Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Людовик и Елизавета
.pdf
51Часть первая. Людовик . IV. Король забавляется
сдразнящим провалом спины посредине. Лицо, закрытое полумаской, должно было быть благородным икрасивым,— так покрайней
мере намекали линии рта иподбородка.
Припервом звуке ее голоса Суврэ вздрогнул иизумленно уставился наФортуну. Поголосу это была Полетт де Нейл— ведь он
сдетства знал ее инемог ошибиться! Ноповнешнему виду… Боже
мой, нонималейшего сходства! Полетт— серенькая, некрасивая
монастырка, аэто— вакханка впышном расцвете, ослепительная
красавица! Ивсе-таки это— она: ее голос, ее продолговатая родинка
нашее, ее неправильность врасположении двух передних зубов.
Нокакимже чудом, о, Господи!
Суврэ всматривался, анализировал идумал:
«Это— Полетт, сомнений нет. Чтоже делает ее красавицей
или— вернее— чтоделает ее некрасивой вжизни? Очевидно, то,
чтовжизни открыто, аздесь закрыто, инаоборот. Ее лицо портит некрасивый, приплюснутый нос. Нораз он закрыт, ее лицо
дышит свежестью, нежностью тона. Нос закрыт инеотвлекает
своим уродством отпрелести очертаний лба, рта иподбородка.
Кроме того, истинной красотой Полетт является то, чтодосих
пор было неизменно скрыто ее скромным, мешковатым платьем
монастырки. Унее дивное тело, которое способно будет пленить
короля изаслонить перед ним недостатки лица. Если она поведет
свое дело умно, ее ставка выиграна, ия— просто осел, чтосомневался вее силах!»
Темвременем король, становившийся все смелее иразвязнее
вэтой опьяняющей своей непринужденностью атмосфере, обратился кпоявившейся перед ним смеющейся женщине свопросом:
— Ноктоже ты, прелестная, раз одна твоя близость уже несет
ссобой удачу?
— Ктоя?— скомическим удивлением переспросила девушка.—
Иты ещеспрашиваешь? О, «бедный юрист» скольцом внесколько
сот луидоров напальце!— приэтих словах король иСуврэ досадливо
отдернули вниз руки, вспомнив, чтоони действительно забыли снять
кольца.— Так ты нетолько беден, ноислеп, потому чтоневидишь,
чтоперед тобой сама Фортуна! Впрочем, люди всегда слепы перед
своим счастьем!

52 Людовик и Елизавета
— Ноесли ты действительно можешь стать моим счастьем,
тояготов прозреть!— пылко произнес Людовик.
— Ты «готов»?— насмешливо повторила Полетт.— Однако
для«бедного юриста» ты необыкновенно повелителен! Он готов!
Аготоволи его счастье стать таковым, это его неинтересует!
Ноясегодня очень добра, апотому, так ибыть, опрокину натвою
голову свой рог изобилия!
— Нет, нет, погоди!— скомическим испугом остановил ее
Суврэ.— Сначала дай слово, чтовэтом «изобилии» нет изобилия
старой гвардии, подобно той, которую, какты говоришь, нанас наслало твое присутствие! Натиск двух старух мы кое-какперенесли,
ноесли ихокажется целый легион…
— Увы!— ответила Полетт, опрокидывая свой рог надголовой
короля.— Уменя нетолько старух, аровно ничего неоказалось!
Рог изобилия пуст! Долой его!— иона грациозным движением
откинула всторону картонный рог.
— Ты сама— изобилие любви!— воскликнул Людовик.— Иди
комне, дай мне обвить твой стан иумчать тебя ввихре плавной
куранты.
1
— Нетак скоро, бедный юрист, нетак скоро!— ответила Фортуна, кокетливо грозя пальцем.— Это ещенадо заслужить!
— Вот как? Аяслышал, чтосчастье надо брать силой!— и,
сказав это, Людовик спротянутыми объятиями кинулся к«богине
счастья».
НоПолетт ловко вывернулась изего рук, сделала находу насмешливый реверанс иисчезла, замешавшись всновавшую толпу.
— Черт, анеженщина!— сдосадой произнес Людовик.
— Да, Луи, только здесь иможно встретить нечто подобное,—
ответил Суврэ, все ещенепришедший всебя отизумления привиде
неожиданного превращения скромной Полетт вэту бойкую, задорную красавицу.
— Авсе-таки пойдем, поищем ее,— сказал Людовик.
Они двинулись погалерее. Куранта кончилась, иим снова
пришлось встретиться сцелым потоком толпы. Женщины, разгоряченные танцами, кидали им манящие улыбки, заговаривали,
1 Старинный танец.

53Часть первая. Людовик . IV. Король забавляется
аиные даже бесцеремонно хватали заруку. Нокороль брезгливо
отстранял отсебя назойливых. Он был весь полон капризной,
грациозной фигуркой Фортуны ихотел, искал, жаждал только ее
одной.
Ноони обошли всю галерею, побродили позалу, аФортуны
небыло нигде. Король начинал приходить вявно дурное расположение духа. Суврэ искоса наблюдал заним.
«Маленькая чертовка здорово задела ваше августейшее сердце!— думал он.— Молодец, девчонка!»
Так дошли они допрежнего места иостановились тамопять.
После нескольких бесплодных попыток отыскать свое «счастье»,
король недовольно кинул:
— Однако пора уходить. Все это интересно напервых порах,
нобыстро приедается. Одно итоже… Уйдем!
— Как?— воскликнул сзади них звонкий девичий голос.— Ты
уходишь, даже непопытавшись поймать свое счастье?
Король удивленно обернулся. Перед ним опять, хоть исдругой
стороны, из-завыступа появилась его капризная, насмешливая
Фортуна.
— Ты, должно быть, ведьма,— сдосадой сказал Людовик.— Ты
внезапно появляешься истольже внезапно исчезаешь, как… как…
— Какинадлежит исчезать ипоявляться счастью!— подхватила Полетт.— Чтоже делать, прекрасный незнакомец, счастье
надо уметь удержать!
— Послушай, девушка,— взволнованно сказал Людовик, подходя кней,— бросим шутки! Ты серьезно нравишься мне. Думаю,
чтоиты неизодного пустого каприза вертишься около меня. Так
чтоже! Зачем перетягивать струны?
— Чтоже дальше, прелестный юноша?
— Позволь мне проводить тебя!
Оркестр заиграл пламенную гальярду. Все устремились изгалереи
вбальный зал, итолько маркиз, король иПолетт остались вэтом
уголке. Суврэ слюбопытством наблюдал, чемкончится эта сцена,
достигшая своего высшего напряжения, король слихорадочным
нетерпением ждал ответа девушки, аПолетт скокетливой улыбкой
смотрела накороля.

54 Людовик и Елизавета
Оркестр играл все пламеннее, все задорнее; гальярда захваты-
вала всех.
Гальярда, старинный трехчетвертной танец необузданного,
кипучего, веселого темпа, родилась вРиме, где первоначально ее
танцевали после сбора винограда, какбы празднуя победоносные
свойства вина. Вней жили древние пляски вакханок. Подобно
большинству старинных танцев, гальярда сочетала всебе три рода
искусства: танец, музыку ипоэзию, потому чтоее танцевали подпение
специальных плясовых куплетов, итрудно было решить, чтобыло
более пронизано палящими лучами южного солнца, хмелем вина,
опьянением любви— пляска, мелодия илислова!
— Позволь мне проводить тебя!— настойчиво повторил король.
— Куда?
— Ктебе, комне, куда хочешь!
— Зачем?
— Ябуду сторожить твой сон, чтобы никто непотревожил его!
Полетт насмешливо передернула плечами ивместо ответа, приплясывая, запела подаккомпанемент оркестра строку изкуплетов
гальярды:
J’aimerais mieux dormir seulette!
1
Король кинулся заней следом, ноопять, какпрежде, Фортуна
ловко вывернулась искрылась среди танцующих пар.
Напрасно король искал ее— девушка скрылась бесследно,
словно тень.
— Идем, Анри!— сдосадой крикнул король.— Это черт знает
чтотакое!
Суврэ молча последовал заЛюдовиком.
Они вышли наподъезд. Стояла дивная, теплая весенняя ночь.
Площадь была погружена всон; нипрохожих, нипроезжих почти
небыло видно. Только встороне вытянулся ряд карет ссонными
кучерами, поджидавшими запоздавших господ.
Король иего спутник остановились уподъезда иневольно
залюбовались величественным покоем, резко контрастировавшим
столько чтопокинутой сутолокой.
1 Я предпочитаю спать одинешенька!

55Часть первая. Людовик . IV. Король забавляется
Вдруг послышался звук чьих-тобыстрых, легких шагов, каблучки мелкой дробью застучали покаменным плитам, имимо
короля быстро скользнула женская фигура; она обернулась находу
изадорно крикнула:
— Спокойной ночи, «бедный юрист»!
— Черт!— рявкнул король, вне себя отпламенного возбуждения.— Ну, стой! Теперь ужты неуйдешь отменя!
— Авот увидим!— насмешливо ответила девушка, скрываясь
среди экипажей.
Король иСуврэ кинулись заней, осмотрели все экипажи, ноее
нигде небыло. Испустив сквозь зубы громоздкое проклятие, Людовик сердито зашагал прочь.
Когда они отошли нанекоторое расстояние, из-подсиденья
одной изкарет вынырнула Полетт, осторожно выглянула вокно
ипотом сказала кучеру:
— Домой, Батист, вКлиши!
Король, стиснув зубы отбессильного бешенства, молча шел
сСуврэ попустынным улицам.
Маркиз немог утерпеть, чтобы неподдразнить короля.
— Ажаль, чтодевчонка ускользнула,— сказал он.— Это—
премилый зверек, какого нескоро сыщешь опять!
— Ачерт ее знает!— кисло ответил король.— Лицо закрыто;
может быть, ещеуродина какая-нибудь!
— Недумаю, государь. Судя понежности кожи, она должна
быть прехорошенькой. Акроме того, если лицо изакрыто, зато
трико достаточно плотно облегает ее тело, чтобы можно было судить ороскоши ее форм!
— Ну, брат, наверное, унее была своя причина, если она незахотела позволить поближе познакомиться сосвоими формами! Готов
держать пари, чтовсе это унее— подделка. Малоли чего можно
насовать подтрико. Ая, знаешьли, неочень-толюблю суррогаты!
— «Nous vivons sous un prince ennemi de la fraude!»2— снескрываемой насмешкой продекламировал Суврэ.
2 «Нами правит государь, ненавидящий обман!» («Тартюф», комедия Моль-
ера).

56 Людовик и Елизавета
V. УЗЕЛ ИНТРИГ
Анна Николаевна Очкасова, которую Полетт, подобно всем остальным
французским подругам, называла Жанной, жила состариком-отцом
вуютном домике узаставы Клиши. Этот домик, кокетливо прятавшийся взелени небольшого, нотщательно содержавшегося садика,
выходил натихую улицу, покоторой почти небыло движения. Это
представляло значительные удобства: живя почти всамом городе,
Очкасовы пользовались втоже время всеми выгодами деревенской
мирной жизни.
Сюда-тоинаправилась Полетт сплощади Пале-Рояль.
Была уже глубокая ночь, когда она вошла вкомнату, где длянее
была приготовлена постель. Полетт чувствовала себя очень усталой,
новсе-таки долго немогла уснуть. Она припоминала слова короля,
его пламенные взгляды, его досадливые восклицания, когда «счастье» ускользало отнего, иготова была верить вблизость иполноту
своего торжества.
Уже начинала заниматься заря иптички подняли уокна свою
возню, когда Полетт наконец забылась сном. Спала она крепко
идолго ипроспалабы, быть может, довечера, еслибы ее неразбудила Очкасова.
— Вставай, ленивица!— говорила Жанна, тормоша заспанную
девушку.— Люди уже скоро спать будут ложиться, аты ещенепроснулась! Дануже, шевелись, сейчас будем завтракать!
Полетт вскочила, нодолго ничего немогла сообразить, протирая
кулачками заспанные глаза.
— Ах, это ты, Жанна!— сказала она наконец.— Амне снился
такой сон, чтопросто… ух!
— Увы это только я!— засмеялась Очкасова.— Аты небось
ждала увидеть того самого заморского принца, который тебе
снился! Дануже, вставай ирассказывай, кактвои вчерашние
успехи!
— Ах, Жанна!— воскликнула девушка, обвивая шею подруги
белыми, пухленькими руками.— Вчера язаложила первый камень
того фундамента, накотором будет воздвигнут трон твоей несчастной царевны Елизаветы!

57Часть первая. Людовик . V. Узел интриг
— Ну, она-тодалеко ненесчастна; наоборот, насколько яслышала, Елизавета Петровна неунывает ипродолжает вести прежний
веселый ирассеянный образ жизни. Сама она отлично прожилабы
безтрона, ноее воцарение нужно нам, нужно всей России… Ну,
дакакбы тамнибыло, аявсе-таки немогу понять, почему ты
стаким экстазом говоришь оРоссии иее надеждах? Ты молода,
хочешь жить, хочешь широкой сферы действия исвои мечты
собираешься осуществить, пленив короля. Претензия неизвысоких, ноэто ямогу понять. Ты нехочешь быть подобно своей
сестре простым «инструментом дляразвлечения», каквыразился
один изваших стариков— понимаю иэто. Ты готова пуститься
вводовороты политического влияния, атак кактебе решительно
все равно, вкакую сторону направить это влияние, тоты непрочь
посодействовать своей подруге,— иэто ятоже могу отлично понять.
Ночтобы тебе действительно было невсе равно, ктоцарствует
вРоссии икакзовут ее государыню— Анной Иоанновной, Анной
Леопольдовной илиЕлизаветой Петровной— вэто, прости меня,
яверить немогу!
— Жанна, ты называешь меня своей любимой подругой, амежду
темтак обижаешь меня!
— Глупенькая, даразве заправду обижаются?
— Нет, Жанна, ты неправа. Просто ты привыкла ещевшколе
смотреть наменя свысока, какстаршая, и, чтобы янисказала тебе,
какойбы мечтой неподелилась, все всегда втвоих глазах является
пустой болтовней фантазирующей девчонки!
— Дарассуди сама…
— Нет, Жанна, ты сначала выслушай меня, апотом ужбудем
рассуждать. Вспомни, ещевмонастыре ячасто говорила тебе, чтожажду власти ицелью своей жизни ставлю стремление добиться этой
власти. Нонесама власть привлекает меня, ата польза, которую
можно принести ею родине. Ведь Франция гибнет, Жанна, ты ведь
говорила мне сама это. Помнишь старичка-аббата, который так
любил меня стобой итак подолгу разговаривал снами втенистых
аллеях монастырского сада?
— Аббата Парьо? Какже непомнить этого славного ученого
старичка?

58 Людовик и Елизавета
— Помнишь, какон говорил нам однажды, чтогосударства
растут, развиваются игибнут также, какрастения, животные илюди.
Изнебольшого ростка развивается большое, сильное растение,
которое, достигнув высшей точки расцвета, начинает мало-помалу
отмирать. Дух государства, говорил он, стареет ипортится также,
какчеловеческая кровь. Ноесли перелить встарческие жилы юную
кровь— такие операции уже совершали,— точеловек начинает
жить новой жизнью!
— Япомню все это. Нокакое это имеет отношение кФранции
иРоссии?
— Очень большое. Франция приЛюдовике Тринадцатом достигла
высшей точки своего расцвета. ПриЛюдовике Четырнадцатом она
жила уже засчет прежнего избытка силы и, растрачивая его, начинала
падать. Регентство сильно подломило французскую мощь. Франция
идет кгибели, иесли вее судьбу невмешается что-нибудь новое,
токатастрофа неминуема. Нооткуда может взяться это «новое»,
Жанна? Только отженщины, так каксчастье инесчастье Франции
всегда шли отженщины. Когда-тоЖанна д’Арк спасла гибнущую
страну. Ряд королевских любовниц, отвлекавших монархов отгосударственных дел иобрекавших ихистрану произволу продажных
министров, подготовил ее новое падение. Настало время явиться
новой Жанне д’Арк…
— Иею хочешь стать ты, милая Полетт? СБогом! Иногда цель
действительно оправдывает средства. Ноявсе-таки непонимаю…
— Неперебивай меня, итогда ты поймешь скорее! Да, Жанна, яхочу стать этой новой Орлеанской девой! Ноновые времена
требуют новых форм воплощения. Несмечом вруках, несорифламой, несгимном надлежит явиться новой спасительнице. Мой
меч— это тело, моя орифлама— лобызающие уста иобнимающие
руки, мой гимн— шепот страсти. Иневрага, асамого короля хочу
япокорить всем этим оружием, чтобы повести его, азаним ивсю
Францию, кновому блеску имогуществу! Новчемже этот блеск,
вчемэто могущество? Ямного думала, читала, говорила, слушала
ирасспрашивала поэтому поводу. Имой вывод таков— спасение
Франции возможно только всоюзе сдругой сильной державой.
Иэтой державой может быть только Россия!

59Часть первая. Людовик . V. Узел интриг
Полетт замолчала, какбы задыхаясь поднаплывом дум ичувств.
Жанна сласковым удивлением смотрела нанее. Только теперь она
почувствовала, какая громадная нравственная сила таится вэтой
юной головке.
— Да, только всоюзе сРоссией спасение Франции,— продолжала Полетт.— Ты спросишь: почему? Дапотому, чтоэто самая молодая монархия, потому чтовсе остальные сами увядают.
Россия станет темсамым юношей, укоторого берут кровь, чтобы
продлить жизнь достойного старца. Носбольшой разницей: юноша неумрет, непострадает, атолько окрепнет оттакого кровного
слияния состарушкой-Францией. Ведь России дляее внутреннего развития ипреуспеяния требуется прочный мир, незыблемое
внешнее спокойствие. Это спокойствие может дать ей только союз
сФранцией. Атеперь подумай сама, Жанна: можетли Франция
рассчитывать натесный союз сРоссией, пока тамцарит Анна Иоанновна илиее племянница, Анна Леопольдовна? Немцы захватили
Россию иневыпустят ее изрук. Аведь немцы— исконные враги
исоперники французского могущества. Значит, раз яищу блага
своей родине, томогу видеть его только вперемене царствования.
Ноктоже толицо, которое может быть желательно длямоих целей? Только одна царевна Елизавета. Ты сама рассказывала мне,
чтоона обожает Францию. Мало того, раз она будет обязана троном
Франции, тоблагодарность свяжет ее сильнее всякого союзного
договора. Вот почему, Жанна, твои планы являются втоже время
имоими планами, вот почему ястаким восторгом говорю отом,
чтоположила первый камень фундамента, накотором воздвигнется
трон Елизаветы. Атеперь скажи мне, разве янеправа иразве ты
ненапрасно обидела меня?
— Прости меня, милочка, если янехотя обидела тебя! Номоглали япредполагать, чтоумоей ветреницы Полетт такой широкий
кругозор, такие грандиозные планы? Несчастье ожесточает, дорогая…
— Яговорила, чтоты всегда смотришь наменя свысока! Ну,
дабудет обэтом! Язнаю, чтоты искренне любишь меня, иесли ты
способна считаться сомной, если будешь видеть вомне сообщницу идельную пособницу, если, словом, будешь нетолько любить,
ноиуважать меня, тоябуду очень рада.

60 Людовик и Елизавета
— Ябуду нетолько уважать, апросто боготворить тебя, если
ты действительно поможешь мне втом, чтоясчитаю целью своей
жизни! Носкажи, Полетт, разве вчера ты насамом деле добилась
осязаемых результатов?
— Кактебе сказать?.. Ида, инет!— Полетт вкратце рассказала
овчерашнем иприбавила:— итак, ты видишь, чтоясумела задеть
короля заживое. Япостараюсь продолжить эту интригу, апотом
случайно дать королю застать себя врасплох иобнаружить таким
образом свое инкогнито. Король, доведенный мною, чтоназывается, добелого каления, потерял голову и… неизбежное свершится!
Атогда уже яневыпущу его изсвоих рук!
— Асестра?
— Чтоже сестра! Мне ее жалко, но…
— Ну, даэто, разумеется,— твое дело. Носкажи, какже ты
думаешь вести дело далее? Один раз тебе случайно представился
благоприятный случай, нодалее…
— Адалее Анри поможет мне опять создать другие благоприятные случаи, каксоздал иэтот!
— Ах, да, яизабыла, чтоты попала наэтот бал благодаря маркизу! Вот никогда недумала, чтоэта беззаботная божья коровка
может оказаться полезной начто-нибудь!
— Фу, Жанна, какты зла инесправедлива! Анри так любит тебя…
— Ах, чтомне вего любви! Точно ядобивалась ее! Ненадо
мне никакой любви. Яживу одной мысль освоей мести, аостальное…
— Скажи, Жанна, какты думаешь осуществить свою месть одна,
бездрузей, безсредств? О, язнаю, чтоутебя немалые длячастного
лица деньги, норазве государственный переворот можно совершить
начастные средства?
— Уже нетвойли Анри даст мне их?
— Да, Анри ия, мы дадим тебе их! Ещераз говорю тебе: брось
свое высокомерие; ведь бездрузей ты— ничто! Наменя ты смотрела
какнабылинку, ипонадобилось все мое красноречие, чтобы убедить
тебя, чтоиямогу быть тебе полезной. Нодаже сомной безАнри ты
бессильна! Ктоподвигнет Францию встать назащиту попранных
прав твоей царевны! УжнеФлерили, тот самый Флери, который
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
