Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Этика жизни
.pdf
Этика жизни
жизнь свою или хоть часть своей жизни не продашь
за надлежащую цену. Подари же ее по-царски,
пусть ценой ей будет ничто. Тогда окажется, что ты
в известном смысле получил за нее все! Человек
сгероической душой— аразве, благодаренье Богу,
не всякий человек— дремлющий герой?— должен
так поступить влюбое время ипри всяких обстоятельствах. Всамые героические времена, как ив самые негероические, человек должен сказать, как
сказал Бернс про свои маленькие шотландские песни (крошечные капельки небесной мелодии втакое время, когда было столько немелодичного на
свете) гордо ив то же время смиренно: «Клянусь
небом, либо они бесценны, либо ничего не стоят,
мне ваших денег за них не нужно!» Такое отношение должно оказать огромное влияние на урегулирование вопроса овознаграждении за труд.
В сущности говоря, мы совершенно согласны со
старинными монахами: трудиться — значит молиться. «Laborare est orare». Во многих отношениях истинный труд на деле оказывается настоящей
молитвой. Тот, кто работает, вчем бы работа его ни
состояла, придает форму невидимым вещам, воплощает их, и каждый работник — маленький
поэт. Его идея, хотя бы то была только идея для изготовления глиняной тарелки, не говоря уже осоз-
21

Томас Карлейль
дании эпического стихотворения, видима пока
только ему одному, ито лишь наполовину. Для всех
других она — нечто невиданное и невозможное,
даже для самой природы это— нечто невиданное
доселе, вещь, которая до сих пор еще не была— по
всей вероятности вещь «невозможная», потому
что до сего времени она была Ничто! Невидимые
силы имели повод охранять такого человека, потому что он творит вНевидимом идля него. Да, если
взоры человека будут направлены лишь на видимые
силы, тогда уже лучше ему отказаться от исполнения своей задачи. Из того Ничто, над которым он
работал, никогда не выйдет ничего хорошего. Ничего, кроме обмана, кроме чего-то притворного,
чего лучше ине создавать.
Если ты намерен написать стихотворение, поэт,
ипри этом ничего не имел ввиду, кроме рецензентов, гонорара, книгоиздателя и популярности, то
утебя ничего не выйдет, потому что втвоем творении нет правды! Хотя бы оно было напечатано,
прошло через массу рецензий, заслужило похвалу,
продано вдвадцати изданиях,— что стого? Твое
произведение, на философском ина коммерческом
языке, все еще Ничто. Всего чаще лишь призрак,
обман зрения. Благодетельное забвение безостано-
22

Этика жизни
вочно грызет его ине успокоится до тех пор, пока
хаос, создавший его, не поглотит его снова.
Тот, кто не сдружился сневидимым ис молчанием, никогда не создаст видимого иговорящего. Ты
должен спуститься кматерям, ктеням усопших, и,
как Геркулес, терпеть итрудиться, если ты хочешь
победоносно вернуться ксолнечному сиянию.
Как вбою, всражении— потому что это действительно бой— должен ты презреть истраданья,
и смерть. Радостные голоса из утопических стран
изобилия, как рев жадного Ахерона, должны умолкнуть под твоими победоносными шагами. Твоя работа должна, как труд Данте, «заставить тебя похудеть на многие годы». Свет и его награда, его
приговор, советы, поддержка, препятствия, должны быть как дикий морской прилив, хаос, по которому тебе приходится плавать иплыть на парусах.
Не дикие волны иих, смешанные сморской травой,
течения должны указывать тебе путь, а одна лишь
звезда твоя должна руководить тобой — «Se tu
segui tua stella!» Одной лишь звезде своей, то ярко
сияющей над хаосом, то на миг угасающей или зловеще темнеющей, одной ей должен ты постараться
следовать. Нелегкая, ядумаю, задача— таким образом прокладывать себе путь сквозь хаос и адскую
тьму! Зеленоглазые драконы подстерегают тебя,
23

Томас Карлейль
трехглавые Церберы — не без своего рода сочувствия! «Eccoui l’uom chestato all’Inferno». Ведь
в сущности говоря, как сказал поэт Дрэйден, ты
действительно идешь всю дорогу рука об руку счистейшим безумием, которого никак нельзя назвать
приятным спутником! Пристально вглядываешься
ты вбезумие, вего неисследованное, безграничное,
бездонное, мраком ночи окутанное царство, истараешься извлечь из него новую премудрость, как
Эвридика из преисподней. Чем выше премудрость,
тем теснее ее близость, ее родство счистым безумием. Это верно вбуквальном смысле слова: внемом
удивлении истрахе придешь ты кзаключению, что
высшая премудрость, пробираясь на свет Божий,
часто приносит ссобой приставшие кней остатки
безумия.
Все творенья, каждое всвоем роде— превращение безумия в нечто осмысленное — это, несомненно, религиозное дело, немыслимое без участия религии. Иначе ты не создал творенья, алишь
заботился отом, что приятно для глаз, лишь жадно
гонялся за наградой, за быстрейшей выделкой мнимых ценностей сцелью получить вознаграждение.
Вместо хороших поярковых шляп, которыми можно было бы прикрыть голову, ты создал лишь большие, из дерева игипса изготовленные, шляпы для
24

Этика жизни
рекламы, как те, что развозят по улицам на колесах.
Вместо земного инебесного руководства для душ
людей ты занимаешься прениями очерных или белых стихарях. Перед тобой чучела пап из голоса
и кожи, земные законодатели, «организующие
труд», вырабатывая закон о хлебе. Измученная
земля до того полна таких явлений, что готова
взорваться. Все это показное, все гладко, чтобы не
оскорбить ни чувства, ни зрения. Но тем не менее
все это достойно проклятия, гибельно для тела
идуши. Ни один человек никогда не творил иначе,
как благочестиво. Ни один, не исключая бедного
ремесленника, ткача, соткавшего твое платье, сапожника, тачавшего твои сапоги. Все люди, если
они работают не так, как на глазах уВеликого Надзирателя, работают неправильно и на свое собственное ичужое несчастье.
VII. «Трудиться — значит молиться». В этих
словах скрыт высокий смысл, при теперешнем положении молитвы ивсякого поклонения понятный
лишь немногим. Но кто понимает их истинное значенье, тому понятно пророчество относительно
всего будущего— это последнее Евангелие, заключающее всебе все остальное. Его Собор— купол
неизмеримого— видал ли ты его? Его кровля—
Млечный путь, под ногами унего— зеленая моза-
25

Томас Карлейль
ика лугов иморей, алтарем ему служит звездный
трон Вечного! Его молебны ипсалмы — великие
дела, героические поступки, имуки, и искренние,
от всего сердца идущие, речи смелых сынов человеческих. Хоровые песни поют старые ветры иокеаны и низкие, неясные, но красноречивые голоса
судьбы иистории.
VIII. Труд— призвание человека на земле. Обстоятельства так складываются, что настанет день,
когда человеку, не имеющему работы, будет невозможно показаться в пределах нашей Солнечной
системы, и ему придется искать другую, ленивую
планету.
IX. Задача человека на земле, назначение всякого отдельного человека быть попеременно то учеником, то работником. Или, вернее, быть одновременно учеником, учителем и исследователем. От
природы одарен человек силой не только учить
иподражать, но исилой действовать ипознавать
себя. Разве мир, вкотором мы живем, не бесконечен, иразве мы не видим, что самые близкие, друг
от друга зависящие отношения постоянно изменяются последними открытиями соотношений между предметами? Если бы когда-нибудь удалось превратить человека впростого ученика, так что ему
ничего не оставалось бы наследовать иисправлять,
26

Этика жизни
если бы когда-нибудь можно было установить теорию Mиpoздания окончательную исовершенную,
которую оставалось бы только выучить наизусть,
тогда человек был бы духовно мертвым, тогда род
людской перестал бы существовать.
X. Сколько правды встаринной басне осфинксе, который лежал на большой дороге, задавал
путникам загадку иразрывал их на части, если они
не могли ее решить. Таким сфинксом для всех людей, для всех людских обществ является наша
жизнь. Природа как сфинкс божественна, мила
инежна. У нее лицо и грудь богини, но вто же
время когти итело львицы. Вней есть что-то небесно-прекрасное— порядок иразум— ичерная
роковая жестокость порождение ада. Она— богиня. Но богиня, лишь наполовину освобожденная
из темницы, наполовину еще заточенная втюрьме.
Отчетливое, милое переплетено еще с невысказанным, хаотическим.
Как это верно! Разве не ставит нам жизнь загадки? Каждого человека она ежедневно вопрошает
ласковым тоном, но страшно многозначительно:
«Знаешь ли ты значенье сегодняшнего дня? Стараешься ли ты разумно сделать то, что ты всостоянии
сделать сегодня?»
27

Томас Карлейль
Природа, Вселенная, судьба, существование,
или как вы там называете неизъяснимую действительность, среди которой живем мы и боремся,
разве не представляется она как божественная невеста. Или как клад человеку мудрому ихраброму,
способному понять иисполнить ее законы. Икак
уничтожающий демон для тех, кто на это не способен?
Разреши ее загадку, ибудет благо тебе. Не разрешишь ее, пройдешь мимо, оставив ее без вниманья,
иона сама ответит тебе на свой вопрос. Но ответит
зубами и когтями. Потому что природа— немая
львица ияростно растерзает тебя, не внемля твоим
мольбам.
Ты уже не победоносный жених ее, аразбитая
жертва заклания. Как это неминуемо идолжно случиться суличенным визмене рабом.
С народами дело обстоит точно так же, как ис
отдельными лицами. Сумеют ли они разрешить
предложенную им загадку или нет?
В этом, всущности, секрет всех несчастных людей, всех несчастных народов. Они забыли настоящую, внутреннюю правду, променяли ее на внешний блеск. Они неверно отвечают на вопрос
сфинкса. Неразумные люди не могут правильно
решить его вопроса! Неразумные люди принимают
28

Этика жизни
внешний, преходящий успех за вечные дела изапутываются все больше ибольше.
Глупые люди полагают, что раз наказание за злое
дело не последовало тотчас же, то здесь на свете нет
справедливости. А если есть, то лишь случайная.
Наказание за злое дело задерживается иногда на
несколько дней, иногда на несколько столетий. Но
оно также верно, как жизнь. Также неминуемо, как
смерть! Вцентре мирового водоворота все еще живет и говорит Бог, Бог истинный, как в древние
времена. Великая душа мира справедлива.
XI. Впроизнесенном слове, внаписанном стихотворении сказывается, говорят, квинтэссенция
человека. Тем более это верно про сделанную работу. Вся нравственность человека, его ум, терпение, выдержка, порядочность, система, проницательность, гениальность, энергия, — одним
словом, все силы, которыми обладает человек, —
все написано в выполненной им работе. Работать— значить испытать свои силы вборьбе сприродой иее никогда не обманывающими законами.
Они-то вынесут человеку правильный приговор.
Столько-то добродетелей и способностей нашли
мы в нем. Столько-то — и больше ни одной!
Столько-то способности было унего согласоваться
со мной ис моими неизменными, вечно истинны-
29

Томас Карлейль
ми законами, работать и трудиться сообразно
сними, как яему приказывала, иему это удалось,
или не удалось, как вы видите!
Деятельность в соответствии с требованиями
великой природы— разве это не добродетель во
всех отношениях? Хлопчатую бумагу можно прясть
ипродавать. Можно достать рабочих, чтоб прясть
ее. И наконец, можно продавать сотканную материю, следуя в этом деле предписаниям природы.
Если не следовать предписаниям природы, то
и ткани не получите. Если же вы ее не получите,
если не будет впродаже бумажных материй, то природа уличит вас вбессилии. Сила ваша— не сила,
ваш труд— бесплоден!
Уважай способность до тех пор, пока она делает
честь человеку. Явсегда уважаю человека, которому
удается его труд.
XII. Воистину, всем мире нет ничего мертвого.
То, что мы называем мертвым, на самом деле лишь
изменено. Силы его действуют лишь иным образом. «Лист, гниющий на сыром ветру,— как ктото выразился— имеет еще силу: иначе как мог бы
он гнить? Весь мир наш— бесконечно сложное, запутанное соединение сил, разнообразнейших сил.
Начиная ссилы тяготения икончая мыслью иволей. Всвободе человека, внепреложности законов
30
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
