Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

История международных отношений движущие силы, глобальные тенденции. Учебник для бакалавров по направлению подготовки «Международные отношения»

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
МО в эпоху империализма
После русско-турецкой войны 1877—1878 гг. отношения России с Германией начали ухудшаться. Причиной этого стала позиция Бисмарка, который отказался поддерживать российскую политику в Восточном вопросе. Возникли также и экономические противоречия, связанные с протекционистскими действиями Рос­сии, которая повысила таможенные тарифы на немецкую про­дукцию, что задело интересы германских промышленников. В ответ Германия повысила ввозные пошлины на зерно — ос­новную статью российского экспорта в Германию, что нанесло заметный ущерб интересам России.
Одновременно по мере охлаждения отношений России и Гер­мании становились более тесными связи Германии с Австрией, которые в октябре 1879 г. подписали секретный австро-герман­ский договор. Хотя главную роль в этом союзе играла Германия, основным противником которой выступала Франция, договор был направлен против России. В таком неожиданном повороте в рус­ско-германских отношениях сыграли роль три фактора: антирос­сийская позиция Австро-Венгрии, ухудшение российско-герман­ских отношений, осознание Бисмарком несовпадения позиций России и Германии относительно судьбы Франции. Германский канцлер хотел дальнейшего ее ослабления и выведения из числа ведущих держав, в то время как российская политика был на­правлена на сохранение позиций Франции в Европе, восстанов­ление французских вооруженных сил.
Россия рассматривала Францию в качестве противовеса ра­стущему германскому влиянию на мировую политику. Именно последнее обстоятельство было решающим в пользу выбора Ав­стрии в качестве союзника Германии. Собственно, особого выбора у Германии и не было, она исходила из сложившихся обстоя­тельств, действуя по принципу «синицы в руках», желая удержать рядом хотя бы одного союзника. Создание германо-австрийского союза вышло за рамки отношений двух стран. Он фактически возвестил о начале строительства военно-политических блоков в Европе. Это был первый шаг к мировой войне, и, что важно подчеркнуть, шаг этот сделала Германия.
Бисмарк строил политику обеспечения безопасности Герма­нии, достижения ее внешнеполитических целей, учитывая рас­клад сил среди ведущих европейских держав — Великобритании, Франции, Германии, Австро-Венгрии и России, определявших судьбы всего мира. Он подчеркивал, что достаточно оказаться в числе трех из этих пяти государств, чтобы безопасность Германии
301
Глава девятая
была обеспечена. Однако ему самому, несмотря на все усилия, не удалось реализовать эту формулу безопасности, т.е. удержать в одном союзе с Германией Австрию и Россию.
Все эти геополитические планы и расчеты строились на фоне активизации экспансионистской политики европейских госу­дарств, в результате которой стали обостряться отношения, с од­ной стороны, между традиционными колониальными державами, с другой — между ними и новыми претендентами на колонии. Начала срабатывать психология «гонки захватов», продиктован­ная неписаным правилом империалистической политики, глася­щим: не отказывайся от экспансии, иначе мир будет принадле­жать другим нациям.
Великобритания установила экономическое господство над Суэцким каналом, захватила Кипр, что укрепило ее позиции в Восточном Средиземноморье, заявила о своем протекторате над Афганистаном. Франция усилила свое присутствие в Север­ной Африке, захватив в 1881 г. Тунис. Этот же регион оказался в зоне интересов Италии, которая после объединения почувство­вала вкус к колониальным захватам. Италия также претендовала на Тунис, который вместе с принадлежащим ей островом Сици­лия обеспечивал контроль над самым узким местом Средиземно­го моря, разделяющим его на западную и восточную части. Это привело к ухудшению франко-итальянских отношений, и Рим, естественно, стал искать поддержку против Франции у Германии.
Новый потенциальный союзник сам шел в руки Берлину. По­явилась возможность замены России в неудавшемся ее союзе с Германией и Австрией на Италию. Конечно, это была неравно­ценная замена, ибо Италия не могла никак сравниться с Россией, обладавшей значительно большей военной мощью и неисчерпа­емыми ресурсами. Однако она имела и преимущества, которые в случае военных действий получали решающее значение. Италия граничила с Францией, что позволяло отвлечь силы французов в случае войны на итальянский фронт. Тогда не Германии, а Фран­ции пришлось бы воевать на два фронта. Союз же Германии с Россией обеспечил бы в лучшем случае нейтралитет последней во франко-германской войне, ибо трудно было представить уча­стие России в войне непосредственно против Франции хотя бы потому, что между ними лежала территория Германии.
Но у Италии были традиционно непростые отношения с Ав­стрией, которые осложнялись наличием между ними территори­альных споров. Поэтому первоначально предстояло урегулиро-
302
МО в эпоху империализма
вать австро-итальянские отношения. Австрия согласилась на сближение с Италией, так как это прикрывало ее тылы на случай войны с Россией. 20 мая 1882 г. был подписан договор между Германией, Австро-Венгрией и Италией, получивший название Тройственного союза. Италия должна была получить помощь от своих партнеров в случае нападения на нее Франции. В свою оче­редь Италия обязывалась помочь Германии при нападении Фран­ции на Германию.
Географическое расположение России представляло угрозу не Франции, а Германии, расположенной в центре Европы и откры­той для ударов с запада, востока и юга. В отличие от нее Франция и Россия, занимая западную и восточную окраины континента, представляли смертельную угрозу безопасности Германии в слу­чае создания ими военного союза. Именно поэтому одной из главных внешнеполитических целей Бисмарка было воспрепят­ствование сближению этих двух государств.
Как ни парадоксально это выглядело, но заключая секретное соглашение с Австрией, Бисмарк рассчитывал вернуть Россию в лоно Германии, понимая, что в Петербурге должен сработать ин­стинкт самосохранения, боязнь оказаться один на один с союзом центральных держав. И его расчеты в целом оправдались, когда он открыл российскому руководству тайну секретного договора с Австрией и предложил заключить соглашение с Россией, кото­рое обеспечило бы ее нейтралитет на случай войны Германии с Францией. Взамен на свое согласие российская сторона настаи­вала на нейтралитете Германии в случае войны России с Австри­ей. Германия, связанная договором с Австрией, не могла подпи­сать такое соглашение. Тогда стороны договорились о том, что будут соблюдать нейтралитет, если одна из них окажется в со­стоянии войны с третьей державой. То есть это обязательство не распространялось на военные действия против Австрии или Франции. Эта договоренность получила название Договора о пере­страховке, который был подписан 18 июня 1887 г., взамен прекра­тившего свое действие Союза трех императоров. Этим документом Бисмарк как бы подстраховывал союз с Австрией и Италией.
После ухода Бисмарка в отставку в начале 1890 г. его преем­ники на посту канцлера Германии полагали, что избежать войны с Россией не удастся и потому договоры с ней бесполезны. Герма­ния отказалась возобновлять Договор перестраховки, срок дей­ствия которого истекал. Новый канцлер Германии генерал Ка­приви (2) придерживался проанглийской позиции и пытался
303
Глава девятая
привлечь к Тройственному союзу Англию. Россия сделала выводы из отказа Германии возобновить договор с ней и попыток сбли­зиться с Великобританией. Отныне Франция, выступавшая с 1887 г. основным кредитором России, получала возможность реализовать свою стратегию сближения с Россией, которую она вынашивала с момента окончания Франко-прусской войны.
После долгих переговоров летом 1892 г. военная конвенция между Россией и Францией была подписана начальниками гене­ральных штабов двух стран, но затем потребовалось еще полтора года, чтобы ее одобрил император Александр III (3). Такая за­держка объяснялась прогерманской позицией министра ино­странных дел России Н. Гирса (4), который, прикрываясь дово­дом о необходимости переждать внутренние сложности Франции, стремился не допустить ее военного союза с Россией. Тем не менее, 27 декабря 1893 г. франко-русская военная конвенция вступила в силу. Ее первая статья гласила: «Если Франция под­вергнется нападению Германии или Италии, поддержанной Гер­манией, Россия употребит все свои наличные силы для нападе­ния на Германию. Если Россия подвергнется нападению Германии или Австрии, поддержанной Германией, Франция употребит все свои наличные силы для нападения на Германию». Так возник франко-русский союз, означавший, что крупные державы разде­лились на две враждебные группировки: в одну входили Герма­ния, Австрия и Италия, в другую — Россия и Франция.
Вне этих группировок оставалась Великобритания, придер­живавшаяся политики дистанцирования от каких-либо союзов европейских государств, участие в которых могло бы наложить на нее определенные обязательства. В качестве главного ее оп­понента рассматривалась Россия, которая осуществляла экспан­сию в Азии и все чаще сталкивалась с британскими интересами здесь. Другой точкой соперничества двух государств оставались на протяжении практически всего XIX столетия Балканы. Рос­сия, которая стремилась обеспечить безопасность своего протя­женного Черноморского побережья и торговые интересы, безус­пешно хотела установить свой контроль над проливами Черного моря. Лондон рассматривал эти попытки как угрозу своим инте­ресам в Восточном Средиземноморье, контроль над которым он усилил в результате захвата Египта. Через этот регион лежали морские и сухопутные пути в Индию, поэтому российское при­сутствие в Персии также рассматривалось как нежелательное.
304
МО в эпоху империализма
По большей части российская экспансия в Азии диктовалась не столько экономическими, сколько политическими причинами. Она была своеобразным ответом России на поражение в Крым­ской войне, в которой решающую роль сыграла Великобритания. Лондон серьезно тревожило российское продвижение в Сред­нюю Азию, которая граничила с Афганистаном, за которым ле­жала Индия. Наконец, продвижение России на Дальний Восток, начавшееся в 1890-х гг., могло иметь серьезные последствия для позиций Британии здесь. Во-первых, выход к Тихому океану и со­здание там базы для российского военного и торгового флотов грозил английским интересам в Тихом океане. Во-вторых, кон­троль Россией районов Внутренней Монголии мог позволить ей присутствовать в Тибете, который давал возможность угрожать Индии с севера. Таким образом, Россия могла окружить жемчу­жину британской колониальной империи, каковой являлась Ин­дия, с севера, северо-запада и северо-востока.
Лондон стал искать союзников для того, чтобы остановить продвижение России в Восточную Азию. Сначала в качестве та­кового рассматривалась Германия, но с ней не удалось догово­риться, так как английская дипломатия не смогла предложить за участие в союзе с ней ничего такого, что заинтересовало бы Гер­манию. Тогда Великобритания склонилась к союзу с Японией, которая хотела сохранить под своим контролем не только завое­ванную Корею, но и Маньчжурию, на которые нацелилась Рос­сия. 30 января 1902 г. Великобритания и Япония подписали дого­вор о союзе, по которому Япония получила финансовую помощь и гарантию невмешательства третьей державы в предстоящую войну с Россией.
Война России с Японией началась 8 февраля 1904 г. Она по­казала серьезное отставание России даже от Японии, не говоря уже о европейских державах, в деле перевооружения армии и флота на современный лад, в развитии транспортной инфра­структуры, что серьезно затрудняло снабжение войск. Малень­кая победоносная война, как рассматривали в правящих кругах страны войну с Японией, необходимая для укрепления позиций царского самодержавия в условиях нарастания революционного движения в стране, закончилась унижением России. Поражение в войне имело далекоидущие последствия не только для внутрен­ней ситуации в стране, ускорив революцию 1905 г., но и для по­ложения России в мире. Ее противники убедились, что русская военная мощь преувеличена. Несомненно, уроки Русско-япон-
305
Глава девятая
ской войны учитывал германский генеральный штаб, решаясь на войну с Россией в 1914 г.
Поражение России в войне с Японией изменило мировую по­литику. Русская экспансия на Дальнем Востоке, имевшая целью присоединение китайской Маньчжурии, Кореи и стратегических портов на побережье Японского и Желтого морей, была оста­новлена. Россия была вынуждена пойти на серьезные уступки Британии в спорных вопросах двусторонних отношений. Тибет признавался территорией, свободной от чьего-либо влияния. Петербург соглашался не вступать в прямые сношения с Афга­нистаном, а только при посредстве английской дипломатии. Тер­ритория Персии была разделена на три части: северная отходила под контроль России, южная — Великобритании, срединная часть превращалась в своеобразную буферную зону, разделяв­шую две зоны влияния. Заключение этих соглашений привело к переосмыслению роли России в мировых делах со стороны Лондона. Теперь она стала рассматриваться британской дипло­матией в качестве не противника, а партнера. Закончился более чем полувековой период соперничества двух государств, их про­тиводействия друг другу в разных точках мира.
Такой поворот в сторону России диктовался неблагоприятными для Великобритании изменениями в расстановке мировых сил. Лондон все более беспокоили возраставшие претензии Германии на участие в мировой политике. Их предъявляли крупные гер­манские промышленные компании, остро нуждавшиеся в новых рынках сбыта своей продукции, источниках сырья, нехватка ко­торых заметно сказывалась на темпах развития индустрии, росте объемов продовольственных ресурсов, необходимых для удов­летворения запросов быстро растущего населения страны.
В 70—80-е гг. XIX в. требования германских капиталистов о приобретении колоний становились все более настойчивыми. Бисмарку до поры до времени удавалось сдерживать такие устремления, мотивируя свои действия необходимостью обеспе­чить безопасность Германии. Он понимал, что осуществление ко­лониальных захватов приведет к конфликту с Великобританией, которая непременно поддержит континентальных противников Германии, вынудив ее воевать на два фронта. Но даже «железно­му канцлеру» приходилось уступать нажиму капитала в требова­ниях проведения колониальной политики, делая это осторожно, используя удобный момент. Например, он провозгласил протек­торат Германии над землями в Юго-Западной Африке 24 апреля
306
МО в эпоху империализма
1884 г. только по причине исключительно благоприятной между­народной ситуации, когда обострились англо-французские отно­шения из-за Египта, русско-английские отношения из-за Сред­ней Азии, франко-итальянские отношения — из-за Туниса. В результате англичане были вынуждены смириться с этим.
Насколько прозорливой и правильной была политика Герма­нии при Бисмарке с точки зрения интересов всей нации и гибель­ной стратегия его преемников, свидетельствует последующий ход истории. Бисмарк проводил политику европейского масшта­ба, его преемники были убеждены, что она была слишком узкой для Германии, и нацелились на проведение мировой политики. Речь не шла о претензиях на мировую гегемонию, как об этом часто можно прочитать в современной литературе. Германия хо­тела встать вровень с Великобританией в мировой торговле, раз­делить с ней богатства, которыми та незаслуженно, на взгляд ее политиков, пользовалась в одиночку.
Для реализации этой задачи Германия приступила к созданию сильного океанического военно-морского флота, который не уступал бы мощи английского флота. Это уже представляло, по мнению Лондона, смертельную угрозу безопасности и самому су­ществованию Британии как империи. Логика рассуждения анг­лийских политиков и военных была следующей. При существую­щем положении, когда английский флот намного превосходит германский, Британия не имеет ни малейшего шанса войти в Бер­лин, так как она не располагает сухопутной армией, равной гер­манским вооруженным силам. Следовательно, превосходящая мощь английского флота никоим образом не угрожает безопас­ности Германии и немецкой нации. Она всего лишь — гарантия безопасности британского государства. В случае же достижения паритета в мощи английского и германского флотов не будет воз­можности обеспечить безопасность Британских островов, и Лон­дон будет захвачен противником.
Однако пока существовало русско-английское соперниче­ство, не были урегулированы франко-английские противоречия из-за колониальных споров в Африке, обострять нараставший антагонизм с Германией было небезопасно. Поэтому английская дипломатия приступила к урегулированию отношений с ключе­выми государствами континента — Францией и Россией. В 1904 г. Британия и Франция заключили так называемое сердечное со­глашение об урегулировании колониальных разногласий путем разграничения сфер своего влияния, получившее название Ан-
307
Глава девятая
танты. Хотя в нем ничего не говорилось о германской угрозе, соглашение, в силу обострявшихся противоречий этих стран с Германией, фактически превращалось в союз против нее.
Три года спустя к соглашению присоединилась Россия, стре­мившаяся после поражения в войне с Японией получить под­держку Великобритании в реализации своей политики на Балка­нах. Лондон же добивался этим реализации поставленной цели «окружения Германии». Так в 1907 г. возникла Тройственная Ан­танта в составе Англии, Франции и России.
Она стало противовесом Тройственному союзу Германии, Ав­стрии, Италии. Впрочем, Италия была с самого начала лишь но­минальным участником этого альянса. Когда же стало ясно, что Германия ни военными поставками, ни финансовыми вливания­ми не собирается помогать Италии, Рим вышел из договора и урегулировал свои отношения с Францией, из-за противоречий с которой Италия и стала членом Тройственного союза. Все ре­шили деньги, которыми французы откупились от итальянцев и тем самым смягчили их недовольство колониальной политикой Франции в Северной Африке.
Таким образом, возникла блоковая структура международных отношений, имевшая по крайней мере два далекоидущих послед­ствия. Во-первых, Великобритания отказалась от политики «блестящей изоляции», означавшей ее отстраненность от полити­ческих проблем континента, и стала участницей одного из евро­пейских альянсов. Произошло это из-за того, что данная политика уже не отвечала ее интересам. Британия всегда предпочитала избегать участия в союзах, создававшихся против угроз, которые не затрагивали ее безопасность, и вмешивалась в дела Европы, когда такая угроза для ее интересов становилась реальной. В XIX в. это происходило два раза: когда она участвовала в борьбе евро­пейских держав против Наполеона, и когда она инициировала Крымскую войну против России. В самом начале XX в. Велико­британия снова продемонстрировала свою заинтересованность в разрешении европейских проблем, на этот раз из-за возникшей германской угрозы своим интересам.
Защитившись от германской угрозы путем формирования Тройственной Антанты, Англия тем не менее не смогла добиться ее устранения руками исключительно своих союзников, как это не раз имело место в прошлом. Она была вынуждена взять на себя обязательство поддержать Францию в войне против Германии. В свою очередь Франция имела обязательство помочь России
308
МО в эпоху империализма
в случае ее войны с Германией. Следовательно, цепочка взаим­ных обязательств, взятых на себя членами противоборствовав­ших блоков, делала вполне реальной превращение двустороннего конфликта в общеевропейскую войну. Это подтверждает вывод марксизма о том, что природе капитализма имманентно присущи агрессия, захват территорий, войны во имя достижения целей промышленных и финансовых магнатов, заинтересованных в по­лучении сверхприбылей.
Во-вторых, Германия, несмотря на предупреждения и советы Бисмарка, оказалась в группе держав, которая по своему воен­ному и экономическому потенциалу уступала противостоявшей группировке. Причем ее союзницей оказалась самая слабая из пяти великих держав, каковой являлась Австро-Венгрия. В пред­стоящем военном конфликте с членами Тройственной Антанты основная тяжесть борьбы ложилась на плечи Германии. В силу ограниченности ее материальных и человеческих ресурсов побе­дить в нем Германия могла лишь при условии кратковременной войны. Чем дольше она бы длилась, тем меньше шансов было бы у Германии одержать победу в ней. Это понимали военные специ­алисты обоих военных блоков. Тем не менее, это не остановило германских политиков и военных. За их недальновидность попла­тился германский народ. Война на два фронта, подключение ре­сурсов Британской империи, России, а затем и Соединенных Штатов Америки решили ее исход не в пользу Германии.
В итоге Первая мировая война была развязана из-за амбици­озных притязаний политиков и военных Германии, стремившихся превратить свою страну в мировую державу, а также нежелания колониальных держав поделиться с ней частью своих владений, из которых они выкачивали огромные богатства. Эту войну еще называют империалистической, так как велась борьба старых и новых империалистов за владение миром.
3. Международные отношения в годы Первой мировой войны
В начале XX в. был дан толчок освободительному дви­жению славянских народов, томившихся в составе Австро-Вен­герской и Османской империй. Буржуазная революция 1908 г. в Турции (5) значительно ускорила рост национально-освободи­тельного движения на территориях, находившихся в подчинении Османской империи. Это привело к образованию Балканской
309
Глава девятая
лиги в составе Болгарии, Греции, Сербии, которые начали в 1912 г. войну против Турции с целью освобождения территорий, нахо­дившихся под контролем турок. Эта война вызвала серьезную обеспокоенность Австро-Венгерской империи, опасавшейся уси­ления Сербии, которая претендовала на воссоединение с серба­ми, оказавшимися в составе этой империи. Балканская война не переросла в европейскую, так как Германия еще не была готова поддержать Австрию в ее конфликте с Сербией.
Россия пыталась использовать в своих интересах дестабили­зацию ситуации на Балканах, чтобы, наконец, добиться давно вынашиваемой цели — установления своего контроля над Чер­номорскими проливами. Правящие круги России полагали, что успешная внешняя политика будет способствовать решению многих внутренних проблем, поможет поднять пошатнувшийся авторитет царизма. Примерно аналогичные надежды связывали с успешной войной и в других европейских столицах. Англичане рассчитывали на то, что это поможет отодвинуть на второй план сложные взаимоотношения с Ирландией; французы надеялись на рост патриотических настроений в стране; немцы полагали, что война сплотит нацию в единое целое, устранит разногласия между землями.
Две Балканские войны 1912—1913 гг. (первая — балкан­ские государства против Турции, вторая — между самими бал­канскими странами (6)) усилили напряженность на Балканах, а затем и в Европе. Дело в том, что ведущие державы боролись друг с другом за влияние на Балканах с целью использования во­енных ресурсов балканских государств в предстоявшей большой войне. Из двух противоборствующих славянских государств — Болгарии и Сербии, воевавших друг с другом во второй Балкан­ской войне, Россия отдала предпочтение последней, рассматри­вая сербов как своих союзников в борьбе против Австрии. Болгарии не оставалось ничего другого, как искать поддержки у Германии и Австрии.
Воевать против Сербии Австрия не решалась без поддержки Германии, так как понимала, что в войну на стороне сербов вме­шается Россия. Война же Германии с Россией означала участие в ней Франции, которая не могла допустить поражения русских, а это привело бы к вступлению в войну на стороне французов Англии. Другими словами, европейская война становилась все более вероятным сценарием развития международных отношений.
310
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]