Международное частное право. Постатейный комментарий раздела VI Гражданского кодекса Российской Федерации

3. Вопрос о неприменении принципа взаимности в отно­шении применения иностранного права следует отличать от других возможных случаев применения или неприменения взаимности в сфере международного частного права. В дей­ствующем законодательстве России требования взаимности установлены в отдельных законодательных актах. Так, соглас­но п. 3 ст. 18 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40­ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственно­сти владельцев транспортных средств» временно находящиеся на территории Российской Федерации граждане иностранных государств имеют право на получение компенсационных вы­плат в счет возмещения вреда жизни или здоровью потерпев­ших в случае, если в соответствии с законодательством этого иностранного государства аналогичное право предоставлено гражданам Российской Федерации1. В Законе РФ от 20 авгу­ста 1993 г. № 5663-I «О космической деятельности»2 установ­лено, что иностранные организации и граждане, осуществляю­щие космическую деятельность под юрисдикцией Российской Федерации, пользуются правовым режимом, установленным для организаций и граждан Российской Федерации, в той ме­ре, в какой правовой режим предоставляется организациям и гражданам Российской Федерации (ст. 27).

венности от 6 марта 1998 г. предусмотрено, что «каждая Сто­рона вправе предоставить на основе взаимности физическим и юридическим лицам других Сторон режим не менее благо­приятный, чем своим физическим и юридическим лицам в от­ношении защиты прав на интеллектуальную собственность»1.

6. Из приведенного выше текста комментируемой ста­тьи видно, что в задачу законодателя не входило определе­ние содержания принципа взаимности – одного из осново­полагающих принципов международного частного права. В комментируемой статье регулируется лишь вопрос о при­менении этого принципа исключительно в отношении при­менения иностранного права1. В соответствии с принципом взаимности предоставление гражданам и юридическим ли­цам иностранного государства соответствующих прав ставит­ся в зависимость от того, пользуются ли собственные граж­дане и юридические лица этого государства соответствую­щими правами на территории иностранного государства. Применение принципа взаимности как одного из общих на­чал международного частного права «предполагает обязан­ность государств на взаимной основе предусматривать соот­ветствующие правомочия, элементы правового статуса для физических и юридических лиц, режимы ввоза и вывоза то­варов, а также в целом осуществления торговых, производ­ственных, хозяйственных и иных связей между субъектами частноправовых отношений»2.

разных государств решает сложную проблему обратной от­сылки неоднозначно. Обратная отсылка подлежит примене­нию согласно законам Германии, Венгрии, Польши, Эстонии и некоторых других стран. Однако в ГК Испании она в об­щем отвергается, а по закону Швейцарии прямо допускает­ся в случаях отсылки к швейцарскому праву, регулирующему вопросы гражданского состояния. Так же как в Швейцарии, применение обратной отсылки только в конкретных, установ­ленных законом случаях предусмотрено законами Италии, Португалии, Швеции, штата Луизиана (США). Таким же об­разом решена проблема обратной отсылки и отсылки к праву третьей страны в Модели ГК для стран СНГ и в гражданских кодексах Белоруссии, Казахстана. Киргизии, Молдавии, Уз­бекистана, а также в законе о международном частном праве Азербайджана. По этому пути пошло и украинское законода­тельство. В Законе о международном частном праве Украи­ны от 23 июня 2005 г. имеется ст. 9 следующего содержания:

состоит в выборе правовой системы, с которой данное пра­воотношение имеет наиболее тесную связь. Поэтому следу­ет учитывать не только материальные, но и коллизионные нормы. Против признания обратной отсылки выдвигался до­вод о том, что коллизионная норма страны суда уже реши­ла проблему выбора права. Поэтому отсылку к праву другой страны следует понимать как отсылку исключительно к ма­териально-правовым нормам другой страны, а не к колли­зионным нормам. Отрицательное отношение к принятию обратной отсылки было выражено в ст. 15 Римской конвен­ции 1980 г., где предусмотрено, что под правом государства, подлежащим применению в соответствии с Римской конвен­цией, понимаются действующие в этом государстве право­вые нормы, «за исключением норм международного частного права». Статья 15 Конвенции о праве, применимом к догово­рам международной купли-продажи товаров, 1986 г. прямо устанавливает, что применимое право означает действующее право, за исключением коллизионных норм, чем устраняет проблему обратной отсылки и отсылки к праву третьего го­сударства. В ряде современных законов в области междуна­родного частного права также отразилась тенденция обще­го отрицательного подхода к обратной отсылке и признания ее в строго определенных случаях. Из этого исходит в своей Резолюции от 23 августа 1999 г. такая авторитетная между­народная неправительственная организация, как Институт международного права.