Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Философия культуры. Учебное пособие для вузов

.pdf
Скачиваний:
4
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
1 Мб
Скачать
☆
}Šmnknch)eqjhe nqmnb`mh“ jrk|Šrp{
– японца — трудолюбие, сдержанность, созерца-
тельность, артистичность, максимализм;
– русского — во-первых, эстетизм, пессимистич-
ность, склонность к унынию, мягкость, покорность, лень, пассивность, искренность и наивность, доверчивость, ре­лигиозность, отзывчивость, озабоченность судьбой всего мира, созерцательность, мессианизм, интровертность, самокопание и рефлексивность, больная совесть, над­рыв, страдательность и жертвенность, миролюбие, тер­пимость, иррациональность, справедливость; во-вторых, беззаботность, общительность, экстравертность, опти­мизм, упование на авось, вера в доброго царя, максима­лизм, устремленность в будущее, широта, доверчивость, патриотизм, практичность, любознательность, смекалка, стихийность, свободолюбие, воля, разгул, удаль, анар­хизм, буйство, самодурство;
– немца — любовь к организации, добросовест-
ность, методичность, настойчивость, аккуратность, дисциплинированность, надежность.
Правда, нужно учитывать, что устойчивые черты национального или этнического характера могут быть исторически вариативными, обусловленными измен­чивыми условиями исторической жизни. Г.П. Федотов отмечал, что лицо нации может существенно и быстро меняться под влиянием различных факторов, а особен­но целей и смыслов существования: «Столетие от Лес­синга до Гегеля... венчало Германию по ролевой евро­пейской мысли. За элитой мудрецов и поэтов стоял на­род — трудолюбивый, честный, лояльный, добродуш­ный». Но вот проходит всего двадцать лет (1848–1870) и возникает империя: «Романтические мечты молодо­сти сданы в архив. Трезвый, практический, с волевым упорством и методичностью, он (народ. — В.П.) борет­ся за производство, строит великую науку, колоссаль­ную индустрию, могущественное государство. Надо всем начинает доминировать "воля к власти". Это путь, который в годы великой войны русская интеллигенция грубовато окрестила: от Канта к Круппу. Четыре года (1914–1918) сверхчеловеческого напряжения, и бис­марковский немец погиб. Его сменил немец Гитлера. Неврастеник, фантазер, разучившийся работать мето­дически и отдавшийся во власть фантастической гре­зы. Судороги насилия он принимает за национальное
321
ck` b` 13
самосознание. Теперь он презирает интеллектуальный труд и живет лишь пафосом войны. Из всего великого прошлого Германии ему импонирует только "белоку­рый зверь" первобытного язычества. Как связать вое­дино эти три образа Германии?»
1
.
Итак, в культуре человечества можно обнаружить черты метакультуры, или культуры общечеловеческой, и этнонацональных культур. Н.И. Конрад приводил примеры с Нидерландской революцией XVI в., кото­рая, будучи эпизодом истории малой страны, может быть рассмотрена в свете исторических событий всего европейского континента, и появлением голландской Ост-Индской компании, знаменующей начало капита­листических буржуазных отношений2.
b/"%д/
В современных условиях для России могут быть предложены следующие варианты национальной идеи:
1. Родина.
2. Гармония духа и души.
3. Духовное совершенствование и нравственное
очищение.
b%C!%“/ дл !=ƒм/шле…,
1. Что такое «национальность»?
2. Почему «национализм» считается негативным
явлением?
3. Не утратили ли актуальность этническая и нацио-
нальная идентичность в условиях глобализации?
4. Каково предназначение России в мировой исто-
рии?
5. Не являются ли русские этническими маргина-
лами?
1
Федотов Г.П. Письма о русской культуре // Русская идея. М., 1992.
С. 383–384.
2
Конрад Н.И. О смысле истории // Восток и Запад. М., 1972. С. 454.
qndepf`mhe
cл="= 14
&dmebm`“[ h &mn)m`“[ jrk|Šrp{
Мысли и догадки о необходимости различения «дневной» и «ночной» культур высказывались П.А. Фло­ренским, Г.В. Флоровским, Н.А. Бердяевым, Г. Башля­ром и В.В. Налимовым. Последний писал: «Наше созна­ние, по-видимому, изначально всегда двумерно хотя бы потому, что есть одна — дневная составляющая, задан­ная парадигмой культуры, другая — ночная, несущая черты архаического прошлого. В ночном состоянии со­знания мы ближе к потребностям своего тела и к окру­жающему нас чисто физическому Миру. Это состоя­ние сознания, сохраняя примитивность перво бытного, ярче и острее воспринимает угрозы организму и пото­му обладает прогностичностью, которую не всегда мо­жет с нею сочетать дневное сознание. Оба состояния сознания находятся в ортогональной расщеп ленности; надо думать, что именно поэтому и выработалась систе­ма их поочередного функционирования. Однако воз­можны и такие острые жизненные ситуации, когда две составляющие личности начинают вести явный и осо­знанный диалог»
Интересные замечания содержатся в книге О. Шпенглера «Закат Европы». Он указывал, что меж­ду растением и животным есть существенная разница, которую он обозначил как «связанность» и «свобода», «космическое» и «микрокосм». Все космическое пери­одично, имеет такт, а все микрокосмическое полярно и напряжено. Напряжение выражает смысл бодрствова­ния для животного. В другом состоянии наступают раз­рядка и сон. «Спящий, лишенный всякой напряженно­сти человек ведет лишь растительное существование»2. В «ночном» состоянии сознания, согласно Шпенглеру, человек как бы становится растением. Причем осозна-
1
.
1
Налимов В.В. Спонтанность сознания. М., 1989. С. 189.
323
ck` b` 14
ние космического такта он определил как «чувствова­ние», а осознание космического напряжения — как «ощущение».
Он связывал чувство «Я» со светом и зрительным восприятием. «Жизнь "Я" — это жизнь под солнцем, а ночь родственна смерти. Отсюда возникает новое чув­ство страха, вбирающее в себя все прочие: страх незри­мого, того, что человек слышит, ощущает, о чем он дога­дывается и чье действие видит, без того, чтобы увидеть его само»
1
. Отсюда, как полагал Шпенглер, рождается представление о незримом Боге. Все чувства он связы­вал с пространством, ибо их цель — определить свое по­ложение в пространстве. Таким образом, различались существование (Da-Sein) и бодрствование (Wachsein).
Карл дю Прель в «Философии мистики», сопостав­ляя бодрствование и сновидения, отмечал существова­ние следующих явлений:
1) двойственность человеческого сознания;
2) чередование обоих состояний сознания;
3) связанное со сменой этих состояний изменение
памяти;
4) наличие в обоих состояниях познавательных и
волевых функций;
5) изменение меры пространства и времени2.
Различение двух сфер сознания и культуры обуслов­лено в первую очередь состоянием природной среды — сменой дня и ночи, что предопределяет принципиально различный набор возможностей и функций жизне­деятельности, доминирование зрительного восприятия днем и слухового — ночью. Кроме того, природой за­программировано чередование физической активности днем и отдыха ночью. При этом следует учесть, что если «дневное» сознание (luctis cogitatio) ночью отдыхает, то «ночное» сознание (noctis reflectio) работает и днем, и ночью. Просто днем оно находится в «тени», позволяя «дневному» покомандовать, насладиться иллюзией го­сподства над процессом жизнедеятельности, хотя на са­мом деле ключевые нити - в «его руках».
Как писал К.Г. Юнг, в алхимии различают три мира, обозначаемые разными символическими цветами и ме-
324
1
Налимов В.В. Спонтанность сознания. С. 11.
2
См.: Прель К. дю. Философия мистики. М., 1995. С. 63.
«dmebm`“» h «mn)m`“» jrk|Šrp{
таллами. Они соотносимы с различными сферами со­знания. Первый мир — нигредо — обозначается черным цветом, его металл — свинец. Это начальная стадия про­цесса, в этом мире темно, уныло и тоскливо, он близок преисподней, в нем гниль и горечь, хаос разрозненных элементов, из которых можно творить нечто.
Второй, белый, мир называется альбедо, его ме­талл — серебро. Словно в кромешной ночи восходит луна и заливает все холодным ровным светом. Альбе­до — царство поэтов, воров и безумцев, это мир твор­чества и воображения, волшебный мир возможностей, которые могут становиться реальностью
Третий мир обозначается красным цветом и назы­вается — рубедо, его металл — золото. Солнце заливает этот мир ярким светом, в нем господствуют ясность и определенность, порядок и трезвый рассудок. Это мир «дневного» сознания, в котором недопустимы сомне­ния, только железная целеустремленная воля.
Аналогичные этапы проходит процесс осознания иррациональных импульсов из сновидений, как изла­гает Роберт Боснак
1
.
«Дневная» культура, ее особенности и основные функции. Истоки «дневной» культуры обусловлены
состоянием природной среды, достаточной освещен­ностью жизненного пространства, когда существуют благоприятные возможности для удовлетворения ба­зисных потребностей человеческого существования. Днем человек занят практической деятельностью по добыванию пищи, экономикой, производством. Это сфера труда и заботы, это пространство детерминиро­ванности.
В европейской культуре доминирование зритель­ного способа освоения мира сложилось под влиянием греческой античной культуры. Как писал венгерский культуролог Ш. Кереньи, грек рожден, чтобы видеть и «быть рассматриваемым. Он отражает мир, который разглядывает его глубоким и открытым взглядом, или, скорее, он проецирует свой открытый глаз и свой дух миру»2.
1
Боснак Р. В мире сновидений. М., 1991. С. 51–59.
2
Kerenyi Ch. La religion antiquee. Ses lignes fondamentales. Geneve, 1957.
P. 96.
325
В сфере дневной жизнедеятельности ведущую роль играет левое полушарие головного мозга, управляющее логическими операциями, деятельностью правой руки. Дневное состояние человека характеризуется большей безопасностью и защищенностью, поскольку зритель­но человек контактирует с другими людьми, которые помогут в случае необходимости, можно заранее под­готовиться к отражению своевременно обнаруженных происков врагов.
В практической деятельности у представителей «примитивной», или традиционной, культуры действу­ет закон «достоверности», требующий всестороннего и тщательного обдумывания действий, многократной проверки, согласно пословице: «Семь раз отмерь, один раз отрежь».
По верному замечанию А. Бергсона, ведущей функ­цией левого полушария головного мозга является анали­тическая, соответственно ей «дневное» сознание руко­водствуется методами редукционизма, дискретизации континуума, разложения сложного феномена на прос­тые элементы и осмысления целого как суммы частей.
Важной формой «дневной» культуры является пись­мосфера, письменный текст, связанный со зрительным восприятием. Зрительное восприятие приучает к одно­мерному, поверхностному подходу к осмыслению текста. Американский фантаст Рэй Брэдбери в романе «451° по Фаренгейту» хорошо показал роль зрительной культуры и ее конфликт с духовностью. Даже книги не нужны та­кой примитивной «культуре», поэтому общество их сжи­гает, создав специальную службу «пожарных». Чтобы восстановить книгам утраченный смысл, автор переводит их в статус устной речи, от которой книги оторвались.
Важнейшие характеристики «дневного» сознания, обусловливающие «дневную» культуру:
– однозначная каузальность (детерминизм), логич­ность, непротиворечивость, обусловленность, рацио­нальность, очевидность, простота, ясность, последова­тельность, дискретность, аналитичность, дифференци­рованность;
– опора на зрительное восприятие и материаль­ную предметность;
– критическая рефлексия, опора на высокую сте­пень проверенности, достоверности знаний, однознач-
326
ck` b` 14
«dmebm`“» h «mn)m`“» jrk|Šrp{
ное целевое планирование и волевая организация це­ленаправленной деятельности, дисциплина и решитель­ность, недопустимость колебаний и нежелательность сомнений, оптимизм;
– практицизм и прагматизм, самоуверенность и догматизм, ориентация на потребление и «обладание», успех понимается как достижение наибольшего объ­ема обладания и потребления, воля к власти;
– экстравертность и коммуникативность, поверх­ностность, некогда углубляться в проблемы, ибо темп жизни подхлестывает («время — деньги»).
Таким образом, культура, связанная с «дневным» сознанием по необходимости, — неглубокая, поверх­ностная, это культура зрительного восприятия, пись­менности, в ней доминируют зрелища с простыми и грубыми эмоциями. Типичны в этом плане бои гла­диаторов в Древнем Риме и коррида в Испании. Для «дневной» культуры характерны практицизм, ограни­ченность, близорукость, самоуверенность, отсутствие сомнений («Чем более человек ограничен, тем более он категоричен»), решительность, эффективность. В рам­ках «дневной» культуры развиваются науки, обслужи­вающие экономическую практику, — это естествозна­ние, технические науки, математика, рационалистиче­ская философия как методология точных наук. «Днев­ной» культуре не нужен Бог, она опирается на другие формы авторитета, рационально обоснованные.
Основные функции «дневной» культуры:
– познавательно-объяснительная;
– коммуникативная;
– обслуживание практической, экономической, про­изводственной деятельности;
– праксеологическая;
– методологическая для техники и технологии;
– критически-рефлектирующая, контроля над рас­судком;
– блокирования «ночного» сознания, обуздания иррациональных инстинков;
– функция сохранения и безопасности;
– нормативная.
«Дневная» культура доминирует в странах с уме­ренно суровым климатом, где господствуют техноло­гизм, практицизм и прагматизм. Она вырабатывает раз-
327
ck` b` 14
личные искусственные знаковые системы, хорошо под­дается трансляции, переводу на другие искусственные языки.
«Ночная» культура, ее особенности и функции. Еще Аврелий Августин осмыслил человеческую душу как «бездну», а в числе первых задумался о бессозна­тельном в душе человека Иммануил Кант1.
Двумя полюсами человеческого существования являются сон и бодрствование. Как писал Э. Фромм, «бодрствование связано с функцией действия, сон сво­боден от нее. Сон связан с функцией восприятия себя. Когда мы пробуждаемся, мы устремляемся в сферу действий. Мы принимаем установки в соответствии с этой системой, и наша память действует в ее пределах: мы помним то, о чем можно думать в категориях про­странства и времени. Мир сна исчезает. То, что с нами происходило — наши сновидения, — припоминается с огромным трудом. Такая ситуация представлена сим­волически в большинстве народных сказок: ночью дей­ствуют призраки и духи, добрые и злые, но с рассветом они исчезают, и от их активной деятельности не оста­ется и следа»2. Но откуда мы знаем, что мы спим? Где граница между сном и реальностью? В древнекитай­ской литературе приводится такая притча: «Однажды я, Чжуан Чжоу, увидел себя во сне бабочкой — счаст­ливой бабочкой, которая порхала среди цветков в свое удовольствие и вовсе не знала, что она — Чжуан Чжоу. Внезапно я проснулся и увидел, что я — Чжуан Чжоу»3. Американский философ Н. Малкольм, размышляя об этой проблеме, написал книгу «Состояние сна», где по­пытался обнаружить рациональные критерии различе­ния сна и бодрствования, но не преуспел в этом.
Итак, сновидения — как они возникают? Попыт­ку объяснить это делает Анри Бергсон: «Наши вос­поминания образуют в данный момент солидарное целое, так сказать пирамиду, острие которой как раз внедряется в наше действие последнего момента. Но позади воспоминаний, только что вошедших таким об­разом в наше действие и открывшихся нам, благодаря
328
1
См.: Кант И. Соч.: В 6 т. М., 1966. Т. 6. С. 366.
2
Фромм Э. Забытый язык // Э. Фромм. Душа человека. М., 1992. С. 193.
3
Чжуан-цзы // Антология даосской философии. М., 1994. С. 77.
«dmebm`“» h «mn)m`“» jrk|Šrp{
последнему, существуют тысячи и тысячи других, за­ключенных в памяти, там внизу, под сценой, освещен­ной сознанием. Да, я считаю, что вся наша прошлая жизнь сохраняется до мельчайших подробностей, что мы ничего не забываем и что все, что мы чувствовали, воспринимали, думали, желали со времени пробуж­дения нашего сознания, живет неразрушимым. Но те воспоминания, которые моя память сохраняет в самых темных глубинах, находится там в виде невидимых призраков. Они стремятся, быть может к свету, но они не пытаются даже туда подняться; они знают, что это невозможно, что я, живое и действующее суще­ство, имею другие дела помимо того, чтобы занимать­ся ими. Теперь предположите, что в данный момент я становлюсь безучастным к настоящему положению, к настоящему действию, одним словом, ко всему тому, что до сих пор фиксировало и направляло мою память. Предположите, другими словами, что я засыпаю. Тог­да поднимаются эти воспоминания, чувствуя, что я удалил препятствие, приподнял трап, удерживающий их в подпочве сознания. Они встают, мечутся, испол­няют во мраке грандиозный танец мертвецов. И все бегут к двери, только что приоткрывшейся, все же­лали бы пройти в нее, но они не могут этого сделать, так как их слишком много. Кто же будет избранным из этого множества званых? Нетрудно угадать это. Сейчас, когда я бодрствовал, сумели пробиться толь­ко воспоминания, сославшись на родственные отно­шения с настоящим положением, с тем, что я видел, слышал вокруг меня. Теперь, мое зрение занимают образы более смутные, до слуха моего доходят звуки более неопределенные, осязание, рассеянное по всей поверхности моего тела, менее отчетливо, но вместе с тем ощущения, доходящие до меня из глубоких ча­стей моего организма, более многочисленны. И вот из числа моих воспоминаний-призраков, стремящихся наполниться цветом, звучностью, одним словом, мате­риальностью, преуспеют лишь те, которые смогут ас­симилироваться с цветной пылью, нами замечаемой, с внешними и внутренними шумами, нами слышимыми, и т. д. и которые вместе с тем будут более подходить к тону нашей общей чувствительности. Когда произой­дет это соединение воспоминания и ощущения, мы
329
ck` b` 14
будем иметь сновидение»1. Такова одна из теорий сно­видений.
Засыпая, мы как бы возвращаемся в некое темное и древнее обиталище теней, которое не освещается светом дневного мира. В этом мире нас несет какая-то неподвластная нашей воле сила. А. Бергсон обращает внимание, что если в дневном сознании одними из важ­нейших признаков нашего состояния являются «воля», воление и хотение, то в состоянии сна воление и хоте­ние почти отсутствуют, а если и присутствуют, то не в состоянии повлиять на развитие сновидения. Суще­ствуют попытки управлять сновидениями. О них рас­сказывали в своих книгах Карлос Кастанеда и Тартанг Тулку Ринпоче2. Но это требует большой тренировки и овладеть этим умением дано не каждому. Для обычного сновидения характерно отключение или максимальное ослабление воли и контроля «Супер-Эго», и тогда глу­бинные феномены психики начинают проявлять себя, стремясь выбраться на поверхность и подчинить себе структуры сознания.
Согласно Фрейду, сновидения имеют следующие источники:
– внешнее (объективное) чувственное раздражение;
– внутренние (субъективные) чувственные раздра­жители;
– внутреннее (органическое) физическое раздра­жение;
– чисто психические источники раздражений.
В древности сновидениям придавали важное зна­чение. Цари получали во сне указания богов, которые затем они выполняли в своей дневной деятельности. Так, шумерскому правителю города Лагаша явился во сне бог Нингирсу и приказал выстроить дворец, что он и исполнил, оставив об этом соответствующую над­пись. Особенную роль играли сновидения в ситуациях трудного выбора, когда не могли решить, какой из име­ющихся альтернатив отдать предпочтение. Античный писатель Артемидор (I–II вв.) подразделял сновидения на пять категорий:
1
Бергсон А. Сновидения. СПб., 1913. С. 43-45.
2
330
Кастанеда К. Искусство сновидения. Киев, 1993. Кн. 9; Гарфильд П.,
Ринпоче Т.Т. Управление сновидениями. М., 1994.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]