Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Забытые боги Англии

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
Глава III. Англосаксонское язычество
мени» («De Temporum Ratione»). Беда говорит, что в язы­ческие времена год у англосаксов начинался 25 декабря. Ночь на второй день рождества называлась modra nect, «ночь матерей», — в эту ночь совершались некие церемонии, ко­торые автор сочинения не описывает. Последний месяц ста­рого года и первый месяц нового года объединялись и на­зывались Guili, Йоль, — значение слова непонятно. Второй месяц нового года назывался Solmonath, — в этом месяце, по словам Беды, англосаксы «подносили лепешки своим богам». Большинство исследователей не видят связи меж­ду сообщаемым Бедой фактом и названием месяца, по­скольку нигде в древнеанглийском языке не встречается sol как обозначение лепешки, но если считать, что sol — древ­нее название солнца, то рассказ англосаксонского клирика свидетельствует о знакомстве с древней традицией. Solmonath соответствует нашему февралю, то есть времени, когда на­чиналась пахота. Согласно «Заклинанию на плодородие зем­ли» (в котором описан обряд поклонения солнцу и земле), надо испечь лепешку и положить ее в борозду — кажется весьма вероятным, что Беда знал древний обычай класть караваи хлеба по четырем углам поля, предназначенного под пашню.
Третий и четвертый месяцы назывались, как утвержда­ет наш автор, по именам двух богинь — Хреты и Эостре. Некоторые ученые обвиняют почтенного монаха в том, что он придумал имена богинь, чтобы объяснить названия ме­сяцев, но убедительных доказательств этого у нас нет. Пя­тый месяц носил имя Thrimilki, «поскольку коровы доились по три раза на дню», — весьма разумное и подходящее название для мая, когда густая поросль молодой травы на­полняет сосцы коров молоком. Этого момента сельские жители, у которых не было под рукой комбикормов и дру­гих средств, облегчающих зимовку скота, ожидали с нетер­пением и радостью. Шестой и седьмой месяц объединя­лись и вместе звались Litha — возможно, древнее название луны. Имя Weodmonath означало «месяц сорняков», Halegmonath — «священный месяц», или, как его называет
51
Забытые боги Англии
Беда, «месяц подношений», что со всей ясностью напоми­нает нам о языческом празднике урожая. Название Wintirfyllith англосаксонский автор связывает с появлением первой полной зимней луны и раскрывает как winthir-fyl- lith, «зимняя полная луна». Ноябрь именовался Blotmonath, «кровавый месяц», потому что, как объясняет Беда, англо­саксы «приносили в жертву своим богам тех животных, которых они собирались убить». Здесь мы видим сочета­ние религиозного обычая и практических хозяйственных нужд земледельцев, которые могли прокормить зимой лишь небольшую часть своего стада или отары.
За скупыми пояснениями Беды встают образы людей, весь распорядок жизни которых по необходимости следо­вал годовым природным циклам, — они были плоть от плоти земли и всего, что на ней растет, их дыхание смеши­валось с дыханием домашней скотины, а о движении вре­мени они узнавали по созреванию посевов, рождению при­плода и смертям старых коров, быков и овец и наступле­нию очередного срока для жертвоприношений богам. Их религиозные чувства питались источниками более глубо­кими, чем вера в персонифицированных богов, ибо они ощущали ежечасно, в сменах дня и ночи, могущество солн­ца и блистательное величие луны; эти люди действительно сознавали свою неразрывную связь с Матерью-Землей и Отцом-Небом, хотя мы, их потомки, уже не способны на такие взаимоотношения с природой.
Отталкиваясь от календаря, мы можем сопоставить свой образ жизни с образом жизни наших далеких предков и прояснить для себя некоторые темные, как нам кажется, стороны их языческих верований. Их крышей служил не­босвод, где днем сияло солнце, а ночью — луна, а над на­шими головами днем и ночью нависает потолок квартиры или офиса или свод заводского цеха. Их окружали безгра­ничные просторы, пронизанные дуновением ветра, а не сте­ны из кирпича и известки; под ногами у них лежала земля, покрытая ковром из травы и диких цветов, сорняков и колосьев, а не цементный пол, и о ходе времени наши пред-
52
Глава III. Англосаксонское язычество
ки судили по смене годовых циклов и движению небесных светил, а не по звонкам будильника и гудкам, возвещаю­щим конец рабочего дня. Они питались тем, что давали их поля и скотные дворы, а не содержимым жестянок и моро-
Илл. 9. Повседневная жизнь наших предков
«...Весь распорядок жизни которых по необходимости следовал годо­вым природным циклам». На триптихе из Утрехтской псалтыри IX в. изображены человек, вспахивающий поле с помощью упряжки быков, сев семян и сенокос.
зильных камер, и носили простую домотканую одежду, сшитую своими руками, а не дешевую продукцию поточ­ных линий. Их успехи и неудачи зависели не от рацио­нального использования научных знаний, а от богов и бо­гинь неба, земли, дождя и ветра, противостоящих злобным великанам — злым духам наводнений, пожара, засухи и мора. Другими словами, наши предки пятнадцать столетий назад были не просто «ближе к природе», а составляли с ней единое целое. Они ничем принципиально не отлича­лись от зверей, птиц, растений и подчинялись природному циклу созидания и разрушения, который любая цивилиза­ция обязательно нарушает. Являясь частью природы, анг­лосаксы должны были искать согласия с нею ради того, чтобы выжить, и потому небо и земля, дарующие жизнь, или гроза и зима, несущие смерть, вызывали у них благо­говейный трепет. Именно из осознания непосредственной связи между человеком и миром природных явлений воз­никли мифы наших предков и родились их боги. Несмотря на то, что нас отделяют от этих людей полтора тысяче-
53
Забытые боги Англии
летия развития цивилизации, рецидивы подобного отно­шения к природе могут возникать и у нас. Можно вспом­нить, например, репортаж об ужасной грозе, помещенный в «Ньюс Кроникл» от 30 августа 1956 г.:
Вчера 18-летний сапер был убит молнией, ударившей в шес-
терых солдат, находившихся на Эш Рейнджес, в окрестностях
Элдершет... Дежурный сержант Уильям Кендрик заявил: «Ка-
залось, что мы на войне. Стоял страшный грохот. Все почер-
нело, и было похоже, что кто-то хочет молотом впечатать нас
в землю».
Стоит ли удивляться, что наши предки представляли себе грозу в образе могущественного бога Тунора с моло­том-молнией? Сержант Кендрик, как следует из его слов, начал, пусть на мгновение, воспринимать мир так же, как воспринимали его язычники-англосаксы, и ощутил присут­ствие демонического и божественного в природе.
Имеются письменные свидетельства того, что у англо­саксов были храмы, где стояли идолы богов, которых они почитали или ублажали. Беда Достопочтенный в «Церков­ной истории народа англов» приводит отрывок из письма папы Григория Великого к аббату Меллиту, написанного после отъезда Меллита в Англию и датированного 17 июня 601 г.:
...когда Бог Всемогущий приведет вас к нашему преподобней-
шему брату епископу Августину, сообщите ему мое решение,
принятое после долгих раздумий относительно народа анг-
лов. Я решил, что храмы идолов этого народа не должны быть
разрушены. Уничтожив находящихся в них идолов, возьмите
святую воду и окропите эти капища, и воздвигните в них
алтари, и поместите святые реликвии. Ибо, если храмы
выстроены прочно, весьма важно заместить в них служение
идолам службой Истинному Богу. Когда эти люди увидят, что
святилища их не разрушены, они изгонят заблуждения из
своих сердец и с большей охотой придут в знакомые им места,
чтобы признать Истинного Бога и молиться ему. Также
можно заменить каким-либо праздником присущий им обы-
чай закладывать быков в жертву демонам. Так, в день освяще-
ния даров или в праздники святых мучеников, чьи реликвии
54
Глава III. Англосаксонское язычество
помещены в храме, следует позволить им возводить вокруг храма шалаши из веток и праздновать там. Не давайте им приносить животных в жертву дьяволу, но пускай они сами употребляют их в пищу, благодаря Творца всех созданий за Его щедрые дары.
11
Беда слышал по крайней мере об одном уцелевшем язы­ческом храме от своего современника Алдвульфа, короля Восточной Англии. Алдвульф «говорил, что храм этот со­хранился до сих пор и что он видел его, будучи ребенком». Храм принадлежал предшественнику Алдвульфа, королю Редвальду. Редвальд принял крещение в Кенте, но, как пи­шет Беда, «по обычаю древних самаритян служил и Хрис­ту, и тем богам, которым поклонялся прежде; в одном хра­ме у него были алтарь для христианских обрядов и другой алтарь поменьше, на котором он приносил жертвы демо­нам»12. Тот факт, что идолы представляли собой статуи богов в человеческом обличье, подтверждается отрывком из письма папы Бонифация нортумбрийскому королю Эд­вину, датируемого примерно 625 г. Бонифаций убеждает Эдвина принять христианство и отказаться от древних язы­ческих обычаев. Он пишет:
Великая вина тех, кто упорствует в пагубных заблуждениях
идолопоклонничества, видна из нечестивого обличья их богов,
о которых псалмопевец говорит: «Все боги народов — идолы,
а Господь небеса сотворил». И еще: «Есть у них глаза, но не
видят; есть у них уши, но не слышат; есть у них ноздри, но не
обоняют; есть у них руки, но не осязают; есть у них ноги, но
не ходят; подобны им да будут делающие их и надеющиеся на
них». Как могут они помочь кому-либо, когда они сделаны из
веществ, подверженных порче, руками собственных ваших
слуг и подданных, и человеческое мастерство сотворило их
неодушевленным подобием человека?
13
Король Эдвин, разумеется, принял новую веру, и, по мере того как христианство стало утверждать свои права, короли начали старательно искоренять язычество с помо­щью законодательных актов. Если дыма без огня не бывает,
55
Забытые боги Англии
можно с уверенностью сказать, что старых богов почитали в Англии вплоть до нормандского завоевания. Мы читаем в законах Кнута: «5. О язычестве. И мы строго запрещаем исповедовать язычество. Исповедованием язычества явля­ется поклонение идолам, то есть поклонение языческим богам или солнцу, луне, огню или реке, источникам или камням, или деревьям в лесу, а также колдовство и за­мышление убийства с помощью колдовства». Я уже гово­рил о пережитках лунного культа, сохранившихся до на­ших дней; что же касается поклонения источникам — не надо далеко ходить за примерами, достаточно вспомнить Кастлетон или Бейкуэлл в Дербишире, не говоря уже о Лурде.
Итак, мы можем заключить, что первые пять поколе­ний англов, саксов и ютов, поселившихся в Англии, испо­ведовали язычество, и свидетельств этого не так мало, как хотят убедить нас некоторые историки. Англосаксы покло­нялись по крайней мере четырем божествам — Водену, Ту­нору, Тиу и Фригг, у них были храмы, идолы и жрецы. Храмы (как и жилые дома) строились из дерева и поэтому не сохранились. По всей видимости, эти постройки в плане представляли собой прямоугольник и перекрывались дву­скатной крышей; они стояли на лесных полянах, вероятно, по соседству со священной рощей, деревом или родником. Внутри храма имелось священное место с алтарем и стату­ями одного или нескольких богов. По аналогии с исландс­кими и норвежскими храмами, в англосаксонском храме должны были находиться золотое кольцо, на котором дава­лись клятвы, чаша для собирания крови принесенных в жертву животных и пучок прутьев, с помощью которого эту кровь разбрызгивали на собравшихся, подобно тому как в католических соборах благочестивых прихожан кро­пят святой водой. Есть основания полагать, что жрецы в некоторых случаях совмещали исполнение религиозных обязанностей с ролью светского властителя или главы мес­тного сообщества. В свои сроки совершались определенные церемонии, во время которых приносили в жертву живот-
56
Глава III. Англосаксонское язычество
ных; их мясо съедали на ритуальных пирах. Церемонии бывали двух видов: посредством одних люди просили бо­гов о помощи, другие совершались в благодарность за про­явленное расположение. Разумно предположить, что в ре­лигиозных верованиях людей, жизнь которых полностью зависела от щедрости земли и оплодотворяющей силы неба, именно эти два божества занимали главное место. Я соби­раюсь показать, что у англосаксов дело обстояло именно так, вне зависимости от того, какие имена они давали сво­им благодетелям-кормильцам.
Но пока мы остановимся на том, что наши предки пят­надцать столетий назад были убежденными язычниками и считали эту веру необходимым условием своего существо­вания. И кто, по совести говоря, будет утверждать, что они заблуждались?
Глава IV
ÂÞÐÄ
Мы уже выяснили, что наши предки были язычниками, когда пришли в Британию. Но после тринадцати столетий господства христианского вероучения нам уже трудно вспом­нить, что у язычников, помимо богов, имелись собствен­ные предания о том, как начинался мир, о сотворении че­ловека и его посмертном существовании. Во многих язы­ческих мифологических системах рассказывается и о гря­дущем конце мира.
Факты убеждают нас, что в англосаксонских мифах упо-
миналось обо всем этом.
Мифология и верования нынешних потомков англосак­сов заимствованы у иудеев. Иудеи почитали Единого Бога, они были убежденными монотеистами. Наши предки оста­вались политеистами, они верили во многих богов, состав­лявших семью, где имелись отец и мать, сыновья и дочери. Впрочем, в воззрениях современных английских христиан, особенно католиков, заметно влияние политеизма (тради­ционные древние представления, вошедшие в кровь народа, очень живучи): их пантеон включает Бога-Отца, Бога-Сына, Святого Духа, Богоматерь и сонм чудотворцев-святых.
Формально обращение англосаксов в христианство на­чалось, когда Августин высадился на о. Тенет — это про­изошло примерно через сто лет после того, как англы, сак-
58
Глава IV. Вюрд
сы и юты стали заселять Британию. Миссия Августина приступила к делу в 597 г. Англосаксонская Англия тогда являлась островным форпостом язычества, поскольку ее соседями были христианские народы: кельты — в Корну­олле, Уэльсе, Ирландии и Шотландии и франки — по дру­гую сторону пролива. Когда король Кента, язычник Этель­берт, узнал о прибытии Августина и его сорока спутников, он послал им приказ не покидать Тенет. Король Этельберт уже сделал первый шаг на пути к новой вере: девятью годами раньше он взял в жены христианку — Берту, дочь Хариберта Парижского. По договоренности Этельберт по­зволил ей исповедовать ее веру и привезти с собой к ко­ролевскому двору франкского епископа Лиутарда. Девяти лет, проведенных на одном ложе и за одним столом с хри­стианкой, вполне достаточно, чтобы познакомиться с этой религией. Но, согласно легенде, король Этельберт согла­сился встретиться с монахами-чужестранцами только под открытым небом, поскольку боялся их колдовства. Или нам следует сказать, что он желал встретиться с ними в присутствии древнего Небесного Отца? Августин вышел приветствовать сидевшего в кресле короля; его помощники шествовали за ним, распевая гимны, впереди процессии несли серебряный крест и образ Спасителя, нарисованный на доске. Король скоро убедился, что его собеседники не колдуны, и пообещал миссионерам свою поддержку. Боль­ше всего этому, наверное, удивился сам святой отец. Изве­стно, что Августин по дороге в Англию пытался повернуть назад, испугавшись слухов о варварских обычаях лютых англов. Но Этельберт, совсем не по-варварски, снабдил свя­того отца всем необходимым, отдал ему дом в Кентербери и позволил проповедовать. Он сам принял крещение, подав пример своим тэнам и простым подданным, так что по прошествии года Августин мог с чистой душой заявлять, что 10 000 жителей Кента стали христианами.
Из Кента христианство распространилось в другие англо­саксонские королевства — Нортумбрию, Мерсию, Уэссекс. Несмотря на то, что могущественные короли довольно часто
59
Забытые боги Англии
оказывались отступниками и возвращались к язычеству, можно считать, что к 664 г., то есть к моменту, когда со­брался синод в Уитби, Англия была христианизирована.
В ту эпоху обязанности людей в обществе разграничи­вались столь же четко, как на современном отлаженном производстве. Каждый человек, от короля до самого неза­метного из его подданных, занимал отведенное ему место и делал свое дело, только в роли распорядителя выступал не начальник цеха, а Судьба или Рок (в языческие времена) и Господь (во времена христианские). С появлением нового сорта людей — христианских епископов и священников, чьим рабочим материалом служили слова и идеи, возник новый род занятий — книжное ремесло. Использование письменного слова в течение веков оставалось прерогати­вой священников и их помощников, и эта сфера деятель­ности находилась полностью под контролем церкви. В бо­лее ранние, языческие времена у англов, саксов и ютов существовала богатейшая устная традиция. Она возникла и развивалась на основе аллитерационного стиха с его жест­ко заданной формой, облегчавшей запоминание. Храните­лями традиции были скопы, жившие при дворах, и gleomen — странствующие певцы и поэты; те и другие впридачу к таланту обладали изумительной памятью. Но они отлича­лись от обычных людей только уровнем мастерства: скоп запросто мог передать арфу ближайшему соседу за празд­ничным столом, чтобы тот продолжил петь, пока он сам освежит пересохшее горло пивом или медом.
В наш век обязательного «образования», общедоступ­ных библиотек, дешевых газет, кинофильмов, радиопере­дач и телепрограмм, трудно представить себе людей, чья память развивалась и трудилась постоянно и потому была цепкой, гибкой, емкой и необыкновенно прочной. В начале VI в. в Англии умение писать считалось отличительным признаком колдуна, поскольку единственной разновиднос­тью письма было письмо руническое. Руны вырезались или высекались на камне, кости или металле, и во многих слу­чаях это делалось ради гадания или колдовства. Но у на-
60
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]