Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Двойной зрачок. Китайская проза конца XX–начала XXI века
.pdf
Пань Сяопин • ЮНОША
61
в больнице и присмотреть за Сяо Цзю, чтобы ничего не произошло.
Цайцай возмутилась:
— Говорите громко! Что еще за конспирация?!
Сяо Май пришлось отпустить ее и объяснить:
— Пять тысяч юаней не хватило, если не доплатить, то его выста-
вят из больницы. Нужно съездить домой, что-нибудь придумать.
Цайцай раздраженно велела:
— Так езжайте побыстрее! Если будете тут копаться, так его и
впрямь выставят на улицу!
Услышав, что на него уже потратили пять тысяч юаней, Сяо Цзю
очень огорчился:
— Не надо больше платить! Надо выписываться!
Но не успел он договорить, как его перебила Цайцай:
— Сяо Цзю, заткнись, а? Ты у нас несостоявшийся самоубийца,
тебе слова не давали!
Сяо Май уехала, а Цайцай злилась все больше. Она достала телефон, вышла в коридор и позвонила Чэнь Аньтану. Она ждала долгодолго, но ей не отвечали. Девушка перезвонила снова, но мобильник
Чэнь Аньтана был выключен. Цайцай подумала немного и решила
отправить СМС, всего пять слов: «Сяо Цзю покончил с собой».
От злости она отправила сообщение три раза, когда набирала его,
то дрожала всем телом, словно ее бил озноб. Она закрыла крышку
телефона и с ненавистью подумала: «Ах ты сволочь! Трус! Ну, ты у
меня попляшешь!»
12
Парень и девушка шли по сельской дороге, взявшись за руки.
Перед отъездом Цайцай втайне от Сяо Цзю разгромила салон Чэнь
Аньтана. Самому хозяину повезло, и он успел убежать, а не то получил бы камнем по лицу. Сяо Май пыталась выяснить, почему девушка громит салон, и пригрозила:
— Если не прекратишь, я звоню в полицию!
Цайцай не обратила на нее внимания, сорвала занавеску, скомкала и швырнула в лицо Сяо Май, а потом ногой расколотила все оборудование для физиотерапии и сбросила на пол лампу. Женщина хотела бежать наверх и помешать хулиганке, но свекровь крепко схватила ее за руку:
— Пусть громит, это всего лишь вещи, а тебе лишний раз не стоит
нервничать, ребенку навредишь!
Сяо Май была беременна, и у нее уже заметно округлился живот.
█ሿᒣ • ቁ⭧62
Цайцай остановилась и, пристально глядя на мать Чэнь Аньтана,
сказала:
— Вы ведь в глубине души знаете, почему я громлю салон.
Сяо Май взревела:
— Я не знаю!
— Тогда спросите своего мужа или свекровь, пусть они объяс-
нят. — С этими словами она зашагала прочь прямо по осколкам.
В тот день они покинули больницу и сели на ночной поезд, идущий
на север. Вещей с собой не взяли. На тумбочке у кровати лежали фрукты и сухое молоко, а под подушкой — одежда, но они все оставили.
Цайцай сказала:
— Не нужно брать, ничего не нужно брать. Это все вещи нечистые,
зачем они?
Сяо Цзю беспокоился, что денег, заплаченных Сяо Май, не хватило и они еще должны что-то больнице. Девушка успокоила его:
— Это даже хорошо! Надеюсь, там счет на миллион, чтобы Чэнь
Аньтана по миру пустить!
Только что убрали хлеба, и в полях еще стояла торчком стерня,
деревня опустела. Когда Сяо Цзю был маленьким, то в летние месяцы
жизнь била ключом. Пока ростки пшеницы были зелеными, поля поливали водой, а землю разравнивали до зеркальной гладкости, поверхность аж блестела. Когда пшеница поспевала, нужно было начинать
жатву. Деревенская пословица гласит: «Созреет на девяносто процентов, соберешь на сто, созреет на сто — десять потеряешь». Если
урожай созреет до конца, то при уборке потеряется как минимум
десятая часть. На полях тогда полно было мужчин, которые жали пшеницу, женщины вязали снопы, обед им приносили старики, а дети
собирали упавшие колосья. Поля становились золотистыми, в воздухе витал аромат нового урожая, это был праздник для деревенских —
самое счастливое время в году. Потом снопы привозили на ручных
тележках, нужно было молотить, веять, сушить, складировать, чтобы
не пропало ни одно зернышко, и на это уходило еще полмесяца. А сейчас что? Урожай убирают комбайном, машина пройдется по полю
туда-сюда — полдня, и все готово. Поэтому молодые люди, кто работает вдали от дома, даже не возвращаются домой на уборку урожая,
просто отправляют деньги почтовым переводом. Все равно серпом
махать не нужно, так зачем возвращаться? В деревне лето стало проходить спокойно, будто и не лето вовсе.
За рекой начиналась равнина, по обе стороны шелестели листьями
высокие тополя, словно пели сестры. У Сяо Цзю на душе стало спокойно, боль поутихла. Сяо Цзю дорос до таких лет и только сейчас
Пань Сяопин • ЮНОША
63
узнал, что значит «болит сердце». Это когда по сердцу словно ножом
проводят, даже не передать, как это тяжело. Цайцай предложила:
— Я тебя отвезу домой, сдам на руки маме, ты отдохнешь, восста-
новишься, а когда будешь готов снова уехать, то скажешь мне.
Сяо Цзю посмотрел на нее искоса:
— Ты такая хорошая.
Девушка с нежностью похлопала его по спине:
— Да что уж там, ты ж мне как братик.
Цайцай сама не понимала, с чего вдруг так прониклась симпатией
к Сяо Цзю. Она любила двух своих младших братьев и переживала
за них, но никогда не волновалась так, как за Сяо Цзю. Может, все
дело в том, что дома с ней особо не общались, а если и общались, то
требовали денег на братьев? В итоге это остудило ее сердце. Причем
дело тут не в любви, Сяо Цзю лет-то сколько, да и о своем положении
она разве ж может забыть? Нет, это не любовь, точно не любовь.
Тогда что? Цайцай и сама не могла понять.
Взошла кукуруза, маслянистые побеги были в пядь высотой. Раньше кукурузу сажали в большом количестве, но теперь перестали, поскольку с ней много возни. Крестьяне как начали перебираться в города, так к земле стали относиться небрежнее. На некоторых полях
еще в апреле посадили батат, и сейчас он расползся по всему участку,
а хозяевам хоть бы хны. Идти по влажной глинистой почве и смотреть
на то, как хлеба идут в рост, было приятно. Цайцай собиралась ехать
на такси, но Сяо Цзю не согласился — не потому что жалел денег,
просто хотел пройти эти десять ли пешком. Здешние места он хорошо знал, мог бы даже с закрытыми глазами дойти до дома. Они еще
не добрались до деревни, как за ними уже бежала ватага местных
ребятишек с громкими криками:
— Тили-тили-тесто, жених и невеста!
Сяо Цзю выпустил руку Цайцай и смущенно улыбнулся. Он впервые улыбался после произошедшего, и девушка наконец успокоилась.
Она пока не думала о том, что делать дальше. Нужно жить сегодняшним днем — для начала вернуть Сяо Цзю к маме, а потом посмотрим.
Они поднялись на гору, оттуда еще немного на север — и будет его
родная деревня Ицяо. Потихоньку смеркалось, только облака у горизонта еще светились. Если кашлянуть, то залают деревенские собаки.
Взошла старушка-луна, в лунном свете дорожка под ногами блестела,
словно ручеек. Деревня Сяо Цзю была все ближе, осталось только
миновать склон впереди, и он будет дома.
Перевод Н. Н. Власовой
Сюй Чуньцяо
БЕЗ УЛОВА В СЕТИ
䇨᱕
а㖁ᰐ劬
Жизнь, похоже, всегда не здесь.
Артюр Рембо
1
Прошло уже два года с тех пор, как Чэнь Кун приехал
на заработки из маленького уездного городка в провинциальный центр. Его потуги были сродни попыткам
горе-воришки взломать сейф в надежно охраняемом
банке: он или вообще туда не попадет, или попадет, но
не сможет вскрыть сейф, — провал ему обеспечен в любом случае. Единственным человеком, которого он знал
в этом городе, был его дядя. Однако в тот момент, когда Чэнь Кун приехал искать у того приюта, сраженного чахоткой дядю только что уволили с завода агрохимикатов, из-за чего весь дом был завален продукцией,
выданной взамен зарплаты. Дядя поведал Чэнь Куну,
что по ночам он частенько сползает с кровати и помышляет отравиться. Прожив у дяди три дня, Чэнь Кун сгреб
ма натки и убрался вон. Сейчас даже выпускникам университетов и то трудно заработать на пропитание, что
Сюй Чуньцяо • БЕЗ УЛОВА В СЕТИ
65
уж говорить о таких, как он, обычных выпускниках школ или техникумов, которых было полно, словно мух? Их мечты о хорошей работе все равно что мечты какого-нибудь обросшего забулдыги женить-
1
ся на красотке Мэгги Чун
, это изначально пустые бредни.
Было время, Чэнь Кун писал стихи, во время учебы в торговом
техникуме провинциального центра, будучи председателем студенческого литературного общества «Звезды», он даже опубликовал в газете несколько десятков стихотворных строк. Две его строчки стали
популярными: «Отвергаемый светом неона в ночи, я бутылку открою
себе и напьюсь». Но, получив распределение в свой маленький уездный
городок, в котором практически не осталось ни одного госпредприятия в сфере торговли, он три года отработал в отряде городских
дружинников. Это не имело никакого отношения к коммерции: дни
напролет дружинники промышляли тем, что штрафовали лоточников
за беспорядочную торговлю в неположенных местах, чем и поддерживали свое существование. Чэнь Куну было жаль бедняков, и, чувствуя неловкость, он не выдавал положенной нормы штрафов, и отчислений ему доставалось мало, отчего он сам еле-еле сводил концы
с концами. Глядя, как жестоко действуют его собратья, он возмущенно обратился к начальнику: «Это же самый настоящий грабеж
под видом законности!» Начальник закатал рукава, привычным движением до хруста размял суставы пальцев и сказал: «За такую позицию я тебя завтра могу и уволить!» Тогда Чэнь Кун швырнул на
его стол свою пыльную, засаленную фуражку и заявил: «Да хоть
сейчас можешь меня уволить. Я, твою мать, уже давно об этом мечтаю!» Развернулся и ушел прочь. Вскоре после ухода Чэнь Куна из
городской патрульной службы дружинники доигрались. Начальник
и его подручные пристали к старику, торговавшему на улице горячими пельменями, отбили ему селезенку, после чего тот скончался в
больнице. Сын старика, который оказался рядом, взял и опрокинул
на головы начальника и Сяо Чжао, который свирепствовал больше
всех, котелок с кипящим бульоном. Ошпаренные, они оказались
изуродованы. Когда Чэнь Кун уезжал из городка, судебное разбирательство по этому делу уже шло по второму кругу.
Чэнь Кун понял, что жизнь далека от лирики и без гроша в кармане даже выпивкой себя не побалуешь. Собственная жизнь вдруг напомнила ему пустую бутылку с запечатанным горлышком, ему показалось, что он просто обманывает себя и других. Начальник патрульной службы до того, как его ошпарили, говорил им: «Социализм — это
не благотворительная организация, рис нужно заработать, отобрать
его у других».
1
Гонконгская актриса.
䇨᱕ • а㖁ᰐ劬66
За два года, что он прожил в провинциальном центре, Чэнь Кун
сменил шесть-семь рабочих мест. Каждый раз его переполняла надежда, и каждый раз работа на новом месте шла вразрез с его личными
убеждениями. Неудачи, словно тень, преследовали его по пятам, даже
в мелочах. Три месяца назад, после того как он в последний раз остался без работы, он уже не горел желанием найти ее снова. Ему казалось,
что этот город как-то сразу не принял его, возможно, ему следовало
даже уехать отсюда, но куда именно, он не знал. Два с половиной месяца из этих трех он проторчал в интернет-клубе. Днем отсыпался, а
вечером до прихода с работы Юй Е отправлялся на велосипеде в заведение под названием «Красный паук». Юй Е была его подругой, с
которой они жили вместе уже больше года. Она работала продавцом
в компании компьютерной техники «DAK», зарплата ее была небольшой,
но стабильной. Бывало, подруга уговаривала его: «Посмотри правде в
глаза, тебе нужно быть реалистом». Каждый раз в такие моменты Чэнь
Кун ничего не говорил, а только затягивался сигаретой.
В интернет-клубе он обрел вкус к жизни, успел пройти все сетевые
игры, размещенные на многочисленных веб-сайтах, так что уже не
осталось ни одной невзятой крепости, ни одного несраженного противника. В сети он всегда был всепобеждающим героем. Вооружившись
компьютерной мышью, он свободно переделывал и заново строил свой
мир. Победа его воли и власти держали Чэнь Куна в напряжении вплоть
до самого рассвета. Вдохновляемый непрерывными победами, в своем
экстазе разрушителя он походил на ожившего фашиста. Дней для него
теперь не существовало, зато с наступлением ночи он уподоблялся
летучим мышам: искал противника, искал поле боя, искал удовлетворения от своей победы. Ему казалось, что неудачники должны уходить
в виртуальный мир, вместо того чтобы практиковать Фалуньгун
1
.
В самом начале этого рассказа Чэнь Кун уже обосновался перед
стареньким компьютером в интернет-клубе «Красный паук». Он еще
не успел зайти на главную страницу онлайн-игры «Троецарствие.
Борьба за власть», как в клуб завалились хулиганы с волосами цвета
фуксии и устроили потасовку. Одного из них, с серебряным крестом
на груди, кто-то ударил по руке ножом. Чэнь Кун увидел, как у того
хлещет кровь прямо изо рта дракона, татуированного на руке, — так и
помереть недолго. Играть Чэнь Куну резко расхотелось, и он ушел.
Так что сегодня Гуань Юя
2
никто не спасет. В изначальных планах
Чэнь Куна значилось, что не позднее часов трех ночи он вызволит-таки
1
Запрещенная в Китае религиозная секта.
2
Гуань Юй — полководец конца эпохи Хань и периода Троецарствия, прославил-
ся храбростью, позже почитался как бог войны.
Сюй Чуньцяо • БЕЗ УЛОВА В СЕТИ
67
военачальника из лагеря Цао Цао1. Минуя реки крови, ему предстояло
пробиться через пять-шесть застав, а по пути обязательно подкупить
нескольких дозорных и кое-кого из руководящего состава. В игровых
программах в изобилии были представлены современные средства решения всевозможных проблем. Кроме военных действий, всегда можно
было воспользоваться блатными услугами, подсунуть кому-то взятку
или потратиться на так называемое «тройное сопровождение», чтобы
развратить некоторых слабых до женщин руководителей. Чэнь Кун
раскусил, что в играх большинство руководителей отказывается от
чистых денег, предпочитая брать натурой. Даже сам Чжугэ Лян
2
с ра-
достью совершал такого рода ошибки. Чэнь Куна это забавляло.
Но ему не удалось окончить игру, а потому он, раздосадованный,
ехал на окраину города, в домишко, который он снимал вместе с Юй
Е. Его разваливающийся велосипед, вихляя, пересекал слабоосвещенные улочки, пока не оказался во дворе с железными воротами, где на
привязи лежала немецкая овчарка. Собака повела носом, опознала
Чэнь Куна и пару раз невнятно гавкнула, вроде как в знак приветствия. Войдя в дом, парень сразу учуял запах риса с солеными овощами, а вслед за этим увидел и почерневшую алюминиевую кастрюлю,
пристроенную у печки, отапливаемой угольными брикетами.
Юй Е наполнила пиалу еще теплой рисовой кашицей, потом взяла
блюдечко с горсткой солений вперемешку с поджаренным доуфу
3
и
все это поставила перед Чэнь Куном. Тот уткнулся носом в пиалу и
в три приема уничтожил содержимое. После этого он стал тщательно
вылизывать посуду, намеренно демонстрируя жалкий, голодный вид.
Он явно хотел, чтобы девушка в нем разочаровалась. Убирая со стола, Юй Е сказала:
— К нам в компанию звонили из Центра занятости населения, ска-
зали, что с тобой связаться не смогли.
Чэнь Кун закурил дешевую папиросу и, словно подкошенный боец,
повалился на кровать.
— Мой мобильник уже продан.
Юй Е вытащила из тазика с грязной посудой мокрые руки и, сдер-
живаясь, продолжила:
— В Центре занятости сказали, чтобы ты пришел на собеседование
в агентство социальной помощи инвалидам.
Окутанный дымовой завесой, Чэнь Кун с чувством хмыкнул:
1
Цао Цао — полководец и вельможа конца эпохи Хань, прославился жестокостью
и коварством.
2
Чжугэ Лян — полководец конца эпохи Хань и периода Троецарствия, выдаю-
щийся стратег.
3
Соевый творог, национальное китайское блюдо.
䇨᱕ • а㖁ᰐ劬68
— Никуда я не пойду, я не такой бессовестный, чтобы обо мне за-
ботились инвалиды.
Сохраняя самообладание, девушка продолжала:
— Телефон продал, и как теперь с тобой будут связываться? Ну и
что страшного в том, если я положу тебе деньги на телефон?
Чэнь Кун поднялся с кровати и заявил:
— Впредь пореже выступай передо мной в роли вселенского благодетеля. Я у тебя и копейки не возьму, ты специально унижаешь мое
достоинство.
В конце концов Юй Е прорвало:
— Ты плевать хотел на поиски работы, днем спишь, ночью зависаешь в сети. Я прихожу с работы, а тебя уже и след простыл. Это кто
еще чье достоинство унижает!
Парень решил стоять до последнего:
— Я волен продать свой телефон, равно как и ты вольна съехать
отсюда.
Тогда девушка выдвинула ему ультиматум:
— Если будешь продолжать в том же духе, я сама от тебя уйду, и
упрашивать не придется, точно так же, как ты в свое время ушел из
патрульной службы.
Тусклая лампочка, разгонявшая сумрак, только усиливала отчаяние.
Было слышно, как где-то на чердаке завывает осенний ветер, в мокром
вихре шелестят опавшие листья. Чэнь Кун рухнул на кровать и погрузился в молчание. Из пересохших уголков его глаз непрерывным
потоком хлынули ледяные слезы.
У Чэнь Куна складывалось ощущение, что все в его жизни происходило поневоле: он поневоле уехал из уездного городка, поневоле
съехал от дяди, вынужденно выполнял задания боссов. А теперь еще
и Юй Е не понимала его потребности в психологической передышке
и вместо этого уже на второй день после увольнения стала давить на
него с поиском работы. Так что интернет-клуб на сегодняшний день
стал его единственным убежищем.
Посмотрев на Чэнь Куна, который лежал словно побитая собака
и хлюпал носом, девушка принесла полотенце и стала осторожно вытирать его мужские слезы.
2
Последнее место работы им было найдено тоже под давлением
Юй Е. После того как летом Чэнь Кун ушел из торговой компании
«Чжуншунь», избавившись от мучений, ему показалось, что этот продажный город каждый раз отовсюду выплевывает его, как какое-то
Сюй Чуньцяо • БЕЗ УЛОВА В СЕТИ
69
ничтожество, портящее городской облик. Он повалился на кровать,
даже не помывшись. Тогда подруга стала кормить его арбузом и даже
подогрела воду, выказывая максимум нежности. Утешая погруженного в скорбь и отчаяние Чэнь Куна, девушка вела себя словно мать
с младенцем. Улегшись рядышком, она стала живописать ему будущее:
как он снова найдет работу, как, преодолев трудные пять лет, они
оформят ипотеку и обзаведутся собственным жильем. Вся мебель в
их доме будет новая, а если повезет, они купят домашний кинотеатр,
на окна повесят розовые занавески, и все в их доме будет пахнуть
свежестью и новизной. Это лучший из запахов, о какой токсичности
может идти речь?
Удрученный Чэнь Кун мало-помалу успокоился, так и уснув в
объятиях Юй Е. Под потолком, еле вращаясь, гнал теплый воздух
допотопный вентилятор. Обдуваемый слабым ветерком, парень смотрел свои сны.
Чэнь Куну казалось, что ощущение руки в руке для бедных означает лишь совместное преодоление трудностей ради самосохранения,
и ничегошеньки прекрасного здесь нет, не говоря уж ни о какой лирике. Как-то жарким июльским утром Юй Е привела этого нищего
поэта на встречу с хозяином компании «Культурные обряды», между
тем как в сам м плешивом хозяине не обнаруживалось даже намека
на культуру. Усевшись в директорское кресло, он безо всякого стеснения оценивающе уставился на Юй Е. Его масленные глазки задержались на высокой груди девушки, и он радостно заявил: «Добро пожаловать в коллектив нашей компании». Покраснев, Юй Е сказала:
«Вы ошиблись». Хозяин удивленно застыл, открыв рот и обнажив пожелтевшие от курения зубы: «А разве звонила не женщина?» Девушка
объяснила, что она увидела объявление в газете, после чего просто помогла своему молодому человеку позвонить и узнать про работу. Только тут хозяин заметил стоявшего рядом Чэнь Куна. Долговязая фигура парня, тоска и меланхолия во взгляде заставили хозяина усомниться в кандидатуре: «Боюсь, что тебе будет трудно соответствовать
своей должности». Чэнь Кун уже был готов с ним согласиться, как вдруг
Юй Е вышла вперед и заверила: «Он сможет». Хозяин принялся объяснять, что работа в компании предполагает извинения от лица клиента, доставку цветов, планирование свадебных сценариев, ведение
свадебных и похоронных церемоний, что невозможно без наличия должного культурного уровня. Девушка живо вытащила ксерокопию нескольких десятков опубликованных другом стихов и заявила: «Чэнь
Кун — поэт, поэтому работа с бумагами — это исключительно по его
части». Хозяин, глядя на строчки и покачивая головой с жидкими волосенками, стал читать вслух: «“Отвергаемый светом неона в ночи, я
䇨᱕ • а㖁ᰐ劬70
бутылку открою себе и напьюсь”. Хорошо-хорошо. — Он подался вперед и пожал руку Чэнь Куну: — Ну, договорились, в обед я приглашаю
тебя выпить!» Хозяин, которого звали Чжэн Бяо, помимо того что был
похотлив, с уважением относился к талантам.
За три месяца, что Чэнь Кун проработал в компании «Культурные
обряды», ему пришлось подготовить сценарии для пяти свадеб и двух
похорон. Он также занимался тем, что переделывал на современный
лад кое-что из древних стихов для чтения на свадебных и похоронных
церемониях. К примеру: «Вам предназначено природой соединиться
в жизни этой, пусть ваших душ пленительный полет в единстве длится вечно» или «Скорбно знать, что на запад журавль уносит, но, седьмую заставу сквозь слезы заметив, наконец прозреваю бессмертье».
Кроме того, в обязанности Чэнь Куна входило написание красивых
поздравительных текстов и траурных речей для пышных свадебных и
похоронных церемоний. В порядке исключения хозяин назначил парню месячное жалование в шестьсот юаней.
Однако заказы на проведение свадеб и похорон, на которых можно
было подзаработать лучше всего, случались очень редко. У тех, кто
собирался заказывать у них свадьбу, тотчас пропадало желание, едва
они слышали, что фирма организует и похороны. Нашлись даже клиенты, которые спустя две недели после свадьбы расстались и теперь
требовали у компании возмещения убытка за то, что к ним якобы «пристало несчастье». А заказов на похороны в их конторе изначально было
мало, так как те, на кого могли по-настоящему потратиться, обычно
служили в каком-нибудь учреждении, которое все и организовывало.
Ритуальные услуги для бедняков представляли собой весьма упрощенный, дежурный вариант. Ведь человек, в конце концов, уже умер, а
живым еще жить на что-то надо, так что вряд ли здесь была уместна
помпезность. Поэтому, хотя в компании «Культурные обряды» ориентировались на самые разные случаи жизни, реальное положение дел
оставляло желать лучшего. Спустя какое-то время они также добавили
такую услугу, как доставка цветов в знак извинения перед любимыми
людьми. По мнению Чэнь Куна, это был совершенно провальный бизнес, доход от которого за один раз составлял не более ста юаней. Ему
казалось, что буквально через пару месяцев их компания уподобится
тяжелому раковому больному, который влачит свои дни в ожидании
собственных похорон. Но у хозяина на этот счет имелось совершенно
другое мнение. Избавившись от сорока процентов персонала, он уверенно заключил с Чэнь Куном пари, суть которого состояла в том, что
«поскольку Китай вступил в ВТО и сблизился с мировым сообществом,
то не позже чем через два года свадебные и похоронные услуги начнут
пользоваться повышенным спросом. И наступит такой день, что к нам
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]