Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Перипетии и коллизии культуры и цивилизации в судьбе России. Монография
.pdf
го эффекта во имя «праведной борьбы» народа с внутренними и
внешними врагами. Мобилизация на такой деструктивной основе,
как борьба одних против других лишь кратковременно приглушает остроту проблем и конфликты, но в долговременном плане их
воспроизводство будет требовать иных более основательных способов решения уже на конструктивной основе, не разделяющей
граждан одной страны на патриотов и предателей, а объединяющей едиными ценностями консенсуса.
В российском обществе назрела стратегически необходимая
проблема освоения искусства управления многочисленными конфликтами в разнообразных сферах бытия российского социума.
От количественной составляющей конфликтов и в особенности
качества их решения во многом будет зависеть не только атмосфера спокойствия
и даже национальная безопасность России.
или напряженности российского общества, но
2.2. Русская культура как ариаднина нить истории России
Является ли русская культура своего рода путеводной «ариадниной нитью», выводящей Россию из сложного и противоречивого лабиринта истории на путь успехов и достижений? На этот
проблемный вопрос существуют различные альтернативные позиции.
В российской истории наглядно потерпел фиаско марксистский
подход в рассмотрении исторического процесса с позиций экономического детерминизма. Вопреки
номическому базису и наличию догоняющего типа исторического
развития Россия на протяжении тысячелетия демонстрировала
суверенное существование. В результате этого происходило не
ослабление России, а проявление тенденции усиления своей исторической роли в контексте мировой истории. И не последнюю, а
во многом определяющую роль в этом играла русская культура.
Однако в российском обществе всегда существовала разноголосица в понимании того, какая культура у нас доминирует, на
какие культурные ценности необходимо ориентироваться, как относиться к культурному наследию прошлого и что из него можно
использовать в настоящем. Мировоззренческая и идеологическая
ангажированность русских мыслителей коррелировала с этнической, профессиональной и даже геополитической
ми идентичности. В результате вырисовывались конфигурации
недостаточно развитому эко-
составляющи-
52
российской ментальности, в которых либералы и демократы были
преимущественно интеллигентами и западниками, а консерваторами традиционалистские слои российского общества (купцы,
крестьяне, священнослужители, славянофилы).
В определенной мере дискуссии о русской культуре являются
следствием недостаточной ее осмысленности, неразвитости самосознания культуры и ее самоидентичности, что неминуемо влияет
на осознание идентичности России. Это выступает
свидетельством недостаточной зрелости русской культуры, ведущей к тому,
что Россия в понимании себя отталкивается не от себя, а рассматривает себя и свою культуру через призму Запада или Востока.
При таком подходе исходной точкой отсчета в самопознании
и идентификации России через ее культуру выступает внешняя
система культурно-ценностных координат
в образе Запада или
Востока. В силу того, что по мысли русского философа Франка
«русский дух не знает середины», не имеет середины и культура России, имеющая биполярный характер. Расколотость русской
культуры и противоречивость образов идентичности России усугубляется наличием непримиримых идеологических приоритетов,
значимость которых в духовно-культурной жизни явно
преувеличивается. Нельзя не согласиться с Патриархом русской православной церкви Кириллом, утверждавшим, что идеологию нельзя ставить выше национальной идентичности. Отсюда на передний план
выпячивается идеологическая принадлежность, а лишь затем его
национальная идентичность. К примеру, это можно представить
так: «Я почвенник, а лишь затем русский». Идеократическая принадлежность выступает основанием
не только для принижения
культурной и этнической идентичности, но и для формирования
идентичности с различными ценностными предпочтениями в системе: «Европа – Россия – Восток».
С одной стороны, западники в оценке русской культуры утверждают, что в качестве ее корневой системы выступает Европа. Так,
к примеру, В. Белинский считал, что «нам суждено
сделаться европейскими русскими и русскими европейцами». Герой романа
Ф. М. Достоевского «Подросток» Версилов утверждал, что «русский становится наиболее русским тогда, когда он наиболее европеец». Интересный взгляд на культурный диалог России и Европы
высказал В. М. Межуев: «Россия без Европы – еще не вся Россия, как и Европа без
России – не вся Европа» [1, с. 91]. Так или
53
иначе, в их усмотрении русская культура не могла избежать подражающего характера по отношению к культуре европейской. Западническая ориентация в России формировалась по различным
основаниям. В контексте таких оснований возникали различные
предпочтения в российском обществе. В рамках идеологического
основания либерально-демократическая общественность ориентируется на Запад, так как со времен Петра I возникла установка на освоение западного опыта и приобщение России к ценностям демократии и либерализма. По культурно-познавательному
основанию выделяется интеллигенция и образованная часть
российского общества, стремящаяся приобщиться к культурным
ценностям, порожденным эпохой Просвещения. По социальноэкономическому основанию «верхи» и элита российского общества со времен Петра I преследовала
амбициозную цель «догнать»
Запад. Разница в оттенках, в нюансах, в предпочтениях западной
ориентации определенных сегментов российского общества не
мешает им быть едиными в достижении цели выхода на уровень
развития Запада.
В контексте западнического концепта следует оттенить оригинальную позицию А. С. Ахиезера, считающего, что «Россия – другая Европа» [2]. В унисон этому
взгляду В. Г. Федотова отмечает:
«Россия вовсе не является азиатской страной, она – безусловно,
европейская страна, находящаяся, однако, в состоянии недостаточной развитости («отсталая» Европа, «вторая» Европа) [3, с. 23].
То есть Россия имеет своеобразие, но не настолько, чтобы не иметь
никакого отношения к Европе, а, с другой стороны, она не мыслится
вне Европы, но все же не может быть полностью аутентичной
основным канонам европейской цивилизации, и от нее нельзя требовать повторения западноевропейского пути развития.
Западническая ориентация стремится приблизить Россию к
Западу, ассимилируя его цивилизационный опыт, отрываясь от
собственных культурных истоков и игнорируя их. Западники хотят перемен, инновационных преобразований. Они
прогрессисты.
Но, стремясь к прогрессу, обрекают на отставание. Вместо творческого аккумулирования западных цивилизационных и культурных
достижений через призму внутреннего культурного опыта происходит их бездумное зеркальное использование без учета готовности его применять носителями российской культуры. В результате
приверженцы идеи «достичь и встать вровень России с Западом»
54
отрывались от имманентной культурной корневой системы и в то
же время обрекали Россию на постоянно воспроизводящийся догоняющий тип развития.
Нельзя согласиться и с представителями «восточного» подхода
как альтернативой западническому подходу к цивилизационным
и культурным ориентациям России. В русле этого подхода К. Леонтьев считал, что «Петровской России – конец. Надо стряхнуть
романо-германский прах с наших азиатских подошв». Известный
российский мыслитель А. Панарин был уверен в том, что «большевики похитили Россию из Европы и перевели ее в Азию». А вот
философствующий кинорежиссер Н. Михалков утверждал: «Мы не
задворки Европы, а врата Азии». Более категоричной позиции придерживался А. Блок в
яркой поэтической мысли, выразившей азиатскую принадлежность России: «До боли нам ясен долгий путь! Наш
путь – стрелой татарской древней воли пронзил нам грудь». И при
таком ретроспективном взгляде на исторический путь России она
обрекается на некритичное заимствование чужеродного опыта развития. Причем русские философы, мысль которых парит над крайностями биполярного
западнического и восточного взглядов, все
позитивное в исторических свершениях России ассоциирует с Западом, и, наоборот, бюрократизм, взяточничество, жесткую унитарноцентрализованную модель управления государством связывает с
«азиатчиной», вобравшей монголо-татарское наследие.
Частичное сглаживание крайностей в понимании исторического «маршрута» России присуще евразийскому подходу. Евразийцы во главе с П. Н
. Савицким и Н. С. Трубецким в начале 20-х
годов XX века утверждали, что «русская культура – пограничная
культура. В ней представлены европейские и туранские элементы». Евразийцы в отличие от славяно-фильского концепта первыми обратили внимание на срединное «место-развитие» России, не
исключающее влияния как европейской культуры, так и в особенности туранского (монголо-татарского) культурного начала.
Яркой иллюстрацией изречения русского философа Франка
«русский дух не знает середины» являются славянофилы. Они, как
и представители других направлений, рефлексирующих судьбу России, занимали одностороннюю позицию. В конечном счете, славянофильство стремилось к отторжению России из лона европейской
культуры и абсолютизации уникальности русской культуры.
В сво-
ем известном труде «Россия и Европа» Н. Я. Данилевский категори-
55
чески заявляет: «Россия к Европе не принадлежит» [4]. С позиций
националистического патриотизма Ильин патетически призывает:
«Мы призваны творить свое и по-своему, русское по-русски». Как
ни странно, этого изоляционистского подхода уже в наше время
придерживается и министр культуры России А. Мединский, убежденно заявляя: «Культура российская не европейская».
Представленные взгляды на р
усскую культуру и цивилизацию
условно можно представить на:
– отрицающие уникальность русской культуры;
– гипертрофирующие самобытный характер русской культуры
и цивилизации;
– подчеркивающие отсутствие в русской культуре националь-
ного обличия (см.: П. Н. Милюкова «Очерки по истории русской культуры»).
Фундаментальным вопросом для этих подходов является ис-
пользование потенциала русской культуры для развития ро
ссийского общества. Западники, отрицая суверенный характер русской
культуры, по сути дела во многом нигилистически относились к
ее ценностям, так как не видели в ней позитивного содержания
для использования в развитии России.
Иное отношение к русской культуре в истории России демонстри-
руют славянофилы. Как в прошлом, так и в наст
оящем славянофилы
и их идейные современные последователи исходят из того, что сила
и богатство русской культуры заключены в ее самобытности. Однако, когда речь заходит о том, какие базовые культурные ценности
существуют в русской культуре и как их использовать, то здесь начинают возникать неразрешимые проблемы. Иначе говоря, легко на
уровне па
триотической эйфории и лозунговых призывов теоретизировать по поводу необходимости использования традиций и фундаментальных ценностей русской культуры. Существенно сложнее
осуществить их кристаллизацию и практическое тотальное применение во всех порах бытия российского общества. Из историкокультурных практик Японии, Китая, Германии мы видим, что синтез
синтоистской, конфуцианской, протестантской этики с до
стижениями науки и западным рационализмом привел к цивилизационному
скачку вперед, представляющему прорыв к принципиально новым
технологиям и перспективам. В отличие от наиболее развитых стран
Россия на протяжении длительного периода времени не может осуществить цивилизационный прорыв и преодолеть «догоняющий
56
тип развития». Многочисленные попытки произвести «прививку»
западных цивилизационных достижений к российской культурной
почве не дали эффективного результата и не ввели Россию в «ограниченный клуб» наиболее передовых стран.
Поиск в русской философии истории исходной субстанции, обусловливающей историческое отставание России, пока не завершился продуктивным ответом. Упование западников на использование
цивилизационного
опыта Запада без его культурной корректировки
со стороны акторов российского социума приводило к нетворческому, а, следовательно, малоэффективному применению достижений
и наработок западной цивилизации. Славянофилы, гипертрофируя
самобытность русской культуры, обесточивали ее от внешней жизненно необходимой подпитки. Культуру они рассматривали не в
технологическом и инструментально-функциональном отношении,
а как некую
сакральную ценность, которой надо поклоняться, а не
использовать в качестве дееспособного средства для достижения
исторических и жизненных целей. Не только в славянофильстве,
но и в русской философской и исторической мысли выделялись
справедливость, правда, коллективно-общинный дух, всемирная
отзывчивость в качестве базисных ментальных характеристик и
духовно-культурных ценностей российского этноса. Причем они
рассматривались как некие разрозненные абстрактные добродетели, которые украшают русского человека, но не выступают в качестве укорененных системных характеристик, выполняющих роль
ценностных ориентиров в повседневной жизнедеятельности россиян. К тому же отсутствие постоянной укорененности этих традиционных характеристик на уровне всего общества во всех его
сферах бытия и институциональных
образований ведет к их неустойчивому воспроизводству и инверсионным проявлениям. Инверсионный эффект бумеранга в отношении духовно-культурных
ценностей России проявляется в том, что в силу их недостаточной
укорененности на уровне многих носителей культуры и их догматической абсолютизации происходит резкий переход от справедливости к социальному злу наличия полюсов бедности
и богатства,
от правды к всепроникающей лжи, от коллективно-общинного
духа к отчуждению и атомизации российского социума.
Спорадически представленные в российском социуме вышеперечисленные духовно-культурные ценности и некоторые традиции не могут предстать в роли имманентного фактора, необ-
57
ходимого для модернизационных преобразований России. Важной задачей является селективное отношение к русской культуре
прошлого. Далеко не весь багаж культуры прошлого надо брать
в дорогу к настоящему и будущему. При этом необходимо произвести основательную инвентаризацию багажа русской культуры,
сопровождающего нас при движении из настоящего в будущее.
К сожалению, велик инерционный
культурный эффект, связанный с воспроизведением негативных поведенческих архетипов,
обычаев, традиций, стереотипов. Ретрансляция из поколения в
поколение лени, неорганизованности, хаотичности в мыслях, поступках и делах, нечестности, необязательности и безответственности, загрязненности экологической среды жизнеобитания перечеркивают самые благие намерения жить лучше и очень сильно
затрудняют поступь России вперед. В
результате непрерывно осуществляющихся точечных и целенаправленных усилий на уровне
общества можно достичь постепенного сужения сферы действия
явлений варваризации, обломовщины и хаоса в жизненном пространстве российского общества. Жизненно важно повсеместно в
российском обществе создавать социокультурную среду, сориентированную на систематическое привитие традиционных и новых
инструментально-технологичных ценностей, необходимых для
проявления
эффективной дееспособности членов социума.
Западники, славянофилы, почвенники, евразийцы как в прошлом,
так и их современные последователи лишь частично правильно
осознавали роль культуры в истории России. Даже славянофилы и
почвенники, уповающие на фактор культуры, принижали ее значение, так как рассматривали ее лишь в морально-ценностном, но не
деятельностном аспекте. И
в современной России нет судьбоносного понимания культуры в развитии российского общества. Однако эту роль культура может сыграть, лишь претерпев качественное
обновление и переформатирование. Исходной точкой отсчета для
осуществления преобразования русской культуры выступает освобождение ее от негативного балласта прошлого, активно используемого в настоящем. Лишь двигаясь по пути сохранения
в русской
культуре всего самого ценного, осовремененного применительно
к фундаментальным проблемам сегодняшней России, и соединения ее с современным мировым опытом наиболее эффективных
культурных практик можно достичь успеха в развитии российской
цивилизации. По моему мнению, изначальным индикатором овла-
58
дения российским обществом новыми культурными практиками и
формирования нового культурного человека будет выступать возникновение экологически чистой среды жизнеобитания. Иначе говоря, свидетельством и исходным условием изменения культурного
кода россиян является возникновение повсеместной чистоты в жизненном пространстве россиян. Очищение жизненного ландшафта
наших городов и сел от грязи начнет постепенно производить
фект очищения душ людей от скверны и стремления к формированию жизненной среды по законам красоты.
Вопрос стоит так: либо мы игнорируем роль культуры в развитии России и необходимость изменения в самой культуре и тогда
Россия навсегда обрекает себя на историческое отставание и тем
самым неминуемо возникает опасность
России, либо мы рассматриваем культуру как доминанту модернизации России. Российское общество испытывает острую нужду не
в спонтанных и системных преобразованиях всех ее сфер бытия
в соответствии с передовым международным цивилизационным
опытом и внутренними социокультурными реалиями [5, с. 116].
Нам стратегически важно, постепенно пестуя во многом нового в
культурном отношении человека
ную среду, а создавая новую социокультурную среду, формировать
креативного человека. Мы должны понимать, что именно русской
культуре принадлежит судьбоносная роль «ариадниной нити» в
решении все еще нерешенных проблем настоящего, вытекающих
из прошлого и переходящих в будущее России.
, создавать новую социокультур-
самому существованию
эф-
2.3. Цивилизаторская миссия русской культуры
в судьбе России
Нам представляется, что именно в выяснении роли культурных
и цивилизационных факторов в истории России сокрыт ключ к пониманию и решению многих проблем, связанных с догоняющим
типом развития России, с определением ее исторического выбора
и статуса в современном мире. В полифакторной истории России
очень важно определить роль русской культуры в развитии
сийской цивилизации. Мы считаем, что этой проблеме исследования уделялось явно незаслуженное слабое внимание.
Ретроспективно обозревая исторический опыт России, мы видим асинхронную роль культуры и цивилизации в судьбе России.
Опыт Запада свидетельствует о наличии в его культуре прагмати-
59
рос-
ческих установок и имманентности западной культуре деятельнотехнологического характера. Статус русской культуры в контексте
истории России постоянно видоизменялся. В отличие от Запада
культура в России не играла столь значительной роли в отношении цивилизации. В оппозиции «культура – цивилизация» всегда
существовали напряженные отношения, характеризующиеся противоречивым характером их взаимоотношений. Русская культура
и
российская цивилизация обладали определенной разновекторностью. Если культура была в основном сориентирована на выражение самобытного образа жизни и жизнедеятельности русского народа, то институциональная составляющая, социальноэкономические и технические элементы российской цивилизации
во многом воплощали опыт и достижения западной цивилизации.
Не только западничество как мировоззрение, но и «единственный европеец России» – государство, стремились приблизить Россию к Западу, ассимилируя его цивилизационный опыт, отрываясь
от собственных культурных истоков и игнорируя их. Западники
хотят перемен, инновационных преобразований. Они прогрессисты. Но, стремясь к прогрессу, обрекают на отставание страну, игнорируя культуру. Вместо творческого аккумулирования западных
цивилизационных достижений через призму внутреннего культур
ного опыта происходит их бездумное зеркальное использование
без учета готовности применять его носителями российской культуры. Упование западников на использование цивилизационного
опыта Запада без его культурной корректировки со стороны акторов российского социума приводило к нетворческому, а, следовательно, малоэффективному применению достижений и наработок
западной цивилизации. В результате приверженцы идеи «
достичь
и встать вровень России с Западом» отрывались от имманентной
культурной корневой системы и в то же время обрекали Россию на
постоянно воспроизводящийся догоняющий тип развития.
Культура в историческом контексте России либо параллельно дрейфовала относительно цивилизационной парадигмы развития, либо
превращалась в средство для последней в ее стремлении осуществить
модернизацию и
реализовать имперские амбиции страны. Культура
ради цивилизации, а цивилизация для модернизации и великодержавных интересов – вот преобладающая парадигма развития России
при Петре I, Екатерине II, при царе-реформаторе Александре II, в со-
-
60
ветский и постсоветский периоды времени, не исключающая между
ними некоторые отличительные нюансы и особенности.
Из историко-культурных практик Японии, Китая, Германии мы видим, что синтез синтоистской, конфуцианской, протестантской этики
с достижениями науки и западным рационализмом привели к цивилизационному скачку вперед, представляющему прорыв к принципиально новым технологиям и перспективам
. Многочисленные попытки произвести «прививку» западных цивилизационных достижений
к российской культурной почве не дали эффективного результата и не
ввели Россию в «ограниченный клуб» наиболее передовых стран.
Нельзя в топке реформаторского горения сжигать нетленное
культурное наследие. Нынешним российским реформаторам необходимо учитывать то, что дискретность исторического процесса в
России, паллиативность и
незавершенность проводимых в ней реформ объяснялись принижением роли фактора культуры, игнорированием ее опыта прошлого в обустройстве жизни, отсутствием
культурного традиционализма. К тому же забвение культурных начал в России при проведении реформ на основе использования западного цивилизационного опыта вело к тому, что он не прививался
на русской почве
. Значимость культуры в цивилизационной модернизации России проявляется даже в том, что сила ее влияния была
бы существенно более велика, если бы она не была так слаба.
В ближайшей перспективе во весь рост перед Россией встает
серьезнейшая и судьбоносная проблема преодоления антиномии
между культурной и цивилизационной парадигмами развития. Результатом
ее решения может быть лишь снятие этой антиномии
через поиск гармонии между ними, выражающейся в окультуривании цивилизации и цивилизовывании культуры.
Конечно, далеко не весь багаж русской культуры прошлого
надо брать в дорогу в настоящем и в будущее. Даже славянофилы
и почвенники, уповающие на фактор культуры, принижали ее значение, так
как рассматривали ее лишь в морально-ценностном, но
не деятельностном аспекте. Вне всякого сомнения, для того, чтобы русская культура не разговаривала с цивилизацией на разных
языках, она нуждается в хорошо продуманной частичной ревизии.
Итогом внесения определенных корректив в русскую культуру
должно быть придание ей более технологичного и деятельностного
характера с тем, чтобы она в полной мере смогла реализовать в
предстоящей судьбе России свою цивилизаторскую миссию.
61
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]