Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Этика жизни

.pdf
Скачиваний:
1
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
Этика жизни
Как проклятие икак яд. Потому что она расстраи­вает все внутреннее здоровье человека иведет его шумно, дикими прыжками, как будто его ужалил тарантул, не ксвятому венцу. Действительно, если бы не вмешалась смерть или, что счастливее, если бы жизнь ипублика не были бы глупыми инеожи­данное несправедливое забвение не следовало бы за неожиданным, несправедливым блеском ине по­давляло бы его благодетельным (хотя ивесьма бо­лезненным) образом, то нельзя сказать, чем кончал бы иной человек, достигший славы. Или (еще бо­лее)— бедная достигшая славы женщина.
LX. Друг мой, все разговоры ився слава имеют лишь короткую жизнь. Они глупы иложны. Одно только настоящее дело, которое ты добросовестно исполняешь— вот что действительно вечно. Как всемогущий Основатель исам Создатель мира.
LXI. Твоя «победа»? Бедный. В чем состоит твоя победа? Если дело твое справедливое, то ты непобедим. Даже если бы горели костры на севере и юге и звонили бы колокола, и редакторы газет писали бы передовые статьи, справедливое дело было бы навсегда отстранено иуничтожено, иле­жало бы попранным на земле. Победа? Через не­сколько лет ты умрешь истанешь мрачным, холод­ным, окоченелым, безглазым, глухим. Никакого
181
Томас Карлейль
огня от костров, никакого колокольного звона или газетных статей не будет тебе слышно или видно вбудущем. Какая же это победа?!
LXII. Боже, «наши потомки, эти бедные шот­ландские бонвиваны,— говорил яфранцузу таким французским языком, какой был вмоем распоря­жении,— они взывали к...»— «К потомству»,— перебил он меня, чтобы прийти мне на помощь.— «Ах, нет, тысячу раз нет! Они взывали квечному Богу. Но никоим образом не к потомству! Это было совсем другое дело».
МОЛЧАНИЕ
I. Молчание иумалчивание! Если бы внаше вре­мя строили алтари, то им были бы воздвигнуты ал­тари для всеобщего поклонения. Молчание— сти­хия, в которой формируются великие вещи для того, чтобы вготовом виде ивеличественно высту­пить на свет жизни, над которым они сразу должны господствовать.
Не только Вильгельм Молчаливый, но ивсе выда­ющиеся люди, которых язнал (даже самые недипло­матичные из них исамые нестратегичные) избегали болтать о том, что они творили и проектировали. Да, втвоих собственных обыкновенных затруднени­ях молчи только один день, инасколько яснее пока­жутся тебе на следующее утро твои намерения иобя­занности. Какие остатки и какую дрянь выметают эти немые работники, если отстраняется назойли­вый шум! Как французы определяют, речь— не ис­кусство скрывать мысли, аокончательно останавли­вать и подавлять их, так что уже нечего больше скрывать.
183
Томас Карлейль
И речь велика, но это не самое большое. Как гласит швейцарская надпись: «Разговор — сере­бро, амолчание— золото» или, как яэто охотнее определил бы: «Разговор принадлежит времени, молчание— вечности».
Пчелы работают не иначе как втемноте. Мысли работают не иначе как вмолчании. Идобродетель точно также действует не иначе как втайне. Да не узнает твоя правая рука того, что делает левая! Даже собственному своему сердцу ты не должен выболтать тех тайн, которые известны всем.
Разве стыдливость— не почва для всех добро­детелей, для всех хороших нравов идля всей нрав­ственности. Как идругие растения, добродетель не растет там, где корень ее не спрятан от солнца. Если будет на него светить солнце, или ты сам на него посмотришь тайком — корень завянет и никакой цветок не обрадует тебя.
О, друзья мои, если мы станем разглядывать прекрасные цветы, украшающие беседку супруже­ской жизни и окружающие человеческую жизнь ароматами и небесными красками, какая рука не поразит позорного грабителя, вырывающего их скорнями ипоказывающего спротивной радостью навоз, на котором они произрастают!
II. Как глубоко в нашем существовании значе­ние тайны! Справедливо поэтому древние считали
184
Этика жизни
молчание божественным, так как это основа всяко­го божества, бесконечности или трансценденталь­ной величины иодновременно источник и океан, вкоторых все они начинаются икончаются.
В том же смысле пели поэты «Гимны ночи», как будто ночь благороднее дня. Как будто день— только маленькая, пестрая вуаль, которую мимохо­дом набросили на бесконечные колени ночи. Ву­аль, которая искажает ее чистую, прозрачную вечную глубину, скрывая ночь от наших взоров. Так говорили они ипели, как будто молчание это— ре­льефное ядро и полная сумма всех гармоний, асмерть— то, что смертные называют смертью,— собственно иесть начало жизни.
С помощью таких картин (так как оневидимом можно только говорить картинами) люди постара­лись выразить великую истину— истину, забытую насколько это только возможно мастерами нашего времени. Но которая, тем не менее, остается вечно верной и вечно важной. И которая когда-нибудь в виде новых картин снова запечатлится в наших сердцах.
III. Всмотрись (если утебя есть глаза или душа) в это большое безбрежное царство непонятного. В сердце его бушующих явлений. В его запутан­ность ибешеный водоворот времени. Не лежит ли тем не менее молчаливо ивечно справедливая, пре-
185
Томас Карлейль
красная, единственная действительность. И, ко­нечно, господствующее могущество целого. Это не слова, афакт. Известный всем животным факт силы тяготения не более верен, нежели эта внутренняя сущность, которая может быть известна всем лю­дям. Знающему это молчаливо, благоговейно, не­выразимо западет всердце. Вместе с Фаустом он скажет: «Кто смеет назвать его?» Большинство ритуальностей или названий, на которые он теперь наталкивается, вероятно, — «названия того, что должно оставаться неназванным». В молчании, вхраме вечности нужно молиться ему, если нет для него подходящего слова. Это знание, венец всего его духовного бытия, жизнь его жизни, пусть он со­хранит. И после этого пусть свято живет. Унего есть религия. Ежечасно иежедневно, для него са­мого идля всего света, воздается верующая, невы­сказанная, но ине безразличная молитва: «Да бу­дет воля твоя».
IV. Для человека, имеющего верное об этом представление, праздная болтовня именно иесть начало всей пустоты, всей неосновательности ивсякого неверия. Благоприятная атмосфера, вко­торой всевозможные сорные травы преобладают над более благородными фруктами человеческой жизни. Угнетают иподавляют их. Это одна из наи­более кричащих болезней нашего времени, против
186
Этика жизни
которой нужно всякими способами бороться. Са­мое умное из всех умных правил, которое прости­рается далеко за нашу мелкую глубину: «Береги свой язык. Потому что от него происходит течение жизни»! Всущности говоря, человек— воплощен­ное слово. Слово, которое он говорит— сам чело­век. Глаза, вероятно, вставлены внаши головы для того, чтобы мы видели, ане для того только, чтобы воображали и уверяли правдоподобным образом, что мы видели. Был ли язык вставлен внаш рот для того, чтобы он правду говорил отом, что он видит, и для того, чтобы он делал человека братом по духу? Или для того только, чтобы издавать пустые звуки исмущающую душу болтовню ипрепятство­вать этим, как заколдованною стеною мрака, соеди­нению человека с человеком? Ты, владеющий ос­мысленным, созданным небом органом— языком, подумай об этом хорошенько. Поэтому, очень тебя прошу, не говори раньше, чем мысль твоя молчали­во не созреет. Раньше, чем ты не издал другого без­умного или делающего безумным звука. Пусть от­дыхает твой язык, пока не явится разумная мысль и не приведет его в движение. Обдумай значение молчания. Оно безгранично, никогда не исчерпает­ся обдумыванием. Оно невыразимо выигрышно для тебя! Прекрати ту хаотическую болтовню, из-за ко­торой собственная твоя душа подвергается неясно-
187
Томас Карлейль
му самоубийственному искажению иоглушительно­сти. Вмолчании— твоя сила. «Слова— серебро, молчание— золото. Речь человечна, молчание боже­ственно». Глупец! думаешь ли ты, что оттого, что нет никого под рукой, чтобы записывать твою бол­товню, она умирает истановится безвредной? Ни­что не умирает. Ничто не может умереть. Праздное слово, сказанное тобой— это брошенное вовремя семя, которое всегда взрастет!
V. Что касается меня, то вдни громкой болтов­ни яуважаю еще более молчаливость. Велико было молчание римлян. Да, величайшее из всех! Потому что это не было молчанием богов. Даже тривиаль­ность и ограниченность, умеющая держаться спо­койно и молчаливо, приобретают сравнительно приличный вид!
VI. Молчание велико. Значит, должны были быть ивеликие молчаливые люди. Хорошо созна­вать ипонимать, что никакое достоинство — из­вестное или нет— не может умереть. Деятельность неизвестного хорошего человека подобна водяной силе, которая течет спрятанной под землей итайно окрашивает зеленью дно. Она течет итечет. Исое­диняется сдругими жилами ижилками. Наступит день, когда она забьет видимым, непобедимым ключом.
188
Этика жизни
VII. Литературный талант. Есть ли утебя лите­ратурный талант? Не верь этому, не верь! Природа предназначила тебя не для речи и писания, адля работы. Знай: никогда не существовало таланта для настоящей литературы. Нечего иговорить обо всем том таланте, который расточали итратили на мнимую литературу. Который первоначально не был наклонностью к чему-то бесконечно лучше­му— «молчаливому». Лучше отнесись клитерату­ре немного скептически. Где бы ты ни был, работай. То, что твоя рука может делать, делай рукой челове­ка, ане тени. Да будет это твоим тайным блажен­ством, твоей большой наградой. Пусть будет мало твоих слез. Лучше молчать, нежели говорить вэти злые дни, когда из-за сплошного разговора одного человека голос его становится неясным другому. Когда посреди всей болтовни сердца взаимно оста­ются темными и немыми. Прежде всего не будь остроумным— под страхом наказания это никому из нас не предложено. Все мы обязаны быть умны­ми иправдивыми.
Молодой друг (которого ялюблю иизвестным образом знаю, хотя никогда не видел ине увижу тебя), ты можешь то, чего мне не дано— учиться быть чем-нибудь. И делать что-нибудь вместо того, чтобы красноречиво говорить о том, что было ибудет сделано. Мы, старые, останемся чем
189
Томас Карлейль
были ине изменимся. Вы— наша надежда. На­дежда вашего отечества исвета заключается втом, чтобы когда-нибудь снова миллионы стали бы та­кими, какие теперь встречаются вединичных слу­чаях. «Слава тебе. Иди счастливой тропой». Да узнают лучше нашего будущие поколения молча­ние и все благородное, верное и божественное. Ида оглянутся они на нас снедоверчивым удивле­нием исостраданием.
VIII. На поприще литературы дойдут еще до того, чтобы платить писателям за то, что они не пи­сали. Серьезно, не подходит ли действительно это правило ко всему писанию итем более ко всякой речи ико всякому поступку? Не то, что находится над землей, а то невидимое, что лежит под нею, в виде корня и основного элемента, определяет ценность. За всякими речами, стоящими чего-ни­будь, лежит гораздо лучшее молчание. Молчание глубоко, как вечность. Речь течет, как время. Не ка­жется ли это странным? Скверно веку, скверно лю­дям, если это старая как свет истина стала совер­шенно чуждой.
IX. Тысячу лет молчаливо растет в лесу дуб. Только на тысячном году, когда дровосек приходит стопором, раздается эхо втишине. Дуб дает знать о себе, когда он падает с оглушительным шумом. Как тихо желудь был посажен! Его снес случайно
190