Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Принципы права. Проблемы теории и практики. Часть 1 (разделы I–IV). Материалы XI международной научно-практической конференции
.pdf
Федосюк А. П.
чением, в том числе относительно высшей векторной императивностью (после целей в праве).
Все изложенное указывает на множественное значение (полисе-
мию) «принципов в праве» в правовом регулировании общественных отношений. Эта полисемия по-научному должна учитываться в понимании, объяснении и реализации «принципов в праве»
в данном социальном регулировании.
Таким образом, рассмотрение вопроса о понятии, видах и значении «принципов в праве» обнаруживает его достаточную теоретическую сложность, проблемность и заключается в систематизированном и скорректированном теоретическом и практическом
определении и раскрытии всех составляющих этого вопроса.
Федосюк А. П.
советник юстиции 3 класса
Принципы права, как «средство правового
регулирования» общественных отношений
Согласно утверждению профессора В. М. Сырых, «правовые
принципы понимаются как категории правосознания, т. е. элементы правовой науки, отражающие основополагающие идеи и начала
права, правового регулирования»1. Это утверждение несет в себе
полноценный и мощный заряд системного обобщения, свойственного автору, но оно же порождает и массу вопросов, до сих пор нерешенных современной российской правовой наукой.
Например, что такое — «правосознание»? Субъективно оно
или объективно присутствует на едином системном уровне? Мнений на этот счет много и достаточно обратиться к наиболее известным работам, чтобы навечно потеряться в бездне морально-идеологических толкований. Заметим, — не концептуальных правил
и безусловных системных принципов, а субъективных «толкований». Ведь, любая мораль и любая идеология всегда «субъективна» и «личностна».
1
Сырых В. М. Логические основания общей теории права: В 2-х тт. 2-е изд.,
испр. и доп. М.: Юстицинформ, 2001. с. 63.
331
Принципы права: проблемы теории и практики
«Справедливость»? У каждого она своя, — исходя из личных интересов самого субъекта. Из его частных и сиюминутных устремлений. А даже собрание всех этих частностей не есть — Система.
Это — лишь «набор», «сумма». Не система. Поэтому, очевидно, что
без предлагавшегося десятилетиями и давно доказанного проф.
В. М. Сырых общесистемного подхода в исследовании правовых
вопросов обойтись невозможно. Невозможно исследовать одни
лишь частности, вуалируя это кисеей модного нынче слова «система» и выдавать все это за «правовую науку».
То есть, делать это можно, но называть это «наукой» — нельзя.
Более тридцати лет назад проф. В. М. Сырых доказал: «вследствие полиструктурности права можно говорить, по крайней мере,
о четырех уровнях системно-структурного подхода, т. е. о системно-структурном анализе: а) на уровне наиболее простых в структурном отношении явлений (норм права); б) на уровне системных
образований, где эти явления выступают в качестве элементов правовых институтов; в) на уровне систем, включающих в себя системные образования второго уровня (отраслей права); г) на уровне тотальной целостности (право в целом)»
1
. Иначе говоря, чтобы
исследовать любую систему (а каждое явление, подвергающееся
подлинно научному исследованию, в противовес «изобретательски-рационализаторскому» затыканию постоянно возникающих
и никуда не девающихся «правовых пробелов», нельзя рассматривать иначе как «Систему»), необходимо понять, в каких внешних
условиях это явление сформировалось или перспективно будет
реализовываться. И чтобы это принять, нужно определиться с целью «Науки», как общественного явления.
Если «наука» — это «бесконечное накопление информации
для последующего блистания в обществе специальной терминологией и достижения, в результате этого, неких персональных привилегий, связанных с повышением личного социального статуса»,
то сегодня мы на верном пути. Но если «Наука» — есть способ прогнозирования процессов и явлений в целях развития, совершенствования «Интеллекта» (как базового социально-значимого явления, коренным образом отличающего «человека разумного»
1
Сырых В. М. Метод правовой науки (Основные элементы, структура). М.,
Юрид. лит., 1980. С. 132.
332
Федосюк А. П.
от остального животного и растительного мира), то невозможно
исследовать какое-бы то ни было правовое явление без понимания
окружающих нас надсистемных (социально-системных) закономерностей. И вот здесь возникает главный вопрос — поиск «критериев разделения» давно обозначенных и описанных И. В. Блаубергом и Э. Г. Юдиным и также давно приложенных к правовой сфере
В. П. Грибановым и В. Д. Сорокиным социальных систем. Критерии, которые всегда оставались подлинной загадкой для научного
сообщества, но сегодня нашли все же свое решение в авторских
публикациях
1
.
Тем не менее, рассмотрим, что предлагала и продолжает предлагать современная правовая наука в качестве основ исследования
средств правового регулирования общественных отношений. На сегодняшний день существует несколько основных «фундаментов»
для определения базовых параметров системы, внешней, по отношению к «правовым принципам» и «правовому регулированию
общественных отношений». Свои пути предлагает и искренне живущая прошлым История, и «эфемерная», по мнению многих современных правоведов, Философия, и даже современная Математика, — сделавшая в этом вопросе ставку на приоритет экономики
в государственном строительстве (после бума экономических
исследований К. Маркса, практики «экономического взрыва»
П. А. Столыпина и особенно, после создания в 60-х гг. XX в. США
экономически-ориентированного «Римского клуба»). Даже она,
с трудом, но старается занять свое место в ряду государственнозначимых, социально-важных наук, стремясь установить в общественном сознании приоритет базовых в этом случае «как бы
правовых» принципов — по сути, принципов экономической (!)
выгоды, сопровождаемых обязательными, на взгляд Дж. Форрестера2, — этнографическим критерием роста населения и экологическими параметрами.
Но не зря вековая народная мудрость требует, чтобы «ларчик
просто открывался». И это относится к любой сфере человеческо-
1
Федосюк А. П. Цивилизация права: по лезвию между двух анархий
Екатеринбург: Ridero, 2016. 374 с.: URL: http://www.ozon.ru/context/detail/
id/137616280/.
2
Форрестер Д. Мировая динамика / Пер. с англ. М.: ACT; СПб.: TerraFantastica, 2003. 379 с.
333
Принципы права: проблемы теории и практики
го знания, к любой области науки, будь то Химия (с ее теперь уже
классическим принципом построения «Периодической системы
элементов») или Правоведение. Сложность заключается в том,
что в современных правовых научных процессах мы, к сожалению, наблюдаем ту же ситуацию, которая препятствовала химику
Д. И. Менделееву в продолжении его фундаментальных исследований (и, по сути, привела его в конце жизни к ремеслу «чемоданных
дел мастера») и сейчас категорически препятствует продвижению
в праве системных идей проф. В. П. Грибанова и проф. В. Д. Сорокина — категорическое нежелание принимать что-либо, выходящее за рамки узко-фрагментарного «конвейера» университетского
образовательного процесса.
На сегодняшний день далеко не все ученые-юристы помнят, что
и теория В. П. Грибанова
1
и исследование В. Д. Сорокина2 — фундаментально опираются на Теорию социальных систем, вышкупомянутых И. В. Блауберга и Э. Г. Юдина3. В более обобщенном виде —
на Общую теорию систем Л. фон Берталанфи и К. Боулдинга.
То есть, на тот самый многоступенчатый «общесистемный» фундамент в сфере правовых исследований, который в течение многих
лет выстраивал в своих исследованиях и публикациях и проф.
В. М. Сырых.
К сожалению, большинство работ по данной тематике было выполнено в 70-е гг. ХХ в. — в эпоху расцвета советской системноправовой научной мысли, значительно опережавшей и тогда,
да и теперь, аналогичные британские и американские исследования университетов Оксфорда, Стэнфорда, Беркли и пр. И поэтому
сейчас в России (сегодня часто следующей в изучении закономерностей правовой науки за британскими «старшими товарищами»
и, в силу глобальной мировой тенденции, реализующей принятое
в целом в современном научном сообществе вечное стремление
к фрагментарности4), мало кто обращает внимание на приставку
1
Грибанов В. П. Осуществление и защита гражданских прав. М.: 2000.
2
Сорокин В. Д. Метод правового регулирования. Теоретические проблемы.
М.: Юрид. лит., 1976. 142 с.
3
Блауберг И. В., Юдин Э. Г. Становление и сущность системного подхода.
М., 1973.
4
Так, по утверждению Д. Бома (член «Лондонского королевского общест-
ва»): «Общество в целом сложилась таким образом, что оно разбивается на от-
334
Федосюк А. П.
«общественных отношений», — постоянно и неизменно сопровождающую споры о «принципах правового регулирования».
«Общество», «социум» и, если смотреть в корень данной систе-
мы, — определенная еще К. Боулдингом на заре строительства Теории
1
систем
, «teleologicalbehavior» — «целеустремленность» (англ.) или целевая направленность. Какова «целевая направленность» современного российского социума и государства Россия? Что определяет
принципы его «правового регулирования», необходимые и достаточные для выстраивания гармоничного, соответствующего нынешним
государственным реалиям и проблемам «правового механизма»?
И откуда взялись — «механизмы» в гуманитарной сфере права?
Для начала вспомним — еще В. Д. Сорокин определил, что основной движущей силой при построении общества выступают два
«механизма» — «механизм правового регулирования» и «механизм
управления социальными процессами». «И» или «или» в данном
контексте особого значения не имеет, т. к. в разговоре о научных
принципах, прежде всего, рассматриваются базовые идеализированные системы, а уже потом должен происходить переход, выражаясь языком Патентного права, к «промышленным образцам», —
к моделированию процессов, происходящих в реальном социуме
и в его важнейшей ипостаси — сфере правового регулирования.
Но на сегодняшний день такие «идеализированные системы» в российской правовой науке отсутствуют. Ученое сообщество, вслед
за В. Д. Сорокиным, — не нашедшее до сегодняшнего дня, к сожалению, твердых критериев «целенаправленного» деления социума,
вынуждено нащупывать некий ускользающий субъективный баланс в море расплывчатых «управляющих систем», в «тумане» неопределенности базовых категорий, маскируя его априори ненаучной аморфностью «разумной достаточности».
дельные народы и различные религиозные, политические, экономические, расовые группы и т. д. природная среда человека, соответственно, рассматривается
как совокупность отдельно существующих частей для того, чтобы эксплуатироваться различными группами людей». Несмотря на то, что «Представление
о том, что все эти фрагменты по отдельности существуют, очевидно, есть иллюзия» (См.: David Bohm. Wholeness and the Implicate Order. Routledge Classics.
2002 by Routledge 11 New Fetter Lane, London. 1980. P. 10.
1
Boulding K. E. (1956). General systems theory — the skeleton of science.
Management Science, 2: 1956. P. 197–208.
335
Принципы права: проблемы теории и практики
И отсутствие до настоящего времени данного критерия было закономерно. Ведь даже в физике (если исследовать только «плюс»
«магнита», то невозможно понять, что происходит на его «минусе», тем более, охватить всю Систему возникающих в нем и вокруг него вихрей «электромагнитных полей»), в нашем случае —
охватить комплекс правовых и ненормативных «завихрений»
в обществе в целом. Так и современный подход, основанный
на иск лючительности «правового регулирования» путем установления «твердых» законодательных правил, фактически не позволяет увидеть всю систему взаимоотношений, возникающих в сфере права в целом. В этом случае «коррупция», «телефонное право»
и даже «шариатский суд» видятся неподготовленному наблюдателю лишь как частные явления, подлежащие безусловному и поверхностному искоренению — посредством «отрубания множественных голов» этих очевидных для здравомыслящего человека
«внеправовых» «медуз».
В чем же ошибка неискоренимости внеправовых явлений и нужно ли их искоренять навсегда и окончательно? Ошибка в идеализме, в самом страшном из всех зол человечества, порождающем
абсолютно все виды расового, гендерного и классового радикализма, сепаратизма и, в конечном итоге, терроризма.
И с «плюсового полюса» абсолютного европейского права «вне
системы в целом», увидеть это невозможно из-за фрагментарности
узко-специального подхода. Ведь даже отличие между «английским» и «американским» «прецедентным» правом для большинства
российских правоведов незаметно и несущественно. Тем не менее,
сами британцы проводят категорическое разграничение, утверждая, что «в английском праве основное место занимает Закон (единообразие исполнения принятых норм), а в американском главный — Судья (его субъективное мнение по вопросу в данном
судебном заседании)». И мы склонны верить в этом отношении
специалистам Оксфорда, т. к. практика беспредельного субъективизма американских судов и их повсеместные, общемировые претензии на субъективный приоритет решений непосредственно
американских судов перед любыми иными судами — очевидны
1
.
1
Так, например: «в Америке общее право не приобрело единую системати-
зированную форму, не получило статус общегосударственного, а наоборот пре-
336
Федосюк А. П.
Узко-специальный подход — вечная беда всей мировой науки.
Благодаря ему, например, открытие Д. И. Менделеева почти 30 лет
не получало ни российского, ни британского академического научного признания пока не было неоднократно подтверждено экспериментально (пусть и не остаточно «чисто» и с неизбежными последующими математико-теоретическими поправками «мастера»).
Но ведь «эксперимент» — это «милостыня» тем, для кого не существует того, чего нельзя потрогать руками? Это — лишь материальное оправдание денежных вливаний для далеких от науки
и не обладающих специальными знаниями спонсоров, «балаган
со сверкающими чудесами» для неграмотной толпы, бросающей
монеты облаченным в мантии фокусникам?
Таким образом, скепсис современных правоведов относительно
«сугубой философичности построений» отцов-основателей Теории социальных систем И. В. Блауберга, Э. Г. Юдина и их предшественников К. Боулдинга и Л. фон Берталанфи, строго говоря,
не оправдан. И обратившись к данной Теории, мы можем вполне
обоснованно утверждать, что сам феномен, само явление «правового регулирования», его оптимизация и выстраивание наиболее
эффективных, приспособленных к истинным реалиям окружающего нас общества конструкций (и, выражаясь языком классика
В. Д. Сорокина «механизмов»), невозможно без принятия во внимание ключевой основы социума — его Целевой направленности.
Переходя к частным, конструктивным особенностям правового
регулирования того или иного социума, можно заметить, что сам
по себе любой «человек» генетически, от природы есть существо «неорганичное», нестабильное, рассчитанное на постоянное
преодоление возникающих в природе чрезвычайных ситуаций.
И при отсутствии соответствующего «линейного» воспитания
или при акцентировании вектора его развития на идеологическирелигиозном аспекте, «человек» может оставаться в «неорганичном» состоянии вечно — в течение всей своей жизни. К тому же,
следует учитывать твердое и давно доказанное утверждение антро-
терпело видоизменения и применялось дифференцировано в каждом отдельно
взятом штате» (См.: Агабалиева И. Э. Формирование американской правовой
системы // Актуальные вопросы юридических наук: Материалы междунар.
науч. конф. (Челябинск, ноябрь 2012 г.). Челябинск: Два комсомольца, 2012.
С. 102–105).
337
Принципы права: проблемы теории и практики
пологов и этнографов о том, что окончательное формирование базовой структуры человеческой личности (непосредственно влияющей
на восприятие ею законов, правил поведения в обществе, — систему
правового регулирования, наконец) заканчивается к 20–24 годам.
И последующее развитие «разумности», за редким исключением,
возможно только в направлении увеличения «общей библиотеки
шаблонных знаний», расширения сферы их применения в избранном русле деятельности. Так можно ли «переделать» 25-летнего
радикально-верующего мусульманского мигранта из «внеправовой» Азии под математизированные стандарты соблюдения канонов европейского права, под искреннее признание им и безусловное выполнение требований Евросоюза? Ответ очевиден.
Но этот ответ порождает и массу вопросов и, прежде всего:
Как согласовать две несовместимые социальные системы («органичную» и «неорганичную»)? Подробно все это есть в упоминавшемся труде автора
1
, но остается вопрос — какое направление
«правового регулирования» более оптимально и наиболее эффективно сегодня в России в целом и в той или иной государственной
или частной организации, в частности? Кто является потребителем «правовой среды», пользователем «механизмов» ее регулирования? Какова его базовая, «социально-системная» цель? Военные
или конвейерные фабриканты? Биржевые брокеры или бухгалтеры?
Водители трамваев или автогонщики? Какой правовой или внеправовой «механизм» в тех или иных условиях будет наиболее работоспособен и максимально эффективен? Максимально-стабильная,
гарантированно-предсказуемая, нормативизированная Оксфордом
и Евросоюзом правовая «зарегулированность» или предложенное
В. И. Лениным в его «Детской болезни левизны в коммунизме»2
обозначение Общих направлений развития государства Центральным аппаратом и передача основных нормотворческих полномочий «Местным советам»? Или, может быть, к наиболее устойчивому в истории человечества государству приводят тысячелетние
субъективные толкования в судах Книги традиций «Чжоу-Ли»
1
Федосюк А. П. Указ. соч.
2
См.:Ленин В. И. «Детская болезнь левизны в коммунизме»: Собр. соч.
Т. XVII, С. 164; Троцкий Л. Новый курс. Приложение 1-е. Письмо к партийным
совещаниям. М. С. 39.
338
Федосюк А. П.
и трудов Конфуция китайскими «мандаринами»? И чем отличается тогда все это от «шариатского суда» или «справедливого суда
Соломона»?
Значимое для сферы правового регулирования отличие одно —
Цель. Цель, устанавливаемая для общества, государства, организации. Определяемая их назначением и системно предустановленная
при их создании. Определяет ее Указ номер один при «вступлении
на трон» любого государя и объявляемые им пути достижения общесоциального благополучия. Будет ли это «война до победного конца»
(во имя чего угодно) или мир и стабильность любой ценой? Спекуляция оружием и ценными бумагами или же торговля товарами и ресурсами? США или Россия? Узаконенное лоббирование и коррупция «телефонного права» или гражданско-судебное равноправие?
Также как огромный промышленный конвейер не сможет день
за днем собирать идеально точные копии технических изделий,
руководствуясь лишь некими расплывчатыми толкованиями
субъективных наставлений «разумной достаточности», так и полицейский или военный (или иной чрезвычайно-нацеленный
субъект права, действующий в условиях неочевидности), никогда
не сумеют выполнить оптимальным образом свою Целевую задачу, строго подчиняясь каждому слову, каждой букве и запятой,
безусловно прописанной в законе.
Следует также учитывать, что «неорганичные» сообщества, будь
то империя Древнего Китая или любая армия (или любое «военное
сообщество», регулируемое в любом государстве в любой исторический период на принципах субъективной командной воли полководца), как ни странно на первый неискушенный взгляд, существовали тысячелетиями, эффективно сохраняя свою целостность
и с успехом выполняя поставленные перед ними задачи. При этом
«новорожденный» в конце ХХ в. Евросоюз, изначально спроектированный правоведами Оксфорда на базе традиционного для Англии пятисотлетнего нормотворческого «идеализма»
1
, на наших
глазах «трещит по швам», — ввиду логичных и неизбежных внутрисистемных (межгосударственных, внутриевропейских экономических) и внешнеполитических (межконтинентальных) противоречий (с базовыми спекулятивно-военными целями «быстрой
1
См. подробнее работу английского ученого Т. Мора «Утопия» (1551 г.).
339
Принципы права: проблемы теории и практики
наживы», изначально характерными для американского социума).
Массовый наплыв «неорганичной» мигрантской среды в Европу
лишь «слегка расширяет» эти фундаментальные для Европейского
сообщества внешние и внутренние социально-правовые «трещины».
Совпадение базовых параметров системы и принципов ее правового регулирования — вот главное, что необходимо учитывать
при построении единой Системы нормотворчества и правоприменения. Без учета этого общесистемного условия все последующие
усилия тщетны и бессмысленны, по крайней мере, для «заказчика
правового проекта» — Государства.
Поэтому, насущный вопрос, на наш взгляд, заключается не в расширении, сужении или корректировке перечня существующих
ныне «принципов правового регулирования» (это важная задача,
но — вторичная).
Главное и насущное — это:
• признание хотя бы первоначальной необходимости скорейшего формирования Принципов «неорганичного» регулирования социальных процессов, присутствующих как в настоящее время, так
и в любом перспективном будущем;
• необходимость изучения и системного структурирования «неорганичных» традиций, обычаев, религиозных верований и иных
ненормативных источников права и отыскание путей, способов
гармоничной интеграции их, в соответствии с запросами объективно присутствующих социальных систем;
• и, главное, — понимание, принятие и применение принципов
гармоничного сосуществования неизбежно окружающих нас «органичных» и «неорганичных» социальных систем.
Наука — это «поводырь» (предсказатель пути в тумане) и нет ничего страшнее слепого поводыря, скрывающего от окружающих свою
слепоту и надеющегося не на математически-точное планирование
маршрута, а лишь на палку «разумной достаточности». Ведь, «в тех
случаях, когда «принципы права» не осознаются учеными-юристами, не закрепляются прямо и непосредственно действующим законодательством, правовые нормы оказываются несовершенными,
малоэффективными и не приводят к ожидаемым результатам»
1
.
1
Сырых В. М. Логические основания общей теории права: В 2-х тт. 2-е изд.,
испр. и доп. М.: Юстицинформ, 2001. с. 64.
340
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]