Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Hоt-Dоg new современный активный English

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
Разговорный English

ту идиому мы пускаем в ход всякий раз, когда кто-то про-
Э
сит сделать что-то невыполнимое. А как американцы гово­рят в подобных случаях? У них, как ни странно, тоже есть своя Луна. Итак, давайте понаблюдаем за жизнью американских старшеклас­сников Мика, Джона и Быстрого Гонзалеса.
Трое друзей решили отправиться на уикенд в джой-райд (joy ride). Для несведущих объясню, что джой-райд – это увеселительная поез­дка (так это выражение и переводится), когда молодняк набивается в машину, как селедка в банку, и едет за город отрываться по полной программе. Но для этого райда друзья решают не угонять машину, как это было положено раньше в классическом варианте джой-райда, а сброситься по пятьдесят баксов и купить подержанный автомобиль за 150 долларов, такой, чтобы не жалко было его и оставить на месте гуляния. И вот первым к своим родителям отправился Джон:
– What did you talk with John about? (О чем это вы тут говорили с Джоном?) – спрашивает свою жену отец Джона, после того, как его сын вышел, сердито хлопнув дверью, предварительно о чем-то поспорив с матерью. – Сan you ever imagine! He asked me to give him fifty dollars! (Только представь себе! – возмущается женщина, – он просил меня дать ему пятьдесят долларов!) – Why not a hundred thousand! Shit! He’ s always asking for the moon! (А почему не сто тысяч? Черт! Он вечно про­сит достать Луну с неба!) – ворчит папа.
81
Михаил Голденков
Таким образом, их выражение ask for the moon и есть наше «достать Луну с неба». Да, не усмехайтесь, для американца выложить пятьде­сят долларов из кармана – это почти подвиг, хотя их зарплаты как-то не чета нашим. Думаю, что у Джона возникло бы непонимание с ро­дителями, если бы он запросил даже двадцать долларов. Ну, да ладно. Возьмем еще парочку расхожих выражений, что нам не преподают ни в школе, ни в вузе.
Халяву любят сейчас все, некоторые ребята и девчата даже делают из этого культ: ходят или стоят, иногда сидят и ждут, когда халява об­валится. Для людей старшего поколения сие выражение даже не сов­сем понятно. Мол, а что должно обвалиться? Здание какое-нибудь? Нет, обвалившаяся халява чем-то похожа на упавшую звезду с неба в руки, как выражались наши более романтичные папы и мамы, люди легендарных шестидесятых, да и семидесятых тоже. Но дети третьего тысячелетия на звезды, если это не звезды шоу-бизнеса, не засмат­риваются. Они больше обращают внимание на халявные сигареты, пиво, на чей-нибудь проставон или же халявную работу, где не надо работать, но платят (впрочем, подобного не чурались и наши роман­тики папы с мамами). Хвостам падающих звезд такие халявщики предпочитают больше другие хвосты: они все ждут, кому бы «на хвост упасть». Вот все эти «падать на хвост, халяву оторвать» частично пе­редает английская идиома along for the ride. Пример:
1961 год. Ливерпульский вокально-инструментальный бит-квар­тет «Битлз» собирается во второй раз ехать в Гамбург, чтобы за де­ньги лабать в ночных клубах этого немецкого портового города. В прошлом году битлы поехали туда первый раз и, несмотря на жутко напряженную работу – (играть приходилось по восемь часов) и не­удачный финал (их из Германии выдворили из-за того, что они ночку провели в клубе конкурентов), им все-таки понравилось. Они вырос­ли как рок-группа, сплотились и сыгрались. И вот Джон Леннон си­дит в кафе в своей неизменной кожаной куртке и черных рокерских очках и разговаривает со своей девушкой Синтией. Синтия просит взять ее с собой. Но Джон качает головой: – You see, we’ re gonna work
hard, it’s not a joy ride, that’s why we wanna have no members who are along for the ride. (Знаешь, мы ведь собираемся работать, и работать много. Это не увеселительная поездка, и поэтому мы не хотим никого брать просто на хвост.) – объясняет своей девушке Джон Леннон.
Так что, не падайте на хвост. Ну разве что на хвост упавшей с неба звезды.
82
Разговорный English

онечно, есть универсальные шутки, которые можно перевес-
К
ти слово в слово, и смысл будет понятен, как в русском, так и в английском. Но вот большого юмориста шестидесятых годов, битла Джона Леннона, который выпустил аж две книжки со своими юмор­ными перлами и загибами, уже достаточно сложно переводить. Лен­нон, по словам его соотечественников, оживил в какой-то момент английский язык, извращаясь над словами, изменяя их и каверкая, так что из одного смысла получался совершенно другой. Его расска­зики и зарисовки порой непонятны даже более-менее знающему анг­лийский язык человеку. Вот неплохой пример перевода одного из его рассказов, сделанного Ф. Урновым в журнале «Литературная учеба», (№ 5, 1988 г.).
Происшествие, происшедшее с миссом Дафилд
Среди многих скучаев в моей заливной книжке примечательна за­пись о даже дливом дне, что стоял в городке Гастроно графства Вшир в конце Кошмара одна тысяча восемьсот девяносто второго года. Мы сид ели за обедом, как вдруг Шерлок Хамс получает телемаму. Он смолчал, но я заметил, что брови его нахмырились, лицо поселез­нело. Сглотив кекст, он оборотился ко мне, хитро дядя прищученны­ми глазами.
«Комплементарно, Ватсон, – резко икнул он, – угадайте-ка, кто сбежал из замоключения?»
Я принялся вспоминать всех предстатников, недавно сбежавших или сбежавших из-за решетки.
«Эрик Морли?» – он помысал головой.
«Оксо Витни?» – пред лажил я. Никаких реакция.
«Риго Харгрейвх?»
«Нет, Навигатсон, не угадалее! Оксо Витни, вот кто!» – крикнул он мне на другую сторону улицы, хотя я был на этой.
«Хамс, как Вы догадались?» – подраженно шепнул я.
«Алиментарно, Поцватсон!»
В этот фермент в тверь постучал высокий, странно худой, высо­кий странный человек.
«Ухватсон, это он!»
«Хамс, ради дога объясните, откуда Вы знаете?» – ухнул я, падая со стула в кресло.
«Ориентально, Кваксон», – брыкнул Хамс, выстукивая трупку о костыль. И тут в комнату ввалился – кто бы Вы думали? – Оксо Вит­ни собственной перцовой.
Хамс попал в дочку.
83
Михаил Голденков
***
«Битлз» с помощью юмора вообще перевернули отношение к анг­лийскому языку даже у самих англичан.
– Как вы нашли Америку? – спрашивали ливерпульскую четверку американские журналисты в феврале 1964 года.
– От Гренландии повернули налево, – отвечал Ринго.
– Не кажется, что вам нужно постричся? – косились журналисты на необычно длинные волосы битлов.
– Только вчера были у парикмахера, – парировал Джон.
– В Детройте поднимается кампания по борьбе с «Битлз». Как вы на это отреагируете?
– Создадим кампанию по борьбе с Детройтом, – отвечал Пол...
Когда на пресс-конференции в США битлы давали свои юморные ответы на глупые вопросы журналистов, то американцев их чувство юмора не на шутку удивляло. «Вы заранее готовите ответы?» – спра­шивали они музыкантов. «Нет», – пожимали те плечами. Просто они были отвязными ребятами с хорошим чувством юмора. И они впервые не боялись стебаться и шутить перед камерами и микрофо­нами. Не стеснялись битлы даже надутых важных послов. В США в посольстве Великобритании они разыграли посла родной стра­ны, тоже абсолютно не готовясь к этому заранее. «Здравстуйте. Вы Джон?» – приветствовал посол вошедшего в комнату Джона Ленно-
84
Разговорный English
на. Но тот ответил: «Нет, вот Джон,» – и указал на Ринго. «Здравс­твуйте, Джон,» – обратился посол к Ринго Старру. «Нет, я не Джон, я Чарли, – отвечал Ринго и кивал на идущего следом Маккартни. – Вон Джон…» Подобными каламбурами и приколами была наполне­на и первая книжка Джона Леннона «In His Own Write», вышедшая в 1964 году. Очень многие вещи из рассказов Джона Леннона невоз­можно перевести. Так, например, в рассказе «Nicely Nicely Clive» есть такое место: ... but to Roger it was something special, a day amongst days... a red lettuce day... (для Роджера этот день был чем-то особен­ным, единственным днем среди прочих ...).
Выражение red lettuce day [рэд лэтас дэй] – «день красной капус­ты» битл употребил потому, что оно созвучно с выражением red letters day – то, как мы говорим «краснокалендарный день» или «красный день календаря», то бишь день, отмеченный красным цветом в ка­лендаре, когда можно не учиться и не работать. Джон здесь просто остроумно сыграл на созвучности этих двух выражений, а по-русски это явно не получится. По-русски можно сказать в лучшем случае «праздничный день» и отталкиваясь от этого написать «праздный день календаря». А можно вообще это место упустить и отыграться на другом. Там, в рассказе, есть предложение, где главный герой Роджер thought about the gay batchelor soups he’d had with all his pals (он думал о веселом (гей) овощном супе, который он поимел со всеми своими друзьями). Сие место можно перевести и так: все мысли его были направленны на тот самый суп из корней голубой капусты, который поимели все его (гей) кореша вместе с ним.
85
Михаил Голденков
В этом же рассказе, описывая состояние Клайва перед свадьбой, Леннон употребил выражение butterfield in his stomarce, что является передразниванием идиомы butterflies in stomach (бабочки в желуд­ке), что на русский можно перевести выражением «мурашки по все­му телу». Таким образом, у Леннона получились не бабочки, а поле боя в желудке у Клайва, так как слово «баттерфилд» уж очень похо­же на «баттлфилд» (battlefield) – поле боя. Впрочем, вместо желуд­ка (stomach [стамэк]) лидер «Битлз» употребил таинственное слово stomarce, смысл которого мне остался не ясен. Тонкий английский юмор, однако!
Еще один перл Леннона: вместо gray haired mother (седовласая мать), у него grain haired – зерноволосая. Кстати, наши переводчики далеко не все знают, что касательно волос слово gray – серый – пере­водится как седой. Когда в 1983 году в журнале «Ровесник» публико­вались отрывки из книги Хантера Дэвиса «Авторизованная биогра­фия «Битлз»», то там седой локон Ринго Старра был, как ни странно, серым. Вы только представьте! Ну не все переводчики знают это!
Сам Джон Леннон вырос на книге еще одного остроумного и куда как более знаменитого писателя, но куда как менее известного му­зыканта (так как таковым он не был, в отличие от Леннона) Льюиса Кэролла. Советский писатель Борис Заходер правильно посчитал, что «Алису в Стране Чудес» Кэролла перевести один к одному на рус­ский язык нельзя. Он эту книгу «перетащил» в русский язык, и у него это здорово получилось. В детстве я, благодаря Заходеру, как и все ан-
глийские и американские дети, вырос и на этой традиционной британской книжке, а когда вырос, то и сам пытался пере­вести ее. Я однажды работал за компьютером и «мышкой» стал рисовать картинки в системе paintbrush. Заливая эти компью­терные иллюстрации краской, я подумал, что неплохо бы к ним и текст собственный набрать. Тут как специально мимо пролетел волшебник на пылающем пи­роге и сунул мне в руки книжку с факсимильной копией руко­писной книги самого Кэролла. Кэролл свою «Алису» очень ак-
86
Разговорный English
куратно, от руки написал и сам проиллюстрировал и оформил в виде книжки.
Рукописный оригинал слегка отличается от классического вари­анта книги, и я подумал, что неплохо бы перевести этот первичный вариант на русский язык. Труд сей я, увы, не завершил. Он канул в Лету вместе с тем самым компьютером. Да и кто бы взялся его опуб­ликовать?
Что меня поразило в языке Кэролла, так это его простота и совре­менность. Он очень остроумно юморит английскими словами. И его, также как и Джона Леннона, не всегда однозначно можно перевести. Вот, к примеру, летит Алиса в колодце, по дороге в Страну Чудес и ду­мает о своей кошечке Дине. Очень ей хочется, чтобы Дина оказалась рядом. Только вот непонятно, что же она будет есть – мышей в воз­духе нет. Но есть летучие мыши, в конце концов, и Алиса сама себя спрашивает: «Едят ли кошки (cats) летучих мышей (bats)?» Она начи­нает клевать в воздухе носом и полусонно повторять: «Едят ли кошки летучих мышей (Do cats eat bats?)? Едят ли кошки летучих мышей?», а иногда у нее получалось и наоборот: «Едят ли летучие мыши кошек (Do bats eat cats?)?» По-английски все это звучит так: And here Alice
began to get rather sleepy, and kept on saying to herself in a dreamy sort of way «do cats eat bats? do cats eat bats?» and sometimes, «do bats eat cats?»
87
Михаил Голденков
В английском варианте прикол заключается в рифме слов cats [кэтс] – кошки и bats [бэтс] – летучие мыши. На русском языке слова кошка и летучая мышка не рифмуются. Борис Заходер нашел такой вариант перевода: «Скушает кошка летучую мышку?» А потом: «Ску­шает мышка летучая кошку». Или даже так: «Скушает мышка летучую кошку». У меня был свой вариант: «Скушает киска летучую мышку?» А потом: «Скушает киска летучую миску? Скушает мышка летучую кошку? Скушает кышка летучую мошку? Скушает мошка летучую сушку?» То есть я это все чуть-чуть разнообразил, добавив полусон­ного бреда засыпающей на лету Алисы. Думаю, Льис Кэролл и Джон Леннон это бы оценили. Если бы были живы и знали русский.
Еще один пример из этой же сказки. Помните, Алиса, когда ока­залась в подземелье вместе со всякой звериной мелочью, слушает мудрую Мышь, которая рассказывает некую историю «с мышиным хвостиком», чтобы быстрей обсохнуть. Алиса представляет повест­вование в виде извивающегося хвостиком столбика. Мышь сердито спрашивает Алису, на что это она отвлекается постоянно и не следит за рассказом.
I beg your pardon, said Alice very humbly (Простите, – воскликнула Алиса), – you had got to the fifth bend, I think? (Кажется вы достигли пятого поворота?)
– I had not! – cried the mouse sharply and very angry. (Я этого не де­лала! – вскричала сердито мышь.) Но по-английски Not (не) звучит точно также как слово Knot [нот] – узел. Поэтому Алиса восклицает:
A knot! Oh, do let me help to undo it! (Узел! О, разрешите мне помочь развязать его!)
Само собой разумеется, что по-русски все это один к одному не скажешь. Борис Заходер перевел это следующим образом:
... – Спасибо! – еще громче запищала Мышь. – Вот я по твоей милости потеряла нить.
– Потеряли нить? Сейчас мы ее найдем! – отреагировала Алиса.
Наши же многие переводчики, особенно когда смотришь фильмы, почему-то делают все наоборот. То бишь они переводят правильно, но так правильно, что ни хрена не понятно. Они бы и сцену из «Али­сы» перевели бы как: « – Я этого не делала! – Узел! Можно я помогу вам его развязать ...» Такие моменты я не раз встречал.
Если бы я был Кэроллом и жил в Нью-Йорке, то сцену с «узлом» я бы вообще по-другому описал. Там (в США) Not произносится как «нат». Knut [нат] – орех (он же дурак). Тогда американская Алиса ска­зала бы: «Knut? Oh, may I crack it?» (Орех? Разрешите мне помочь вам его разбить! или Дурак? Разрешите мне его треснуть!) По-американ­ско-английски это звучало бы даже занятней. Вот тогда бы и обида
88
Разговорный English
Мыши выглядела бы еще более логичной и убедительной. Ее бы, в таком случае, действительно оскорбили! Видите, сколько ва­риантов можно родить из одной единственной строчки.
Говоря о переводе Заходера, должен сказать, что у него не­которые места получились даже юморней, чем у Кэролла. Так, Алиса, когда начала быстро расти после очередного укуса пирож­ного с надписью «Съешь меня», представляет, как теперь она, та­кая не в меру длинная, будет об­щаться со своими ногами. Бедная девочка пробует вообразить, как она на Рождество посылает новую пару туфель своим ногам с надпи­сью на коробке: Alice’s Right Foot, Esq. The Carpet, with Alice’s love (Пра­вой ноге Алисы. Ковер, с любовью). У Заходера все как-то поживей: «Алисин дом, ул. Ковровая дорожка (с доставкой на пол), Госпоже Правой ноге в собственные руки».
Интересно и то, как Заходер подошел и к еще одному моменту. Алиса проверяет сама себя на предмет географии, чтобы определить, не превратилась ли она в кого-нибудь из подруг. В английском вари­анте Алиса говорит: «London is the capital of France, and Rome is the capital of Yorkshire (Лондон – столица Франции, а Рим – столица Йоркши­ра)...» Здесь Борис Заходер проявил творчество и перевел так, чтобы смешно было русскоязычному читателю: «Лондон – это столица Па­рижа, а Париж – это столица Рима...» Как, собственно, и правильно сделал, что изменил имена подружек Алисы с Гертруды и Флоренс на Ада и Мэгги. Вторые варианты имен как-то лучше звучат на русском языке. Стишок про Нильского крокодила, который должно быть каждый ребенок в Англии знает (или знал), Заходер также вообще отбросил и вместо него вставил понятный каждому русскому, молдо­ванину, эстонцу и казаху стих «Дети, в школу собирайтесь». Это все вышеперечисленное и есть талантливый художественный перевод.
89
Михаил Голденков

лагол to cry – кричать или плакать – оказывается, куда как бо-
Г
лее хитрый, чем может показаться с первого раза. Тотальная тенденция добавления к глаголам предлогов for, out, over и других не обошла и to cry. И эти предлоги также изрядно изменили глагол to cry, сделав из него несколько идиом. Так, если cry out мало отличается от просто to cry, то сry for cовсем не похож ни на значение плакать, ни на кричать. Но все по порядку. Итак, cry for или cry out for означает нуж­ду, то что нужно в данный момент более всего. Мы в таких случаях говорим «до зарезу нужно»:
– It didn’t rain for two weeks and the garden is crying for it (Дождя не было уже две недели, и сад уже измучился без дождя.). Ты хотя бы полил его, – говорит ковбой Билл другу Джону, видя, что Джон совсем запустил без дождя свой огород.
– The school is crying out for good teachers (школе просто необходимы хорошие учителя), – говорит директор молодому преподавателю, уст­раивающемуся на работу.
Выражение to cry out имеет два значения. Первое – громко кри­чать, выкрикивать, вскрикивать, орать:
Jane cried out but Mick couldn’t hear her from the distance. (Джейн за­кричала, но из-за расстояния Мик ее не слышал.)
Второе значение cry out — возмущенно жаловаться, протестовать:
– Many are crying out against the new rule (многие протестуют против этого нововведения), — говорит Мик Джону, когда они обсуждают но­вое правило, по которому старшеклассники должны дежурить.
Следующая идиома to cry over spilled milk или cry over spilt milk, пе­реводится как «плакать над разлитым молоком», что сродни нашему обороту «после драки кулаками не машут»:
90