Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Инновационное проектирование гуманитарных технологий рефлексивно-позиционный подход к развитию личности и способностей учащихся. Медиагерменевтика. Уч.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
Интересная ситуация: Иоанн Златоуст — являясь великолепным оратором и писателем заявляет, что причинил скорбь, говоря обо всем прямо и не оставляя того, что нужно. Т.е. иллюзия понимания рождает скорбь и не оставляет того, что нужно. Самый совершенный текст бесполезен без движения со стороны читателя, слушателя. В момент, когда нам кажется все прямым и понятным, скорее всего, мы находимся во власти стереотипа, а текст молчит. Таким образом, целью нашей становится стать теми, кто показывает “рвение” и тем самым становится слушающим. Иоанн Златоуст дает нам принцип группового взаимодействия, норму общности: «Если один будет недоумевать, то пусть подумает другой, и свои (мысли) сообщайте друг другу». Очень интересное слово «недоумение». Если обратить внимание, как это слово употребляется в литературе, то станет понятно, что недоумевает человек тогда, когда происходит нечто, что он в принципе не может понять. Т.е. не то, что ему неприятно, или что он осуждает, но то, что по каким-то признакам, содержит внутреннюю логику, внутреннюю правду, но она от него ускользает. Таким образом, человек недоумевающий осознает, как раз «инаковость» текста, и пытается очертить границу собственных смыслоожиданий, превращающих все в «прямое, но бесполезное». Но над недоумением одного должен думать другой. Т.е. общность — это и есть способ преодоления собственной глухоты. Один недоумевает, другой должен думать, отталкиваясь от недоумения первого. Так, отталкиваясь друг от друга, недоумевая и преодолевая собственные смыслоожидания, люди рвутся к смыслу и, видя это рвение, текст выходит навстречу и начинает «говорить».
«Другой» и «инаковость», таким образом, в наших технологиях предстают в разных ипостасях: как другой член группы, как некоторый коллективный субъект группы, как персонаж текста и как текст сам по себе. Процесс познания проходит разные стадии: обнаружение инаковости других участников группы. Через столкновение с текстом, предрассудки участников приводятся в раздражение и проявляются. Смыслоожидания разных участников сталкиваются друг с другом, и тут оказывается, что нормы группового взаимодействия напрямую связаны с возможностью познания. Нормы отношения участников друг к другу по сути своей такие же, как и нормы взаимодействия с текстом. Недоумевая о высказываниях друг друга, отталкиваясь от недоумений друг друга, участники выходят за пределы собственных стереотипов и создают внеположенное себе смысловое поле, в котором только и может заговорить текст.
Текстэто воплощенное мировоззрение, при этом, если мы говорим о высоком искусстве, это мировоззрение, выходящее за пределы самого себя. В герменевтике есть то, что называется “канон гениальности произведения”. Если мы в процессе понимания допустим, что произведение не гениально, то все то, что не стыкуется с нашей текущей интерпретацией, мы спишем на ошибки, травмы детства автора, его ограниченность.
121
Этот канон предполагает, что занимаясь настоящим творчеством, человек превосходит человеческие возможности и открывает новый образ мира. Образ мира, который может проецироваться и пониматься по-разному не потому, что он любой, а потому что он многогранен. Образ мира, требующий конкретных действий для воплощения себя. Из этого, кстати, не следует, что автор после порождения гениального произведения полностью меняется и начинает жить исходя из того, что ему открылось. С этой точки зрения вопрос: «что хотел сказать автор?» — действительно, неточен. Правильный вопрос «что хотел сказать автор-штрих»? Что хотел сказать автор, вышедший за пределы себя, дошедший до предела в рамках своего искусства (или науки), исчерпав свои возможности и шагнув дальше? Что хотел сказать автор, поставив себя под сомнение? Ведь без того, чтобы усомниться в собственном понимании мира невозможно начать творить. Как будет написано в следующей части, сам факт обнаружения аномалии в своих представлениях является ключевым для познания мира. Т.е. «что хотел сказать тот человек, которым стал автор в процессе творчества»? При этом реальный автор, на следующий день после создания произведения, может отказаться от него, изменившись. Предаст он его? Или создаст своеобразный синтез? Изменится полностью? Или воспримет как следующий шаг развития?
Собственно, целью герменевтики в нашем понимании является создание группой проекции мира. Если было создано пространство, со-бытийная общность такая, что интенции, интерпретации каждого участника не подавлялись, а разворачивались и углублялись, призывались к полноценности, то порожденный образ мира каждый участник поставит рядом со своим собственным. Он как бы окажется между двумя мирами. И, в конечном счете, он либо отбросит этот новый образ как наваждение, либо создаст некоторый симбиоз. Все это будет решаться уже в реальной жизни, в поступках. Ценности и принципы, вытекающие из усвоения образа, будут реализованы в его поступках в ситуации самоопределения, в которую участник попадает при правильной работе. Будет ли этот открытый образ тем образом, который породил автор-штрих? Видимо, нет — это всегда некоторая проекция созданного автором образа в со-бытийную общность.
Таким образом, чем лучше проведена работа, тем полнее взаимодействие образа мира произведения и участников группы, тем мощнее и требовательней будет ситуация самоопределения.
Образ содержит определенную предметность, предметность может быть разнообразной. Без таких образов ни одна предметная информация не станет личным знанием. Не станет тем, что меняет, или, так или иначе, влияет на жизнь человека. Если этим не будем заниматься, то остается только надеяться, что в жизни того или иного ученика сам собой появится образ, связывающий конкретную информацию с его жизнью.
122
5.6. Возможности медиагерменевтики и предметы естественнонаучного цикла
Может возникнуть ощущение, что все это чисто гуманитарная технология, которая не имеет никакого отношения к предметам естественнонаучного цикла. Однако это не так. Для того, чтобы показать предельную актуальность этого для преподавания любых предметов обратимся к труду Томаса Куна «Структура Научных Революций» [67]. Принципиальными понятиями для Томаса Куна были парадигма (нормальная наука) и аномалия. Парадигма представляется как система научных достижений, которые задают постановку проблем и, что не менее важно, определяют способы их решения. Томас Кун показывает, что на самом деле парадигма достаточно быстро начинает превращаться в несознаваемое мировоззрение, которое нормирует сознание и предписывает нам достаточно стереотипную систему действий. Образование очень сильно влияет на формирование парадигмы: «Если науку рассматривать как совокупность фактов, теорий и методов, собранных в находящихся в обращении учебниках, то в таком случае ученые — это люди, которые более или менее успешно вносят свою лепту в создание этой совокупности. Развитие науки при таком подходе — это постепенный процесс, в котором факты, теории и методы слагаются во все возрастающий запас достижений, представляющий собой научную методологию и знание» [67, с. 18]. Однако подобное представление о науке ведет к большим проблемам. Во-первых, непонятно, почему мы признаем ненаучными те представления парадигм прошлого, которые не дожили до наших дней? «Если эти устаревшие концепции следует назвать мифами, то оказывается, что источником последних могут быть те же самые методы, а причины их существования оказываются такими же, как и те, с помощью которых в наши дни достигается научное знание. Если, с другой стороны, их следует называть научными, тогда оказывается, что наука включала в себя элементы концепций, совершенно несовместимых с теми, которые она содержит в настоящее время. Если эти альтернативы неизбежны, то историк должен выбрать последнюю из них». [67, с. 18].
Преподавание же предметов естественнонаучного цикла, как последовательно накапливаемого знания, ведет к достаточно серьезным последствиям: когда наука костенеет, а учащиеся получают неверное представление о ней. Рассматривая нормальную науку, автор ставит «перед собой цель, в конечном счете, описать исследование как упорную и настойчивую попытку, навязать природе те концептуальные рамки, которые дало профессиональное образование».
Однако если бы наука была бы такой, мы никогда бы не вышли за пределы ни одной из парадигм прошлого. Реально, у любой парадигмы всегда существуют аномалии, т.е. некоторые факты, напрямую противоречащие парадигме.
Рассматривая самый интересный процесссмену парадигмы, Т. Кун подробно разбирает открытие кислорода. Эксперименты и процессы обогащения воздуха происходили во времена другой парадигмы. Такие фундаментальные для науки того
123
времени термины, как флугистон, теплород или элемент кислотности в школе сейчас и не изучаются. В общем-то, в парадигме того времени, просто не было места кислороду. Пристли до конца жизни не смог осознать значение собственных опытов. Лаувазье в своих работах нащупывал и разрешал аномалию. Итогом этой работы стало не открытие кислорода, а нечто гораздо большее — «кислородная теория горения», которая привела к фундаментальной перестройке химии.
Во время открытия рентгеновских лучей решающую роль сыграло свечение экрана покрытого платиносинеродистым барием. При этом другой ученый, примерно в это время, так же наблюдал это свечение, но он не придал этому факту значения. Как пишет Кун: «В обоих случаях осознание аномалии, то есть явления,
к восприятию которого парадигма не подготовила исследователя, сыграло главную роль в подготовке почвы для понимания новшества» [67 с. 86].
Изменение парадигмы ведет к последовательному изменению нормы научного исследования. Недоумение, которое сопровождается поиском парадокса, это и есть нахождение аномалии, только аномалии собственного мировоззрения. Некритичное усвоение научных тезисов зачастую сопровождается появлением суеверия или фетишизации научного знания. В этом смысле задачи ученого и педагога совпадают и состоят в том, чтобы сохранить науку как территорию творчества и создать условия для творчества учащихся в этом поле. Герменевтическая опытность (герменевтически воспитанное сознание) напрямую помогает преподаванию предметов естественнонаучного цикла.
5.7. Типовой медиагерменевтический сценарий и его такты
(интерпретация Ф.А.Ковалева)
Такт 1. Творческие разминки
Разминка — элемент, позволяющий начинать выстраивать нормы: а) коммуникации внутри группы; б) общее поле размышления; в) отношения к собственному высказыванию. Проблема, с которой сталкивается ведущий — страх человека подвергнуться критике, оказаться непонятым, боязнь, что по его высказыванию будут судить о нем самом. То есть в каком-то смысле, он отождествляет себя и собственное высказывание и потому критику воспринимает, как критику самого себя. Участник группового обсуждения, безусловно, имеет для этого основания, потому что предрассудок, порождающий «пред-мнения» — это часть мировоззрения, выражающегося в данном случае как устоявшееся и проверяемое на реалистичность представление. Ведущему и участникам группового процесса важно понимать, что если стереотип отождествления человека и высказывания не будет преодолен, то обнаружение «другого» будет невозможно. Поэтому любой ценой в данном случае важно преодолеть установки на формулировки, цементирующие любые процессы в группе, и запустить процесс «достройки» и развития мысли в попытке сделать следующий шаг в ее понимании, а не финальные формулировки.
124
Таким образом, разминки должны, помимо многих других задач, ввести норму порождения высказываний, в которых человек не себя и свои способности репрезентирует, а пытается нащупать, развить или породить некоторую идею, способствующую развитию содержания. В качестве разминок можно использовать как достаточные известные и простые приемы актуализации мышления, так и достаточно сложные игры. Например, такие: «Называть по очереди предметы на «А», или сыграть в «Гипотетически ситуации (что было бы, если бы)» или в новые интеллектуальные и символические игры современной медиасреды типа «Воображариум». Поле для творчества здесь очень большое, важно только соблюдать принципы генерации радостного настроения, юмора взаимной заинтересованности, скорости, энергии смысла и яркой формы.
Такт 2. Первый круг отношений
Запускается первый круг высказываний: по кругу каждый отвечает на вопрос, при этом если человек отмалчивается, просят сказать хоть что-то, если участник отделывается общими фразами, то просят сказать хоть что-то конкретное. Вопросы: «Что понравилось? Что напрягло?». Критика запрещена.
Первый этап фиксирует и снимает первичное впечатление. Наверное, в первом впечатлении предрассудок играет наибольшую роль. Участники обнаруживают, что в произведении, на которое они смотрели только с одного бока, может быть прочитано с разных точек зрения. На этом этапе важно не пытаться разрешать противоречия, и неточные трактовки (кроме фактических), потому что в сознании участников произведения самого еще нет, а есть только то, что предрассудки позволили увидеть. Это значит, что спор на этом этапе разбора безрезультативен и неминуемо подводит к фиксации: «Ты так видишь, а я так».
Такт 3. Образы, детали и частности
Второй круг высказываний предполагает, что каждый участник должен выделить какую-то деталь, образ или момент, который его «зацепил». В зависимости от количества участников, можно после каждой детали в «режиме разминки» набрасывать версии того что это значит. Но не более 2-3 высказываний, иначе, не имея общей картины, есть риск закопаться в деталях. При этом генерация идет не по кругу, а в свободном режиме, что позволяет создавать дополнительную мотивацию, так как при высказываниях по кругу, удерживать внимание бывает тяжело. На этом этапе начинает появляться художественная часть текста, но опять же, она выделяется субъективно. Пока что, это больше срез группового восприятия, а текст, как еще один субъект процесса, не появился. Предрассудки участников все больше вводятся в игру. И одновременно, участники обнаруживают, что собеседники выделяют те моменты, которые они даже не помнили. Появляется реальное поле для создания многоголосового произведения, однако оно нужно первоначально только для того, чтобы выявить, высветить мысль автора, спрятанную в тексте.
125
Такт 4. Вопросы, парадоксы:
Третий круг высказываний, фиксация вопросов, парадоксов, при этом, полезно генерировать в «режиме разминки» версии ответов (но не более 2-3 высказываний). Если спор между различными версиями не разрешается фактологически, фиксируем версии и идем дальше. Опять же, на этом этапе невозможно конструктивно разобраться с правомочностью тех или иных интерпретаций. Более того, противоречащие друг другу интерпретации могут в финальной групповой интерпретации вполне ужиться вместе.
Этот этап предельно важен, потому что он, с одной стороны, проявляет точки напряжения и таким образом придает дополнительную энергетику и интерес к групповой дискуссии, с другой стороны, он позволяет увидеть несовершенство (неточности, нелогичность, поверхностность, и т.д.) предварительных мнений и суждений. Дело в том, что предрассудок, определяя понимание, стремится распространиться на всю ткань произведения, подчиняя себе и, тем самым, искажая изначальную мысль. Зачастую, для утверждения собственного первого суждения, человек готов выкинуть или вытеснить целые куски текста. Не говоря уже о деталях и конфликтующих образах. Это позволяет проинтерпретировать текст в более простой и обыденной логике, свести сложную художественную мысль к трюизму. А далее еще и порассуждать красиво. Таким образом, интеллектуальное и эстетическое усилие оказывается ненужным, а возможность развития — закрыта. Напротив, попытка формулировки вопросов на выявление зоны непонятного, дает шанс выйти за пределы очевидного, отказаться от иллюзорного и начать «выслушивание» подлинного произведения. С этой точки зрения, на этапе генерации, задача ведущего — не дать «заговорить» произведение, а, наоборот, максимально выявлять противоречия, подводить к парадоксам, усиливать возникающие вопросы — погружать всех и погружаться самому в атмосферу недоумения.
Такт 5. Деление на части.
Выделяется композиционная структура текста. Ответы на вопросы: где начинается и где заканчивается первая часть; о чем она; каков критерий того, что первая часть уже закончилась; как применяя этот же критерий, выделить остальные части и т.д. При этом надо уделять больше времени первой части, которая обычно вводит основных персонажей, пространство действия, конфликт, проблему. Нужно помнить о том, что деление на этом этапе произвольно. Цель: осознать внутреннюю структуру текста, начать нащупывать собственное понимающее высказывание на фоне некоторого группового смыслоожидания. При этом могут появиться разные критерии разделения на части, которые будут соответствовать тому или иному предрассудку участников и проистекающей из него интерпретации. Самое главное — не допустить потери живого текста и зарождающегося интереса к нему, не подменить задачу прояснения композиции в контексте своего недоумения — холодной аналитической работой преобразования текста в пустосхему.
126
Такт 6. О чем текст?
Одна из версий герменевтического круга, предполагает, что понимать нужно часть через целое и целое через части. Но после того, как мы поняли часть через целое, наше представление о них изменилось, поэтому мы имеем дело с новыми частями, и когда мы «сложим» из них целое, то это уже будет новое более глубокое понимание целого. Этот этап —ответ участников на вопрос «О чем текст?» — либо по кругу, либо в режиме свободного высказывания. После того, как собраны первичные впечатления первого круга, появился «общий котел» высказываний второго круга, обнаружены некоторые границы понимания группы — наступает этап постановки проблемных вопросов и формулировки парадоксов. Это позволяет начать обнаруживать внутреннюю логику тектса и осознавать его смысл.
Такт 7. Парадоксы, генерация или разработка частей
Содержание этапа: генерация парадоксов и попытки их разрешить. При этом важно развивать версии, в поисках разрешения парадокса за счет перехода в другие части текста, что подготавливает освоение текста как целостности. Основная рекомендация: «Пересматривать и перечитывать, восстанавливать детали, характеры персонажей, отдельные сцены. В общем, следуя за парадоксами, как за энергетическими растяжками, позволять им втянуть в общее пространство все, с чем они связаны в идейном плане». На этом этапе уже начинают отсеиваться одни трактовки, а другие, наоборот, начинают кристаллизоваться в процессе их понимания в контексте целостного текста.
Такт 8. Нахождение ключевых парадоксов
Метод парадоксов: это один из ключевых методов медиагерменевтики. Для того, чтобы его объяснить, мы всегда используем метафору. Представьте себе картинку на асфальте. Эта картинка кажется трехмерной, но только с небольшой площадки с определенной стороны. Если вы стоите на этом пятачке, то перед вами разверзается бездна, или фонтан бьет из-под земли, но со всех остальных сторон, картинка кажется полной ошибок. Она не превращается в двухмерную, остается несуразной, странной, непропорциональной. Как можно найти ту точку, с которой нам откроется нечто гармоничное? Ответ: «Только пытаясь гармонизировать те несуразности, которые мы видим. Если представить себе произведение, как гармоничный образ мира, то мы, подходя и смотря на него сквозь собственные предрассудки, видим его несуразным и нелепым. Мы видим то, что хотим увидеть, а все остальное списываем на случайности, ошибки автора, технические погрешности или особенности жанра. Однако именно эти парадоксальные места и есть наш путь к собственному смыслу произведения».
Таким образом, весь процесс понимания можно сравнить с путешествием вокруг рисунка, которое позволяет увидеть третье измерение, выйти из бытового к культурному, от случайного к замыслу. Конечно, в случае картинки на асфальте, это всего лишь иллюзия, но любая метафора нужна как раз чтобы преодолеть сковывающие воображение стереотипы. Так что давайте допустим, что в тот
127
момент, когда удается достичь нужного ракурса, двухмерное изображение не просто превращается в трехмерное, но становится реальным, то есть оживает! Однако опыт показывает, что последний шаг перед обретением нужного взгляда или ракурса — особенный. Он требует от человека иного нестандартного усилия. Вспомним Лаувазье, сумевшего заметить аномалию. Ему это удалось только потому, что понимая, что в теории Флогистона что-то не сходится, он тем не менее пытался в перспективной рефлексии «узреть» то целое, которое разрешало противоречие. Далеко не каждому даже одаренному ученому удается мысленно преодолеть это расстояние и шагнуть «в новое». А Лаувазье удалось выйти за грань привычной логики и сковывающих предположений за счет мощного внутреннего усилия увидеть образ непротиворечивого целого. Теперь вернемся к пониманию теста. Окажется, что выделение отдельных сцен и разбор образного ряда, осмысление персонажей, выделение композиции — сложная процедура, но переход от данной процедуры к «выслушиванию текста», к обнаружению образа мира, к обнаружению «другого», требует шага принципиально нового уровня — творчества. Какова же здесь роль метода парадоксов?
С нашей точки зрения, любое творчество начинается с недоумения. То есть с обнаружения парадокса. И понимание творческого произведения должно неизбежно проходить через недоумение. Задача этапов разбора — это формулирование системы парадоксов, тривиально не решаемых. Именно это состояние, когда ты уже предчувствуешь то, что тебе откроется, и при этом сделал все что мог, это исходное состояние для творчества. Т.е. цель всех предыдущих этапов — исчерпать свои возможности понимания, обнаружить инаковость текста, и, наконец, добиться состояния недоумения. Только так, можно прорваться и совершить открытие.
Такт 9. Финальный круг.
Центральный элемент в рамках нашей технологииэто та или иная форма творческого прорыва. Для начала хочется обратить внимание на то, что творческие формы не имеют никакого смысла без состояния “недоумения”, т.е. без предыдущих этапов. Просто выполнение инструкции ни к чему не приведет.
Форма чисто разговорная, для обычного разбора. Фиксируется система парадоксов, вспоминаются или пересматриваются самые содержательные моменты из фильма, текста. Группа отвечает на вопрос «О чем фильм?». Отвечает по кругу. Инструкция: «запрещено в процессе высказывания других думать о том,
что скажешь сам. Можно взять небольшую паузу подумать непосредственно перед своей очередью». Ведущий в своих высказываниях вводит норму
«отталкивания от высказывания других», то есть собственное высказывание строится в соотнесении и с интенцией развития высказываний двух — трех других участников. Так совершаются несколько кругов. На первом круге собираются простые высказывания, чтобы раскрутить процесс генерации; на втором круге осуществляются, по возможности, попытки разрешить все парадоксы. На третьем круге предпринимаются попытки выстроить связи между всеми идеями,
128
высказанными на первых кругах обсуждения, вокруг ядерных моментов.. По сути это заповедь медиагерменевтики, которую можно сформулировать так: «будьте
предельно внимательны к слову, практикуйте вслушивание друг в друга, вслушивающихся в произведение».
5.8. Вариативность сценарной работы.
В других сценариях, естественно, эти же самые задачи могут решаться в совершенно других формах. По большому счету все сводится к 3 этапам:
1. Введение в игру предрассудков, снятия впечатлений и одновременного
обнаружения нестыковки как недостаточности, неполноты предрассудка.
2. Разработка стереотипов и предрассудков с целью обнаружения пределов
“обыденного мышления”: Введение в игру всех предрассудков с попыткой одновременно сделать явным образ, скрытый в образце. Результат этого этапа состояние недоумения, как одновременное осознание границы собственного непонимания и потенциальной возможности понять.
3. Творчество. Тот или иной творческий способ прорваться и создать
проекцию содержания на созданное групповое пространство.
Изложенные принципы обсуждения текстов, в том числе медиатекстов, являются эффективной технологией создания общего поля смыслов, необходимого для формирования синергийного взаимодействия и дальнейшего совместного решения творческих задач. При этом практика показывает, что этот необходимый технологически шаг невозможно выполнить по инструкции. Вернее, простое алгоритмическое выполнение рекомендаций недостаточно для получения нового творческого продукта. В данном случае за скобками стоит то, что группа должна быть собрана как общность, вовлеченная в большое значимое практическое дело. Непременным условием является также не только единомыслие в ценностях и идеалах (творчество, развитие, поиски истины, служение), но и наличие или совместный поиск и выработка адекватных способов их реализации, осуществляемые за счет применение системы действий и принципов рефлексивно­позиционного подхода. Значимым фактом также является принципиальная открытость сообщества, реализующего себя в опоре на культурное наследие и активное вовлечение в совместную проектно-исследовательскую деятельность всех субъектов, включая детей и молодежь.
Медиагерменевтика, как научно-практическое направление развитие личности в сфере образования не сводится к обсуждению гениальных фильмов и других текстов. Ее задача, как мы уже отмечали выше, — создать условия для овладения культурой и творчества в современной информационно насыщенной, гипертекстовой среде. Важной частью медиагерменевтических технологий является особая метода выбора культурных образцов и формирования гипертекстового пространства для реализации развивающих образовательных программ (см.
129
рисунки данной монографии). Однако без центральной технологиисоздания живого пространства диалога в процессе обсуждения текстов, она лишится главной своей идеи и содержания.
В следующем разделе мы приведем несколько прецедентных ситуаций разработки данной технологии.
130
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]