Этика жизни

XLVII. На мирное житье вэтом водовороте че­ловеческого существования дитя времени не должно претендовать. Тем менее, когда призрак отгоняет его от прошлого, абудущее представля­ется не чем иным как тьмой, наполненной приве­дениями. Сполным правом мог бы странник вос­кликнуть про себя: разве ворота счастья в сем мире не закрыты неумолимо перед тобой, разве есть утебя надежды, которые не были бы неосно­вательными? Итем не менее можно громко ска­зать, или, если это лучше, по-гречески про себя прошептать: Кто может глядеть вглаза смерти, тот не испугается теней.

LIII. Не падай духом! Ты не одинок, если ты ве­руешь. Разве мы не говорили осонме святых? Не­видимом, но действительно существующем. Со­провождающем тебя и окружающем своими объятиями, покуда ты достоин того. Героические страдания святых возносятся из всех стран и из всех времен, как священное «Miserere». Иих ве­ликодушные дела, их подвиги звучат как безгра­ничный, вечный мелодичный гимн, подымающий­ся кнебу. Ине говори, что внастоящее время нет символа божественного. Разве Божий мир — не символ божественного? Разве неизмеримость— не храм? Разве история человека ичеловечества— не бесконечное Евангелие? Прислушайся только, ивместо органа ты услышишь, как ив древние вре­мена, пение утренних звезд.

В общем, мы должны повторить известное изре­чение, что недостойно верующему человеку смо­треть на неверующего со страхом или с отвраще-

LIХ. Не можем ли мы посмотреть на то ужасное горе, которое теперь со всех сторон окружает нас, как на голос из немых недр природы, взывающий: «Глядите! Спрос и предложение — не единствен­ный закон природы. Уплата наличными деньгами— не единственная обязанность людей по отношению друг кдругу». Глубоко, много глубже спроса ипред­ложения лежат законы иобязательства, священные, как сама жизнь человеческая. Если вы будете дей­ствовать дальше, вы познакомитесь сними идолж­ны будете покориться им. Кто познает их инаучится повиноваться им, тот будет иметь природу на своей стороне. Он будет работать, ивысокая награда до­станется ему вудел. Кто же не узнает этих законов, против того будет сама природа, ион не будет всо­стоянии работать впределах природы. Мятежи, ссо­ры, ненависть, одиночество ипроклятия будут сле­довать за ним по пятам, пока все люди не познают, что то, чего он добился, как бы оно ни казалось бле­стящим на вид,— не успех, аполнейшая неудача.

LXI. Дайте знать людям, что они созданы Бо­гом, ив кратчайший промежуток времени способ­ны создать такое, что будет жить веки вечные. Это действительно великая задача. Не машинами для обработки земли и не машинами для переварива­ния пищи, атакже ине рабами других людей или собственных страстей должны они быть, апрежде всего им следует быть людьми.

LXVI. Слишком легкомысленно пришли люди кзаключению, что голод, великий фундамент нашей жизни, является ивенцом ее, ипоследней степенью совершенства. Что, так как «жадность инеумерен­ное честолюбие» составляют отличительные при­знаки большинства людей, то нет человека, который поступал бы или думал бы поступать на основании иных принципов. Чего нельзя подвести под катего­рии бедности, то подводится под рубрику честолю­бия, не входя вдальнейшие рассуждения.

LXVII. Совершенно неверно, что люди, с тех пор, как они населяют землю, живут с помощью бреда, лицемерия, несправедливости или какой­либо иной формы безрассудства. Неправда, что