Этика жизни

Так жить он не может. Громким голосом заявля­ет ему об этом душа, тихим кивком подтверждает Вселенная. Этого быть не должно. Он должен ото­мстить, должен восстановить свое достоинство— чтобы каждому досталось свое, чтобы все стояло твердо на своем месте, чтобы порядок нигде не был нарушен. Вэтом есть что-то достойное внимания и, смеем сказать, всеми уважаемое. Это — печать мужественности, защищаемой всеми нами, основа­ние всего того, что есть внас достойного, что, не­смотря на поверхностное различие между людьми, одинаково встречается у всех. Подобно тому, как вредный по натуре беспорядок ненавистен челове­ку, для которого здоровье и порядок являются главными условиями существования, так инеспра­ведливость кажется наихудшим злом. Для многих даже единственным злом на земле. Все люди ми­рятся струдом, сразочарованиями, ис несчасти­ем— это их удел вэтом мире. Но во всех сердцах говорит тихий голос, которого не заглушить ни ло­гике, ни горю, ни насилию, ни отчаянью. Иголос этот говорит, что на этом жизнь не окончится, что как бы ни казалась эта жизнь дика, беспорядочна инесообразна, Бог создал ее, что это не может быть несправедливо. И что, напротив, так оно и быть должно. Власть, против которой безнадежно вся-

кое сопротивление, имеет, несомненно, успокои­тельное влияние. Тем не менее продолжительная несправедливость, хотя бы она даже иисходила от бесконечной власти, оказалась бы нестерпимой для людей. Если бы они потеряли веру вБога, то един­ственным их спасением от слепого He-Бoгa неиз­бежности, обхватывающего их, как чудовищная ми­ровая машина, было бы возмущение. Независимо от того, была ли надежда на успех или нет. «Они могли бы, — как говорил Новалис, — одновременным, всеобщим самоубийством ускользнуть от мировой машины, и, навязанным если не победоносно, то хоть снеукротимым, неусмиримым протестом про­тив такой машины покончить ссобой».

XVI. Хотя перед нами много труда, хотя нам предстоит переправа через далекие моря и реву­щие пучины, но разве это ничто, если перед нами внезапно показывается полярная звезда на небе, если вечный свет сияет сквозь грозные тучи ибу­шующие волны, если вдали виден маяк, ккоторому в течение всей жизни мы неуклонно стремились? Разве это ничто, о, Боже, разве это не все для нас?

силой, нужной для его деятельности идальнейшего существования. Всего меньше она забывает освоем шедевре, о своей любимице, о поэтической душе. Поэтому мы ине можем поверить, чтоб какие бы то ни было внешние условия имели возможность вконце загубить душу человеческую, идаже сколь­ко-нибудь существенно повредить его здоровью или обезобразить его внешнюю красоту, если толь­ко человеку дарован надлежащий ум. Величайшая сумма несчастий— смерть. Хуже этого ничего не может вместить чаша бытия игорестей человече­ских. Ивсе же многие люди всех времен победили даже смерть ивзяли ее вплен, превратив ее физиче­скую победу внравственную победу человека, впе­чать ибессмертное освящение всего того, что чело­век совершил всвоей жизни.

в души, благодетельным ласковым теплом, питает другие добродетели идарования, которые без нее жить не могут. Несмотря на все бесчисленные по­беды под Ватерлоо и тому подобное, мужествен­ный дух стал слабее влюдях теперь, чем он был ког­да бы то ни было. Но совершенно вымереть он не может, иначе род человеческий больше бы никуда не годился. Но тут и там, в различные времена ипод разными образами посылаются снеба вмир нам люди, выказывающие необычайную бодрость духа идоказывающие, что ив наше время она еще встречается, она еще возможна иприменима.

должна быть пройдена. На поприще искусства, практической жизни многочисленные критики до­казывают, что отныне, собственно, все дальнейшее невозможно. Что мы раз навсегда вступили впре­дел постоянных общих мест идолжны сэтим при­мириться. Пусть эти критики продолжают доказы­вать свое, это уж их манера такая. Что за беда? Уже когда было доказано, что стихотворное искусство невозможно, тогда появился Бернс, появился Гёте. Будничная, серая жизнь казалась единственной от­ныне возможной— появился Наполеон изавоевал весь мир. Точным вычислением течений было уста­новлено, что пароходам никогда не удастся прое­хать кратчайшим путем из Ирландии вНьюфаунд­ленд: двигательная сила, сила сопротивления, максимум здесь, минимум там,— законы природы и геометрические доказательства. Что могло тут произойти? Итем не менее «Great Western» осве­тил якоря вБристольской гавани и, смело проехав через Гудзонову пучину, бросил якорь в Нью­Йоpке прежде, чем чернила наших рукописей успе­ли высохнуть. «Невозможно?»— воскликнул Ми­рабо, отвечая своему секретарю: «Ne me dites jamais се bete de mot». («Никогда не говорите мне этого глупого слова».)