Техника и культура. Возникновение философии техники и теории технического творчества в России и Германии в конце XIX — начале XX столетия

венный интеллект» представляет собой метафорическое обозначение данного научного направления, объединяющего философов, лингвистов, психологов, инженеров и других специалистов. Его суть состоит в усиле­нии интеллектуальной деятельности человека с помощью вычислитель­ных машин, и поэтому попытки сравнения искусственного и естествен­ного интеллектов не имеют никакого конструктивного смысла.

матики и информационной техники, а также исследований в области искусственного интеллекта, ученые бывшего Советского Союза были и остаются не менее, а часто и более продвинутыми, чем западные спе­циалисты. Учитывая все возрастающую насыщенность России новейшей компьютерной техникой и быстрое развитие системы современных ком­муникаций, в том числе и развитость у нас средств массовой информа­ции, представляется весьма реалистичным, что именно в этой области Россия может сделать первый существенный прорыв в мировую систему рыночной экономики. Для этого не требуется слишком большое количе­ство капитальных вложений и времени для развития необходимой инф­раструктуры телекоммуникаций, как для развития системы железных и автомобильных дорог или подъема экономики предприятий, учитывая огромные расстояния страны. Поэтому становление нового информаци­онного порядка может стать ключевым звеном, вытянувшим всю страну из затянувшегося переходного периода.

Аналогичная проблема с ответственностью возникает в том случае, если утверждается принципиальная непредсказуемость или непрогнози­руемость побочных последствий внедрения новой техники и технологии. Как же тогда можно привлекать к ответственности за то, что не было из­вестно? Но истина, как всегда, лежит посередине. Выдвигая тезис о не­достаточной прогнозируемости, нельзя забывать, что многие аспекты технического развития все же прогнозируемы или же поддаются рацио­нальному предвосхищению, причем техническая деятельность в услови­ях риска предъявляет к этике большие требования, чем деятельность в безопасных условиях. Однако техническая этика не ограничивается только профессиональной этикой инженера и проектировщика или даже технического специалиста в широком смысле этого слова. Она предпо­лагает также этическое отношение к использованию техники, что затра­гивает общество в целом и всех его членов в отдельности. В нашем тех­низированном мире неосторожное обращение со сложной техникой ее пользователей может привести к катастрофическим последствиям. Кро­ме того, техника может использоваться в иных целях, чем те, ради кото­рых она создавалась, например в террористических. Это создает допол­нительный риск функционирования техники в современном обществе, которое становится от него зависимым. Но это же и увеличивает ответ­ственность человека, который, по образному выражению германского фи­лософа техники Х. Ленка, занимает в порядке природы особо выделен­ную позицию, поскольку только он познает природу и может давать объяснения и предсказания, используя свои познания, манипулировать природными объектами, приспосабливать их к своим целям. Эти власть и знание – даже если они негативны и разрушительны – выражают его особое положение и порождают ответственность знающего и властвую­щего. Такая ответственность людей, по мнению Х. Ленка, простирается не только на себе подобных и их будущее, но и на весь жизненный мир.

Это означает моральную ответственность конкретных лиц, прини­мающих решения по развитию тех или иных технологических направле­ний или проектов, за принятые ими решения, которые могут принести вред человеку или окружающей среде независимо от того, какую бы си­юминутную пользу они принесли обществу и государству, причем конк­ретную моральную ответственность за свои действия не только перед нынешним, но и перед будущими поколениями. Ситуация в XX столе­тии в корне изменилась. Изменившаяся ситуация требует и формирова­ния новой этики. Изменение такого положения дел возможно лишь че­рез тотальную переориентацию не только технического мышления,

но и общественного сознания и самосознания каждого индивида, начи­ная с детского сада и школы, на совершенное новое представление о на­учно-техническом прогрессе, экологического сознания. Действительно, конечная цель техники, как утверждали первые философы техники, за­ключается в служении человеку. Однако с учетом печального опыта XX столетия к этому следует еще добавить: это служение человеку не дол­жно приносить вред окружающей среде. Этика техники служит важным инструментом общества для оформления, структурирования, воздействия на ход технического развития в нужном для общества направлении. Но задача этической рефлексии состоит не в превентивном устранении конфликтных ситуаций, а в создании граничных общественных условий «их рационального преодоления, которое должно происходить дискур­сивно, с ориентацией на понимание и без применения силы»

Философия и техника часто воспринимаются как противополож­ности, первая – как символ теоретического освоения мира, нечто возвышенное, отдаленное от действительности. Вторая – как символ практического освоения мира, нечто приземленное. Однако в этом сло­восочетании заложен глубинный смысл современной европейской ци­вилизации и культуры, где теоретическое неразрывно связано с практи­ческим, где философия так же важна, как и техника, а техника сама на высшей ступени ее развития немыслима без ее глубокого философского осознания.

ных видов технической (в том числе инженерной) деятельности, т.е. организация технической работы. Это в сущности два основных спо­соба рассмотрения техники как объекта деятельности (предметная сто­рона техники) и как процесса человеческой деятельности (процедур­ная сторона техники). Процесс реализации техники состоит, однако, не только в ее разработке и создании на производстве, но также и в ее внедрении в повседневную общественную жизнь. Тогда техника как тех­ническое устройство (артефакт) – это объект технологии. Объект тех­нической науки (исследования и проектирования) – техническая сис­тема и техническое действие по ее созданию, поскольку техническое знание описывает технический объект – артефакт – и предписывает про­цедуры технического действия. Техника (с ее предметной стороны), тех­ническая деятельность и техническое знание, взятые вместе как фено­мен культуры, – объект философии техники. Если же различать объект и предмет исследования (или человеческой деятельности вообще)

Однако философия техники не имеет ничего общего с технократиз­мом и техницизмом, более того, она противостоит им и с самого своего возникновения ориентирована на гуманизацию техники. Капп, напри­мер, в своем труде, в заголовке которого впервые содержалось словосо­четание «философия техники», еще в 1877 г. в основание своей филосо­фии техники положил принцип органопроекции (антропологический критерий), что содержание науки в исследовательском процессе вообще не что иное, как возвращающийся к себе человек. Бон в книге «О долге и добре», в специальной главе, посвященной философии техники, по­ставил в самую тесную связь технику и этику. Цель техники он видел в стремлении к человеческому счастью. Однако и эта цель подчиняется у него наивысшей и всеобщей цели – идее добра, составляющей предмет философской этики. В философии техники сама техника всегда рассмат­ривалась как неотъемлемая часть культуры. Например, русский инженер и философ техники Энгельмейер неоднократно подчеркивал необходи­мость социокультурного подхода к технике. Он отмечал, что для дикаря и в животном мире характерно пассивное биологическое приспособле­ние к природной среде, а для культурного человека – активное техноло­гическое приспособление этих окружающих природных условий к свое­му организму, создание вокруг себя искусственного микрокосмоса. В философии техники основное внимание всегда уделялось социально-