Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Забытые боги Англии
.pdf
Глава III. Англосаксонское язычество
Из исландских саг нам известно, что некоторые влиятельные люди, которые задавали тон при решении светских
дел, одновременно брали на себя роль жрецов. Таких людей называли «годи». Скорее всего, «личные» капища су-
Илл. 8. Эльфийский выстрел.
Рис. из Утрехтской псалтыри IX в.
Больной человек, осаждаемый шайкой сверхъестестественных существ,
живущих, как полагали наши предки, повсюду в окружающем мире. В
данном случае жертва поражена «эльфийским выстрелом».
ществовали также у англосаксов: на это указывает старый,
не сохранившийся до наших дней топоним Cusanweoh, «капище Кусы» (так называлось в VII в. место неподалеку от
Фарнхэма в Суррее). Уже упомянутый топоним Патчуэй в
Сассексе в первоначальной форме, возможно, означал «капище Пэкела». Иногда капище содержал не один человек, а
группа людей или целый род: в пользу такого предположения говорит старый вариант названия Харроу-он-хилл —
41
Забытые боги Англии
Gumeninga hearh, «святилище рода Юмены», и еще один
утраченный топоним — Besingahearh, «святилище рода Бесинга», в Суррее.
Топонимы, связанные с языческими культами, не распределены равномерно по всей территории Англии. Их география со всей наглядностью свидетельствует, что волна
язычества захлестнула Кент и юго-восток острова и прокатилась через центральные области вплоть до северного
Мидленда. Самое западное из известных нам мест поклонения древним богам (как можно судить по топониму
Thunresfeld, ныне бесследно исчезнувшему) располагалось
неподалеку от Харденхьюша в Уилтшире. Севернее, между
Хамбером и Уэлландом, «культовые» топонимы встречаются редко; еще меньше их на бывших территориях Нортумбрии и Восточной Англии.
Тем не менее имена деревень, холмов и долин подтверждают, что англосаксы были убежденными язычниками. Этих
аргументов более чем достаточно, чтобы ответить «да» на
риторический вопрос Ходжкина: «Может ли быть, что боги,
чьи имена столь мало представлены в топонимике, занимали важное место в человеческих головах?» Сам Ходжкин
подразумевает отрицательный ответ — по моему мнению,
напрасно.
4
К свидетельствам другого рода — а именно свидетельствам письменных памятников, которые я собираюсь обсуждать здесь и в последующих главах, — исследователи в
последнее время стали относиться очень настороженно. Они
обращаются с этими памятниками так, словно перед ними
нечто «с душком», особенно когда речь идет об источниках
неанглосаксонского происхождения. Я надеюсь, что мне
удастся развеять их подозрения — хотя бы отчасти. Приведу в качестве примера слова сэра Франка Стентона, блестящего историка, специалиста по англосаксонской Англии:
«Авторы большинства работ, посвященных содержанию
англосаксонских языческих верований в целом и англосаксонским языческим божествам в частности, свободно оперируют материалом, оставшимся в изобилии от сканди-
42
Глава III. Англосаксонское язычество
навского язычества. Но взаимосвязь англосаксонской и скандинавской языческих религий уходит своими корнями в
те времена, которые уже в период переселения англосаксонских племен в Британию были далеким прошлым. Сохранившиеся скандинавские источники относятся к разряду „ученых сочинений“, и историки все яснее сознают риск,
с которым сопряжены любые попытки использовать этот
материал при воссоздании древних англосаксонских верований. Не менее опасно привлекать для постижения дописьменной языческой эпохи в истории Англии „магические книги“ X–XI вв., ибо скандинавское влияние, с большой вероятностью, сказалось на старых заклинаниях, которые в них собраны».
Мисс Дороти Уайтлок, воспитанная в тех же традициях, что и сэр Франк Стентон, разделяет его взгляды. Она
пишет:
«Часто утверждают, что вся древнеанглийская поэзия
пропитана сильнейшей убежденностью в могуществе рока,
унаследованной от языческих времен. Некоторые исследователи даже усматривают противоречие между верой во
всемогущего христианского Бога и признанием слепой неумолимости судьбы. Мне кажется, что в этих утверждениях содержится немалая доля преувеличения... Даже если
англосаксы, будучи язычниками, сознавали, что человек не
властен над своей судьбой, разумеется, требуются более
серьезные основания для того, чтобы приписать им веру в
норн, сидящих у корней мирового древа Иггдрасиль и плетущих нити судьбы, как повествует гораздо более поздняя
мифологическая поэзия скандинавов».
Возможно, здесь стоит остановиться и изложить мои
собственные взгляды на взаимосвязи между цельными мифологическими памятниками Скандинавии и разрозненными обрывками, сохранившимися в Англии. Ортодоксы,
очевидно, опасаются, что скандинавские источники могут
ввести нас в заблуждение, если мы попытаемся с их помощью заполнить пробелы в наших знаниях об англосаксонских концепциях небес, земли и преисподней, населенных
43
Забытые боги Англии
богами, людьми и великанами. Однако сторонники такого
взгляда, по моему мнению, выплескивают с водой и ребенка. В тех случаях, когда такого рода мифологические представления оставили след и в англосаксонских, и в скандинавских источниках, оказывается, что они (за некоторыми
исключениями, о которых пойдет речь ниже) в большой
степени совпадают. Я уже приводил в пример историю
Велунда: хотя в англосаксонских письменных памятниках
не осталось связного ее изложения, свидетельства иного
рода полностью подтверждают близкое соответствие англосаксонской и скандинавской легенд. Теперь я хотел бы обсудить другой миф, который ортодоксы с ходу объявляют
заимствованным из Ветхого Завета, хотя на самом деле он,
как будет показано, в основе своей языческий и реально
имеет индоевропейское происхождение. Это — миф о всемирном потопе.
Упоминания о потопе встречаются в «Беовульфе». В
строке 111 поэт перечисляет сверхъестественных существ,
которые, как он утверждает, происходят от Каина:
эльфов, драконов,
чудищ подводных
и древних гигантов,
восставших на Бога,
за что и воздалось
им по делам их
5
.
О том, каким образом Бог воздал гигантам за их дерзость, поэт рассказывает позднее, когда описывает рукоять
древнего меча, «древний черен»:
на котором означивалось,
как пресек потоп
великаново семя
в водах неиссякаемых, —
кара страшная! —
утопил Господь
род гигантов,
богоотверженцев,
в хлябях яростных,
в мертвенных зыбях...
44
6
Глава III. Англосаксонское язычество
Ходжкин в «Истории англосаксов» просто исключает
эту историю из рассмотрения, заявляя, что англосаксонские великаны «были не из тех, кто помышляет о войне
против богов». Отрывок из «Беовульфа», процитированный выше, полностью опровергает это суждение.
Мисс Дороти Уайтлок в своей статье «Слушатели „Беовульфа“»7 принимает как аксиому, что потоп, о котором
говорится в «Беовульфе», — библейский потоп. На первый
взгляд, с этим трудно не согласиться. После двух тысячелетий исповедования христианства для нас окажется полной неожиданностью, что существует примерно пять сотен
мифов о всемирном потопе, возникших у самых разных
народов — от шумеров до алеутов. Конечно, в «Беовульфе» сказано, что существа, погибшие в потопе, вели свой
род от Каина и были наказаны Господом. Но, если присмотреться повнимательнее к этим якобы библейским персонажам, мы увидим, что они не имеют никакого отношения к ветхозаветным преданиям. В действительности эльфы, ¸туны и гиганты проникли в поэму непосредственно из
англосаксонских языческих мифов. Возникает подозрение,
что поэт, слагавший «Беовульфа», христианизировал языческий материал — да так оно и есть: создания, которых он
перечисляет, являются неотъемлемой частью языческой
мифологии и ничего общего не имели с Каином, пока обращенные в новую веру англосаксы не попытались соединить элементы своих собственных языческих мифов с христианскими преданиями. Слова, обозначающие чудовищ,
лтунов и эльфов, — исконно древнеанглийские, слово «гигант» заимствовано из латыни и имеет греческое происхождение. По мнению мисс Уайтлок, из того, что поэт
использовал слово «гигант», которое, с вероятностью, пришло в древнеанглийский язык из Вульгаты8, следует, что
он заимствовал и библейскую историю о потопе. Мисс
Уайтлок идет дальше и утверждает, что слушатели, к которым поэт обращался, должны были соотнести слово «гигант» с Вульгатой, поскольку в поэме к нему не дается
пояснений. Текст «Беовульфа» опровергает эти аргументы,
45
Забытые боги Англии
как противоречит он и утверждению Ходжкина. Поэт добавляет последний синоним — «гиганты», только исчерпав
запас «родных» слов.
Библейская история о потопе повествует о том, как
люди (не гиганты) древнего мира оказались погребены под
водой — все, кроме одного избранника, Ноя, и его близких.
Существенной деталью мифа является тот факт, что Ной
спасся в ковчеге. В легенде, к которой отсылает нас «Беовульф», говорится о гигантах, восставших против бога, и —
что еще более важно — в ней нет никаких упоминаний о ковчеге. Трудно представить, чтобы христианский поэт, рассказывающий о библейском потопе, упустил из виду ковчег.
Скандинавская языческая легенда о потопе гласит, что
три бога — Один, Вили и Ве — рассорились с народом
великанов и убили их прародителя Имира. Из крови, которая вытекла из его ран, возник океан, и в нем утонули
все остальные великаны, кроме Бельгермира и его жены.
Эти двое выжили, и от них продолжился род великанов. А
три бога сделали землю из тела Имира, после того как
сотворили море из его крови.
Я полагаю гораздо более вероятным, что именно эта
легенда была вырезана рунами на рукояти меча из «Беовульфа». Мало того, я не сомневаюсь, что поэт описал реальную рукоять древнего меча, сработанного еще в языческие времена, которую он сам видел. Подобная англосаксонская реликвия помогла бы прояснить содержание мифа о
потопе, так же как Ларец Френкса позволяет восстановить
легенду о Велунде — и, возможно, в один прекрасный день
археологи извлекут ее на свет.
Известно, что, согласно позднейшему (после XVI в.)
варианту скандинавского мифа о потопе, великан Бельгермир спасся, «уплыв в своей лодке». Но, если обратиться к
самой ранней из рукописей, датируемой XIII в., окажется,
что по первоначальной версии Бергельмир «взобрался на
свою мельницу». Позднейшие редакторы этого не поняли и
заменили lúðr («мельница») на bátr («лодка»), несомненно,
по аналогии с ветхозаветной историей.
46
Глава III. Англосаксонское язычество
Как я сказал, имеется примерно пять сотен мифов о
всемирном потопе, созданных обитателями восточного и
западного полушария. Иудейское предание само является
переработкой более старой легенды, а именно возникшей в
древней Месопотамии истории об Утнапишти, шумерском
Ное. Главное содержание этого мифа — спасение человечества. При этом англосаксонская версия, изложенная в «Беовульфе», близка к скандинавской и имеет самое непосредственное отношение к греческой легенде о войне богов и
титанов. В мифологии северо-западных европейцев легенда о потопе — вовсе не миф о спасении (это, по крайней
мере, очевидно), а миф творения, рассказывающий, как
возникли земля, море и небо. При таком толковании его
индоевропейское происхождение становится очевидно, и
он обретает свое законное место среди сотен дошедших до
нас подобных мифов.
Все эти рассуждения могут показаться немножко нудными, но я хотел пресечь попытки современных ученых
христианизировать языческие мифы, а заодно подтвердить
свое мнение, что англосаксонские и скандинавские версии
мифов очень похожи и скандинавские источники в целом
являются надежным дополнением к нашим собственным.
Я, однако, считаю, что и в англосаксонских источниках — письменных и всех прочих — содержится немало
сведений о древнем язычестве, и на сегодняшний день далеко не все они выявлены. Доказательством своего суждения я собираюсь заняться дальше; но прежде чем это делать, скажу несколько слов о тех письменных свидетельствах, подтверждающих языческие верования наших предков, которые признаются в качестве таковых большинством
нынешних исследователей.
Одним из свидетельств являются англосаксонские заклинания. Во многих случаях эти магические формулы
трудно понять, поскольку они представляют собой смесь
англосаксонских, латинских, греческих, кельтских и иудейских элементов, порой доведенную до полной бессмыслицы и в довершение всего покрытую христианским глянцем.
47
Забытые боги Англии
Основной корпус заклинаний собран в двух рукописях,
хранящихся в Британском музее, — Leechbook (Regius
12 D xvii) è Lacnunga (Harley 585). Оба лечебника написаны между 950 и 1050 гг. Тот факт, что заклинания имеют
долгую историю, подтверждается следующим примером. У
нас имеется современная запись заклинания для вправления вывиха, бытующего во многих местах в Англии, Шотландии, Дании, Норвегии, Швеции, Нидерландах, Эстонии, Финляндии и Венгрии:
Господь наш поспешал,
осленок его упал.
Наземь Он соскочил —
осленку ногу лечил:
кость к кости,
жила к жиле,
кровь к крови,
мясо к мясу —
исцелись во имя Отца, Сына и
Святого Духа.
Такое же заклинание мы находим на тысячу лет раньше, в IX в. в Германии, с той разницей, что в нем фигурируют исконные персонажи — языческие боги, которых потом заменил Господь.
Фол (то есть Бальдр. — Á.Á.) с Воденом
в лес спешил,
там Бальдра осленок
ногу покривил.
Воден колдовал,
êàê îí çíàë:
от сломанной кости,
от текущей крови,
от выбитой ноги.
Кость к кости,
кровь к крови,
íîãà ê íîãå,
словно склеенные.
Параллели этому Второму Мерзебургскому заклинанию
можно найти в индийской Атхарваведе (IV, 12), составленной в 500 г. до н.э., что позволяет отнести «Господь наш
48
Глава III. Англосаксонское язычество
поспешал» к числу памятников изначально индоевропейского происхождения. В действительности в заклинаниях
отражен комплекс религиозных представлений более древних, чем поклонение отдельным богам, — я имею в виду
существовавшие у наших прапредков культы солнца, луны
и земли. В состав Æcerbot, «Заклинания на плодородие
земли», входят языческие гимны солнцу и земле. Гимн
солнцу предваряет наставление:
Обратись лицом на восток и поклонись смиренно девять раз,
говоря такие слова:
Я стою, обратясь к востоку, ибо я прошу о милости,
я прошу великого Господина, я прошу могущественного властителя,
я прошу священного стража небесного королевства,
к земле я взываю и к небесам...
Затем поворотись три раза по солнцу и пади ниц, и произнеси
литанию....
Перед нами, очевидно, обряд поклонения солнцу, хотя
и несколько затуманенный христианским влиянием. В следующем заклинании, безусловно, воплощается поклонение
земле:
Ýðêå, Ýðêå, Ýðêå,
Слава тебе, Земля, матерь людей!
Расти в объятиях бога,
наливайся плодами, давая пищу людям...
Потом возьми разной еды и лепешку, размером не больше, чем
твоя ладонь, замешанную на молоке и святой воде, и положи
ее под первый перевернутый ком земли.
Это подобие гимна, вместе с наставлениями по поводу
ритуала и жертвоприношений, дает представление об обязанностях языческих жрецов.
Поклонение луне отражено в 8-м и 10-м заклинаниях
из «Травника» (Herbarium). В первом требуется бросить
травы в кипящую воду «при ущербной луне» и омыть больного получившимся настоем. Согласно второму, надо повязать clovewort с красной нитью на шею лунатика, «когда
49
Забытые боги Англии
луна на ущербе, в апреле или в начале октября. Скоро он
поправится». Других отсылок к лунному культу в письменных источниках нет, но в том, что он существовал, сомневаться не приходится. Кнут Могучий9 в своих законах запретил поклоняться луне, но едва ли это дало результаты —
если обычаи, сохранившиеся до наших дней, что-нибудь
значат. Я имею в виду обычаи некоторых садоводов сажать семена только при определенной фазе луны. Из личного опыта: я помню свою старуху-прабабку, благочестивую деревенскую женщину, которая каждый месяц смотрела в календарь и выясняла, когда народится новая луна:
этот день она проводила в саду, чтобы не посмотреть невзначай на сияющее божество через стекло. Увидеть впервые новую луну через стекло (даже через очки) означало
навлечь на себя «невезенье»; другими словами, божество
могло отомстить за подобную оскорбительную неловкость.
Мы знаем из древних саксонских и скандинавских источников, что солнце и луна считались богиней и богом (а
не наоборот, как в классических мифах). Дополнительное
подтверждение того, что подобные верования существовали у наших предков, дают названия двух первых дней недели10, которые переводятся как «день солнца» и «день
луны». Но, как я уже сказал, культы солнца и луны в некоторых своих проявлениях древнее, чем поклонение отдельным богам. След этих верований мы находим в солнечных
и лунных символах (солнце изображается в виде колеса с
четырьмя спицами или креста), вырезанных на камнях в
Скандинавии и относящихся к бронзовому веку. Другим
примером служат солнечные колесницы, вроде той, что была
найдена в Труннхольме (Дания). Существует гипотеза, что
северо-западные европейцы научились поклоняться солнцу
и луне у народов, населявших северные земли до них, но
верна ли она и в какой степени, мы едва ли теперь узнаем.
Самым древним и очень ценным письменным памятником, часть которого специально посвящена описанию англосаксонских языческих верований, является сочинение
Беды Достопочтенного (673–735 гг.) «Об исчислении вре-
50
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]