Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Музейная дестинация в системе культурного туризма. Социокультурный анализ. Монография

.pdf
Скачиваний:
1
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
Глава 12. Туристская дестинация в территориальной …
•
тесная связь с хозяйственной и культурной жизнью насе-
151
ления;
•
преодоление отчуждения местного населения по отношению к музею, его деятельности, хранимым музейным коллекциям;
•
участие широких слоев местного сообщества в создании музея, возможность влияния на его судьбу;
•
ориентация деятельности музея на возрождение местных социокультурных систем, что способствует экономическому и культурному процветанию общины;
•
использование исторического ресурса в решении актуаль­ных задач современной жизни территории и ее жителей;
•
новое понимание базовых музейных понятий «музейный предмет», «музейное пространство» и трансформация подходов к ним в музейной практике. Например, новым музейным про­странством создатели музея Ле-Крезо считают всю промышлен­ную территорию, на которой любой движимый и недвижимый объект является составной частью музея. При этом культурная собственность расходится с собственностью юридической; эко­музею нет необходимости что-либо приобретать, поскольку все, что находится в границах его территории, оказывается в его культурном распоряжении.
Новый подход предложен к музейному фонду, структуру ко­торого составляют два уровня коллекций: в общую коллекцию входят все объекты на территории музея, в резервную коллек­цию включены объекты, потерявшие функциональное значение, но содержащие историко-культурную информацию (близка тра­диционному пониманию музейной коллекции).
В конце 1960 – начале 1970-х годов Ж. А. Ривьер разрабо­тал проект для сельской местности и воплотил его в экомузее в От-Эльзасе. В нем представлена традиционная сельскохозяй­ственная культура в естественной среде, воспроизводятся исто­рические технологии различных строений (жилые дома, мель­ницы, булочные, рестораны, винокурни, мастерские и другие типы зданий). Местные жители приобщались к ремеслам, на­выкам и технологиям, имеющим перспективу использования в современной жизни [99, с. 131]).
В конце ХХ – начале XXI в. отмечается обратный процесс –
«
демузеефикация» памятников, в первую очередь культовых сооружений, передаваемых церкви. При этом «в области теории он сопровождается критикой музеефикации как искусственного, умерщвляющего процесса, провозглашается критерий естест­венной жизни памятника, закономерности продолжения внесе-
152
Раздел 3. Специфика музейных практик …
ния в него изменений. Такое положение дел вызывает тревогу, ибо не только сужает возможности раскрытия информационного потенциала памятника, но часто несет угрозу его сохранности» [45, с. 392].
Музейные теоретики и практики, признавая позитивность и необходимость музеефикации памятников, видят следую­щие направления, способные нивелировать его отрицательные стороны:
•
использование современных и более гибких подходов к му-
зеефикации;
•
использование частичной музеефикации, при которой па­мятник не изымается из среды бытования, выполняет изначаль­ные функции; предполагается использование музейных средств для обеспечения его сохранности и выявления информацион­ного потенциала (например, музеефикация фрагментов город­ской среды в городах-музеях, совместное использование музе­ем и церковью культовых построек и комплексов, экомузеи) [80, с. 392].
Продолжением и развитием идеи музеефикации в конце 1980 – начале 1990-х годов в России отмечено такое направле­ние в сохранении и использовании территорий организации дестинаций, как создание и реализация проектов уникальных исторических территорий (УИТ). Это движение отражало из- менение социально-экономических условий и стремление му­зейного сообщества дать адекватный ответ на вызовы времени. В этих проектах культурное наследие рассматривается как спе­цифический экономический и культурный ресурс для регио­нального развития. Уникальные исторические территории явля­ются новой, комплексной формой музеефицированной фикса­ции, бытования, сохранения и трансляции культурного наследия.
Наиболее продуктивным музееведы считают определение УИТ, предложенное П. М. Шульгиным: «Уникальная историче­ская территория – это особый целостный пространственный объект, где в традиционной природной и социокультурной среде находятся памятники истории и культуры исключительной цен­ности и значимости. УИТ создаются на основе комплекса па­мятников истории, культуры и природы, а также территории, объективно взаимосвязанной с ними в силу исторических, этни­ческих, экономических и географических факторов» [99, с. 151].
Идея создания уникальных исторических территорий роди­лась в результате проведения в 1989 г. междисциплинарной экс­педиции на Соловки и Валаам, инициированной и поддержан-
Глава 12. Туристская дестинация в территориальной …
153
ной Советским Фондом культуры. По итогам экспедиции была разработана концепция возрождения этих территорий как цело­стного живого музея. Историко-культурное наследие рассмат­ривалось как базисная основа социально-экономической спе­циализации региона, а статус УИТ как благоприятная предпо­сылка улучшения экологической ситуации, поскольку он пред­полагает использование традиционных видов и форм ведения земледелия, исторических технологий в производстве, щадяще­го режима антропогенных нагрузок на ландшафт.
Комплексные региональные программы возрождения и раз­вития территории на принципах УИТ, в разработке которых принимают участие местные музеи, туристские организации, учреждения культуры при поддержке административных орга­нов, предполагают:
•
научные исследования территории, подготовку концепции и проекта конкретной УИТ, разработку организационных основ и методики их практической реализации;
•
разработку методики функционирования УИТ в общей ин­фраструктуре региона;
•
оценку земель исходя из их историко-культурной и рекреа­ционной стоимости;
•
организацию научно-образовательного комплекса, турист­ско-экскурсионных и рекреационных структур;
•
восстановление традиционных ремесел и промыслов и т. д.
Типологию УИТ составляют следующие виды [99, с. 151–163]:
♦
монастырские комплексы (типовые концепции разработа­ны на примере Валаамского и Соловецкого монастырей как цен­тров русской духовной культуры и специфически монастырских хозяйственных укладов);
♦
малые исторические города с численностью населения от 10 до 30 тыс. (первый прецедент – концепция комплексной про-
граммы развития на принципах УИТ старинного уральского городка Верхнетурье, содержащей как меры по сохранению наследия, так и программу общей стратегии развития истори­ко-культурного ресурса города);
♦
исторические сельские поселения, сохранившие свой пла- нировочный и архитектурный облик, традиционные виды зем­лепользования и хозяйствования, а также элементы народной культуры в современной жизни (показательный проект – ком­плексная программа развития села Кимжи Мезенского района Архангельской области);
154
Раздел 3. Специфика музейных практик …
♦
усадебные комплексы – система памятников, объединен­ных усадьбой как культурно-хозяйственным феноменом (харак­терный пример – программа развития Музея-усадьбы «Ясная Поляна», предусматривающая расширение заповедной террито­рии за счет включения некоторых сельских поселений, связан­ных с жизнью Л. Н. Толстого);
♦
исторические районы проживания малочисленных народов;
пример освоения таких этноэкологических районов на принци­пах УИТ – территория Пунси в Ханты-Мансийском автономном округе, место проживания самобытной этнической группы (са­лымские ханты), сохранившей традиционные системы расселе­ния (поселки-юрты), землепользования, быта, нравов и т. д.;
♦
исторические центры крупных городов, сохранившие исто­рическую планировку и застройку – административные и куль­товые здания, кварталы, слободы (Арбат, районы Лефортово и Немецкая слобода в Москве);
♦
археологические территории – районы с высокой концен­трацией археологических памятников (проект археологического музея-заповедника «Ирендык» в Баймакском районе Южной Башкирии);
♦
мертвые города – города, имевшие в прошлом военно-стра- тегическое, хозяйственное или культурное значение (Пустозерск в Архангельской области, Мангазея на реке Таз на севере Запад­ной Сибири и др.).
По принципам организации деятельности УИК близки к тех­нологиям экомузеев, «вместе с тем по сравнению с экомузеями УИТ приобретают более высокий статус и более широкие соци­альные функции и становятся конкретным сырьевым ресурсом экономики региона» [99, с. 165].
Глава 13. Музеи и туризм
в социальной практике творческих индустрий
13.1. «Культурные индустрии»:
Последнее десятилетие XX – начало XXI в. отмечены пе­реосмыслением возможностей сопряжения культуры и эконо­мики. Подвергается сомнению антиномичность, несовмести­мость этих социальных сфер. Более того, на реализацию потен­циала их взаимообусловленного практического сосуществова-
понятие и концептуальные подходы
Глава 13. Музеи и туризм в социальной практике …
155
ния возлагаются вполне определенные и небезосновательные надежды.
Складываются новые формы символического потребления, философское осмысление которых предложил Ж. Бодрийяр:
«Сегодня потребление задает как раз ту стадию, на которой товар непосредственно производится в качестве знака, стои­мости/знака, а знаки (культура) – в качестве товара. Все, что
сегодня производится и обменивается (предметы, услуги, тела, секс, культура, знание и т. п.), не может, строго говоря, ни про­сто расшифровываться как код, ни измеряться как товар. Все теперь погружается в обобщенную политическую экономию, определяющей инстанцией которой отныне не является ни товар (пусть даже пересмотренный и подкорректированный так, что у него появились значащая функция, послание, коннотации, хотя за всеми ними сохраняется что-то вроде возможной объек­тивности продукта), ни, естественно, культура (даже в своей “критической” версии: знаки, ценности и идеи повсюду подвер­гаются коммерциализации, они “захватываются” господствую­щей системой, но и здесь снова как будто бы остается что-то вроде всегда обнаруживаемой, но лишь сейчас подорванной трансценденции, то есть что-то вроде возвышенной потреби­тельной стоимости культуры, искаженной меновой стоимо­стью)» [15, с. 204–205].
Острые дискуссии вызвали концепции культурной индустрии и креативной (творческой) индустрии. Первое из этих понятий – «культурная индустрия» – возникло при осмыслении феномена массовой культуры неомарксистами, представителями Франк­фуртской школы (Г. Маркузе, Т. Адорно, М. Хоркхаймер). Тео­дор Адорно получил известность в качестве критика современ­ной массовой культуры, которую он рассматривал как нега­тивное явление – результат производства индустрии культуры с целью манипуляции массами и обеспечения «капиталистиче­ской гегемонии».
Однако позднее исследователи пришли к выводу, что продук­ты и последствия культурных индустрий не являются однозначно отрицательными. Более того, культурные индустрии можно ис­пользовать для решения проблем постиндустриального общества.
Можно выделить следующие аспекты понятия «культурные индустрии»:
1. Культурные индустрии – «концепт, удобный для описания
работ по изменению элементов социальной среды» [41, с. 43].
156
Раздел 3. Специфика музейных практик …
В этом значении культурные индустрии представляют собой практические проектные технологии по конструированию осо­бого деятельностного и креативного пространства города, рай­она. Формируется представление о качестве среды и ее опреде­ляющем значении для культурного, а также социально-экономи­ческого возрождения региона.
2. Культурные индустрии – проявление «культурного капи­тализма», того этапа социально-экономического развития, когда для высокоразвитых стран экономически выгодным оказывается производить не товары, а услуги. Меняется содержание услуг, возрастает объем «собственно культурных» предложений. Уч­реждения культуры в условиях «культурного капитализма» пре­доставляют не просто услугу, а культурно-значимый сервис, удовлетворяющий потребности человека, местного сообщества, социума в целом.
3. Культурная индустрия – механизм формирования стиля и образа жизни. В условиях постиндустриального общества ме­няется специфика отношений между производителем и покупа­телем: предпочтительным для обеих сторон оказывается «сер­висный» характер связи, многократное воспроизводство взаи­модействий. При этом «дизайн» этих отношений «становится условием предпринимательского успеха, тогда уже логика этой длящейся коммуникации приобретает первостепенную важ­ность. Отсюда интерес к культуре поведения – к кодам, опреде­ляющим поведение человека в течение долгого времени. В дело вступают социально-культурные параметры, а предметом ком­мерции становится не товар и услуга, а стиль и образ жизни» [41, с. 45]. Последние с наибольшим успехом могут быть заданы с учетом историко-культурного потенциала, символических ценностей, которые сконцентрированы в музее и презентуются посредством программ культурного туризма.
13.2. Концепция «творческих индустрий»
и ее реализации в практике туристских дестинаций
Бельгийский социолог Р. Лэрманс, основываясь на понятиях постфордистской креативной экономики, развил концепт «ду­ховный труд» («immaterial labour»). «Духовный труд» имеет инновационную и кооперативную направленность: «Основными чертами “духовного труда” выступают: глубоко социальный характер; необходимость мобилизации опыта; самонаправлен­ность, субъективация; ориентированность на ценности». Он
Глава 13. Музеи и туризм в социальной практике …
157
является результатом изменения глобализирующихся в рамках капитализма когнитивных структур. Индустрии культуры вы­званы к жизни особыми экономическими закономерностями, «которые в свою очередь испытывают столь огромное влияние культуры, что не могут рассматриваться отдельно от нее». Для различных отраслей культуроориентированной экономики ха­рактерны: «работа по репрезентации» (Холл), «производство информации и аффектов» (Лазаратто), «воспроизводство инди­видуального или общественного внимания» (Фрэнк). Посредст­вом «духовного труда» формируется принципиально новая сре­да, в которой политика и экономика пропитаны разнообразными формами культуры [94, с. 12–13].
Возникновение концепции «творческих (или креативных) индустрий» связано с тем, что в последние десятилетия в пред­ставлениях о культуре, о ее месте в общественной системе, о степени государственного участия в культурной сфере про­изошел качественный сдвиг: в западных странах культурная политика в меньшей мере предстает как государственное куль­турное строительство, все большее место в ней занимает раз­витие местного сообщества, индивидуальное самовыражение и развитие личности; она направлена на решение таких социо­культурных вопросов, как мультикультурализм, возрождение территории через ее культурный потенциал; с 1980-х годов дек­ларируется обусловленность экономического роста качествен­ными культурными сдвигами – увеличением творческой, креа­тивной составляющей. Особое значение приобретают стратегии раскрытия творческого потенциала.
Способность к творчеству считается важным конкурентным преимуществом в мировом масштабе. Утверждается тезис, что мир вступил в Эпоху Творчества. Само творчество рассматрива­ется достаточно широко. Дж. Коа определяет его как целостный «процесс генерирования идей, их трансформации, развития, превращения в ценности. Этот процесс связан с тем, что люди обычно подразумевают под инновациями и предпринимательст­вом. Он является одновременно искусством порождения новых идей и наукой их оттачивания и развития, воплощения идей в ценности» [128, с. 23]. Таким образом, творчество восприни­мается как неотъемлемый атрибут и залог успешности предпри­нимательской деятельности. С другой стороны, традиционные формы творчества (искусство, музейное дело, культурное на­следие и т. п.) оказываются все более вовлеченными в коммер­ческие проекты.
158
Раздел 3. Специфика музейных практик …
Появление творческих индустрий многие исследователи обу­словливают наступающей эпохой постмодернизма и связанными с ней социальными изменениями: повышением благосостояния; увеличением времени досуга; новыми требованиями к работе, сре- ди которых создание условий для самореализации, самовыраже­ния и эксперимента; с идеологемой «общества риска», обязыва­ющей индивида к ответственности за собственную судьбу; с воз­растанием роли творчества во всех сферах жизнедеятельности.
Развивая теорию креативных индустрий, социолог Ричард Флорида предложил концепцию креативного класса, которую изложил в книге «Креативный класс: люди, которые меняют будущее» [124, с. 6]. По мнению автора, представители творче­ских профессий формируют сегодня новый общественный класс, которому предстоит определять успешность отдельных организаций, развитие и процветание городов и регионов, более того, мощь держав и их место на мировой арене.
Концепция «творческих (креативных) индустрий» впервые была сформулирована в Великобритании. В 1998 г. здесь было создано специальное государственное агентство при Департа­менте культуры, СМИ и спорта, которое курирует реализацию государственной политики по развитию культурных индустрий. Им было дано официальное определение: креативные индуст­рии – это «деятельность, в основе которой лежит индивидуаль­ное творческое начало, навык или талант и которая несет в себе потенциал создания добавленной стоимости, рабочих мест по­средством производства и эксплуатации интеллектуальной соб­ственности» [124, с. 4].
Департамент выделил креативные секторы экономики, к ко­торым отнес: рекламу, архитектуру, кино, видео, компьютерные игры, ремесла, дизайн мебели и одежды, музыку, исполнитель­ское искусство, писательское и издательское дело, телевидение, радио и Интернет, программирование. В перечень вошли также туризм, музеи и наследие. Эти секторы объединены на основе того, что для их развития «нужны творчески мыслящие, худо­жественно одаренные люди, создающие в союзе с менеджерами и технологами рыночные продукты, экономическая ценность которых заключена в их культурных (или “интеллектуальных”) свойствах» [24, с. 25].
Таким образом, креативные индустрии выходят за рамки собственно культурной или собственно экономической сферы, оказывают преобразующее воздействие на социальную систему общества в целом.
Глава 13. Музеи и туризм в социальной практике …
159
Социальную среду предприятий творческой индустрии и ее организационные формы составляют независимые профессио­налы, некоммерческие негосударственные организации, малый и средний бизнес. Именно они могут содействовать развитию предпринимательства в гуманитарной и творческой сферах. При этом разрабатываются модели «творческих кластеров» – объе­динений небольших независимых специализированных произ­водителей, расположенных вблизи друг от друга. Складываются новые формы символического потребления. Устанавливается связь между творческим производством и творческим потребле­нием, которая реализуется в концепциях «креативной среды» и «творческого города».
Переосмысливается специфика «сферы культурного произ­водства»: коммерческие учреждения туризма и культуры произ­водят не только экономические, но и символические ценности. Культурный капитал – это материальные и нематериальные ак­тивы, которые могут быть оценены как в экономическом отно­шении, так и в культурном [106, с. 107].
Нематериальные активы могут стать прибыльными. Музеи, используя символический капитал для их генерации, получают вполне реальный экономический доход. С использованием не­материальных активов связано создание брендов социально-тер­риториальных образований, предприятий, продукции и т. д. Ком- панией Interbrand разработаны методики вычленения денежных потоков, порождаемых брендами [34, с. 368].
Концепты «имидж» и «бренд» являются важными понятиями в концепции креативных индустрий. Создание благоприятного имиджа и удачного бренда туристской дестинации признано эффективным фактором в ее продвижении. Например, исследо­ватель А. Ф. Горохов относит мероприятия, направленные на формирование и изменение имиджа туристской дестинации, к базовым условиям привлечения туристов.
Глоссарий международных туристских терминов определяет имидж дестинации как образ, складывающийся в результате восприятия общественностью памятников, достопримечатель­ностей, учреждений, фирм, территорий и т. п. Он является од­ним из решающих факторов в выборе туриста в ее пользу. В результате посещения имидж уточняется и предстает как со­вокупность эмоциональных и рациональных представлений, обобщающих личный опыт, общественное мнение об отличи­тельных признаках дестинации и полученную в ней информа­цию. При упоминании имиджа воспроизводится совокупность
160
Раздел 3. Специфика музейных практик …
ассоциаций по отношению к туристской дестинации, формиру­ется ее привлекательность или непривлекательность для реаль­ных и потенциальных туристов.
Исследователи (А. Ф. Горохов, Н. П. Костяев, С. С. Никола­ев, А. П. Панкрухин) отмечают связь имиджа туристской дести­нации с общим имиджем территории. Основная цель имиджа территории – создание ее привлекательного образа, обеспечение общественного признания. В коммуникационных мероприяти­ях, демонстрирующих открытость, информационную насыщен­ность и историко-культурную уникальность территории (факто­ры привлекательности для потенциального потребителя), заин­тересованы и задействованы как предприятия туриндустрии, так и местные сообщества и их администрации.
Выделяются имидж органический и искусственно сформиро­ванный. Органический имидж формируется в значительной сте­пени непреднамеренно, под воздействием объективных факто­ров (степень исторической, культурной значимости, информа­ционной интенсивности, сохранности, аттрактивности объектов показа и т. п.). В формировании позитивного органического имиджа дестинации культурного туризма решающую роль иг­рают музейные учреждения.
Искусственный имидж – результат преднамеренной и целе­направленной деятельности музейных учреждений и предпри­ятий туризма, структур местной администрации, отвечающих за культурную политику. Он зависит от коммуникационной стра­тегии дестинации на целевых рынках.
Эффективным инструментом формирования положительного имиджа считается брендинг туристской дестинации. В опреде­лении американской ассоциации маркетинга, бренд – это назва­ние, термин, являющиеся знаком, символом, отражающие осо­бенности и специфику товаров и услуг и служащие для их иден­тификации. Идея бренда утверждается в постиндустриальном обществе, когда главным системообразующим фактором стано­вятся символические ресурсы и интеллектуальные технологии.
Брендинг туристской дестинации признает основообразую­щим элементом маркетинговой стратегии А. Ф. Горохов. В его определении концепция брендинга туристской дестинации – это доминирующая творческая идея, построенная на символизации основных ценностей, ресурсов территории, воплощенная в смы­словом, графическом, звуковом, анимационном выражениях.
По утверждению Э. и Л. Райс, бренд является уникальной идеей или концепцией, которую предлагают (или навязывают)
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]