Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Учебник логотерапии представление о человеке и методы
.pdf
фрустрацию, вместо того чтобы отвечать на нее болезнью. Древние
образы и благие предчувствия из духовного бессознательного становятся для пациентов немного понятнее.
В отличие от группы дерефлексии, в логотерапевтическом круге размышлений нет запретов, но также нет свободного выбора
темы. Руководитель группы каждый вечер устанавливает определенную тему и демонстрирует перспективы идей Франкла, при
возможности обогащенные подходящими цитатами великих философов или поэтов, что, само собой разумеется, прорабатывается участниками в мозговом штурме. При этом нужно заметить, что
затронутые темы понимают также и малообразованные люди, часто они используют свою «мудрость сердца», которая распознает
центральные логотерапевтические утверждения как то, что давно
в нем содержится». Франкл говорил в этой связи о «метафизике
будней», которую он старался вызвать у своих пациентов.
Надеюсь, вы правильно понимаете эти слова. Нужно не только сделать будни (которые только кажутся серыми, такими банальными, такими бытовыми) словно прозрачными, позволить
себе видеть вечность через них; в итоге нужно позволить себе
увидеть, как это вечное соотносится с временным, будничным, как место постоянной встречи конечного с бесконечным.
То, что мы создаем, переживаем, испытываем во времени, мы
создаем, переживаем, испытываем одновременно навсегда.
Пока мы несем ответственность за происходящее, пока это является «историей»,эта наша ответственность постоянно отягощена тем, что не сделано. В то же время эта наша ответственность призвана воплотить в мире еще не произошедшее! Причем в рамках нашей деятельности, в рамках наших будней. Так
будни и превращаются в вечность, а эта вечность — в возможность действовать. И, таким образом, метафизика будней выводит сначала из будней, а затем — осознанно, с осознанием
своей ответственности! — обратно в будни. (Франкл, 65)
Ступень 4
К четвертой ступени относится одна-две личных беседы, смысл
которых — в окончательном разрыве отношений терапевт—пациент. Бывшие пациенты не должны больше чувствовать себя бывшими пациентами; их представление о себе должно быть представлением о здоровом, зрелом человеке. Поэтому на четвертой ступени нужно даже вести себя «антитерапевтически». Можно болтать
со здоровыми пациентами о чем они хотят, но нельзя показывать
181
интерес к какой-либо трудности, которая у них может быть, — они
должны помогать себе сами. Это практически их «испытательный
срок». Они должны доказать, что справились со своим расстройством и могут стоять на своих ногах, и в общем они оценивают эту
ситуацию так же и гордятся достигнутой самостоятельностью. Конечно, никому не отказывают в помощи, если он действительно попал в беду. Но сначала выздоровевшие пациенты должны проверить, хватает ли им приобретенного логотерапевтического инструментария и собственного «упрямства духа», чтобы помочь себе.
Только так можно свести к минимуму огромную опасность рецидива и до конца помочь тому, чья душа (долгое время) была подавлена горем.
Четырехступенчатая программа профилактики рецидивов
Ступень 1:
индивидуальная терапия
Логотерапевтическое лечение
(снятие симптома, укрепление силы
самоисцеления)
Ступень 2:
групповая терапия
Группа дерефлексии
(снижение гиперрефлексии
проблемы)
Ступень 3:
групповая терапия
Логотерапевтический круг
размышлений (передача «духовной
поддержки»)
Ступень 4:
индивидуальная терапия
Расслабляющие беседы
(ослабление связи между терапевтом
и пациентом)
• О ценности жизни
Здесь выделены и отдельно описаны некоторые из тем, которые применяются в «логотерапевтическом круге размышлений»,
но также подходят для «экзистенциальной образовательной работы» (Теодор Рютлер), для «семинаров обучения жизни» и даже супервизий.
182
Вопрос о смысле страдания
Нужно признать, что смысл страдания едва виден; обычно его
видно позже, к определенному моменту времени. Но все же страдание может иметь смысл, который ускользает от человеческого понимания. Виктор Франкл проводил аналогию отношения между
миром животных и миром человека в отношении между миром человека и мысленным «надмиром».
Согласно этой идее, я при случае рассказываю своим участникам групп о котике, который жил у нас дома и которого мы любили тискать. Однажды к нам пришла знакомая пара и привела
огромного бульдога, чье любимое занятие было гоняться за кошкой. Поэтому, когда приходили гости, мы запирали нашего котика в соседней комнате, где он весь день жалостливо мяукал. Он не
мог понять, почему его вдруг запирали, и мы не могли ему объяснить «смысл его страданий», который заключался в том, что иначе
ему могли перекусить глотку. Почему мы не могли объяснить ему
смысл его заточения? Не потому, что его не было! Но потому что
котик не понял бы наших самых понятных слов. После этого рассказа я спрашиваю участников группы, могут ли они себе представить самих себя в роли этого котика, в ситуациях, когда они будто
скребут запертую дверь и не понимают, почему их оградили от солнечной стороны жизни? Возможно, за этим стоит высший смысл,
который не всегда открывается нашему пониманию?
Это сравнение очень хорошо понимают, и нередко участники
сами приводят примеры из собственного опыта, из которого очевидно, что событие в их жизни, воспринимаемое сначала болезненно, позже обнаруживает смысл, который не был им ясен раньше.
Такие размышления помогают им бодро нести свою ношу, которая
есть у каждого за спиной.
Личная система ценностей
В круге размышлений выявляется то, что участники приравнивают к своим высшим ценностям в жизни, при этом устанавливая,
что некоторые ценностные системы разнообразны, в то время как
другие исчерпываются одной крупной ценностью, например работой или воспитанием детей. Проговаривается вслух, что последний
вариант опасен, так как при потере «ключевой ценности» человек
быстро погружается в ценностный вакуум. Франкл очень мудро заметил, что за любым отчаянием стоит поклонение. При любой абсолютизации, то есть одностороннем переоценивании чего-то, может
произойти так, что человек скатится в отчаяние.
183
При каждом оценивании выбранные ценности в итоге попадают под божий третейский суд. Из этого третейского суда
их призывают к определенному порядку: их призывают занять
место по порядку следования — в иерархии ценностей. Внутри
этой иерархии существует указание на место или, в определенном случае, выговор, когда вещи переоценивают, преувеличивают, то есть когда они занимают место, которое принадлежит лишь абсолютной ценностной личности. Это суть любого поклонения, состоящего в том, что эта абсолютная ценность, хоть и предшествующая любому оцениванию, забывается из-за ценности какой-то вещи; забывается, что «все вещи
лишь заняли свои места для Бога». (Франкл, 66)
Следовательно, тому, кто обнаружит, что его ценностная система слишком однобока, стоит поразмыслить о надстройке в направлении разнообразия реализации ценностей. В таких случаях участники группы могут предложить друг другу идеи о расширении системы ценностей, при этом каждый извлечет выгоду из креативности другого.
Критерий приоритетности
Благодаря своей работе с семьями, которой я занималась десятилетиями, я пришла к выводу, что семья может жить гармонично
только в том случае, когда каждый ее член выполняет в ней смыслонаполненную функцию. Отношения внутри семьи похожи на
игру оркестра, в котором каждый инструмент важен, при этом каждый музыкант зависит от тех, кто играет вместе с ним, и в нужный момент готов подхватить ведущую партию. В здоровой семье для каждого члена также есть определенная смыслонаполненная функция, соответствующая ситуации и собственным возможностям. Эта функция не должна быть преувеличена, как если бы
один инструмент все время забивал другие. Ею также нельзя пренебрегать, как если бы музыканту пришлось вдруг во время выступления бросить оркестр.
В этой модели можно выделить полезные указания для семейных консультаций, но я хотела для начала осветить один аспект в
качестве вывода из уже сказанногого. При формировании личной
системы ценностей прежде всего необходимо обратить внимание на
смыслонаполненную функцию, которую имеет кто-то в своей семье
или которая требуется от него с точки зрения ответственности в интересах процветания семьи. Никто в нашем обществе не принужден
заводить семью, каждый может оставаться одиночкой. Но тот, кто
184
делает выбор в пользу семьи, кто сказал своему партнеру «да», возможно, даже произвел на свет детей, тот тем самым взял на себя обязательство выполнять определенные функции, которые принадлежат ему в семейном союзе (=критерий приоритетности).
Если смыслонаполненная функция члена семьи в определенный момент времени слишком велика — как, например, дело обстоит с матерью нескольких маленьких детей или с мужчиной, который является единственным кормильцем большой семьи, — тогда
этот человек не должен добавлять внесемейные ценности и пренебрегать своей семейной функцией. Так произошло бы, если бы матери нескольких маленьких детей пришло в голову начать очное обучение. Сама по себе учеба — это неплохо! Углубление знаний — это
высокая ценность; но если это происходит за счет детей, это происходит против «смысла момента» и означает пренебрежение крите-
Для чего жить?
Односторонняя
система ценностей
С критерием
приоритетности
Живет
только
ради
семьи
2 cтупень
тревоги
Живет
один, но
для выполнения
осмысленной задачи
2 cтупень
тревоги
Ориентация
по смыслу
Без критерия
приоритетности
Живет только
ради осмысленной задачи,
пренебрегая
семьей
1 cтупень
тревоги
Многосторонняя
система ценностей
С критерием
приоритетности
Полностью
поддерживает
семью
и выполняет
осмысленные
задачи
Тревога
отсутствует
185
Живет
один, выполняет несколько
осмысл.
задач
Тревога
отсутствует
Нет ориентации
по смыслу
Без критерия
приоритетности
Выполняет
неск. осмысл.
задач,
пренебрегая
семьей
2 cтупень
тревоги
По своей
воле не
выполняет
задач
1 cтупень
тревоги
рием приоритетности, что ведет к обесцениванию. Так произошло
бы, если бы единственный кормилец в большой семье захотел разнообразить свою жизнь, занявшись живописью, которая не приносит денег. Само по себе искусство относится к самым вдохновляющим ценностям жизни! Но когда оно достигается за счет потери ответственности, оно также получает сомнительный привкус.
По-другому дело обстоит, если у члена семьи на данный момент смыслонаполненная функция невелика. Матери взрослых детей, бездетные пары, семьи, в которых оба партнера зарабатывают
деньги, обладают, безусловно, большим свободным пространством
для раскрытия личной области ценностей, при этом они могут реализовать меньше смысла через активную деятельность в семье. В
итоге получается равновесие — внутри семьи или вне нее, смысл
имеет всякая человеческая жизнь... но если уже есть связь с семейным союзом, тогда эта связь имеет свои привилегии, что необходимо принимать во внимание при свободном решении в личных областях деятельности.
Безразличное игнорирование критерия приоритетности с позиции психогигиены приравнивается ко «2 ступени тревоги» или
даже «1 ступени тревоги», как проиллюстрировано на предыдущей
схеме. «2 ступень тревоги» означает, что существует либо опасность для собственного душевного благополучия (по причине односторонней системы ценностей, поклонения), либо опасность для
благосостояния семьи (из-за пренебрежения критерием приоритетности). «1 ступень тревоги» означает, что либо два опасных момента встречаются вместе (как односторонняя реализация смысла, так и пренебрежение критерием приоритетности), либо больше
вообще не существует никакой ориентации по смыслу. «2 ступень
тревоги» нужно оценивать как «критическую»; «1 ступень тревоги» сигнализирует об острой душевной проблеме высокой степени взрывоопасности.
• Конечность жизни
Если участники группы отшлифовали свои личные системы ценностей, расширили их, согласовали с семейной жизнью, подчинили
«смыслу момента» и взвесили на весах своей совести, тогда неизбежно всплывает вопрос, не погасит ли конечность жизни их ценностность. Поэтому в завершение круга размышлений нужно продолжить логотерапевтический ход мыслей, согласно которому ценность жизни зависит не от ее длины, а от ее качества. Франкл срав-
186
нивал жизнь со съемкой фильма, качество которого также не зависит от его длины. Если, например, в фильме о путешествии целых
два часа показывают только то, как несколько грузовиков едут по
пыльным дорогам, он получится менее удачным, чем фильм, который за полчаса покажет красивейшие виды во время этой поездки.
Это сравнение конечности жизни и фильма также помогает понять, что жизнь — как и фильм — становится полной, завершенной только со своим окончанием: каждая сцена становится тогда
отснятой безвозвратно, выжженной на пленке прошлого, на которой больше ничего нельзя изменить или подделать. Что было плохим, останется плохим, что было хорошим, останется хорошим.
Время утекает, но события перетекают в историю. Ничто случившееся не может стать неслучившимся — ничто созданное
нельзя убрать из мира. В прошлом ничто не теряется безвозвратно: в прошлом все находится под незыблемой защитой.
(Франкл, 67)
Рядом с образом архива прошлого, в котором сохранены фильмы завершенной человеческой жизни, верующий человек может
также представить себе хранителя архива, инстанцию, которая
единственная знает все обо всех фильмах, каждую сцену. Состояние сознания во время человеческой жизни сменится состоянием
«знания» в смерти.
Но также и для неверующих образ фильма, который снимают,
очень нагляден, так как он выражает определенную позицию человека будто бы в оптической форме. Мы постоянно находимся на
границе между полнотой осуществленных действий, впечатлений
и страданий; перед нами находится пустота неродившихся возможностей. И от нас самих зависит, что будет навсегда запечатлено в следующем кадре, какая сцена воплотится в прошлое и навсегда станет частью нашей жизни, даже если эта жизнь далека от завершения. Как только что-то становится прошлым, оттуда уже ничего нельзя выкинуть. Во многом режиссером выступает случай.
Но там, где мы сами можем выступать оператором, там каждая сцена — это наша работа, наш жизненный труд. Франкл заметил по
этому поводу, что в смерти человек не обладает жизнью, он ею яв-
ляется; человек становится полной, завершенной жизнью, и таким
образом он сам себе ад и рай, в зависимости от того, как он построил свою жизнь.
Конечно, это серьезные размышления, но так же серьезна и
ситуа ция пациентов с душевным расстройством и тех, кто ищет со-
187
вета, кто доверяет нам, терапевтам, и кого мы хотим побудить извлечь из их жизни лучшее. Мы не можем им пообещать, что жизнь
всегда будет приятной и безоблачной, но мы можем им гарантировать, что с этим можно справиться и, более того, что с этим стоит
справиться, несмотря на то что жизнь содержит в себе несчастья и
заботы и имеет конец. Учитывая все это, быть живым — это прекрасный подарок, милость... и если наши пациенты чувствуют это в наших словах, тогда, верится мне, они уже в какой-то мере спасены.
Позволим Луцию Сенеке, римскому педагогу и философу, сделать окончательный вывод словами, написанными им еще 2000 лет
назад.
Так и есть: мы не получаем короткую жизнь, нет, мы сами делаем ее такой; у нас не слишком мало времени; но мы слишком расточительны. Так же как в руках никчемного обладателя
большое царское богатство, до которого он добрался, в мгновение ока разлетается по ветру, в то время как пускай и меньшее имущество в руках хорошего хозяина приумножается благодаря тому, как он с ним обращается, так и наша жизнь предлагает больше возможностей тому, кто правильно с ней обращается… К чему жаловаться на природу? Она оказывается
благосклонной; жизнь длинная, если знаешь, как правильно с
ней обращаться. (Сенека, 68)
188
Дальнейшее развитие логотерапии
• Об умении принимать хорошее решение.
Десять тезисов и практический пример
Ноос и логос
Логотерапевтический взгляд выходит за рамки девиза «Познай
себя сам!». Так, логотерапия имеет дело с человеческой силой принимать решение. На каких опорах покоится эта сила? С одной стороны, она основывается на ноосе, человеческом духе. Только духовное имеет силу воли и способно принимать решения, в то время
как недуховное немощно и не способно к решениям. Она также покоится на второй опоре, на факте, что есть нечто, в пользу чего или
против чего можно решиться. Без этого «чего-то» решение было
бы невозможным, так как настоящее решение всегда является «актом интенции» (Франкл), предполагающим объект, на который нацелено действие. Любить можно только в том случае, если есть то,
что можно любить. Можно сказать «да» лишь если существует то,
что должно быть утвердительным. Ноос предполагает логос. Сила
принятия решения и понимание смысла неразрывно связаны.
Так как слово «дух», так же как слово «смысл», употребляются в языке по-разному, им обоим нужно дать определение согласно логотерапевтической концепции, чтобы избежать недопонимания. С ее позиции духовное представляет собой решающую, принимающую позицию, оценивающую и персональную инстанцию в
человеке.
Все четыре характеристики являются «типичными для человека», то есть они не типичны для других форм жизни и, по нашим сведениям, даны только человеку. Потому что только человек
189
Инстанция решающая
Ноос
Инстанция, занимающая позицию
Инстанция оценивающая
Инстанция личная
занимает позицию ко всему, что он обнаруживает в себе и вокруг
себя, а именно позицию личного характера. Только человек оценивает обнаруженное. Только человек раскрывается в добре или зле.
Он «вкусил от древа познания» и навсегда покинул рай по ту сторону добра и зла. Под духовным («ноэтическим») измерением человека в логотерапии понимается специфически человеческое измерение, которое поставило человека на его человеческий путь.
Было бы в любом случае неправильным отождествлять духовное измерение человека с его интеллектуальными способностями.
Интеллектом обладают в определенной мере и животные. Интеллект есть даже у компьютера! Ведь необходим развитый интеллектуальный потенциал, когда надо точно рассчитать траекторию полета ракеты, чтобы она обрушилась на вражескую землю в центре
густонаселенного города. Бортовой компьютер современной ракеты может рассчитать это меньше чем за минуту. Но бортовой компьютер даже самой современной ракеты никогда не задумается о
том, имеет ли смысл и оправдано ли поднять на воздух густонаселенный район. Он не задумается об этом, потому что он при всем
своем интеллекте не обладает духовным измерением.
Духовное также не идентично религиозному. Конечно, вера человека основывается на его духовности, поэтому животное не молится. Вера — это решение в пользу Бога, и только то существо, которое может отличить добро от зла, может решиться в пользу «добра в человеке». Несмотря на это духовное измерение человека
охватывает больше, чем религиозные феномены; в нем также берут начало любовь, воодушевление, интерес к какой-то вещи, художественные амбиции, тяга к исследованиям, стремление к правде и воля к творческим переменам. Человеческий дух простирается выше самого себя, он хочет охватить мир.
Лучше всего духовное можно определить как «движение», но не
как движение в пространстве, а скорее как движение в бытии. Философ Михаэль Рапенглюк однажды сравнил духовное с танцем. Танец — это то, что происходит между танцорами, а духовное — это то,
что происходит между человеком и миром. Танцоры могут заболеть,
но не сам танец. Танец может иногда не получаться. Он может не получиться из-за болезни танцоров или вопреки здоровым танцорам,
190
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]