Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

История международных отношений движущие силы, глобальные тенденции. Учебник для бакалавров по направлению подготовки «Международные отношения»

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
МО в годы Второй мировой войны
На советской территории им противостояло 150 стрелковых, 32 кавалерийские дивизии, 36 мотомеханизированных бригад. Стрелковые дивизии включали в свой состав отдельные танко­вые батальоны. Хотя танков было много, но они были рассредо­точены, было мало подвижных соединений, танковых дивизий. Советская авиация не уступала по численности самолетов не­мецкой, но отставала от той по боевому опыту, выучке летного состава, техническим характеристикам летательных аппаратов.
Перед группами немецких армий была поставлена задача тан­ковыми клиньями рассечь советскую оборону, окружать обороня­ющиеся войска и уничтожать их с помощью пехоты, чтобы поме­шать созданию сплошной линии фронта, используя естественные препятствия на линии рек Западная Двина — Днепр. Главной задачей плана, разработанного немецким Генштабом, было унич­тожение основных сил противника в западных областях, не позво­лив им отойти вглубь страны. Конечная цель — выйти на рубеж Волга-Архангельск, откуда, используя авиацию, парализовать индустриальную базу на Урале.
Однако эти цели не были достигнуты. Не удалось уничтожить основные силы Красной армии, хотя в первые недели войны было убито или взято в плен около 2 млн человек. Не была уничтожена и советская авиация несмотря на то, что большое число самоле­тов было потеряно на земле в первые часы войны. Советские солдаты сражались с невероятным упорством и самоотвержен­ностью, используя малейшую возможность для контратак. Уже с первых недель стало ясно, что эта война будет отличаться от предыдущих войн, которые вела Германия в Европе.
Целый месяц упорные бои шли в районе Смоленска, что се­рьезно нарушило график продвижения немецких войск, позволи­ло Москве выиграть время для мобилизации населения в дей­ствующую армию. У города Ельни немецкие войска получили приказ перейти к обороне, так как после нескольких недель упорных боев их танковые дивизии нуждались в отдыхе. Ведя бои даже в условиях полного окружения, советские войска замедляли темп продвижения немцев вглубь своей территории, выигрывая время для подтягивания новых резервов.
Немцам все труднее приходилось вести наступательные дей­ствия по трем направлениям одновременно. Это вызвало разно­гласия между политическим и военным руководством Германии. Браухич и Гальдер выступали за наступление по кратчайшему пути в центре, захват Москвы. Гитлер предпочитал наступление
391
Глава одиннадцатая
на юге с целью овладения хлебной Украиной, углем Донбасса и нефтью Кавказа. Его требования можно было выполнить, лишь остановив наступление в центре и передав подвижные соедине­ния группе армий «Юг».
Перегруппировка войск позволила немцам овладеть Киевом 26 сентября 1941 г., после чего 2 октября они начали наступле­ние на Москву, длившееся до конца ноября. Немецкие армии до­шли до ближайших подступов к Москве, но сил для овладения столицей Советского Союза уже не было. 6 декабря началось контрнаступление советских войск, которое продолжалось до конца февраля 1942 г. Немцы были отброшены на 250 километ­ров от Москвы. Стало окончательно ясно, что победить СССР путем молниеносной войны не удалось.
3. Причины военных успехов Германии
в начальный период войны
Скоротечные военные кампании в Польше, Норве­гии, Бельгии и Франции, завершившиеся полным разгромом их армий, отсутствие сопротивления нападению германских войск в Дании, Голландии и Люксембурге, наконец, захват Германией большей части европейской территории СССР за несколько не­дель военных действий ставят со всей остротой вопрос о причи­нах головокружительных успехов немецкой армии. Первое объяс­нение, которое приходит на ум, — в каждом случае немцы имели подавляющий перевес в живой силе, технике, вооружениях, что жизненно необходимо наступающей стороне для преодоления оборонительных порядков противника. На поверку же оказалось, что ни во французской кампании, ни при нападении на СССР Германия не только не имела такого перевеса, но даже уступала в численности войск, количестве танков, артиллерии, а в Польше имела лишь незначительный перевес, который не давал основа­ний для легкой победы. Что же в таком случае обеспечивало успех в противостоянии с сильным противником, в чем секрет молниеносных побед немцев?
Главным было то, что Германия лучше, чем все остальные страны, усвоила уроки Первой мировой войны. Поражение в этой войне, сопровождавшееся унижением со стороны победителей, сослужило немцам добрую службу. Пока победившие державы были заняты устройством нового мирового порядка, призванного закрепить их успех и обеспечить доминирующие позиции в Европе
392
МО в годы Второй мировой войны
и за ее пределами, немцы вынашивали планы будущего реванша. Моральные раны, нанесенные войной, быстрее заживали от мысли об отмщении за понесенные страдания и муки. Орудием мести, ко­нечно же, призваны были стать возрожденные вооруженные силы.
Старая германская армия, которую несмотря на поражение удалось сохранить, была распущена решением победителей. Строительство новой армии, оснащение ее вооружением и тех­никой началось осенью 1933 г. С одной стороны, она создавалась на базе вооруженных сил, которые было разрешено иметь Герма­нии Версальским договором. Их личный состав обладал высоким уровнем профессиональных знаний, богатым опытом боевых действий, приобретенных в Первую мировую войну, которые ши­роко использовались при обучении и подготовке новобранцев. С другой стороны, и это главное, тщательно анализировались военные действия прошедшей войны, из их опыта извлекалось по крупинкам все то полезное, что могло быть использовано в будущих сражениях.
В послевоенной Германии бурное развитие получила военная теория, предвосхитившая создание принципиально новых гер­манских вооруженных сил с учетом новейших открытий в обла­сти военной стратегии и техники. Плюсом было также и то, что лишенная Версальским мирным договором возможности иметь собственную авиацию, Германия продолжала активную науч­но-исследовательскую и конструкторскую работу в области са­молетостроения. Это позволило ей создать к середине 30-х гг. первоклассные модели истребителей и бомбардировщиков, пре­восходившие по летным качествам и вооружению самолеты по­тенциальных противников.
Новые вооруженные силы строились на прочном фундаменте прусских военных традиций. Среди заимствований можно выде­лить следующие: наличие в армии опытного унтер-офицерского состава, что обеспечивало ее превосходство над другими армия­ми в подготовленности, дисциплинированности солдат, их вере в своих командиров; традиция скрупулезной и одновременно энергичной подготовки к предстоящим войнам; стремительное развертывание войск и их ввод в сражение.
Скрытность планов развертывания до последнего момента и быстрота, с какой оно осуществлялось, обеспечивали немцам внезапность нападения, что ошеломляло противника, тщательная же подготовка повышала точность и эффективность наносимых ударов. Пассивность противника, его выжидательная тактика,
393
Глава одиннадцатая
сидение в обороне давали немцам в руки стратегическую инициа­тиву, возможность выбирать себе противника, определять время нападения, выгодное для себя и неудобное для него. Все это прояви­лось и в Польше, и во Франции, и в СССР, когда немцы извлекли огромные преимущества в результате внезапных нападений.
Но если бы дело было только в военных традициях, унаследован­ных немцами от своих прусских предков, они вряд ли добились бы таких успехов. Германские войска получили решающее превос­ходство над своими противниками за счет открытия и примене­ния новых методов ведения военных действий. Никто, кроме них, не додумался использовать танки, сведенные в соединения: диви­зии, корпуса, группы и даже армии, придать им в помощь пехоту, посаженную на технику. Это позволило сосредоточить на узких участках фронта небывалую огневую мощь, напор, пробивную силу и высочайшую маневренность войск. Все эти качества рабо­тали в комплексе, буквально сминая оборону противника, проры­вая ее на большую глубину в десятки и даже сотни километров. Танковые прорывы, или танковые клинья, как их часто называли, разрушали коммуникации в глубоком тылу противника, дезорга­низовывали снабжение, охватывали противника кольцом, отре­зая его от основных сил. Ни поляки, ни французы не выдерживали психологически такого давления и, как правило, сдавались на милость победителя.
Но не так было на советско-германском фронте, где совет­ские части использовали бреши, свободные зоны, неплотности в окружении, прорываясь в слабо защищенных местах из окру­жения, навязывая новые бои, замедляя тем самым продвижение германских войск на восток. Это не означает, что так действова­ли все части, попавшие в окружение. Были и растерянность, и слабоволие, и малодушие, и сдача в плен без сопротивления. Но большинство таких случаев относилось к первым дням войны, когда действовал фактор внезапности, когда не было опыта боевых действий, когда из-за диверсионных действий были разрушены мно­гие линии связи, что серьезно затрудняло управление войсками.
Идея создать ударные танковые соединения для того, чтобы вести преимущественно танковую войну, выдвигалась в 20-е гг. в Англии, где и был изобретен первый в мире танк в 1916 г. Но реализовывать эту идею британцы не стали, так как приоритет­ными видами вооружений они считали флот и авиацию, на разви­тие которых и направляли основную часть финансовых средств. Зато первыми воплотили в жизнь эту идею немцы, за что и полу­чили громадные преимущества перед своими противниками.
394
МО в годы Второй мировой войны
Сторонником формирования ударных танковых соединений в Германии был генерал Хайнц Гудериан (10). Но эта идея и в Гер­мании продвигалась с трудом, так как командование сухопутных сил серьезно сомневалось в ее эффективности на практике. Все же было решено сформировать несколько танковых соединений в порядке эксперимента с целью проверки на деле способа про­рыва обороны противника танковыми клиньями.
К осени 1939 г. было сформировано только 5 танковых диви­зий, которые были использованы в Польше. Польская кампания превзошла все ожидания немецких генералов: танковые проры­вы, удары во фланги оборонявшихся частей, их окружение стали решающими причинами молниеносной победы и разгрома воору­женных сил Польши.
Главный урок, который вынесли немцы из Первой мировой войны, состоял в понимании гибельности для Германии масштаб­ной и затяжной войны из-за ограниченности ее людских ресур­сов, отсутствия стратегического сырья, в первую очередь нефти. Этот вывод привел военных теоретиков к поиску методов и спо­собов, которые позволили бы вести малые и быстротечные войны, разбивать противников поодиночке, чтобы не дать возникнуть опасной антигерманской коалиции. Такую стратегию использо­вал в свое время Бисмарк при объединении Германии под эгидой Пруссии, последовательно разгромив Австрию и Францию, яв­лявшихся на тот момент главными противниками объединения, нейтрализовав Англию и Россию путем использования диплома­тических шагов.
Первая мировая война была противостоянием армий, сидев­ших в окопах, защищенных минными полями и рядами колючей проволоки. Это была война статичная, война на истощение, с ред­кими наступлениями с прорывом линий обороны. В такой войне Германия не имела шансов на победу, так как ресурсы государств Антанты были на порядок больше. Это стало главной причиной поражения Германии. Нельзя было допустить повторения такого сценария в предстоящей войне.
Но в прошедшей войне был и другой поучительный момент. Наступающая сторона несла огромные потери из-за мощного ар­тиллерийского и пулеметного огня, использовавшегося оборо­нявшимися войсками. Именно потребность в защите пехотинцев привела к изобретению бронированных автомобилей, а затем и танков, имевших на вооружении пулеметы, несравненно более высокую проходимость, способных преодолевать колючие заграж-
395
Глава одиннадцатая
дения. Но первые образцы танков были громоздкими, непово­ротливыми, медлительными, уязвимыми для артиллерии, а самое главное, их число было невелико, и потому они не могли сыграть решающую роль во взломе оборонительных порядков противни­ка. Однако именно в широком использовании усовершенство­ванных со времен Первой мировой войны танков немцы увидели средство достижения быстрых побед с малыми потерями, мини­мальными ресурсами.
Усовершенствованный танк представлял собой боевую маши­ну, вооруженную теперь не только пулеметом, но и пушкой, за­щищенную слоем брони, развивавшую высокую скорость не только по дорогам, но и по пересеченной местности, маневрен­ную, способную преодолевать естественные и искусственные препятствия. Но подобные танки имели все европейские державы, более того, многие из них превосходили Германию по количеству танков.
Германия получила серьезное преимущество за счет новой тактики использования танков в предстоящих сражениях. Если в армиях Франции, СССР, Польши танки использовались как вспомогательное средство, приданное пехоте, то немцы приме­няли их не только в качестве самостоятельного средства ведения боя, но и основного ударного элемента, призванного пробить бреши в обороне противника и через них глубоко вклиниться на его территорию. Разность подходов предопределила различные методы использования танков, различную структуру сухопутных войск. В первом случае танки рассредоточивались по пехотным армиям, соединениям, частям, придаваясь им для усиления, под­держки наступательных действий, в которых решающая роль отводилась пехоте. Во втором — танки собирались вместе, кон­центрировались в танковые соединения, им ставились самостоя­тельные задачи: прорвать оборонительные линии противника, разрушить тыловые коммуникации, окружить передовые части, уничтожить их.
Успех танковых прорывов зависел не только от концентрации танков в местах наступлений, но и от дезорганизации сопротив­ления противника, расстройства его противотанковых средств — авиации и артиллерии. Эта задача возлагалась на Люфтваффе — военно-воздушные силы, которым вменялось в обязанность обеспечить господство в воздухе, наносить удары по аэродромам и базам, уничтожать самолеты противника, подавлять артилле­рийские точки. Скрытность подготовки к военным действиям, на-
396
МО в годы Второй мировой войны
несение ударов без объявления войны обеспечивали внезапность, застигали противника врасплох. За счет этого в Польше и СССР немецкая авиация уничтожила тысячи самолетов на земле в пер­вые часы войны, не дав им подняться в воздух.
Взаимодействие сухопутных сил и авиации Германии было тщательно отработано. Танковые прорывы сопровождались мас­совыми налетами пикирующих бомбардировщиков Ю-87, рав­ных которым у противников Германии не было. Несясь к земле с невыносимым воем, который обеспечивали сирены, засыпая позиции противника бомбами, точно ложившимися в цель из-за максимально близкого расстояния, с которого осуществлялось бомбометание, немецкая авиация оказывала сильнейшее психо­логическое давление на его солдат, парализуя их волю. Танк и пикирующий бомбардировщик сами по себе были грозным и ма­невренным оружием нового поколения; их же четкое взаимодей­ствие, одновременные атаки с земли и воздуха создавали допол­нительный эффект, удваивая силу удара. Массовое применение бронетанковых сил и авиации давали немецким армиям преиму­щество, вызывали у противника ощущение безысходности, сеяли панику, ослабляли его волю к сопротивлению. Особенно наглядно все это продемонстрировали военные действия в Польше, Фран­ции и в первые недели войны Германии против СССР.
Успеху Германии способствовали также неготовность ее про­тивников к новому виду войны, переоценка ими собственных сил, косность во взглядах на применение механизированных средств, неспособность учиться на чужих ошибках. Например, у Франции было более 8 месяцев со времени начала Второй мировой войны и до нападения на нее Германии, чтобы сделать выводы из пора­жения Польши и способов военных действий, применявшихся там немцами. Было ясно, что немцы не станут отказываться от тех приемов и способов, которые принесли им молниеносную по­беду над поляками. Французы же вели себя пассивно, отказавшись наступать на Германию, не предприняв никаких корректировок своей стратегии, предпочтя сидеть в глухой обороне. Утвержда­ют, что у них не было времени перестроить свою стратегию и так­тику. Но можно было хотя бы сформировать танковые соединения, начать обучение их состава новым приемам ведения наступа­тельных военных действий.
Однако все дело было в том, что Франция и не собиралась ве­сти наступательную войну, поэтому подвижные танковые и меха­низированные соединения не были востребованы. Исходя из
397
Глава одиннадцатая
опыта Первой мировой войны, военное руководство страны по­лагало, что надвигающаяся война не будет отличаться от предыду­щей, т.е. примет такой же позиционный характер. А появление у Германии танковых частей, воздушных соединений, пехотных дивизий, посаженных на механические средства передвижения, не считали признаком изменения характера будущей войны в сторону маневренных и динамичных действий.
Высшее командование Франции считало, что наличие у него достаточного количества противотанковых и зенитных орудий станет весомым противовесом новым средствам, использовав­шимся немцами. Французы уповали на непреодолимость системы инженерных сооружений, построенных вдоль франко-герман­ской границы, получивших название линии Мажино (11). Счита­лось, что эта линия позволит удерживать врага и в период прове­дения мобилизации, и во время войны. Французский генералитет утверждал, что французы надежно защищены линией Мажино. Таким образом, военная доктрина Франции содержала ошибоч­ные представления о характере будущей войны, что привело к выбору метода пассивной обороны, переходу стратегической инициативы в руки Германии. Эта ошибка стоила Франции пора­жения в июне 1940 г.
Получается так, что из одной и той же войны Германия и Франция сделали противоположные выводы. Немцы считали, что будущая война будет наступательной, французы — оборони­тельной. На представления французов оказали влияние несколько факторов. Во-первых, они были в числе победителей Первой ми­ровой войны, неся на себе основное бремя сражений на Запад­ном фронте. Если победу принесла война на истощение Германии путем сдерживания ее наступления позиционными сражениями, то не было смысла отказываться от этой стратегии в новой войне с этим же врагом.
Во-вторых, вернув в 1919 г. отнятые Германией в 1870 г. свои территории, французы больше не помышляли о наступлении на немцев, придерживаясь задачи сохранения территориальной це­лостности страны за счет стратегии стабильной обороны.
В-третьих, понеся огромные человеческие потери в прошед­шей войне, французы испытывали шок от мысли о новой крово­пролитной бойне. Единственным средством избежать новых больших потерь был отказ от активных наступательных действий. В наступление предполагалось перейти лишь тогда, когда будет достигнуто подавляющее преимущество над противником. Было
398
МО в годы Второй мировой войны
ясно, что провал этого осторожного, пассивного плана, развитие ситуации по негативному сценарию приведут к растерянности, отчаянию, надломят волю французских военных к сопротивле­нию. Так на деле и произошло.
Крах военной доктрины Франции лишил военных воли, необхо­димой для претворения в жизнь приказов высшего командования. Войска оказались в состоянии глубокой депрессии. Французская нация, которую уверяли в несокрушимости ее вооруженных сил, эффективности политики сдерживания Германии, была потрясе­на. Все это привело к жестокому и унизительному поражению Франции в результате немецкого блицкрига.
Если у Франции было 8 месяцев, чтобы пересмотреть свою военную доктрину, то у Советского Союза было для этого прак­тически два года с момента начала Второй мировой войны и до нападения на него Германии. Это время вобрало в себя опыт польской, норвежской и французской кампаний, в ходе которых наглядно проявилась новая тактика военных действий, использо­вавшаяся германскими сухопутными войсками. Казалось бы, есть возможность внести изменения в боевые уставы исходя из нового опыта, изменить структуру вооруженных сил, приспосо­бив ее к изменившимся условиям и тем самым укрепить обороно­способность страны. Однако, несмотря на принятые меры, напа­дение Германии на СССР оказалось неожиданным не только по времени, но и методам ведения наступательных операций. Все это говорит не столько о просчетах Сталина в определении вре­мени нападения Германии на СССР, так как он не мог предвидеть легкую и быструю победу Германии на Западе, сколько о том, что советские вооруженные силы готовились, к сожалению, не к той войне.
Если Франция выбрала доктрину стратегической обороны и просчиталась, то СССР вообще не готовился к обороне, а собирал­ся после коротких приграничных боев перенести боевые действия на территорию противника. Это свидетельствовало о косности, консерватизме, близорукости высшего военного командования страны. В его оправдание можно заметить, что военные вынуж­дены были считаться с мнением политического руководства, определявшего стратегию строительства вооруженных сил в предвоенные годы. Расслабляюще подействовали легкие победы над японцами на реке Халхин-Гол и озере Хасан, что привело к переоценке возможностей Красной армии, усилению шапко­закидательских настроений. Хотя короткая, но тяжелая война
399
Глава одиннадцатая
с Финляндией (12) продемонстрировала недостаточную готовность советских войск, должных выводов из ее уроков не было сделано.
Высший командный состав вермахта, так же как и Красной армии, вырос из Первой мировой войны. И те, и другие служили преимущественно в кавалерии. Но если немцы глубоко проана­лизировали ее уроки, сформировав новый взгляд на предстоящую войну, то многие советские военачальники так и не «слезли со своих седел», оставшись по духу и взглядам приверженцами уда­лых атак периода Первой мировой войны и особенно граждан­ской войны в России. За это и поплатились. Вместе с ними тяже­лую плату за этот консерватизм заплатил весь советский народ. Первые танковые соединения в Красной армии по-настоящему, а не на бумаге, были созданы осенью 1942 г., т.е. спустя полтора года после горьких утрат и поражений.
4. Создание антигитлеровской коалиции
После разгрома Франции Великобритания осталась один на один с Германией. Ее потенциальный союзник Америка в первые дни мировой войны заявила о своем нейтралитете. Перед англичанами было два выхода: заключить с Гитлером мир; про­должить сопротивление, рассчитывая на ресурсы доминионов и колоний. Из-за угрозы вторжения немцев на Британские острова даже рассматривался сценарий переезда правительства в Канаду и управление оттуда военными действиями против Германии. В итоге был выбран вариант продолжения войны. На это реше­ние повлияли два обстоятельства. Во-первых, мир с Германией мог быть заключен путем серьезных уступок немцам, которые неоднократно предлагали Лондону разделить Европу на две сферы влияния — британскую и германскую. В первую входила бы За­падная Европа, во вторую — Центральная и Восточная части континента. Но это предложение высказывалось до прямого столкновения Германии с Великобританией. Было ясно, что со­гласие на перемирие после поражения Франции будет означать выдвижение немцами новых дополнительных требований. Если бы в Лондоне были уверены в том, что аппетиты Гитлера будут удовлетворены уступками в Европе и возвращением немцам их бывших колоний, не исключено, что англичане пошли бы на мир­ные переговоры. Но после нарушения Гитлером мюнхенских до­говоренностей веры в его обещания не было.
400
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]