Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Забытые боги Англии

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
Глава I. Кости Велунда
сам этого не помнил. В те времена, когда Френкс ему пи­сал, он был уверен, что у ларца, проданного Карранду, од­ной стенки недоставало. Френкс купил у Карранда за боль­шие деньги все детали, кроме одной, которую он, поверив
Илл. 1. Панель с изображением кузнеца Велунда.
Ларец Френкса. Британский музей
Изображение, в котором объединены две сцены, вырезано на пластине из моржевого клыка. Хромой кузнец трудится у наковальни, голова одного из сыновей короля Нидхада зажата в клещах, обезглавленное тело валяется на полу кузницы. Одна из двух женских фигур в центре, вероятно, Беадохильд, дочь короля. Фигура справа каким-то образом связана с полетом — то ли с бегством Велунда, то ли с летающими девами-валькириями.
рассказу Мэтью, считал безвозвратно потерянной. Однако торговец Карранд, умирая, завещал последнюю стенку лар­ца музею Баргелло во Флоренции, и там она хранится по сей день.
Ларец Френкса интересен тем, что в его декоре сцены из англосаксонских языческих мифов соседствуют с биб­лейскими сюжетами. На передней стенке мы видим кузне­ца Велунда (без поясняющей надписи, поскольку историю,
11
Забытые боги Англии
похоже, все знали), а рядом — волхвов, приносящих дары младенцу Христу. Эта сцена, вероятно, могла вызвать воп­росы у новообращенных христиан, и потому имеется напи­санное рунами пояснение — MFXI, «МАГИ». В изображе­нии Велунда соединены два эпизода из его истории. Сле­ва — Велунд у наковальни в своей кузнице. На нем короткий килт, и поэтому мы видим, что ноги мастера искалечены. Рядом лежит обезглавленное тело. В левой руке Велунд держит клещи, в которых зажата человеческая голова. Пра­вой рукой он тянется к одной из двух женских фигур, стоящих напротив него. Такова первая сцена. Справа на той же картине изображена человеческая фигура: судя по свободному одеянию и отсутствию бороды и усов — жен­щина. Рядом с нею — четыре птицы, видимо, лебеди; двух женщина держит за шеи — по одному в каждой руке.
Если бы нам пришлось восстанавливать историю Ве­лунда только по намекам, рассыпанным в англосаксонских источниках, то, невзирая на существование «Беовульфа», «Вальдере», «Деора» и изображения на Ларце Френкса, мы наверняка не докопались бы до истины. Ключ к разгадке дают скандинавские источники, в первую очередь «Песня о В¸лунде», входящая в собрание древних песен, называе­мое «Старшей Эддой». Попытка воссоздать сюжет этого древнего мифа — весьма поучительный опыт: он убеждает нас, что с помощью «посторонних» источников мы могли бы облечь в плоть и кровь и других «велундов», чьи кости погребены в недрах нашей исконной традиции. Я всячески подчеркиваю это, поскольку среди ученых до недавнего времени бытовало (и до сих пор бытует) мнение, что при­влекать скандинавские материалы для реконструкции ми­фологии и верований англосаксов надо с чрезвычайной осторожностью. Но и мы, в свою очередь, будем осторож­ны, ибо сверхосторожные исследователи вынуждают нас приносить слишком большие жертвы. Подумайте только, что было бы, если бы обломки Ларца Френкса в самом деле оказались в мусорной яме французской фермы? Если бы его тысячелетняя история не завершилась, вопреки алч-
12
Глава I. Кости Велунда
ному невежеству юнцов и беспринципности торговцев, бла­гополучным водворением в Британском музее? Или если бы отрывок древнеанглийской поэмы «Вальдере» не был обнаружен (по чистой случайности) в библиотеке Копен­гагена в 1860 г., а единственная рукопись «Беовульфа» не обгорела бы, а сгорела полностью в 1731 г. при пожаре в Эшбернам-хаус? Случись что-либо подобное, и поборники осторожности оставили бы нас без истории Велунда. У нас имелись бы только упоминания о Велунде в «Деоре», а их едва ли достаточно, чтобы убедить недоверчивых ученых мужей, что англосаксонский Велунд и северный В¸лунд — в действительности один и тот же персонаж, хотя англий­ский и северный варианты его истории записаны с проме­жутком в 500 лет.
Три главных героя легенды о Велунде — сам кузнец, король Нидхад и его дочь Беадохильд. Эти три персонажа в скандинавской версии зовутся: В¸лунд, Нидуд и Б¸ä- вильд, и эти формы имен я буду использовать в пересказе5.
Три девы в лебяжьих опереньях летели с юга над Мир­квудом в Волчью долину, «навстречу судьбе». Они остано­вились отдохнуть на берегу озера и начали прясть лен. Их звали Херв¸р Чудесная, Хладгуд Лебяжьебелая и Эльрун, все они были дочерьми конунгов.
Трое братьев — Эгиль, Слагфид и В¸лунд, сыновья ко­нунга финнов, — встретили их у озера: Эгиль взял в жены Эльрун, Слагфид — Лебяжьебелую, а Чудесная — «В¸ëóí- да шею рукой обвила». Семь лет все жили счастливо, но на восьмое лето дев «тоска взяла», и они захотели вернуть­ся в Мирквуд. На девятый год они улетели. Трое братьев, сыновья конунга, вернулись с охоты и обнаружили, что их возлюбленные исчезли: Эгиль отправился на восток искать Эльрун, Слагфид — на запад за Лебяжьебелой, но В¸ëóíä остался ждать один в Волчьей долине. Он был кузнецом и ювелиром и занимался своим ремеслом.
Нидуд, владыка Ньяров, узнал, что В¸лунд живет один в Волчьей долине, и ночью отправил своих людей к дому кузнеца. «В кольчугах воины ночью поехали, под ущербной
13
Забытые боги Англии
луной щиты их блестели». В¸лунд в это время ушел на лыжах охотиться. Воины украли одно из сделанных им колец.
Охотник вернулся, развел огонь из хвороста и сосно­вых веток, поджарил медвежатину, а потом уселся на мед­вежьей шкуре и стал пересчитывать кольца. Увидев, что одного кольца не хватает, он решил, что его возлюбленная вернулась к нему. Он сидел долго и в конце концов заснул, а когда пробудился, обнаружил, что руки его связаны, а ноги — скованы.
¸лунда привели к конунгу Нидуду, который немедля обвинил кузнеца в том, что тот украл его золото. Он заб­рал меч В¸лунда, а кольцо отдал своей дочери Б¸двильд. Но жена Нидуда сказала:
Увидит ли меч он,
кольцо ли у Б¸двильд —
çóáû ñâîè
злобно он скалит;
глаза у него
горят, как драконьи;
скорей подрежьте
ему сухожилья, —
пусть он сидит
на острове Севарст¸ä!
6
¸лунду подрезали сухожилия, после чего его оставили на маленьком островке недалеко от берега. Там он делал для конунга разные украшения и прочие вещи. Никому, кроме конунга, не дозволялось его навещать. Но В¸лунд с горечью вспоминал свой искусно сработанный меч, теперь висевший на поясе Нидуда, и с гневом думал о кольце, что было предназначено для его возлюбленной, а теперь свер­кало на пальце Б¸двильд. Много ночей он не спал, стуча молотом, и замышлял месть.
Двое юношей, сыновья Нидуда, тайком пробрались на остров Севарст¸д и пришли в кузницу. Они потребовали у В¸лунда ключи от его сундука и долго разглядывали драго­ценности и самоцветы. Кузнец пообещал им, что, если они придут назавтра снова и никому об этом не скажут, он
14
Глава I. Кости Велунда
отдаст им все свои сокровища. Когда юноши явились во второй раз, он отсек им головы и спрятал тела под кузнеч­ными мехами. Из черепов В¸лунд сделал чаши, оправил их в серебро и послал в подарок Нидуду. Глаза юношей куз­нец превратил в драгоценные камни и передал жене конун­га, а из зубов вырезал пряжки для Б¸двильд. Девушке стало любопытно и захотелось увидеть кузнеца; она нароч­но сломала кольцо, украденное у В¸лунда, и под этим пред­логом тайно отправилась к нему. «Ты ведь один в этом поможешь», — сказала она. В¸лунд пообещал ей починить кольцо так, что ее отец и мать ни о чем не догадаются. Он принес девушке пива и, когда она, напившись, задремала, овладел ею.
После этого кузнец объявил, что обиды его отмщены7, и улетел на крыльях, которые сам сделал. А Нидуду осталось только оплакивать позорную судьбу своей дочери и гибель сыновей.
Я не собираюсь рассуждать о том, как понимали эту историю англосаксы. Для них Велунд был искуснейшим мастером, великим умельцем; в ту эпоху, которую нам угод­но именовать «темными веками», люди не только почитали его за мастерство, но и успешно соперничали с ним. Архео­логические находки убеждают нас в этом: достаточно вспом­нить хотя бы совершенные, тонкой работы украшения из Саттон Ху. Нам же довольно усмотреть аналогию между Велундом и хромым греческим богом Гефестом, а также Дедалом, летавшим на крыльях.
Фактически основной вывод из истории Велунда со­стоит в том, что случай сыграл решающую роль в судьбе письменных и художественных памятников, которые до нас дошли. Три англосаксонских источника, связанных с Ве­лундом, чудом уцелели, а четвертый содержит только рас­плывчатые намеки, и восстановить на его основе легенду о Велунде без привлечения дополнительных свидетельств не­возможно. Но то, что верно по отношению к Велунду, вер­но и по отношению к другим героям языческих мифов. Следует также отметить удивительное сходство древне-
15
Забытые боги Англии
английского и древнескандинавского вариантов истории о Велунде, хотя с того момента, как она была записана в Англии, до того, как ее записали в Исландии, прошло че­тыре или пять сотен лет. В культуре англосаксонской Анг­лии «кости Велунда» обнаруживаются повсюду; моя зада­ча — собрать из них более или менее внятный скелет и облечь его в плоть и кровь. Многие части скелета были уничтожены или потеряны, поэтому существо, поднятое нами из праха, неизбежно окажется хромым, как и сам Велунд.
Глава II
КТО ТАКИЕ АНГЛИЧАНЕ?
На самый поверхностный взгляд, нынешние англичане пред­ставляют собой редкостную помесь. Теннисон точно и емко выразил эту мысль в словах: «Саксы, нормандцы и даны — вот кто мы есть» (при этом он еще забыл бриттов). Мы, однако, должны уточнить, что под саксами он должен был подразумевать англов, саксов и ютов; под данами — нор­вежцев, шведов и датчан, а под нормандцами — норвежцев, шведов, датчан и кельтов.
Бритты, населявшие Британию на пороге нашей эры, сами имели смешанную кровь. Среди римлян, покоривших бриттов в I в. и позднее заключавших с ними браки, были выходцы из Галлии и италийцы, а также, несомненно, ка­кое-то количество наемников с севера Европы и не столь многочисленные представители экзотического Востока. Как я уже сказал, народ, возникший в результате смешения бриттов c саксами (после 450 г.), затем смешавшийся с данами (после 800 г.) и впоследствии — с нормандцами (после 1066 г.), с полным правом можно считать «смешан­ной расой».
Тем не менее ни одно из этих «скрещиваний» не явля­лось тем, что генетики именуют «ауткросс»1 и что случи­лось бы, если бы Британские острова захватила армада из Китая, американские индейцы или африканские бушмены.
17
Забытые боги Англии
В подобных обстоятельствах внешний облик новой «ост­ровной расы» стал бы принципиально другим, и достаточ­но представить себе пагоду в Кентербери, тотемный шест на Трафальгар-сквер или наскальные рисунки в Чеддер Джордж, чтобы вообразить, как сказалось бы такое завое­вание на английской культуре.
Даже древние бритты были достаточно близкими ро­дичами англов, саксов и ютов, а уж даны и нормандцы — просто их двоюродные братья. Так что «смешанный харак­тер» нынешней английской расы является скорее иллюзи­ей, нежели данностью.
Рассказ о происхождении современных англичан ус­ловно можно поделить на три части. В первой части речь пойдет о самых далеких их предках — первобытных племе­нах, живших примерно 6000 лет назад. Дальше надо будет поговорить о народностях, населявших северо-западные области Европы в начале нашей эры, и, наконец, — о пле­менах, приплывавших начиная с 450 г. в Британию и обра­зовавших в итоге английскую нацию.
Все народности, чья кровь смешалась в жилах англи­чан, являются потомками людей, которых одно время мод­но было называть арийцами; теперь их обычно именуют индоевропейцами. Следует понимать, что изначально тер­мин «индоевропейский» подразумевал не расовые, а язы­ковые характеристики. Существуют убедительные доказа­тельства того, что примерно шесть тысячелетий назад по просторам восточной Европы и западной Азии странство­вали племена, говорившие на очень похожих языках — настолько похожих, что их объединили в один индоевро­пейский праязык. Ни один археолог, вонзавший в землю свою лопату или кирку, никогда не находил скелета индо­европейца. Более того, ни один археолог никогда его не найдет. Но, несомненно, все европейские языки (за исклю­чением финского, а также языков басков, мадьяров и эт­русков) и многие языки индийской языковой группы воз­никли на основе праязыка, который мы называем индо­европейским.
18
Глава II. Кто такие англичане?
Мы можем лишь примерно определить время, когда на нем говорили, — по оценкам профессора П.С. Нобля, индо­европейский существовал как единый язык около 4000 г. до н.э. Нельзя сказать с определенностью, пришли ли носи-
Илл. 2. Гребная ладья. Резное изображение примерно 500 г.,
на камне, обнаруженном в Хеггебю. Упланд, Швеция
Эта ладья напоминает судно из Нюдама и корабль из погребения Саттон Ху (Суффолк). Практически наверняка англы, саксы и юты приплыли из Европы в Британию на таких гребных судах.
тели этого языка изначально из Европы или из Азии. Лек­сический состав праязыка свидетельствует о том, что пер­вые люди, говорившие на нем, принадлежали к культуре позднего каменного века. По сей день в языках их потом­ков встречаются слова, этимология которых ясно указыва­ет: индоевропейцы использовали орудия и оружие, сделан­ные из камня. Например, литовское слово akmuo, означаю­щее «камень», и греческое akmon — наковальня, имеют об­щее происхождение; к тому же индоевропейскому корню восходят древнеисландское hammar и современное англий­ское hammer, означающие «молот». Древнеанглийское seax, «нож», происходит от того же индоевропейского корня, что и латинское saxa, «камень».
19
Забытые боги Англии
По лексике индоевропейского праязыка мы можем пред­ставить себе образ жизни его носителей. Индоевропейцы были скотоводами и охотниками и кочевали в поисках дичи и новых пастбищ; тем не менее они при случае оста­вались на одном месте на то время, которое требовалось, чтобы вспахать участок земли, засеять его и собрать уро­жай. Они умели молоть зерно и выпекать хлеб. Словарный состав индоевропейского праязыка свидетельствует, что людям, говорившим на нем, были известны бык, корова, лошадь, овца и свинья, но незнакомы осел, верблюд, лев, тигр и слон. Мы не знаем, что они пили, но молоко, безус­ловно, входило в их рацион. Важные подробности выясня­ются об их семейной жизни: слова «отец», «мать», «брат», «сестра», «сын», «дочь», «внук» — все индоевропейского происхождения. «Вдова» и «невестка» — тоже, но «зять» — нет. На основании этого можно заключить, что у индоев­ропейцев сын, женившись, приводил жену в дом своего отца, а дочь, когда ее выдавали замуж, уходила жить к родителям мужа. Подобный обычай до сих пор существует у некоторых народов, имеющих индоевропейские корни. О том, кто и как правил этими племенами, нам почти ни­чего не известно: мы знаем только, что у них были вожди и что общие проблемы решались на собрании старейшин.
В нашем распоряжении нет ни рукописей, ни надписей на индоевропейском праязыке, но его можно в первом при­ближении воссоздать, исходя из наших сведений об изме­нении языков. Хотя языки постоянно меняются и язык, на котором мы говорим сегодня, уже не тот, что был вчера, в этих изменениях прослеживается четкая закономерность. Звучание слов преобразуется согласно фонетическим зако­нам. В результате одного из первых звуковых изменений индоевропейский праязык разделился на два диалекта: к первому восходят языки балтийской, славянской, индийс­кой, иранской языковых групп и армянский язык; ко вто­рому — языки кельтской, греческой и тохарской языковых групп, албанский язык, а также языки, на которых говори­ли далекие предки современных немцев, фризов, датчан,
20
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]