Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Людовик и Елизавета

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
31Часть первая. Людовик . II. Маркиз де Суврэ
Однако ночь обессиливала, истомляла, сушила… Ивесь день король пролеживал втомной грусти накушетке, нежелая никого видеть, низачтовзяться. Каждое утро водворец приезжали при­ближенные снеизменным вопросом:
— Каксегодня его величество?
Иответом им был неизменный испуганный шепот:
— Тссс! Король скучает!
Король лежал, лежал, лежал… Словно тени двигались покори­дорам изалам дворца взволнованные слуги, осторожно пробираясь нацыпочках мимо королевских апартаментов. Иотодного кдругому несся предупреждающий шепот:
— Тише! Его величество тоскует! Тссс! Король скучает!..
II. МАРКИЗ ДЕ СУВРЭ
Всоседней комнате скрипнула дверь ипослышались чьи-толегкие, бодрые шаги; вслед заэтим дверь королевской комнаты приоткры­лась, ивщель просунулась белокурая кудрявая голова сбелым, нежным лицом, глубокими, большими, умными глазами иизящным аристократическим носом.
— Государь!— весело заговорил вошедший,— это я, маркиз де Суврэ! Вашему величеству благоугодно было приказать мне немедленно явиться повозвращении изпутешествия, чтобы доло­жить орезультатах! Ятолько чтовернулся изПармы, ивот плоды моих поисков. Разрешители, ваше величество, всеподданнейше преподнести их?
— А, это ты, маркиз,— лениво ответил Людовик, неподнимая головы.— Войди!
Маркиз де Суврэ был сверстником короля итоварищем его повоспитанию. Король очень любил его общество, носовершенно незамечал его отсутствия: благодарность истойкость привязанности вообще невходили вчисло добродетелей Капетингов. Зато сам маркиз действительно любил короля преданно, нежно, бескорыстно дотро­гательности. Только, какумный человек, понимавший, чтоизбыток преданности, слишком явно высказываемый, порождает зависть, интриги иподкопы, Суврэ никогда неподчеркивал вприсутствии
32 Людовик и Елизавета
третьих лиц своей исключительной любви кЛюдовику. Он так умело отходил втень, чтотолько один проницательный ихитрый Флери, недолюбливавший Суврэ ивзаимно нелюбимый им, разгадывал степень значительности ивлияния маркиза накороля. Длявсех остальных Суврэ был совершенно безобидным весельчаком, по­лушутом, забавником, чудаком, любившим говорить изречениями, пословицами дастихами.
Действительно, Суврэ усвоил себе манеру высказывать свои мысли чужими словами. Отличаясь колоссальной памятью ибудучи человеком необыкновенно образованным иначитанным, Суврэ знал наизусть всех классиков французской поэзии итак исыпал стихами, почти всегда замечательно остроумно применяемыми. Это стало его второй натурой и, даже оставаясь наедине скоролем, когда некчему было надевать свою личину, Суврэ немог отделаться отусвоенной привычки.
Пользуясь разрешением короля, Суврэ окончательно распахнул дверь, взял изрук лакея бархатную подушку, накоторой лежал ка­кой-тобеленький комочек, инаправился сним ккушетке. Тут он опустился наколени и, протягивая ккоролю подушку скомочком, оказавшимся очаровательной крошечной собачкой, сказал:
— Вот, ваше величество, собачка, которую так хотела иметь прелестная графиня де Майльи! Могу поручиться, чтоэто— самый крошечный экземпляр извсего собачьего семейства. Ночего мне стоило достать его!..
Людовик лениво погладил собачонку помягкой, пушистой шерсти ивяло улыбнулся, когда она принялась жадно сосать его мизинец.
— Чтоэто запорода?— спросил он.
— Незнаю, ваше величество, потому чтородители этого пе­сика были вывезены каким-тоанглийским капитаном издалекой заморской страны. Темнеменее этот песик может сгордостью воскликнуть: «Moi, fils inconnu d’un si glorieux père!».1 Ведь папаша этого маленького комочка спас отнеминуемой смерти герцогиню Пармскую, выбив изее рук стакан сотравленным питьем. Он тутже пал жертвой своего инстинкта: несколько капель жид кости попало намордочку песика, ион испустил свою собачью
-
1 «Я, неизвестный сын славного отца» («Федра», трагедия Расина).
33Часть первая. Людовик . II. Маркиз де Суврэ
душу вужасных конвульсиях. Благодарная герцогиня приказала набальзамировать его труп. Обо всем этом яузнал вТоскане, где мне рассказали, кроме того, чтогерой оставил после себя двух малолетних наследников ичтоминиатюрнее этой собачьей семьи нет вовсей Европе. Тогда янемедленно ринулся вПарму. Увы! Герцогиня ислушать нехотела отом, чтобы расстаться ссыном своего спасителя. Благословив свою судьбу зато, чтояпроживал вПарме инкогнито, яподкупил придворного лакея, ивот— «C’était pendant l’horreur d’une profonde nuit,2— пес был выкраден, ияпонесся сдрагоценной добычей обратно воФранцию, чтобы сложить ее уног моего короля!
— Благодарю тебя, Суврэ,— ласково сказал Людовик.— Явсегда знал, чтоты— мой лучший друг! Положи где-нибудь собачку искажи потом Корбелэну, чтобы он присмотрел заней, пока янепреподнесу ее графине. Авзнак моей дружбы иблагодарности возьми вот это,— король снял спальца икинул маркизу массивное золотое кольцо, изображавшее дракона, который вбессильной ярости закусил свой хвост икакбы изрыгал пламя крупными рубинами глаз.
Суврэ подхватил кольцо налету, пламенно прижал его кгубам исвосторженным пафосом воскликнул: «Oui, puisque je retrouve un ami si dèle, Ma fortune va prendre une face nouvelle!»3 Людовик грустно посмотрел намаркиза.
— Какязавидую тебе, Суврэ,— сказал он, ивего голосе прозвучали скорбные, надтреснутые ноты.— Ты всегда так весел, так жизнерадостен! Всякий пустяк радует тебя, словно ребенка. Даислучись утебя какое-нибудь горе, так тебе есть ккому при бегнуть, потому чтоя, твой царственный друг, всегда готов прийти ктебе напомощь. Ая? Я, король великой страны, беднее ибеспо­мощнее любого изсвоих подданных! Великая скорбь, гнетущая тоска гложут мое сердце. Жизнь кажется мне гробом, завернутым вряд блестящих, богатых покровов. Незная, чтотаится заэтими покровами, ябеззаботной рукой срывал иходин задругим ивот увидал, чтовнешность— тлен имишура, чтовсе— гниль ипрах…
-
2 «Это было среди ужасов глубокой ночи» («Аталия», трагедия Расина). 3 «Раз я вновь обретаю столь верного друга, то моя судьба отныне примет
благоприятный оборот!» («Андромаха», трагедия Расина).
34 Людовик и Елизавета
Иккому прибегну явсвоем горе, ктоутешит меня? Надкоролем только Бог! Чтоже, так пусть он призовет меня ксебе…
— О, мой король!— снепритворным отчаяньем воскликнул Суврэ, кидаясь наколени перед кушеткой ипростирая ккоролю обе руки.— Разве это возможно? О, нет, нет! Это— случайное настрое­ние… Боже мой, чегобы янесделал, чтобы рассеять вашу тоску! Нояверю, это пройдет! Бог недопустит!
— Язнаю, чтоты любишь меня,— сказал Людовик, ласково положив руку наголову маркиза.— Знаю ито, чтоты отдалбы жизнь заодну минуту моей радости…
— О, свосторгом!
— Ноилюбовь бывает бессильной там, где неизбежность захва­тывает душу своими железными тисками. Оглянись вместе сомной намою жизнь. Чтояимею, чего мне ждать, начтоямогу рассчитывать?
— Ваше величество! Вы забыли Францию, нашу прекрасную, великую Францию. Каксчастлива былабы она, еслибы ваше вели­чество собственноручно взялись закормило власти инаправили страну кновому блеску иславе!
— Э, милый мой! Франция отлично обходится ибезменя! Даимолод яслишком, чтобы оспаривать это кормило уопытных рук кардинала Флери…
— Нет, возлюбленный король мой, чтокасается молодости, тонедаром поэт говорит:
«Je suis jeune, il est vrai; mais aux âmes bien nées, La valeur n’attend point le nombre des années!»
1
Чтоже касается до«опытности» первого министра вашего ве­личества, то…
— Полно, Суврэ, ты просто нелюбишь кардинала!
— Нопричемже здесь моя любовь илинелюбовь, государь? «J’appelle un chat un chat et Rollet un fripon!».
1 «Я молод, это правда, но у благорожденных душ доблесть не выжидает ряда
прожитых лет!» («Сид», трагедия Корнеля).
2 «Я называю кошку — кошкой, а Роллэ — мошенником!», то есть я называю вещи своими именами. (Строка из сатиры Буало. Роллэ был прокурором известным своей скупостью и продажностью).
2
35Часть первая. Людовик . II. Маркиз де Суврэ
— Оставим это, Суврэ!
— Хорошо, ваше величество, пусть ненастало ещевремя великому королю теснее сойтись свеликой страной! Норазве какчеловек мой король неможет быть счастлив?
— Гдеже счастье вэтой мишуре, Суврэ?
— Ваше величество, посмотрите туда, впарк! Чтошепчут деревья, тянущиеся кнам своими осыпанными юной зеленью ветвями? Очеммечтают стыдливые венчики весенних цветков? Очемчирикают птички, весело собирающие прутики ипушок? Какие грезы навевают нам нежные лучи задумчивой луны? Икакое великое, издавна священное слово звучит призывом вночном гимне певца соловья? Любовь— вот то, чемодухотворен весь весенний трепет пробуждающейся природы? Любовь— вот то, чтоможет наполнить всю жизнь безостатка!
— Любовь!— король повторил это слово соттенком грустно­го презрения.— Когда ябыл ещемальчуганом, Суврэ, мне тоже казалось, чтолюбовь— самый прекрасный, таинственный, за­манчивый дар жизни. Еслибы немоя робость, тоя, казалось, обнялбы всех тех изящных, обольстительных красавиц, которые воздушным роем витали придворе регента, язацеловалбы всех ихдосмерти… Боже мой! Сколько бессонных ночей провел я, проклиная свою застенчивость!.. Ивот, каксейчас помню, меня обвенчали сдочерью сверженного польского короля. Яобратил наМарию всю свою страсть, ясосредоточил наней одной все свои грезы, вней яцеловал всех женщин, которых дотого целовал мыс­ленно. Нокоролева отвечала намою любовь только покорностью, только одним сухим подчинением своей обязанности. Настал момент, когда она стала уклоняться даже иотэтого. Ивот, когда ясблизился сде Майльи… Яочень любил ее, да, если хочешь, люблю итеперь. Она верна, преданна, бескорыстна, весела. Ноона ужочень ограниченна, ужочень уземли. Сней можно забыться только вживотных восторгах, нонеумчишься ввысь, неунесешься кгорным высотам. Ястал скучать сней… Впопытках развлечься яснизошел домногих других женщин. Каждый раз это было толь­ко мимолетным эпизодом, икаждый раз вдуше оставался налет горечи. Теперь эта горечь переполнила душу изадавила ее своим
36 Людовик и Елизавета
невыносимым гнетом… Суврэ! Ты, он, другой, третий, любой измоих подданных можете быть счастливы влюбви, ноя— нет! Ведь я— король! Меня нелюбят— мне подчиняются. Ямогу быть красивым, какАдонис, могу быть уродливым, какВулкан; могу быть сильным, какГеркулес, илирасслабленным, какнищий Силоамской купели— все равно, женщины будут одинаково отда­ваться мне, потому чтоя— король! Но, отдаваясь мне, они втоже время немедленно требуют уплаты посчету своей нежности. Ведь я— король, можноли любить меня даром? А! Ты опустил голову, Суврэ, ты задумался? Ты сам видишь теперь, чтояправ ичтомне нет счастья нивчем!
— Нет, государь, вы нетак объяснили причину моей задум­чивости! Японик головой всознании того, чтомы, тоесть все те, которых ваше величество почтили высоким саном своих друзей, неисполнили вполной мере обязанностей дружбы. Как? Наш возлюбленный король задыхается влабиринте жизни иникто изнас неподскажет ему выхода!
— Норазве есть выход, Суврэ?
— Да, конечно, есть, ваше величество! Вы страдаете оттого, чтовы всегда— слишком король? Нопочемуже втаком случае вашему величеству иногда непожить жизнью простого буржуа? Вы мучаетесь тем, чтовас любят только ради вашего сана, чтопри­дворные дамы слишком испорчены длябескорыстной любви? Нопочемуже втаком случае непопытаться обратить свои взоры надругие слои общества?
Король приподнялся, его глаза оживились изасверкали.
— Объяснись, Суврэ! Ты говоришь загадками!— сказал он.
— Ваше величество, ятоже страдаю отнеудовлетворенной любви, ятоже повременам жестоко кляну безжалостного божка Амура. Ивот, когда явозвращался сюда изПармы, наодной изоста­новок яувидел, какналужайке перед моими окнами крестьянские парни идевки танцевали бранль Старинный хороводный танец спением… Взявшись заруки, они весело кружились, напевая:
J’ai vu des dames d’un haut rang, Ce n’est rien prиs de Silvie —
37Часть первая. Людовик . II. Маркиз де Суврэ
En corset rouge, en jupon blanc, Ah, grand Dieux, qu’elle est jolie!
1
Язадумчиво смотрел наодну изних илюбовался ее красотой, грацией, стройностью. Ядумал, каксчастлив должен былбы быть ее возлюбленный; ведь действительно наши дамы «высшего кру­га— ничто рядом снею». Иуже наверное она нестанет мучить его так, каккрасавица нашего круга мучает несчастного, рискнувшего полюбить ее. Вот один изпарней воспользовался удобным момен­том ирасцеловал свою даму. Она смеялась, отбивалась, но— боже мой!— сколько чистосердечности, какое отсутствие жеманности было вее смехе! Иядумал: вотбы хорошо поселиться втакой де­ревушке подвидом простого человека, полюбить ибыть любимым простушкой Сильвией!..
Король перебил его веселым смехом, первым смехом после долгого периода времени.
— Нет, ты— ужасный чудак, Суврэ! Ужнесобираешьсяли ты посоветовать мне отказаться откороны ипоселиться вдеревне, чтобы гоняться тамзапровинциальными красотками вкрасных корсажах ибелых юбках?
— Боже упаси меня отэтого, государь! Зачем отказываться отвеликого ради малого, когда можно совместить ито, идругое?
— Нокакже?
— Известноли вам, государь, чтотеперь благодаря изобретению какого-тоученого монаха театральный зал Пале-Рояля пожеланию легко превращают вбальный? Этим пользуются, чтобы устраивать тампубличные балы имаскарады. Ведь теперь карнавал, государь! Наэти балы собирается весь цвет женского населения Парижа. Мо­дисточки, гризетки, лавочницы, дочери купцов ичиновников, даже маркизы играфини инкогнито,— все спешат туда, чтобы широко использовать царящую тамсвободу нравов. Маски свободно заго­варивают друг сдругом, нет нирангов, ничинов, нититулов; только
1 Я видал дам высшего круга, Они — ничто рядом с Сильвией; Великий Боже, как она очаровательна В красном корсаже и белой юбочке!»
38 Людовик и Елизавета
один божок Амур всесильно царит там, ихотя ему приходится брать ссобою удесятеренный запас стрел, нониодной изних неостается унего неиспользованной. Весна празднует тамсвой праздничный пир. Все, чтомолодо, красиво, чтохочет любить ибыть любимым, соединяется вобщем жертвоприношении наалтаре богине Венере. Там«chaque chacun trouve sa chacune!»
1
— Иты думаешь…
— И, ядумаю, чтоесли сегодня вечером тампоявятся два молодых человека вполумасках, тоникому ивголову непридет, чтопододной изних скрывается его величество христианнейший король Франции, аподдругой— его верный раб, маркиз де Суврэ. Таким образом, если какая-нибудь красотка, обратившая насебя внимание его величества, выкажет склонность увенчать зажженное ею пламя, товаше величество сможет быть спокойным, чтоее толк­нет наэто неблеск королевского венца, аличное обаяние вашего величества!
Людовик вскочил скушетки исосверкающим радостью взором крикнул маркизу:
— Суврэ! Ты незаменим! Ты— мой истинный друг! Надо быть тобой, чтобы придумать такую прелесть!— Король даже захлопал владоши отвосторга.— Нет, ты подумай сам, какэто будет чу­десно! Провести часок-другой вполном инкогнито, быть самым заурядным участником общего веселья, пленить какую-нибудь красоточку, которая подарит свою любовь, какона думает, купчи­ку, илимелкому дворянину, азатем широко раскроет глаза, когда узнает, ктоее милый! Какая поэма восторгов, самых разнообразных, тонких ощущений открывается тут! Суврэ! Ты— гений! Можешь поцеловать мою руку!
Суврэ благоговейно приник круке Людовика исказал:
— Ясчастлив, государь, чтомоя бесконечная любовь ипре­данность вашему величеству подсказали мне удачную мысль. Ведь увсех придворных сердце кровью истекло привиде страданий возлюбленного короля!
— Бедная де Майльи!— сучастием сказал король.— Вооб­ражаю, какона исстрадалась вэто время! Сколько времени уже
1 «Каждый всякий обретает свою всякую!»
39Часть первая. Людовик . III. У де Майльи
мы невиделись! Вот что, Суврэ, ступай кней сейчас, поднеси ей привезенную тобой собачку ипередай, чтоячерез несколько минут буду унее. Аоттуда мы стобой отправимся вПариж!
— Слушаю-сииду, государь,— ответил Суврэ. Взяв собаку, он, почтительно пятясь, направился кдвери.
III. УДЕ МАЙЛЬИ
Суврэ застал графиню де Майльи вполном упадке духа. Эта рос­лая, полная, страстная брюнетка искренне, бескорыстно любила короля иотчуждение, которому она подвергалась впериод долгой тоски Людовика, приводило ее всовершеннейшее отчаяние. Она немогла понять, чтозначит эта внезапная холодность. Досамо­го последнего дня Луиза была все также нежна, также покорна, стойже преданностью шла навстречу малейшим желаниям своего царственного возлюбленного, какираньше, ивдруг эта непонятная холодность! Графиня наводила справки, будучи уверена, чтотут за­мешалась какая-тоновая серьезная привязанность. Ипрежде бывало невредкость, чтоЛюдовик накраткий миг увлекался кем-нибудь изпридворных дам, итогда два-три дня Луиза де Майльи бывала взабвении. Номимолетное увлечение быстро проходило, иЛюдовик судвоенной нежностью возвращался ксвоей единственной доселе истинной любви.
Нетобыло теперь. Ксвоему удивлению графиня каждый раз получала все тотже ответ, чтоего величество невыходит изапар­таментов, чтоникто издам ниявно, нитайно непроходил туда, чтоон отменил наэто время все ималые ибольшие приемы ичтодаже его ближайшие друзья нерешаются нарушить уединение заскучавшего короля. Тут уже графиня ровно ничего немогла понять. Король даже непредпочел ее другой, апросто бросил, какбросают надоевшее жабо иливоротник. Аведь она так любила его!
Инесчастная проводила дни иночи вбесконечных слезах. Напрасно ее сестра, молоденькая, только чтовышедшая измона­стырской школы Полина де Нейль, старалась развлечь иутешить ее: Луиза ничего неслушала итолько плакала, плакала иплакала.
40 Людовик и Елизавета
Суврэ застал трогательную картину: старшая сестра лежала сраспущенными волосами накушетке вбудуаре, амладшая меняла ей компрессы наголове.
Но, увидев вошедшего маркиза иузнав отнего, чтокороль шлет ей собачку иприказал предупредить освоем приходе, Луиза сейчасже вскочила скушетки исорвала сголовы повязку. Слезы сразу высохли наее засверкавших восторгом глазах, абледные щеки заалелись ярким румянцем.
— Суврэ!— вскрикнула она,— язацеловалабы вас досмерти отрадости, еслибы уменя была хоть минута времени. Ноего ве­личество сейчас будет здесь, имне надо привести себя впорядок. Ступайтеже вгостиную, дети мои, иподождите меня там! Ах, Суврэ, Суврэ! Сколько радости принесли вы мне. Такая очаровательная собачка! Где вы достали ее? Ну, давы мне потом все расскажете. Идите, идите! Иего величество сейчас будет здесь? Ужнесплюли я? Вы— прелесть, маркиз! Ноступайтеже поскорее! Полина!— обра­тилась она ксестре своим низким, грубоватым голосом,— дауве­диже ты его, Бога ради! Скажи ему, чтотебе нужно передать ему кое-чтоотЖанны, ион срадостью побежит затобой куда угодно!
Она сосмехом вытолкала молодых людей избудуара.
— Вы только сегодня приехали, Анри?— спросила молодая девушка, усаживая маркиза вкресло около причудливого столика изчерного дерева, инкрустированного перламутром ицветным деревом.
Они были дружны сдетства ипотому «азывали друг друга просто Анри иПолетт.
— Да, Полетт, ятолько изПармы, куда ездил доставать собачку длявашей сестры.
— Значит, вы ещеневидели Жанны?
— Нет! Ачто? Разве вы действительно желаете что-нибудь передать мне?
— Нет, Анри, Луиза просто пошутила.
— Жестокая шутка! Ну, дасчастливые люди всегда жестоки; когда они сами счастливы, они смеются наднесчастьем других. Даия-тохорош! Мог вообразить себе, чтоубездушной, холодной высокомерной Жанны Очкасовой найдется хоть словечко дляменя!