Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Международное частное право. Учебное пособие
.pdf
Формальная взаимность предполагает предоставление иностранным
физическим и юридическим лицам равных прав и обязанностей с собственными физическими и юридическими лицами. При таком подходе
иностранные граждане могут оказаться обладателями прав, которые в
их собственной стране отсутствуют. Подобная ситуация возникла у
представителей советского государства в 1920-е гг., когда они были посланы в западные страны в качестве дипломатических и консульских
работников и оказались обладателями прав, которых в советском государстве не существовало.
При формальной взаимности иностранцы будут ограничены в определенных правах по сравнению с гражданами данного государства. Чаще всего такие ограничения касаются возможности для иностранцев
иметь в собственности земельные участки.
В Республике Беларусь на практике иностранцам предоставляется
формальная взаимность. В отдельных случаях в области авторского права, налогообложения возможно применение материальной взаимности.
3. С вопросом взаимности в соблюдении прав граждан и юридических лиц в других государствах увязывается возможность применения
реторсий. В ст. 1102 ГК Республики Беларусь говорится: «Правительством Республики Беларусь могут быть установлены ответные ограничения (реторсии) в отношении прав граждан и юридических лиц тех
государств, в которых имеются специальные ограничения прав граждан
и юридических лиц Республики Беларусь».
Аналогичные формулировки содержатся в ч. 4 ст. 242 ХПК и ч. 3
ст. 541 ГПК Республики Беларусь.
Выделим важнейшие особенности применения реторсий в белорус-
ском законодательстве:
– они могут быть установлены правительством Республики Беларусь;
– их установление может иметь только характер ответных действий на уже введенные ограничения для белорусских физических и
юридических лиц в зарубежных странах.
Установление реторсий не является самоцелью: они рассматриваются как средство отмены дискриминационных ограничений в отношении
белорусских физических и юридических лиц. По достижении этой цели
должна последовать незамедлительная отмена реторсий в отношении
физических и юридических лиц иностранного государства.
3.9. Обход закона в международном частном праве
1. Под обходом закона в международном частном праве понимают
избрание сторонами «удобного» права вопреки требованиям коллизион-
71
ных норм. Этот юридический институт известен еще с XIX в., но ему
уделялось значительно меньше внимания, чем институту публичного
порядка.
При обходе закона обходится не коллизионная норма, а внутренняя
материальная норма, «неудобная» для сторон. Такое понимание обхода
закона было сформулировано классиком немецкого частного права
Л. Раапе, который считал: «При обходе закона в международном частном праве, прежде всего, переходят в сферу действия другого правопорядка, содержащего желательные материальные нормы, и затем приноравливаются к ним»
1
.
В советском праве обход закона как юридическая категория признавался, но это явление рассматривалось как нарушение принятого порядка избрания применимого права в правоотношениях с присутствием
иностранного элемента.
В современном российском международном частном праве проблему обхода закона рассматривал А.И. Муранов
2
. Вопрос об обходе закона
обсуждался среди российских правоведов в связи с его включением в
модель части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации.
В результате дискуссии возобладала точка зрения А.И. Муранова, утверждающего, что теория обхода закона появилась «в качестве второго
(наряду с публичным порядком) исключения необходимости применять
иностранный закон, на который указывает коллизионная норма»
3
В итоге из части третьей ГК Российской Федерации статья, содержащая
норму об обходе закона, была исключена. Однако в законодательстве
ряда государств норма, запрещающая обход закона, сохраняется.
В Гражданском кодексе Республики Беларусь норма об обходе закона закреплена в ст. 1097 «Последствия обхода акта законодательства»:
«Недействительны соглашения и иные действия участников отношений, регулируемых гражданским законодательством, направленные на
то, чтобы в обход правил настоящего раздела о подлежащем применению праве подчинить соответствующие отношения иному праву. В этом
случае применяется право соответствующего государства, подлежащее
применению в соответствии с настоящим разделом».
2. Для понимания необходимости и сущности нормы об обходе закона следует уяснить предмет ее регулирования, отличие от оговорки о
публичном порядке и случаев применения императивных норм.
В случае обхода закона объектом регулирования является соглаше-
ние сторон о выборе права, которое произведено в нарушение действу-
1
Раапе, Л. Международное частное право / Л. Раапе; пер. с нем. М., 1960. С. 136.
2
Муранов, А.И. К вопросу об обходе закона / А.И. Муранов // Московский журнал
международного права. 1997. № 3. С. 52–76.
3
Там же. С. 59.
.
72
ющих коллизионных норм, в силу чего такое соглашение объявляется
недействительным. Далее в соответствии с коллизионной нормой следует применить право соответствующего государства, а не право, которое избрали стороны.
Если соотносить действие нормы об обходе закона и оговорки о публичном порядке, то в последнем случае предметом является исключение иностранного права, если его применение противоречит публичному порядку страны суда. При этом в рамках оговорки о публичном порядке в стороне остается вопрос о правомерности выбора применимого
права, поскольку он вообще не рассматривается.
Возможна ситуация, когда стороны избирают право, чтобы обойти
императивные нормы национального или иностранного права, что также недопустимо и ведет к признанию указанных действий недействительными на основании обхода закона.
Недействительность соглашения становится причиной недействительности правоотношения, урегулированного таким соглашением. Последствием недействительности соглашения может быть непризнание
правового результата соответствующего правоотношения (ничтожность
сделки) либо признание его уязвимым (оспоримость сделки).
3. Главный аргумент противников теории обхода закона состоит в ее
противоречии автономии воли сторон при заключении договоров.
А.И. Муранов утверждает: «…эти два понятия несовместимы именно с
точки зрения методологии»
1
.
Такую же позицию занимает В.Л. Толстых: «Концепция обхода закона противоречит принципу автономии воли в международном частном
праве, в соответствии с которым стороны для регулирования отношений
по договору могут выбрать право любого другого государства»
2
.
В связи с этим требует разрешения проблема: является ли автономия
воли (свобода договора) абсолютной и ничем не ограниченной?
Российский юрист В.В. Кудашкин утверждает, что «российская правовая система не содержит в своей основе принципа неограниченной
автономии воли сторон. Вследствие этого не возникает никакого методологического противоречия между автономией воли и обходом закона.
Принцип автономии воли действует до тех пределов, за которыми воля
субъектов хозяйственной деятельности не самостоятельна и должна исходить из установленных на основании федеральных законов ограниче-
1
Муранов, А.И. Указ. соч. С. 52.
2
Толстых, В.Л. Коллизионное регулирование в международном частном праве: про-
блемы толкования и применения раздела VII части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации / В.Л. Толстых. М., 2002. С. 63.
73
ний и запретов»1. В доказательство этого положения В.В. Кудашкин
приводит норму ч. 2 ст. 1 ГК Российской Федерации. В соответствии с
этой нормой гражданские права, в том числе право по своему усмотрению определять договорные условия, могут быть ограничены на основании федерального закона, а также ч. 3 этой же статьи, устанавливающей, что, согласно федеральному закону, может быть ограничено
перемещение товаров и услуг. Из приведенных мнений следует сделать вывод, что единства взглядов на обход закона в российской юридической науке нет.
4. В белорусском законодательстве принцип автономии воли сторон
установлен п. 1 ст. 1124 ГК, но уже в этом пункте содержится ограничение, выраженное в формулировке: «…если это не противоречит законодательству».
В ч. 2 ст. 2 ГК, где перечислены принципы гражданского законодательства, содержится п.п. 2: «Направление и координация государственной и частной экономической деятельности обеспечивается государством в социальных целях» (принцип социальной направленности регулирования экономической деятельности).
В п.п. 3 ч. 2 ст. 2 говорится: «Осуществление гражданских прав не
должно противоречить общественной пользе и безопасности, наносить
вред окружающей среде, историко-культурным ценностям, ущемлять
права и защищаемые законом интересы других лиц» (принцип приоритета общественных интересов). Как видно из содержания этих двух
принципов, белорусское законодательство также ограничивает автономию воли сторон в выборе применимого права.
5. В законодательствах ряда иностранных государств также имеются
нормы об обходе закона.
Так, Закон Украины «О международном частном праве» содержит
ст. 10 «Последствия обхода закона»: «1. Сделки и прочие действия
участников частноправовых отношений, направленные на подчинение
этих отношений праву иному, чем то, которое определяется в соответствии с этим законом, в обход его положений, являются ничтожными. В
этом случае применяется право, которое подлежит применению соответственно нормам этого Закона».
В данном случае правовым последствием обхода закона в украинском праве определена ничтожность сделок и иных действий, произведенных в обход закона.
В Кодексе о международном частном праве Бельгии 2004 г. в ст. 18
установлено: «Для определения применимого права по делу, когда сто-
1
Кудашкин, В.В. Актуальные вопросы международного частного права / В.В. Ку-
дашкин. М., 2004. С. 57.
74
роны не распоряжаются свободно своими правами, не следует принимать во внимание фактов и действий, совершенных с одной лишь целью избежать применения норм права, подлежащих применению в соответствии с настоящим законом». Формулировку «стороны не распоряжаются свободно своими правами» следует понимать как подразумеваемые ограничения в выборе сторонами применимого права.
В ст. 30 Кодекса о международном частном праве Туниса 1998 г.
установлено, что обход закона образуется искусственным изменением
одной из составных частей привязки, относящихся к действительной
юридической ситуации, с намерением уклониться от применения тунисского или иностранного права, определенного применимой коллизионной нормой. Когда присутствуют признаки обхода закона, изменение
составной части привязки во внимание не принимается.
Таким образом, следует сделать вывод, что, несмотря на имеющееся
разнообразие взглядов в вопросе необходимости законодательного закрепления нормы об обходе закона, эта норма имеет право на существование. Ее назначение – не допускать обхода национальных норм или
иностранных норм права, которые должны применяться согласно указанию коллизионных норм. Исключение нормы об обходе закона может
создавать ситуацию избрания сторонами права, которое будет вступать
в противоречие с общественными интересами.
Литература
Ануфриева, Л.П. Международное частное право: учебник: в 3 т. / Л.П. Ануфриева. М., 2000. Т. 1: Общая часть. С. 168–248.
Богуславский, М.М. Международное частное право: учебник / М.М. Богус лавский. М., 2011.
Кабатова, Е.П. Изменение роли коллизионного метода в международном
частном праве / Е.П. Кабатова // Международное частное право: современная
практика: сборник статей / под ред. М.М. Богуславского, А.Г. Светланова.
М., 2000. С. 5–16.
Комментарий к Гражданскому кодексу Республики Беларусь с приложением
актов законодательства и судебной практики: в 3 кн. Минск, 2006. Кн. 3. С. 661–674.
Комментарий к Гражданскому кодексу Республики Беларусь: в 3 т. (постатейный). Минск, 2003. Т. 3. С. 226–236.
Кудашкин, В.В. Актуальные вопросы международного частного
права / В.В. Кудашкин. М., 2004.
Леанович, Е.Б. Международное частное право: учебное пособие / Е.Б. Леанович. Минск, 2008. С. 30–44.
Лунц, Л.А. Курс международного частного права: в 3 т. / Л.А. Лунц. М., 2002.
С. 156–328.
Международное частное право: учебник для бакалавров / отв. ред. Г.К. Дмитриева. М., 2015. С. 109–129.
75
Международное частное право: учебное пособие / В.П. Мороз [и др.]; под
ред. В.П. Мороза. Минск, 2016. С. 59–83.
Моностырский, Ю.Э. Понятие «ordre public» в международном частном пра-
ве / Ю.Э. Моностырский // Российский ежегодник международного права 1996–
1997. СПб., 1998. С. 161–174.
Муранов, А.И. К вопросу об обходе закона / А.И. Муранов // Московский
журнал международного права. 1997. № 3. С. 52–76.
Сильченко, Н.В. Теоретические проблемы учения о нормах международного
частного права / Н.В. Сильченко, О.Н. Толочко // Государство и право. 2000. № 1.
С. 35–39.
Тимохов, Ю.А. Применение иностранного права в практике российских судов /
Ю.А. Тимохов // Международное частное право: современная практика: сборник
статей / под ред. М.М. Богуславского, А.Г. Светланова. М., 2000. С. 17–42.
Тихиня, В.Г. Международное частное право: учебник / В.Г. Тихиня, Н.И. Ру-
дович. Минск, 2019. С. 47–56.
Толстых, В.Л. Коллизионное регулирование в международном частном пра-
ве: проблемы толкования и применения раздела VII части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации / В.Л. Толстых. М., 2002.
Глава 4
ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ
ФИЗИЧЕСКИХ ЛИЦ
Вначале поговорим о лицах, недостаточно
ведь знать права, если игнорируются лица,
ради которых они установлены.
4.1. Общие вопросы правового положения иностранцев
Дигесты Юстиниана
1. «Частное право есть отражение национальности и ее конкретного
представителя – личности»
ного частного права еще в конце ХIХ в. М.И. Брун. Время не изменило
справедливости приведенной оценки и в наши дни: важнейшим смыслом существования международного частного права остается защита
прав личности.
Принятие Всеобщей декларации прав человека в 1948 г., закрепление этих прав в Международном пакте о гражданских и политических
правах 1966 г. и двух Факультативных протоколах к нему, а также Международном пакте об экономических, социальных и культурных правах
1966 г. привели к договорному закреплению на межгосударственном
уровне основного принципа международного права – принципа уважения прав человека и основных свобод. Отношения личности и государства в демократических странах должны выстраиваться на равноправной основе, предполагающей всемерное соблюдение прав и свобод человека при неукоснительном исполнении последним своих обязанностей. Права человека распространяются не только на граждан данного
государства, они в таком же объеме действуют и в отношении иностранцев и лиц без гражданства.
Иностранными гражданами в Беларуси, согласно ст. 10 Закона Республики Беларусь «О гражданстве Республики Беларусь» от 1 августа
2002 г. № 136-З, признаются лица, не являющиеся гражданами Республики Беларусь и имеющие доказательства своей принадлежности к
гражданству другого государства. Помимо иностранных граждан в государстве всегда есть определенное количество лиц, не имеющих
1
Брун, М.И. Международное частное право // Словарь Брокгауза и Ефрона.
Т. XVIII-а. СПб., 1896. С. 923.
1
– так определял содержание международ-
77
гражданства, или апатридов. Иностранные граждане и лица без гражданства образуют понятие «иностранцы» в широком смысле этого слова.
Следует отметить характерную тенденцию нашего времени, проявляющуюся в постоянном увеличении присутствия иностранцев в большинстве государств мира, и Республика Беларусь не является исключением в этом плане.
2. Международное частное право регулирует правовое положение
иностранцев в сфере имущественных, личных неимущественных, семейных, трудовых и процессуальных отношений. Деятельность государства в этой области включает, во-первых, защиту прав собственных
граждан, находящихся постоянно или временно в зарубежных странах,
во-вторых, соблюдение прав иностранных граждан и лиц без гражданства, находящихся на его территории.
Применительно к иностранцам каждая страна разрабатывает свое
законодательство, регулирующее их положение в данной стране.
Относительно местонахождения правовых норм, регулирующих положение иностранцев, можно выделить три группы государств. К первой группе следует отнести Францию и ее бывшие колонии, где эти
нормы включаются в международное частное право. Вторую группу
формируют страны, где право иностранцев составляет подотрасль административного права (ФРГ, Швейцария, Австрия и др.). Третья группа – страны, где нормы, регулирующие правовое положение иностранцев, рассредоточены по разным отраслям права: государственному, административному, гражданскому, трудовому, брачно-семейному, процессуальному; к этой группе относится Республика Беларусь и большинство стран СНГ.
3. Основной привязкой, определяющей правовое положение иностранцев, является личный закон физического лица (lex personalis). На
основании его определяется правосубъектность (право- и дееспособность) иностранных граждан и лиц без гражданства. Исторически сложилось два варианта применения личного закона: закон гражданства
(lex patriae) и закон места жительства (lex domicilii).
Закон гражданства требует, чтобы вопросы правосубъектности иностранного гражданина решались согласно его гражданству. Такой подход наиболее соответствует духу международного частного права. Закон гражданства применятся в большинстве европейских стран, а также
в Республике Беларусь и других странах СНГ.
В Великобритании, США, Канаде, Австралии и некоторых других
странах законом физического лица считается закон места жительства.
При таком определении закона физического лица все правоотношения,
в которые вступают иностранные граждане, регулируются по праву
страны их местожительства. В качестве главного аргумента в пользу
78
применения закона места жительства в отношении иностранцев выдвигался довод об интересах гражданского оборота при заключении различных сделок, поскольку они могут признаваться недействительными
по причине недееспособности иностранца по его личному закону. В настоящее время эта проблема решается путем определения дееспособности иностранца при заключении сделок по месту их совершения.
В отношении лиц без гражданства и лиц, получивших убежище, практически во всех странах применяется закон места жительства.
4. В ст. 11 Конституции Республики Беларусь содержится основополагающая норма, определяющая положение иностранцев в нашей стране: «Иностранные граждане и лица без гражданства на территории Беларуси пользуются правами и свободами и исполняют обязанности наравне с гражданами Республики Беларусь, если иное не определено
Конституцией, законами и международными договорами». Данная конституционная норма устанавливает для иностранных граждан и лиц без
гражданства национальный режим, т.е. тождественный с режимом собственных граждан.
Национальный режим установлен и ч. 2 п. 3 ст. 1 ГК Республики Беларусь: «Правила, установленные гражданским законодательством,
применяются к отношениям с участием иностранных граждан, лиц без
гражданства, иностранных и международных юридических лиц (организаций, не являющихся юридическими лицами), иностранных государств, если иное не определено Конституцией Республики Беларусь и
международными договорами Республики Беларусь».
Правовое положение иностранных граждан также регулируют Закон
Республики Беларусь «О гражданстве Республики Беларусь» от 1 августа 2002 г. № 136-З (в ред. законов Республики Беларусь от 22 июня
2006 г. № 129-З, 4 января 2010 г. № 105-З, 24 декабря 2015 г. №330-З,
20 июля 2016 г. № 414-З) и Закон Республики Беларусь «О правовом положении иностранных граждан и лиц без гражданства в Республике Беларусь» от 4 января 2010 г. № 105-З (в ред. законов Республики Беларусь от 25 ноября 2011 г. № 322-З, 4 января 2014 г. № 103-З, 20 апреля
2016 г. № 358-З, 20 июля 2016 г. № 414-З).
Основные принципы, которыми руководствуется законодательство
Республики Беларусь в отношении иностранных граждан:
– предоставление иностранным гражданам таких же прав и свобод,
как и гражданам Республики Беларусь, за исключением законодательно установленных ограничений;
– недопущение какой-либо дискриминации иностранных граждан
по признаку расы, национальности, религии, пола, языка, образования
и других отличий;
79
– соблюдение взаимности в вопросе предоставления прав и свобод
иностранным гражданам;
– установление ответных ограничений прав и свобод граждан тех
стран, где устанавливаются какие-либо ограничения в правах и свободах граждан Республики Беларусь.
Вопросы правового положения иностранных граждан в Республике
Беларусь, а также граждан Республики Беларусь в зарубежных странах
регулируются и иными договорами, заключенными Республикой Беларусь с иностранными государствами. К таким договорам относятся консульские конвенции, договоры о правовой помощи, договоры об избежании двойного налогообложения и др.
4.2. Порядок выезда граждан Республики Беларусь за рубеж
1. Одной из наиболее значимых перемен, произошедших с окончанием противостояния двух мировых систем, стала свобода передвижения людей из одной страны в другую. После прекращения существования СССР граждане Беларуси, как и других стран СНГ, смогли воспользоваться правом, которое было записано во Всеобщей декларации прав
человека еще в 1948 г.: «Каждый человек имеет право покидать любую
страну, включая свою собственную, и возвращаться в свою страну»
(п. 2 ст. 13).
В ч. 1 ст. 10 Конституции Республики Беларусь гарантируется защита и покровительство государства гражданам Беларуси как на территории республики, так и за ее пределами.
Белорусские граждане выезжают в другие страны в туристические
поездки, на работу, учебу, лечение, отдых, в служебные командировки,
на временное и постоянное место жительства. Порядок выезда за границу определен Законом Республики Беларусь «О порядке выезда из
Республики Беларусь и въезда в Республику Беларусь граждан Республики Беларусь» от 20 сентября 2009 г. № 49-З (в редакции последующих законов). В соответствии со ст. 3 Закона «каждый гражданин имеет
право выезжать из Республики Беларусь и въезжать в Республику Беларусь. Гражданин не может быть лишен права на выезд из Республики
Беларусь и права на въезд в Республику Беларусь». В то же время граждане Республики Беларусь могут быть временно ограничены в праве
выезда из страны. Основания для временного ограничения выезда указаны в ст. 7 Закона. К ним отнесены:
– осведомленность гражданина о сведениях, составляющих государственную тайну, – до истечения срока, установленного в договоре о
допуске к государственным секретам;
80
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]