Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Учебник логотерапии представление о человеке и методы
.pdf
если их движения неверны. Похожим образом обстоит дело с человеческим духом. Он не может заболеть, но его «подвижность» может
быть ограничена и заблокирована болезнью организма. Но он может ошибаться и отсутствовать вопреки здоровому организму и вопреки болезни организма осуществлять выдающееся. Материя и человеческий организм как ее часть имеют дело со здоровьем и болезнью, рождением и смертью; дух же имеет дело с правильным и неправильным, со смыслом и тем, что ему противоречит.
Обратимся теперь к определению смысла, логоса. Смысл — это
то, что задумано, лучшее из возможного, это то, что должно быть,
и, выражаясь теологически, это задуманное Богом.
Задуманное
Логос
Лучшее из возможного
Необходимое
Желанное Богом (теологически)
Из вышеназванного определения исходит то, что понятие смысла в логотерапии ориентируется на нечто транссубъективное, что
не зависит от человеческого произвола. Человек не может указать
по-своему, что имеет смысл, он может его только открыть, открыть
потому, что он есть в мире. Отметим для себя три закономерности
по этому поводу.
1. Поиск смысла не производит смысл
На одном семинаре в Риме я объясняла этот закон своим ученикам следующим образом: я сказала, что они могут пойти на улицу искать кошек. Но поиск кошек не приведет к их возникновению,
наоборот, поиск увенчается успехом, потому что на улицах Рима
они и так есть. Аналогично этому в мире можно «обнаружить»
смысл, его можно искать, открывать и найти, но не произвести или
выдумать. Его можно обнаружить как саму действительность, которую человек не просто «выдумывает».
2. Смысл — это не средство удовлетворения влечения
Когда я спрашиваю своих учеников, почему Виктор Франкл говорил про «волю к смыслу», а не про влечение к смыслу, которое
требовало бы от человека поиска, обычно они немного размышляют, прежде чем им в голову придет верный ответ. Поэтому мы откроем читателю этот ответ. Если бы при реализации смысла речь
шла об удовлетворении инстинкта, в конечном счете дело было бы
191
в самом человеке, а не в смысле, который нужно реализовать. Тот,
кто делает что-то, чтобы унять влечение, делает это с целью избавления от его неприятного давления. Тот, кто ест, так как чувствует
голод, ест не потому, чтобы что-то было съедено, а чтобы исчез голод. Еда — это просто средство для этого. Если бы можно было избавиться от голода по-другому, тогда он забросил бы еду и выбрал
бы иное средство. Конечная цель любой ситуации влечения — это
его удовлетворение.
Влечение
Средство
для цели
(«еда»)
Удовлетворение влечения
(«голод исчезает»)
При реализации смысла дело в другом. При этом речь идет о
чем-то, реализация чего признается как смыслонаполненное и
важное. Это «что-то» есть и остается конечной целью всех стараний реализации. Тот, кто постоянно стремится к этому, делает это
не затем, чтобы в итоге чувствовать себя комфортнее и избавиться от какого-то внутреннего давления, но просто чтобы это было
сделано. Он делает это для смысла, который в этом видит, и ни для
чего более. Конечно, он тоже применяет средства для реализации
смысла, но сама реализация смысла никогда не может стать средством для цели — она сама по себе цель, или же это не реализация
смысла вовсе.
Рассмотрим противопоставление из психологии, которое характерно для оценивания мотивов. Было написано много работ на
тему того, о чем «говорят» подарки. Например, что кто-то, кто дарит драгоценности, желает для себя долгой дружбы с тем, кому он
их дарит. Или тот, кто дарит что-то необычное, хочет привлечь к
себе самому внимание другого. Такие глубинно-психологические
трактовки стоят на почве уровня влечений, так как они сводятся к
тому, что подарки, в сущности, являются средством для удовлетворения влечений. Подарки якобы делают, чтобы заявить о собственных желаниях и добиться своего. Вопрос о том, имеет ли опреде-
192
ленный подарок смысл для человека, так как он может им пользоваться и подарок, вероятно, будет ему в радость, в глубинной психологии не стоит. Он возникает только на более высоком уровне реализации смысла. Здесь конечной целью является одариваемая личность, которой должен подойти выбранный подарок, более ничего. Радость от преподношения подарка — это достаточный
смысл.
Воля к смыслу
(«доставить радость»)
Средство для цели
(«подарок»)
Исполнение смысла
(«подарок исполняет
смысл»)
На основе этого примера логотерапевтическое определение понятия смысла может стать пластичней. Смысл — это задуманное, в
примере с подарком задуманное — это выражение любви и дружбы. Смысл — это наилучшее из возможного, что может возникнуть
через подарок: углубление дружбы. Смысл — это то, что должно
быть. В примере с подарком это то, чего необходимо достигнуть
при помощи подарка для другого: радость. Смысл — это то, чего
хочет Бог. В примере это благословение, которое прилагается к подарку, подобранному с любовью.
3. Триггером душевных заболеваний является обычно допущенное
или произошедшее противоречие смыслу
В логотерапевтической литературе многократно указывается на
то, что триггерами болезни в первую очередь являются не перенапряжение и завышенные требования, согласно народным поверьям, а отсутствие опыта смысла и его реализации. Ошибочные решения, принятые самостоятельно, или ошибочные решения других, от которых
человек страдает, тяжелее переносятся в душе, чем продолжительная
работа и отсутствие удовольствий. Если «воля к смыслу» претерпевает фрустрацию, то человек бывает потрясен до основания; ноос, который больше не обнаруживает логос, возмущается, он в полном отчаянии. Поиск смысла и его нахождение являются, таким образом, ключевыми элементами заботы о здоровье и центральными темами каждого терапевтического вмешательства, как уже многократно говорилось. Ноос, обнаруживающий логос, который открывается при поиске смысла и при этом не решается действовать в его пользу, «дух,
который отрицает», — это беда для человека во время раскрытия его
наивысших способностей и сильнейшей потребности высвобождения. Мы подошли к понятию ответственности.
193
Человек и действительность
Давайте дадим общее определение ответственности. Мы можем сказать: ответственность — это всегда требование со стороны возможности реализации смысла. Только там, где человек имеет возможности свободного выбора, он ответственен за то, что выберет, в особенности за то, выберет ли он среди возможностей нечто ценное или посредственное. Мы не ответственны за возможности, которые нам представляются; они в жизни постоянно меняются и не находятся в наших руках. Мы ответственны за выбор, который принимаем, среди возможностей, которые нам встречаются,
так как выбор позволяет некоторым возможностям уйти нереализованными, а другим возможностям — стать реальностью. Мы ответственны за то, чтобы упустить менее ценные возможности и позволить воплотиться в реальность более ценным, тогда они будут
защищены.
Одновременно с существованием возможностей ценностей есть
возможности смысла. Это такие возможности ценностей, которые
рассчитаны на определенного человека и его жизненную ситуацию. При этом действуют два закона:
1. В каждой осознанно пережитой ситуации есть возможности
смысла для всякого человека. Смысл лежит, так сказать, готовый,
какой бы трудной ни была жизненная ситуация.
2. Нет возможности смысла для человека, которую он не мог бы
исполнить. Логичные основания для этого:
a) То, чего человек не может, находится вне его возможностей,
а также возможностей смысла, которые являются подгруппой его
возможностей. То, чего человек не может, является для него невозможным и невозможным с точки зрения смысла.
б) То, что для человека возможно, это реализуемо. Иначе это
была бы «возможность, которая является невозможностью», что
противоречит себе. Так как возможности смысла являются подгруппой возможностей, можно реализовать то, что возможно по
смыслу.
Пример
Высказывание «парализованный имеет возможность пойти погулять, но не может ее реализовать» неверно. У парализованного
такой возможности нет. Но, вероятно, у него есть возможность обзавестись инвалидным креслом. Это может быть одной возможностью смысла среди остальных, и она реализуема. Если он ухватится за эту возможность смысла, она откроет для него дополнитель-
194
ную возможность поехать погулять. Это значит, все реализуемое
можно черпать из области возможного только постепенно.
Бессознательное и автоматизмы
Есть глубинно-психологический концепт замещения, который
противостоит тому аргументу, что человек ответственен за то, что
он выбирает среди своих возможностей выбора. Этот концепт исходит из того, что в человеке действуют бессознательные силы и
принуждают его к действиям («выбору»), который он не сделал бы
осознанно. В итоге этот концепт означает, что человек вовсе не сам
«решает», а его гонят и им управляют бессознательные душевные
импульсы.
В логотерапии мы не отрицаем феномен замещения, но ставим
под вопрос то, кто решает, будет ли вообще вытеснено какое-либо
чувство или впечатление. Разве не сам человек, не духовная личность в нем проверяет и решает, встретится ли он лицом к лицу
с (неприятным) содержанием или, скорее, вытеснит его в бессознательное? В конце концов, чувство не может вытеснить чувство;
двоякая ситуация, в которой надо решить, провести ли сознательную работу с чем-то или лучше оставить это в покое в бессознательном, должна быть разрешена на более высоком уровне, чем
там, где находится нечто, что решает.
Произойдет ли
чувства
впечатления
Касаются духовной
личности, и она решает
осозн. обработка
содержания
Будет ли вытеснено
содержание в
бессознательное
Согласно данной модели, человек также ответственен за то, что
он вытесняет, и может «оправдываться» импульсами из бессознательного только условно.
Несколько дополняющих точек зрения:
1. Некоторое вытеснение может даже иметь смысл — в том, чтобы не слишком перенапрягать сознательное преодоление жизненных обстоятельств человека одновременно многими проблемами.
В общем и целом «природа что-то задумывает, когда творит», а так
как вытеснение в бессознательное представляет собой естественный процесс, который происходит с каждым, оно на самом деле выполняет функцию защиты, даже если эта функция может при определенных обстоятельствах привести к болезни. Здесь заложена
опасность, что пациенты, которые при помощи терапевта подняли
195
много болезненных впечатлений из своего прошлого на сознательный уровень, не смогут справиться с этой информацией, что, среди
прочего, выражается в частых самоубийствах врачей при проведении «учебного анализа».
2. Обращаться к накатанным образцам («скриптам»), согласно которым человек действует бессознательно, было бы слишком
просто. Это все равно что пианист объяснял бы свою неудачу неверно заученными движениями пальцев. Бесспорно, что мы ежедневно совершаем целый ряд автоматических действий, но нельзя забывать, что перед каждым образованием автоматического действия есть осознанное его заучивание, как пианист тренирует движения пальцев, которые позже он будет использовать при более
автоматизированном процессе игры на пианино. Но там, где что-то
заучивается, можно и «переучиться» и заучить другое, так что возникает постоянная ответственность за то, что становится накатанным образцом и чем остается.
Человек прыгает с моста в воду. Другой прыгает за ним, чтобы его спасти. После того, как ему это удалось, мы спросим
его, как для него стало возможным такое внутреннее решение.
Он ответит нам, что о решении не может быть и речи, ведь попытка спасти жизнь была для него само собой разумеющейся вещью. Вопрос, который проистекает из этой ситуации, звучит так: не прекращает ли действие быть достижением только потому, что оно само собой разумеется? Разве многие другие люди в тот же миг не проходили по мосту, как тот человек, и
разве они не были свидетелями жизненной опасности? И при
этом им не пришло в голову прыгнуть за тем человеком, то есть
это действие для них не было таким же естественным, как для
другого.
Мы видим: то, что прыгнуть и спасти человека естественно для
одного человека, не значит, что это не достижение. Так как тот
факт, что для кого-то это естественно, не является само собой
разумеющимся. Ведь достижением является то, что человек
смог превратить такое действие в естественное. Все становится естественным. Из повторяющихся достойных действий
в итоге получается достойное бытие. (Франкл, 70)
3. Экспериментальная психология несколько лет назад провела ряд исследований бессознательной манипулируемости человека. В итоге оказалось, манипуляция работает без исключений тогда, когда объект духовно ничего не имеет против. Например, во
время эксперимента показывали кино с секундными вставками ре-
196
кламы с бутылками кока-колы, чтобы возбудить у зрителей бессознательную потребность в коле. Это удалось: после завершения фильма многие рванули к стенду с напитками на улице и купили кока-колу, но было исключение: зрители, которым по медицинским показаниям был запрещен этот напиток, его не купили.
Конкретно это означает следующее: если кто-то хочет колу и не видит основания и смысла отказаться, с большой вероятностью он ее
возьмет. Если же он видит основание для отказа, он с высокой вероятностью не притронется к коле, даже если его жажда была заранее подогрета манипулятивной рекламой. Из этого следует, что
человек, подвергнутый манипуляции, все еще духовно свободен и
может встать в оппозицию по отношению к своим чувствам и потребностям, претерпевшим манипуляцию.
4. Принимая во внимание движение нью эйдж, логотерапия
считает, что звезды и созвездия также не определяют нашу жизнь,
но что мы сами должны принимать решения, руководствуясь нашей внутренней «доброй звездой», которая зовется совестью. Конечно, решаем не только мы, безусловно, судьба решает тоже, но
мы можем делать свое, а это больше чем достаточно. Мы разделяем надежду на «новое мышление», на «переосмысление», хотя мы
говорим скорее о «переориентации». Мышление односторонне, а
самоориентирование устанавливает диалогическую связь между
тем, кто ориентируется, и тем, на что он ориентируется, между
тем, кто измеряет, и масштабом измерения, между познающим и
тем, что нужно познать, между духом реализованным и духом реализации. Единственная ориентация, которая действительно могла
бы открыть новую эпоху, была бы ориентацией по смыслу.
Десять тезисов о человеческой способности принимать решения
Из данного логотерапевтического представления о человеке
можно вывести десять тезисов о человеческой способности принимать решения:
1. Человеческие решения — это необъяснимые акты свободной
воли.
2. Для этих свободных волевых актов есть основания, но не при-
чины.
3. Такие основания не объясняют выбор определенного поведе-
ния, но только его смысл.
4. Человек может решиться и против оснований со смыслом.
5. Причины — это объяснения того, что является неразреши-
мым .
197
6. Человек может занять волевую позицию также и по отноше-
нию к причинам и их последствиям.
7. Это волевое занятие позиции не отменяет существующую не-
решительность, но может вести к ее принятию.
8. Конфликт между желанием и невозможностью или нежеланием и долженствованием приводит к столкновению с причинами
невозможности или долженствования.
9. Конфликт между желанием и не-обязанностью или нежеланием и обязанностью приводит к столкновению с основаниями
того, что должно быть, или того, чего быть не должно.
10. Столкновение с причинами — это конфронтация с судьбой,
столкновение с основаниями — это конфронтация с собственной
свободой и ответственностью.
Графическое изображение десяти тезисов
Область свободы
Область
судьбы
ПРИЧИНА
почему
И не буду
я
Я не могу
Все равно
буду
Я могу
Я буду
Я не буду
Конфликт!
(отклонение от
смысла)
Конфликт!
(неприятие
судьбы)
Конфоронтация с судьбой
возможность страдания
Т.к. я обязан
Хотя я обязан
Столкновение с собственной
ответственностью
возможность вины
198
ОСНОВАНИЕ,
СМЫСЛ
Область свободы
Область
судьбы
ПРИЧИНА
почему
я
я должен
И буду
Я могу
Все равно
не буду
Я не буду
Я буду
Конфликт!
(отклонение от
смысла)
Конфликт!
(неприятие
судьбы)
Конфоронтация с судьбой
возможность страдания
Т.к. не должен
Хотя и не должен
Столкновение с собственной
ответственностью
возможность вины
ОСНОВАНИЕ,
СМЫСЛ
199
Пояснение к десяти тезисам и их графическому изображению
«Человек — это существо, которое в каждый момент решает, чем
станет в следующий момент». Это высказывание Виктора Франкла поясняет центральный момент, а также радикальный подход его
учения. Оно сталкивается с фрейдистской теорией вытеснения и
со всеми теориями, которые рассматривают человека как социальный продукт. Одновременно он заявляет об огромном доверии к
человеку, которое образует самый слабый и самый сильный аргумент логотерапии. Самый слабый в том смысле, что духовная свобода человека как фундамент способности принятия решений не
доказуема научно. «Свидетели духовной свободы», то есть люди, в
тяжелейших условиях принимающие героические решения, всегда будут оставаться в меньшинстве, тогда как те, кто не применяют
со смыслом этой способности и ведомы своими влечениями, образуют большинство. Принимая во внимание сухие статистические
данные, нужно отметить, что большее всегда говорится в пользу
несвободы человека.
Но так же, как самым слабым аргументом логотерапии в ее теории является доверие к человеку и к его неотъемлемой способности
принимать решения, это же является ее самым сильным аргументом на практике. Так как только это доверие «вытягивает» пациента, предъявляет требования к его человечности и достает из него
духовную энергию, с помощью которой он может преодолеть болезнь и страдание. Ни один человек, чувствующий себя жертвой
обстоятельств и понимающий себя как существо, ведомое неосознанными силами, и пальцем не пошевелит для своего выздоровления; любая зависимость — даже если она выдуманная — парализует. Только тот человек, который знает о своей способности принимать решения, берет на себя также ответственность за решения,
принятые им свободно.
Таким образом, зависимость и указание на вину идут рука об
руку друг с другом: алкоголик думает, что он должен пить, так как
его бросила жена. Свобода и ответственность за самого себя также
идут рука об руку друг с другом: воздерживающийся не пьет, так
как он решил восстановить свой брак.
Давайте оставим «свободную область» человека и отделим ее от
«области, данной судьбой», как показано на графике диагональю.
Что мы обнаружим в «свободной области»? Здесь находятся возможность, желание, обязанность. Все, к чему есть обязанность, находится в рамках возможного, ведь то, чего я не могу, мне не приписывается как то, что я обязан сделать. Но не ко всему, к чему есть
обязанность, есть желание. Душевные конфликты в «свободной
200
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]