985, р. 442). Лёвальд
называет этот процесс «становлением души».
Крайности любви и ненависти и конфликты лояльности, присущие
эдипову комплексу, означают поворотный пункт в психическом развитии.
Один из возможных выходов для ребенка — отчаявшись, продолжить
нарциссические поиски совершенства (Rothstein, 1980) в стремлении подтвер
дить свое всемогущество. Затем, пытаясь манипулировать окружением,
он настаивает на своих правах. Когда его желания (эдиповы или доэдиповы)
не удовлетворяются, у него сохраняется исполненное гневом чувство того,
что его обманули, он настаивает на том, что его родители несправедливые
и «подлые». Другой исход для ребенка — бороться за идентичность, усваивая
ценности и моральные нормы родителей. В этом случае СуперЭго становится
внутренним голосом власти, и хотя конфликт может сохраняться, он является
внутренним и предоставляет ребенку возможность испытать новое чувство
автономии и независимого функционирования. С интернализацией эдипова
конфликта, исчезновением эдиповых целей или отказом от них, а также
с консолидацией СуперЭго последнее начинает играть все более важную роль
в восприятии ребенком себя и в развитии у него чувства идентичности. То есть
в результате того, что СуперЭго оказывает влияние на самооценку, крити
ческие суждения, поощрения или наказания, у ребенка начинает проявляться
чувство ответственности за себя.
Расширение социальной жизни в латентный период вносит свой вклад
в развитие чувства самости. В частности, по мере того как СуперЭго
становится более интернализированным и автономным, более прочным
становится и чувство ответственности за себя. Теперь ребенок начинает
понимать, по крайней мере иногда, что может совершать промахи. Кроме того,
важнейшим аспектом латентного периода являются колебания самооценки,
поскольку возникновение эйфории или грусти и чувства одиночества зависит
от того, принимает или отвергает ребенка любимый друг или группа.
148 Объектные отношения
Подростковый возраст и стабильная идентичность
Биологические изменения, перепады настроения, различные семейные и социаль
ные отношения, а также новые обязанности в подростковом возрасте способ
ствуют дальнейшему развитию чувства самости. Иногда эти элементы создают
потенциальную возможность возникновения того, что Эриксон называет
«кризисом идентичности» (1956). Но успешное завершение процесса развития
в подростковом возрасте, который будет нами описан в следующих нескольких
главах этой книги, включает в себя переживания, связанные с физическими
изменениями, эмоциональные переживания и переживания, связанные с со
циальными отношениями. Все они позволяют подростку обрести полностью
интегрированное чувство себя со стабильным чувством идентичности.
РЕЗЮМЕ
Мы описали формирование чувства самости, отметив, что это развитие
включает в себя телесные переживания, переживания, связанные с отношением
с объектами, и эмоционально значимые переживания. В ходе развития
происходит множество изменений тела и образа тела. Происходит и множество
изменений в объектных отношениях, которые мы рассматривали в предыдущей
главе. В процессе развития изменяются также эмоциональные переживания,
связанные с телом, объектами, чувством себя и самооценкой. И тем не менее
на протяжении всего развития сохраняется удивительная непрерывность
чувства себя.
Ч
АСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ
АФФЕКТ
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]