Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Музейная дестинация в системе культурного туризма. Социокультурный анализ. Монография
.pdf
Глава 10. Культурный туризм и музей в обществе массовой …
121
гих. Обеспокоенность судьбой высокой культуры Европы высказывали Г. В. Гегель, Ф. Шеллинг, Р. Вагнер, Ф. Ницше,
О. Шпенглер. Среди первых исследователей феномена психологии масс – Г. Лебон, Г. Тард, Л. Войтоловский, З. Фрейд.
Одним из первых проанализировал нарождающийся феномен
масс и массового сознания французский психолог, антрополог
и социолог Гюстав Лебон. В России его книга «Психология народов и масс» впервые была издана в 1898 г. В переиздании
этой книги в 2008 г. сохраняется традиция перевода, в котором
понятие «массы» передается словом «толпа», эти термины используются как синонимы.
Лебон отмечал, что организованная толпа (массы) всегда играла большую роль в жизни народов, однако в современном
обществе ее значение возросло. К характерным свойствам толпы относятся неспособность обдумывать, отсутствие рассуждения и критики, импульсивность, раздражительность, преувеличенная чувствительность. Поскольку толпа лишена критических
способностей, она становится чрезвычайно легковерной, мыслит
образами, не отделяет субъективного от объективного, смешивает действительное с воображаемым. Толпа не испытывает
никаких сомнений, она так же авторитарна, как и нетерпима.
Главной характерной чертой эпохи является замена сознательной деятельности индивидов бессознательной деятельностью толпы. Свойства входящего в толпу индивида Г. Лебон
определял следующим образом: «Исчезновение сознательной
личности, преобладание личности бессознательной, одинаковое
направление чувств и идей, определяемое внушением, и стремление превратить немедленно в действия внушенные идеи –
вот главные черты, характеризующие индивида в толпе» [61,
с. 141–142].
В «Письме тринадцатом. О культуре» работы «Философия
неравенства» (1923) философ и публицист Н. А. Бердяев (1874–
1948) отмечает, что в результате происходящей в мире демократической революции культура утрачивает ценности, делается
более дешевой, доступной, широко разлитой, более полезной
и комфортабельной, но и более плоской, пониженной в своем качестве, некрасивой, лишенной стиля. Бердяев обозначает
этот процесс как переход культуры в цивилизацию. Возрастает
конфликт между избранным меньшинством и большинством,
между высокой культурой и ее средним уровнем. Культура превращается в средство политики и экономики, в орудие благоденствия.
122
Раздел 2. Культурологический анализ музейной дестинации
Если Г. Лебон рассматривает массы (толпу) в политическом
аспекте, то впервые «массовое общество» и «массовую культуру» в рамках одной концепции объединил испанский философ
и публицист Хосе Ортега-и-Гассет (1883–1955). В своем знаменитом произведении «Восстание масс» (1929–1930) он отмечал,
что такое явление, как массовость, определяет европейскую
современность. «Восстание масс» в его понимании – явление
не только и не столько политическое, оно характеризует всю
общественную жизнь, ее экономическую, духовную, нравственную, интеллектуальную сферы, вплоть до манеры одеваться
и развлекаться.
Представитель массы не выделяется ничем: это посредственность, «средний человек», «человек в той мере, в какой он не
отличается от остальных и повторяет общий тип; масса – всякий
и каждый, кто ни в добре, ни в зле не мерит себя особой мерой,
а ощущает таким же, “как все”, и не только не удручен, но
и доволен собственной неотличимостью; для него жить – это
плыть по течению, оставаясь таким, каков ни на есть, и не силясь перерасти себя» [84, с. 18–19].
Массового человека «автоматически» произвела цивилизация XIX в., ее основные величины – либеральная демократия
и техника. Благодаря достижениям науки, техники, промышленности произошло материальное обогащение общества, подъем жизненного уровня, и в повседневность человека массы
вошло то, что прежде было доступно лишь самым верхам общества. Новые и новые массы с таким ускорением вторгаются
в историю, что не успевают пропитаться культурой (В. Ратенау
назвал это явление «вертикальным вторжением варваров»);
они лишены чувства исторической ответственности. Поскольку
масса выходит на авансцену, занимает места, ранее не предназначавшиеся толпе, Гассет высказывает опасение, что она
упразднит творческое меньшинство, с помощью грубого давления навяжет обществу свои желания и вкусы и весь мир станет массой.
Размышлению о современности, когда человек оказался оторванным от своих корней, попал в зависимость от власти массы,
посвящена книга «Духовная ситуация времени» (1931) одного
из самых ярких представителей мировой философии XX в. Карла Ясперса (1883–1969). Он утверждает, что спецификой Нового
времени является разбожествление мира и утрата одухотворенности. Это разбожествление – не неверие отдельных людей,
а результат духовного развития человечества.
Глава 10. Культурный туризм и музей в обществе массовой …
123
Мир попадает во власть усредненных посредственностей –
людей без судьбы, без индивидуальности, без подлинной человеческой сущности, стремящихся к тривиальному наслаждению, развлечению. Массовый порядок существования, культурное нивелирование разрушают мир специфического человеческого существования, его самобытие: бытие в человеке
как индивидуальная судьба утрачивается, приобретает всеобщие черты, существование теряет свою историческую особенность.
Использование логических построений К. Ясперса оказывается продуктивным в музейной сфере, где наличествуют условия формирования отношения к бытию как к ориентирующемуся самобытию. Музей как мир исторической конкретности
своей сутью, существом может противостоять негативным тенденциям массового общества: прикованности человека к ближайшим целям, лишения его пространства, необходимого для
духовной жизни. Сохраняя культурное наследие, он обеспечивает связь с теми корнями, без которых человек утрачивает самое
существенное.
Жизнь человека в мире определена его связью с прошлым
и предвосхищением будущего. В музее человек имеет возмож-
ность слушать, как говорит прошлое, обрести точку, в которой
концентрируется воля на будущее бытие. Благодаря традициям, погружаясь в субстанцию историчности, осознавая полученное им наследие, он обретает самобытие, к его повседневному
существованию добавляется дух мира, его пространство становится сопричастным общему пространству человеческой историчности.
Уяснение ситуации с помощью музейных экспозиционных
произведений дает возможность сознательно постигать собственное становление в конкретных исторических условиях. Даже
оперируя предметами, фактами, событиями прошлого, музей
стремится к воспроизводству духовной ситуации современности. Каждый музейный образ несет в себе возможность другого
истолкования. Однако созданная картина бытия никогда не будет завершенной.
Мера сущности человека проявляется в том, насколько он
может проникнуть в глубь памяти, чтобы найти свой путь. Без
истоков в прошлом мир человека становится только предприятием. Музей наделяет человека силой почитания, ориентирует
на исторические образы человеческого величия, традиция прорастает в его бытие.
124
Раздел 2. Культурологический анализ музейной дестинации
Утрата исторических связей ведет к разрыву связей в настоящем: общество превращается в толпу взаимозаменяемых
индивидов, выполняющих определенные функции. Между тем
самобытие, как отмечает Ясперс, предполагает солидарность,
установление связи одного человека с другим.
Будущее мира решается парадоксальным образом каждым
человеком: в его самобытии начинается то, что осуществляется
в мире, каждый акт самобытия становится зародышем творения
мира. Отсюда суть «пробуждающего прогноза» К. Ясперса –
напомнить человеку о нем самом, побудить к действию, сделать
зримым самобытие, активизировать размышления о духовной
ситуации времени.
Начиная со второй половины 1940-х годов проблема массовой культуры стала актуальной, интерес к ней возрастает. Вопросы массового общества, массовой культуры, массовизации
сознания разрабатывались многими философами, социологами,
культурологами (Т. Адарно, В. Беньямин, Г. Маркузе, Д. Рисмен, Э. Фромм, М. Хоркхаймер и другие).
В 1970–80-е годы в трудах К. Э. Боулдинга, Д. Белла, Дж. Гэл-
брейта, Э. Тоффлера, Э. Шилза, Ж. Фурастье и других обосновывается закономерность увеличения значимости массовой
культуры, ее трансформации в усредненную культуру при переходе из индустриального в постиндустриальное общество. Теории массовой культуры, отражая трансформационные процессы
в самой культуре, отходя от негативной оценки массовых явлений, приходят к признанию ее позитивного влияния на станов-
ление демократии и развитие личности (М. Маклюэн, З. Бжезинский, Д. Макдональд, Д. Уайт и другие).
В рамках постмодернистских концепций проблематика массового решалась такими ведущими философами, как Р. Барт,
Ж. Батай, Ж. Бодрийяр, Ф. Гваттари, Ж. Делез, Ж. Деррида,
Ж. Лакан, Ж.-Ф. Лиотар, М. Фуко, У. Эко и другие.
В настоящее время проблемам массовой культуры посвящают свои исследования отечественные ученые (К. З. Акопян,
А. В. Захаров, Н. М. Зоркая, А. В. Костина, Э. А. Орлова,
К. Э. Разлогов, А. Я. Флиер, Н. А. Хренов, Т. В. Чередниченко
и другие). В их работах отмечается необходимость переосмысления классических концепций массовой культуры с точки зрения современной социокультурной ситуации.
Глава 10. Культурный туризм и музей в обществе массовой …
Процессы демократизации музейной сферы
10.2.
125
как тенденция становления массовой культуры
Истоки демократизации общественной жизни, в том числе
и в туристской и музейной сферах, следует искать в идеологии,
философии и социальной практике Нового времени. В Новое
время совершился переворот в специализированной сфере (появились новые научные дисциплины, научная деятельность выделилась как самостоятельный тип), он обусловил формирование новой, научной, картины мира. Художественная культура
выделилась в самостоятельную сферу деятельности, вышла за
пределы культового применения. Благодаря процессам демократизации создавались условия для становления туризма и возникновения музеев современного типа как хранилищ культурного наследия, как мест служения музам.
Одним из проявлений этих тенденций в музейной сфере
стала передача частных коллекций в общественное достояние.
В XVI–XVII вв. такой переход художественных собраний имел
место, но еще не приобрел массового характера. Исследователи
отмечают [120, с. 207] наиболее значительные события музейной жизни. В 1523 г. кардинал Доменико Гримани подарил городу Венеции коллекцию древностей, которая демонстрировалась во Дворце дожей. В 1603-м Улисс Альдрованди завещал
городу Болонье свое собрание. В 1661 г. город Базель приобрел
на муниципальные средства знаменитый кабинет коллекционера
и издателя Амербаха и выставил для всеобщего обозрения
в помещении университетской библиотеки. В 1693 г. состоялось
открытие первого общедоступного научно-образовательного музея Ашмола в Оксфорде. В 1694-м создан первый французский
музей «во благо общества» в монастыре Св. Винсента в Безансоне на основе пожертвования настоятелем коллекции книг,
картин и медалей. Эти учреждения обычно определяют как протомузеи. Аудитория протомузеев была в значительной степени
ограниченной. Качеством, обусловливающим обретение протомузейными учреждениями статуса музея, становится публичность, открытость музея для широкой публики.
Больший общественный вес имели публичные музеи нацио-
нального масштаба. В январе 1759 г. на окраине Лондона состоялось торжественное открытие Британского музея. Его основателем считают Хэнса Слоуна (1661–1753), врача и натуралиста, президента Лондонского Королевского общества. Богатую
библиотеку, собрание образцов растений, минералов, коллек-
126
Раздел 2. Культурологический анализ музейной дестинации
цию монет, медалей, произведений искусства, предметов этнографии и инструментов он завещал королю с условием, что собрание должно использоваться в интересах человечества и располагаться в Лондоне или его окрестностях. Однако для его
осмотра тоже были введены ограничения: первоначально в Уставе и правилах посещения музея главными его пользователями
названы ученые, писатели и художники. Посещение для других
категорий считалось «менее полезным»; дети младше десяти лет
не допускались [120, с. 210].
В Европе публичные музеи появлялись в результате перехода
закрытых собраний монархов в общедоступные учреждения.
К концу XVIII в. некоторые из дворцовых галерей (Дрезденская
картинная галерея, Мюнхенская пинакотека, Кассельская галерея, Галерея Бельведер, Галерея Уффици и другие) были открыты для широкой публики. Под влиянием общественного мнения
и просветительских идеалов в некоторых из них было разрешено бесплатное посещение. В результате Французской революции 1789 г. были национализированы королевские дворцы, и на
основе их коллекций созданы крупнейшие музеи: в Лувре – Музей Франции, в Версале – Особый музей французской школы.
С 1714 г. ведет отсчет старейшее музейное учреждение России – Кунсткамера. В 1717–34 гг. для нее строится специальное
здание, вошедшее в архитектурный ансамбль центра Петербурга. Вход в Кунсткамеру был бесплатным, доступным для публики без ограничений. Для привлечения посетителей первоначально устраивались угощения [104, с. 44]. Есть все основания считать Кунсткамеру первым публичным музеем в России.
В XIX в. просветительские возможности музея как социального института реализовывались в естественнонаучных и исторических музеях при средних и высших учебных заведениях,
при научных обществах. Музейное дело выделялось из общекультурных процессов, музейный мир конституировался как
особая сфера культурной жизни, музей утверждался как институт социальной памяти, обретал национальную специфику.
Особое значение, которое придавалось исследованиям быта,
досуга разных сословий, находило отражение в направлениях
комплектования музейных коллекций. Так, специфика комплектования Государственного Исторического музея была определена историком и музейным деятелем И. Е. Забелиным (1820–
1908): предполагалось приобретение не только уникальных, но
«главным образом типовых предметов, систематически вводящих зрителя в бытовой порядок минувшей жизни» [109, с. 238].
Глава 10. Культурный туризм и музей в обществе массовой …
127
Для пополнения фондов регулярно проводились историко-бытовые экспедиции. Это позволило подготовить такие тематические выставки, как «История крепостного хозяйства и быта»
(1925–26), «Труд и быт рабочего населения Урала» (1926) и т. п.
Аналогичные тенденции демократизации музейной практики
отмечаются в западном мире. Например, в США в начале XIX в.
приобретает популярность идея «демократического» музея, доступного для всех. Музей стремится преодолеть черты элитарности, искать новые пути и формы взаимодействия с обществом.
Советское время отмечено беспрецедентной демократизацией культурной жизни, омассовлением форм культурного взаимодействия. Важным фактором первых лет советской власти
стала национализация культурного наследия – памятников истории и архитектуры, усадеб, коллекций и т. п. 30 октября (12 ноября) 1917 г. было объявлено о первой национализации – Зимнего дворца, в 1918-м национализирован первый музей – Третьяковская галерея.
Историко-культурное наследие провозглашено достоянием
народа. Была поставлена задача открыть, сделать доступными
для трудящихся «все сокровища искусства, созданные на основе
эксплуатации труда и находившиеся до сих пор в исключительном распоряжении эксплуататоров» [57, с. 83]. На этих основаниях происходило формирование ведущих принципов пропаганды историко-культурного наследия. Первая Всероссийская
музейная конференция, прошедшая 11–17 февраля 1919 г. в Петрограде, провозгласила курс на превращение музеев в культурные центры, опирающиеся в своей деятельности на научные
основы и открытые для широких масс.
Исследования музейной практики [42, с. 147] показали, что
в первые годы советской власти просветительская работа музеев
приобрела небывалый до этого массовый характер. Возникали
музеи нового типа («пролетарские музеи», музеи живописной
культуры и т. п.), использовались такие формы, как передвижные музеи-поезда и плавучие музеи.
Росту количества посетителей в музеях во второй половине
ХХ в. способствовали такие социальные факторы, как увеличение бюджета свободного времени, активная деятельность профсоюзов и руководства учреждений по организации культурно-досуговой сферы работающих, развитие туристско-экскурсионной инфраструктуры. Посещение музея для миллионов советских людей стало формой активного культурного отдыха, одним
из компонентов «культурного туризма».
128
Раздел 2. Культурологический анализ музейной дестинации
Потенциал музея
10.3.
в решении проблем общества массовой культуры
Для российских музеев 1990-х годов характерны столь противоречивые тенденции, что их с равными основаниями называют «музейным ренессансом» и «музейным кризисом». Процессы демократизации музейной сферы выразились в том, что утвердилось понимание: музей не может заниматься идеологизированной интерпретацией истории, он должен отражать сложившиеся, устойчивые представления о прошлом, стремиться
уйти от субъективности.
Эти тенденции нашли выражение в экспозиционно-выставочном показе тем и материалов, которые раньше были «закрытыми»: история гибели царской семьи, белогвардейское движение,
судьбы русских эмигрантов, репрессированных общественных
деятелей, ученых, артистов, поэтов, искусство русского авангарда, андеграунда 1950–70-х годов и т. п.
К «ренессансным» тенденциям можно отнести рост количества музеев и филиалов: с 1990 до 2000 г. в стране создан
731 новый музей (см. табл. 10.1). Наиболее интенсивный прирост музейных учреждений составил: в Московской области –
42 музея, Башкортостане – 42, Республике Саха – 41, Омской
области – 32, Пермской области – 28. Эти показатели отражают
определенную тенденцию: у руководителей административных
образований росло понимание того, что музей является формой
презентации города, поселка, района, демонстрирует его общественный статус, культурный потенциал, историческую значимость [117, с. 166–167]).
Переход от советской системы организации музейной деятельности к российскому этапу проходил в условиях экономического, социального и политического кризиса. Сокращалось
финансирование музеев всех уровней, что не могло не сказаться
на техническом состоянии музейных территорий, зданий, помещений, на сохранности музейных коллекций. Долгое время не
обновляемые экспозиции морально и физически устарели,
средств на реэкспозицию не выделялось. Несмотря на рост количества музейных учреждений из-за падения уровня жизни
населения шло сокращение музейной аудитории: число посещений музеев всех ведомств уменьшилось со 144 млн человек
в 1990 г. до 66,8 млн в 1998-м, и только с 1999 г. начинается
рост посещений музеев (1999 г. – 72,3 млн, 2000 г. – 73,4 млн).
В музеях Санкт-Петербурга посещаемость в 2000 г. была на
Глава 10. Культурный туризм и музей в обществе массовой …
Т а б л и ц а 10.1
Развитие сети музеев
Годы
1990 1315 – – – –
1991 1379 64 4,9 64 4,9
1992 1425 46 3,3 110 8,4
1993 1478 53 3,7 163 11,2
1994 1547 69 4,7 232 17,6
1995 1725 178 11,5 410 31,2
1996 1814 89 5,2 499 37,9
1997 1871 57 3,1 556 42,3
1998 1942 71 3,8 627 47,7
1999 1979 37 1,9 664 50,5
2000 2046 67 3,4 731 55,6
Число
музеев
Прирост
к предыдущему году
абсолютный % абсолютный %
Прирост к 1990 г.
129
7,7 млн меньше, чем в 1990-м; в Волгоградской области – на
5,8 млн, в Псковской области – на 1,4 млн.
Музейные работники вынуждены были в кратчайшие сроки
осваивать принципы и методы хозяйствования в условиях рыночной экономики, овладевать навыками работы в условиях
массовой культуры. Один из определяющих признаков массовой
культуры – массовое производство и потребление. Перед музейными работниками стоит важная задача по удовлетворению
потребностей массового посетителя. Музеологи с обеспокоенностью констатируют опасность масскультовой ориентации:
в угоду публике музей превращается в немузейное или экстрамузейное пространство, он утрачивает свою специфику и особую сакральную сущность. Подчас стремление к актуальности
и востребованности приводит музей к погоне за сенсационностью, которая часто оборачивается случайностью в выборе тематики, в концептуальной необоснованности экспозиций, выставок и стратегий комплектования, в неточной, ошибочной расстановке смысловых акцентов. По мнению Г. Белтинга, «ком-
130
Раздел 2. Культурологический анализ музейной дестинации
мерциализируясь, музей изменяет себе как учреждению по ту
сторону современности» [12, с. 6].
Мировые процессы демократизации имели качественное выражение в смещении акцентов в выборе объектов музейной презентации и в создании музеев нового типа. Обретение независимости бывшими колониями европейских стран привело к социальным изменениям, к вовлечению в культурную жизнь широких слоев населения. Музеи должны были дать адекватный ответ на вопрос времени. Таким ответом стала идея общинного
музея, нашедшая практическую реализацию в музейных учреждениях, получивших в разных странах такие названия, как «соседские» (США), «интегрированные» (Латинская Америка),
экомузеи (Франция, Канада).
В результате осмысления опыта Второй мировой войны происходили изменения в ценностной иерархии: история перестает
отождествляться с войнами, переворотами, с деятельностью
царей, полководцев, министров; начиная с XIX в. она стала восприниматься не только как совокупность государственных, политических событий, но как история общества. Жизнь любого
человека, его повседневные заботы, быт, семья стали восприниматься как самоценные и самодостаточные. Это стало основой
для интенсивного развития низовой культуры, ориентированной
на рядового человека. Тенденциями демократизации обусловлен
интерес к частной жизни представителей различных слоев, проявляющийся в создании экспозиций, посвященных быту крестьян, ремесленников, мещан, рабочих, купцов и т. п.
Однако нужно отметить специфику: в музейных залах традиционно задаются отношения между реальной жизнью и экспозиционными образами как оппозиция между обыденным, профанным, бытовым – и торжественным, сакральным, ритуальным. Предметы быта, ставшие музейными, более того, экспонатами, выходят из категории будничных; в восприятии посетителей они предстают мифологизированными, опоэтизированными,
ностальгически окрашенными. В разделе экспозиции Солнечногорского краеведческого музея учебники 1960-х годов (напечатанные на сероватой бумаге, с минимальным количеством черно-белых иллюстраций) у посетителей, когда-то учившихся по
таким же пособиям, вызывают ностальгическое чувство – радости от узнавания предмета, воскрешения событий далекого детства. Они воспринимаются не как бытовой предмет, а как свидетельство эпохи – и одновременно как знак жизни посетителя,
современного этой эпохе.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]