Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Психические расстройства при эпилепсии
.pdf
к самолечению, типичными для них становились речевое возбуждение, оживление моторики, более активной становилась борьба
за получение льгот.
Средней продолжительностью либо более затяжным течением
отличались маниакально-бредовые приступы с паранойяльными
проявлениями. В соответствии с однозначностью аффективных
расстройств (гипоманиакальные состояния) у больных имели
место повышение влечений, повышенная общительность, преимущественно положительная оценка
всего окружающего. Однако выраженное стремление больных «укреплять свое здоровье»
было одним из свидетельств наличия у них ипохондрических
идей. В перечень «оздоровительных мероприятий» входили гимнастика йогов, аутотренинг, педантичное исключение внешних
раздражителей, способных, по мнению больных, провоцировать
обострение болезни, ежегодное санаторное лечение, диетическое
питание и др. У многих больных сверхценный
характер приобретало стремление увидеть мир, побывать в других городах. Их
обнаруживали в числе безбилетных пассажиров, обвиняли в бродяжничестве. Некоторые больные проявляли склонность к поджогам, воровству, собирательству ненужных предметов. Общей
для больных с данной патологией являлась переоценка своей личности. Это обусловливало их склонность к вмешательству в дела
окружающих
, стремление поучать, навязывать свои мнеения.
Для депрессивно-бредовых приступов с параноидным синдромом была характерна кратковременность течения. Подострому
характеру клинических проявлений соответствовали тревожнобоязливый аффект и чувство подавленности у больных. У них
ухудшался аппетит, резко нарушался сон. Чувство подозрительности быстро сменялось систематизироваными идеями отравления,
преследования. Последние обычно были обусловлены
содержанием вербальных галлюцинаций комментирующего или императивного содержания, реже — конкретного характера зрительными и
тактильными галлюцинациями. Наряду с галлюцинаторными переживаниями имели место различного рода сенестопатии. Больные опасались не только за свою жизнь, но и за жизнь близких.
Бред инсценировки отличался у них конкретностью и законченностью: «родственники обвиняют в
вымышленных поступках»,
«соседи выискивают болезнь», «больница разводит с женой» и
171
др. Бред воздействия также выражался конкретно: «к голове подключают гальванометры». О наличии проявлений психического
автоматизма свидетельствовали сообщения больных о наличии у
них вибрации тела, их подчинении голосам, в результате которого страдают окружающие, о желании куда-то ехать и др. Частыми
были проявления активного протеста со стороны больных против
мнимого
враждебного на них воздействия. Это выражалось бра-
нью, объявлениями голодовок, иногда — в виде прямой агрессии.
При увеличении продолжительности указанного рода приступов психоза острота переживаний у больных, напряженность
и аффект тревоги были менее выражены. При различной глубине
депрессивных расстройств нестойкие идеи отношения и ипохондрические идеи у больных соответствовали обманам
восприятия
у них в виде окликов, либо сенестопатиям с преимущественной
локализацией в области головы. Жалобы на «шевеление и звонки
в голове», «прострелы в затылке», «отключение мозга», «дерущие
головные боли» сосуществовали, например, с заявлениями больных о «голосах в голове», проявлениями ментизма, ощущениями
уже пережитого с чувством отчуждения собственных мыслей. Однако
, в отличие от кратковременных приступов психоза, у больных
не терялось полностью критическое отношение к своим переживаниям. Исключением являлись периоды обострений состояния у
больных с появлением элементов нигилистического бреда. В таких случаях депрессия сопровождалась у них идеями малоценности, греховности, суицидальными попытками. В других случаях
у больных преобладали идеи
открытости, галлюцинации общего
чувства, обонятельные галлюцинации.
Параноидные приступы с циркулярными расстройствами отличались затяжным течением. При тех же бредовых переживаниях и сенестопатиях непостоянство аффективного фона у больных,
в отличие от депрессивно-бредовых приступов с параноидным
синдромом, обусловливало непостоянство их интересов. Периоды
раздражительности у них сменялись, как правило, периодами апатии
, периоды чрезмерной заботы о своем здоровье — периодами
пренебрежения им. Наличием смешанного аффекта объяснялось
двойственное отношение больных к собственным переживаниям.
На протяжении многих лет, например, одна из больных не могла
решиться на развод с супругом в связи с периодически возникаю-
172
щими сомнениями, были ли в действительности факты неверности с его стороны, которые прежде казались очевидными. Страх
перед окликами и видениями сочетался у больных с желанием их
нового появления.
Средняя продолжительность или затяжной характер были более свойственны приступам маниакально-бредовой структуры с
параноидным синдромом. Постоянными составляющими структуры последних являлись
маниакальный аффект разной степени
выраженности, сочетание в поведении у больных угодливости
и благодушия с раздражительностью и придирчивостью. Отсутствовали сенестопатии. Вербальные истинные галлюцинации
или псевдогаллюцинации («голоса исходят из тела») чаще были
индифферентно-констатирующего или комментирующего характера, реже — эротического. «Воздействие извне» обычно оценивалось больными как положительное («влияние государственным
аппаратом», «
наука испытывает сознание», «наводятся мысли о
воспитании нового человека» и др.). Частыми проявлениями психоза оказывались состояния эйфории у больных с многословностью, склонностью к рифмованию, длительными поездками без
определенной цели. При обострении состояния у них возникало
ощущение собственного могущества, способности положительно
влиять на других, в менее острых случаях — переоценка своей
личности и пренебрежительное отношение к окружающим.
4.4.3. Бредовые психозы
Данную группу приступообразных психозов (n=77) у наших
больных составили приступы с паранойяльными, параноидными
и парафренными расстройствами. Исследование показало возможность установления у больных корреляций между структурой
психоза, основу которой составляют перечисленные синдромы, и
продолжительностью психотического приступа.
Средней продолжительности и затяжные паранойяльные приступы
характеризовались у больных монотонным и ригидным
(«уравновешенным») эмоциональным фоном, которому соответствовали их внешне спокойные и целенаправленные действия,
направленные на реализацию их систематизированных бредовых
173
идей. Переписывание лечебных рекомендаций из разного рода источников, длительные экскурсии с целью поиска лечебных трав
и корней для последующего самолечения и активного их распространения среди знакомых и незнакомых людей осуществлялись
настойчиво и без ажитации. Столь же обстоятельной и «обязательной» была сутяжная деятельность больных. К рассмотрению своих заявлений
они привлекали различные организации. Их письма,
заявления и жалобы отличались стереотипностью выражений.
Изображение и оценка действий мнимых врагов и недоброжелателей осуществлялись в спокойном повествовательном тоне. Для
предотвращения предполагаемых посягательств соседей на принадлежащие больным вещи «заблаговременно» изготавливались
специальные приспособления или предпринимались иные «охранительные» меры. Одна из больных, например,
выделяла особой
краской «свою территорию» на кухне. Некоторые больные, предполагая получение неблагоприятных для них ответов со стороны
должностных лиц, заранее готовили жалобы на них в вышестоящие инстанции. Бредовые идеи открыто высказывались больными в периоды обострений. В другое время о наличии у них бредовых переживаний можно было лишь
догадываться, например, по
постоянной придирчивости больных к окружающим.
К отличительным чертам кратковременных и средней продолжительности параноидных приступов могли быть отнесены
проявления аффекта напряженности и тревоги у больных. Их активная и бескомпромиссная борьба с воображаемой опасностью
перемежалась у них периодами бездействия с появлением растерянности и страха перед нею.
Об остроте состояния у больных
свидетельствовали также следующие их высказывания, указывающие на конкретность и актуальность их переживаний. Соседи,
например, воздействуя «коричневым лучом из сарая через стену»,
разрушают организм в течение нескольких дней. «Мысли выходят
из слов и текут сами по себе». «Слышно колдовство под полом».
«Отец переходит границу» и
вовлекает больную «в шпионскую
деятельность». «Радио скрывает войну». «Врач воздействует импульсами». «Справа и слева мужские и женские голоса запрещают
принимать пищу и разговаривать» и др.
В отличие от кратковременных, приступам психоза средней
продолжительности была свойственна меньшая острота пере-
174
живаний больных, благодаря чему больные как бы имели больше
времени для «приспособления» к мнимо опасной для них ситуации. С содержанием галлюцинаторно-бредовых переживаний у
больных чаще была связана их сутяжная деятельность, реже —
агрессивные действия. У некоторых из них к имеющимся обманам восприятия складывалось отношение как к особой, второй,
жизни
, идущей как бы параллельно реальной. Это вторая жизнь
больными нередко оценивалась положительно. Галлюцинации
одни из них называли «голосками», другие «порчей», которую,
по их мнению, правильнее было лечить «гипнозом» или «черной
магией».
Средней продолжительности парафренные приступы протекали у наших больных по типу конфабуляторной парафрении.
Фантастическим переживаниям больных был присущ конкретный
житейский оттенок, хотя их поведение в целом было обусловлено
идеями высокого происхождения, величия, красоты, могущества.
Горделивая поза и выраженная надменность нередко проявлялись
у больных лишь в подчеркнутом стремлении показать свое превосходство над ближайшим окружением. В то же время, например, заявление одного из больных о желании работать швейцаром
в административном
учреждении или его требование о немедленном предоставлении ему квартиры направлялись им в самые высокие инстанции. Создавалось впечатление известной театральности поведения больных, по-видимому, окрашенного содержанием прочитанного или увиденного ими на сцене. Один из больных, например, приходил на прием к врачу и, не снимая перчаток,
объявлял,
что собирается на охоту на зайцев. Он же, находясь в
доме отдыха, купался в проруби, вел хоровой кружок, опереточно
«ухаживал за девочками».
В рассказах больных действительно происходящее сочеталось с воображаемым. Вдруг тот же больной сообщал о получении путевки на всемирный фестиваль. Другой заявлял об открытии вибрационной природы
вселенной, узлы которой представляют собой ощутимую материю. Преобладающий маниакальный
аффект сменялся иногда депрессивными фазами, однако при этом
идеи величия сохранялись. Больной высокопарно объявлял, например, что он живет в ожидании кары за совершенную в прошлом ошибку.
175
4.4.4. Аффективно-бредовые психозы
с кататониическими включениями
В наших наблюдениях среди психотических приступов данного типа (n=63) отчетливо выделялись острые кратковременные,
подострые средней продолжительности и затяжные приступы.
Определенный стереотип развития приступообразных психозов
этой группы коррелирует с их продолжительностью.
Для кратковременных аффективно-бредовых приступов психоза с кататоническими включениями были характерны речедвигательное
возбуждение у больных, вербигерации, декламирование отрывков стихов, хаотические движения, вербальные галлюцинации угрожающего содержания. Перечисленные расстройства
очень скоро сменялись онейроидом с преобладанием чувства
страха или восторга, либо ступором с религиозно окрашенными галлюцинаторно-бредовыми переживаниями. Больные «присутствовали» на международных собраниях, где обсуждалась их
жизнь или предстоящая гибель планеты с
переселением человечества в космос, вели беседы с богом. В случаях неразвернутых приступов клиническая картина психоза ограничивалась у больных
беспорядочным двигательным возбуждением, смехом или рыданиями, импульсивными, порой жестокими агрессивными актами
в отношении присутствующих, нелепыми вычурными позами, негативизмом, неожиданными суицидальными попытками.
Приступы средней продолжительности имели более устойчи-
вый
стереотип развития. Повышение активности, иногда с дурашливостью и фамильярным отношением к окружающим, сменялись у больных тревогой с многоречивым изложением опасений
за свою жизнь, а затем напряженностью, идеями отношения или
ипохондрическими идеями, бредом открытости, ущерба, порчи,
одержимости с вербальными (чаще императивными), обонятельными и тактильными галлюцинациями, сенестопатиями. Галлюцинаторные и
бредовые переживания у больных сопровождались
агрессивными с садистическим оттенком или суицидальными попытками. Следующей стадией развития психотического приступа являлось возникновение у больных ступора с молчаливостью,
аспонтанностью, бездеятельностью, проявлениями негативизма.
Формирование затяжных приступов психоза, представленных
в наиболее завершенном варианте, также проделывало несколь-
176
ко достаточно очерченных этапов. Этап аффективно-бредовых
расстройств в форме неразвернутых идей отношения, ревности,
депрессивно-ипохондрических переживаний с колебаниями аффекта или явной циркулярностью. Этап параноидных проявлений
с идеями воздействия, различной степенью систематизации бреда и быстро меняющимся аффектом. Самый продолжительный
этап — развитие на общем аффективно-бредовом фоне эпизодов
кататонических расстройств
: за кататоническим возбуждением у
больных следовал период маниакального аффекта с ускорением
ассоциативного процесса, рифмованием, высокопарной и витиеватой речью, символикой, идеями изобретательства, реформаторства. Указанные нарушения перемежались у больных рядом депрессивных фаз. Оказывались возможны варианты абортивного
течения приступа. В этих случаях фрагментарная психопатологическая картина представляла собой отдельные перечисленные
этапы приступа, либо, в случаях ускоренного развития последнего, приобретала как бы смазанный и малодифференцированный
характер.
4.4.5. Кататоно-бредовые психозы
Для больных с такого рода психотическими приступами (n=34)
не характерно было развитие психоза в какой-либо определенной
последовательности. Вместе с тем прослеживались некоторые
различия в клиническом оформлении психоза в зависимости от
его продолжительности
.
Кратковременные приступы протекали у больных с преимущественно двигательным возбуждением, однообразной маловыразительной мимикой, непонятными односложными высказываниями, импульсивными агрессивными действиями, мутизмом, негативизмом, склонностью к бродяжничеству. Даже по миновании
психотического приступа при установлении контакта с больными
можно было в известной мере раскрыть бредовую природу их поведения по их
воспоминаниям. Больной, прыгавший накануне госпитализации с высокого моста, сообщал, например, что делал это
с испытательной целью, все «рассчитав», чтобы остаться в живых.
Другой больной с агрессивным поведением в период психоза объ-
177
яснял свою агрессию тем, что окружающие, по его мнению, вели
себя подозрительно. Третий больной не отвечал в период психоза
на вопросы лишь потому, как он в дальнейшем объяснял, что в
голову «входили встречные мысли» и ему хотелось их «уловить».
Одна из больных совершила поджог, так как ее «заставляли» сделать это
. Другая больная находилась в состоянии «растерянно-
сти», потому что не могла понять цели ее подготовки к полету.
В случаях возникновения приступов средней продолжительности и затяжных в ряде наблюдений можно было отметить смену
кататоно-бредовых синдромов с возбуждением или ступором более продолжительными у больных состояниями с бредовыми переживаниями.
Внешне правильное поведение у больных при этом
сочеталось с наличием у них неразвернутых проявлений психического автоматизма, вербальными галлюцинациями с неактуальным для больных содержанием («голоса переговариваются между
собой»). Больные, например, спокойно сообщали о том, что у них
«зеркальная болезнь» или что на них «напущена порча». Иногда у
них наблюдалось
двойственное отношение к своим переживани-
ям с частичным пониманием их болезненного характера.
4.4.6. Кататонические психозы
По полученным нами данным, как кратковременные, так и
средней продолжительности кататонические приступы (n=32)
протекали внешне и по самоописаниям больных без заметных аффективных и бредовых переживаний.
Для кратковременных приступов психоза было характерно
двуфазное течение. Кататоническое возбуждение сменялось сту
-
пором или наоборот. За психомоторным возбуждением со стремлением бежать, обнажаться, непрерывной речью с разорванностью, неузнаванием близких следовали пассивная подчиняемость
больных, однообразные позы, неподвижный взгляд, отказ от еды.
Явления ступора перемежались у них продолжительными периодами возбуждения, дурашливости, гневливости, раздражительности. Для больных была характерна амнезия на период острых
проявлений психоза.
При средних по продолжительности приступах психоза при
наличии расстройств, отмеченных при кратковременных при-
178
ступах, больным были более свойственны речевые расстройства
в виде вербигераций, эхолалии, негативистических ответов. Дурашливость сочеталась у них с чертами пуэрильности, неряшливость — с гипоманией. По сравнению с кратковременными приступами, у больных чаще сохранялись воспоминания о событиях,
происходивших вокруг них в период их пребывания в состоянии
психоза. Однако больные затруднялись
дать какие-либо объясне-
ния относительно мотивации своего поведения.
4.4.7. Структура и продолжительность ремиссий
Как уже указывалось выше, число взятых нами для анализа
периодов болезни между приступами эпилептического психоза
равнялось 631. При приступообразных психозах нами было выявлено большее, чем при транзиторных психозах, разнообразие
психопатологических картин в структуре ремиссий, что было
обусловлено
разным соотношением резидуальных продуктивных
психопатологических расстройств и негативных симптомов. Наблюдались интермиссии (17% всех ремиссий), ремиссии с резидуальными продуктивными расстройствами (36%), ремиссии с
сочетанными расстройствами — резидуальными психотическими
и признаками дефекта (31,4%), ремиссии с преимущественно негативными расстройствами (15,6%).
По нашим данным, кратковременность (продолжительность
от нескольких дней до 1 месяца) была более характера ремиссиям
с остаточными
бредовыми и кататоно-бредовыми расстройствами
при наличии признаков деменции. Средняя продолжительность
(от 1 месяца до 1 года) чаще была свойственна ремиссиям с преимущественно негативными расстройствами. Наиболее продолжительными (более 1 года) были ремиссии с наличием резидуальных
кататонических проявлений.
Полученные нами данные подтверждают отмеченные в литературе факты, свидетельствующие о значительных колебаниях (от
нескольких месяцев до нескольких лет) продолжительности интермиссий в случаях приступообразного течения эпилептического
психоза. Психическое состояние у больных в эти периоды отличалось отсутствием у них грубых личностных и интеллектуальных
179
расстройств. Оно в каждом случае соответствовало характеристикам, свойственным преморбидным особенностям личности больных, либо особенностям личности, проявлявшимся уже в период
болезни, но до появления первых признаков психоза. В целом в
структуре личности у больных преобладали эпилептоидные и экстравертные черты, стеничность, достаточно высокие адаптационные способности.
Названный комплекс личностных проявлений
не подвергался
значительным качественным изменениям и на последующих стадиях болезни. Поскольку при приступообразном течении психоза в целом имеет место большая, чем при его транзиторном течении, прогредиентность эпилептического процесса, этот факт в
более подчеркнутом виде, чем при транзиторных психозах, свидетельствовал о тенденции к консолидации эпилептоидных черт
у
больных по мере развития болезни. С учетом того, что у 83,3%
больных на период обследования не отмечалось выраженных нарушений адаптационных способностей, было интересно отметить
у них преобладание в ремиссиях «отрицательных» личностных
черт. Более чем у 80% больных имели место снижение критических функций, психическая ригидность, гиперстенические черты,
брадипсихизм, эгоцентризм. От 40 до 70% больных
обнаруживали склонность к реакциям паранойяльного типа, реактивную
лабильность, гипостенические черты, склонность к конфликтам
при высокой самооценке, невысоком уровне самоконтроля и неадекватном уровне притязаний. В то же время гиперсоциальность
выявлялась у больных в 50% случаев, конформность — в 30,7%,
альтруизм — в 26,7% случаев.
В структуре продолжительных (более одного года) ремиссий с
наличием резидуальной
продуктивной симптоматики наибольший
удельный вес принадлежал нерезко выраженным и преходящим
аффективным и бредовым расстройствам у больных, нестойким
сверхценным образованиям. Значительно реже в наших наблюдениях имели место ремиссии с остаточными кататоно-бредовыми и
кататоническими включениями. Резидуальная продуктивная психопатологическая симптоматика у больных была представлена
здесь стертыми аффективно-бредовыми расстройствами и иногда
проявлениями мягкой кататонии в форме стереотипного поведения больных, своеобразия их моторики.
180
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]