Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Техника и культура. Возникновение философии техники и теории технического творчества в России и Германии в конце XIX — начале XX столетия
.pdf
132
Глава3. Теорияипратиаизобретательства
Конечно, один человек не может обладать в одинаковой мере творческим даром, положительным знанием и мастерством. Поэтому в техническом творчестве почти всегда работает не один человек. Однако
в данном случае совершенно безразлично, выполняются ли все три акта
одним лицом или многими. Кроме того, при очень сложных изобретениях происходит не один трехакт, а несколько, целый ряд их. «Таким образом, готовое изобретение (если оно не слишком просто) представляется
перед мыслительным взором в виде целой виноградной грозди, где трехакты нагромождаются друг на друга
368
.
Как показал французский историк науки Жан-Жак Саломон на примере известного американского изобретателя Эдисона, миф о неотесанном, но гениальном изобретателе и об изобретательстве как божественном даре, выражении гения, вдохновляемого только провидением, для
современного инженера-изобретателя не имеет под собой исторических
оснований. Записные книжки Эдисона вопреки распространенному о нем
мнению свидетельствуют о том, что он занимался целенаправленным
исследованием на основе использования достижений науки. Характеризуя его изобретательское творчество и методы работы, Саломон пишет:
«...если решение было найдено Эдисоном, а не теоретиками, то его усовершенствование и осуществление зависели от работы всего коллектива
исследователей в Менло-парк, включая Уптона, Эндрюса, Кларка, Ачесона, Спрейга, получивших университетскую подготовку и превосходивших Эдисона в теоретических знаниях; искусного стеклодува Боэма, обучавшегося на знаменитой фабрике Гайслера в Германии; чертежника
Бечелора; бывшего швейцарского часовых дел мастера Крузи; Отта, Бергмана, Шуккерта, которые могли сконструировать фактически любой
прибор или механизм. “Волшебник” в действительности был руководителем первой лаборатории, созданной для промышленных исследований,
в основе деятельности которой лежала как теория, так и практика, “вдохновенным руководителем коллективных исследований... который был более чем простым изобретателем, исследователем, инженером – он организовал и возглавил научно-техническое предприятие”. С помощью
целой группы исследователей, включавшей инженеров, техников, ученых и других работников, Эдисон расчистил путь для систематических
исследований в век техники. Лаборатория в Менло-парк, его “фабрика
изобретений”, была, возможно, самым значительным его изобретени-
369
ем...»
Лаборатория в Менло-парк стала первой современной промышленной лабораторией, прежде всего потому что в ней работали квалифицированные ученые и она была оснащена самым передовым научным
3.2.Теориятехничесоотворчества
133
оборудованием. Таким образом, успех изобретений Эдисона был обеспечен двусторонней связью между теоретическими основами и практическим применением.
Важную роль играет также распространение здорового изобретения
среди людей, но это уже задача привилегирования изобретений. Большое значение здесь имеют реклама и толково составленные описание
и наставление к употреблению. Кроме того, изобретатели редко бывают
хорошими дельцами, и поэтому в большинстве случаев, приступая к распространению своего изобретения, они должны объединиться с дельцом.
Много места Энгельмейер уделяет анализу больного изобретения,
т.е. неудач, грозящих изобретателю. Прежде всего он говорит о неудаче
в распространении изобретения, приводя пример из собственной практики. «Один русский инженер придумал соломотряс такой конструк-
370
ции
, что его легко может построить крестьянин своими средствами.
Соломотряс, вообще говоря... присоединяется к молотилке и перетряхивает солому, т.е. отделяет от нее зерно и мякину так, что увеличивает производительность молотьбы. Соломотрясы существовали и раньше, но
были такого устройства, что могли быть выполняемы только на заводах,
а потому обходились дорого. Новоизобретенный соломотряс не представлял интереса для заводчиков, строителей молотилок, и наш инженер решил его обнародовать для общей пользы, не ища личной выгоды. И что
же? Общество и печатные органы, на знамени которых было написано
“Распространение полезных сведений в сельском быту”, требовали
с изобретателя покрытия разных расходов, совершенно так же, как если
бы он преследовал исключительно свою личную выгоду»
371
. Изобретатель должен знать, заключает Энгельмейер, что он непременно натолкнется на вражду или в самом лучшем случае – на равнодушие. Могут
быть, конечно, и другие препятствия, например неумение пользоваться со стороны потребителя. Но общее правило таково: чем новее и важнее
изобретение, тем труднее его ввести в жизнь. Даже если изобретение
делается по специальности, так сказать по роду службы, оно вызывает
«генеральский гнев», ибо колеблет обывательское доверие к начальству,
«наводя на тлетворную мысль о том, что в подлежащем ведомстве желательны какие бы то ни было новшества и что эти новшества исходили
не от начальства. Как будто начальство само не знает, что надо и чего
не надо!»
372
В соответствии с трехактом Энгельмейер выделяет следующие неудачи, двигаясь в обратном порядке: недостаток умения, недостаток знания
и недостатки в идее. Все это ведет к плохой выработке изобретения.
134
Глава3. Теорияипратиаизобретательства
Изобретение технического характера окончательно выполняется
не самим изобретателем, а рабочим. Изобретатель не обязан сам все уметь
делать, но он должен быть хорошим конструктором, т.е. должен в совершенстве знать фабрично-заводскую выработку по своей специальности,
следить за нововведениями в заводской практике. Это предохранит его
от многих ошибок, поскольку он должен придать изобретению не просто
законченную форму, а такую, какую требует практика. Кроме того, он
должен предвидеть умение будущего потребителя своего изобретения
и сделать его удобным для эксплуатации. Изобретатель также должен обладать навыками научного исследователя (причем тем в большей степени, чем новее область, к которой принадлежит изобретение). Недостаток
знания приводит к тому, что часто изобретается давно уже изобретенное.
Однако самые непоправимые недостатки – в идее. Идея может быть здоровой, хотя и с недостатками, или больной. К последней Энгельмейер
относит все изобретения «вечного движения».
В статье «Учение об изобретении», проводя технологическое исследование изобретения, Энгельмейер выделяет два их типа: изобретение
существующее и изобретение созидаемое
373
. В существующем изобретении он различает технический эффект и состав: первое – работа, то действие, которое достигается изобретением; второе – то, чем достигается
этот эффект. Состав изобретения имеет три формы (три степени технологического значения): идею (основной принцип), схему (общий план
или систему) и конструкцию (вещественное выполнение), подробно рассмотренные нами в предыдущем подразделе.
Как технологическая единица, изобретение существует уже тогда,
когда выработаны идея и схема. Вместе они дают изобретение как технологическое понятие. Одна идея еще не дает изобретения, а конструкция
ничего не прибавляет к этому понятию, но она нужна для применения на
практике (для этого изобретение должно быть конструктивно выполнено до последней детали). Рассматривая сходство изобретений, Энгельмейер использует понятия эквивалентности и изоморфизма. Эквивалентность – сходство по эффекту, изоморфизм – по составу. В книге «Теория
творчества» он разъясняет: эквивалентны принципы, которые решают
одну и ту же задачу; системы эквивалентны между собой, если у них общий принцип; конструкции – если представляют вариант одной системы. Изоморфизм конструкций – одна и та же конструктивная деталь употребляется в разных системах. Изоморфизм систем – одна схема (система,
план) применяется к разным принципам лишь с небольшим изменением. Изоморфизм принципов – один и тот же принцип приспосабливает-
3.2.Теориятехничесоотворчества
135
ся для решения разных технических задач. Если два принципа эквивалентны или изоморфны, то же самое можно сказать и о производных от
них системах и конструкциях
374
.
Давая классификацию существующих технических изобретений,
Энгельмейер выделяет три их класса: механические сооружения (механизм), химические соединения (химизм) и способы производства. Рассматривая созидаемое изобретение, он подчеркивает, что и здесь мы найдем принцип, систему и конструкцию. Он различает три случая: наиболее
частный и типичный – создание конструктивного варианта системы;
выработка новой системы машины (заимствуется только основной принцип); исключительный – выработка совершенно новой машины для такой работы, которую до сих пор выполняла рука человека. Последний
случай и представляет собой изобретение в подлинном смысле слова; два
первых случая, строго говоря, лишь усовершенствование.
Глава 4
ОБСУЖДЕНИЕ ПРОБЛЕМАТИКИ
«ТЕХНИКА И КУЛЬТУРА»
В ФИЛОСОФИИ ТЕХНИКИ
4.1. ВОЗНИКНОВЕНИЕ И ВЗАИМОВЛИЯНИЕ ФИЛОСОФИИ
ТЕХНИКИ В ГЕРМАНИИ И РОССИИ
Программа философии техники, в общих чертах намеченная Энгельмейером уже в конце XIX столетия в книге «Технический итог XIX века»,
четко формулируется им на IV Международном философском конгрессе, проходившем в Болонье (Италия) в 1911 г.
лад не только по теории изобретения, но и по философии техники. Хотелось бы посмотреть, пришло ли уже время для этих вопросов?»
последовательно ее реализует в целом ряде своих публикаций
главным публикациям относятся «Теория изобретения» (1910)
лософия техники» (1912. Вып. 1–4). «А сейчас сижу я за печатной машинкой и готовлю сам собственное издание в форме непринужденной
серии – манускрипт под общим название “Философия техники”. К сожалению, по-русски, чтобы закончить его побыстрее... Почему в собственном издании? Потому что в этом случае меня, по крайней мере, не
будет приводить в смятение никакой издатель, а риск является незначительным, поскольку я пишу популярно, а такого рода книги находят своего читателя»
379
.
С самого начала становления философии техники техника рассматривается как неотделимая часть культуры. Энгельмейер, например, неоднократно подчеркивал, что необходим социокультурный подход к технике. Уже в своих ранних работах он ставит задачу исследования, в каком
отношении к культуре в целом она находится
одно из колес в гигантских мировых часах человеческой общественнос-
375
«В Болонье я делал док-
376
377
. К его
378
и «Фи-
380
: «Техника – это не только
Он
4.1.Возниновениеивзаимовлияниефилософии технии...
137
ти. Мы исследовали внутреннее и внешнее устройство этого колеса
и рассмотрели, как оно воздействует на другие колеса. Каждое из них имеет свою особую функцию в жизни человека… и все вместе они объединяются в единое гармоничное целое в общем удивительном механизме…»
381
Определить этот механизм – одна из важнейших задач философии техники. В 1900 г. выходит в свет его статья «Техника как фактор современной культуры». Энгельмейер утверждает в ней, что для мира диких
животных характерно пассивное биологическое приспособление к природной окружающей среде. «Человек благодаря своей технике освободился от необходимости приспособлять свой организм к окружающим
природным условиям. Наоборот: он эти окружающие условия прилаживает к потребностям своего организма»
382
. Более того, приспосабливая
эти окружающие его условия к своему организму, он окружает сам себя
искусственным микрокосмосом. «Человек причисляет себя к животным,
но при этом не теряется, как в чистом дарвинизме: если для животного
характерно лишь пассивное приспособление своего организма к внешним
условиям, (техническому) человеку, напротив, присуще активное приспособление: приспособление внешнего к требованиям его организма»
383
Четвертый том его книги «Философия техники» заканчивается следующими словами, в которых он формулирует сущность «техницизма»
(имея в виду философию техники): «Вот в каком смысле человек есть
существо техническое, т.е. такое, которое живет, имеет желания и их удовлетворяет в пределах возможностей, обусловленных жизнью личной, общественной и космической. Вот в каком смысле техницизм есть учение
о техническом существе, т.е. о человеке – учение, показывающее, что
необходимо и достаточно для того, чтобы человек стал таким? Каковы
внутренние и внешние условия его жизни, т.е. те цели и средства, в пределах которых человек действует? И таким образом, техницизм делается
учением о человеческой деятельности, а стало быть, и о человеческой
жизни, поскольку она непрерывно связана с деятельностью»
384
. В своем
письме Маху Энгельмейер уточняет, что он понимает под техницизмом
как техническим мировоззрением: «Человек живет, т.е. он удовлетворяет
свои потребности. То, что последнее для него возможно, заключается
в том, что он может целесообразно влиять на природу. Таким образом,
человек является «техническим существом». Влияние на природу является возможным потому, что человек знает «взаимосвязи» между явлениями. Таким образом, наука, вообще знания – это предпосылка техники,
т.е. умения. Жизнь имеет место «фактически», т.е. вне логически, поэтому она не может быть объяснена чисто интеллектуалистски: первопри-
.
.
138
Глава4. Обсждениепроблематии «Техниаи льтра»...
чиной и регулятором всех знаний является интуиция. Интуитивное знание – это типическое обозначение искусства, дополнение к понятию экономии мышления. Она лучше достигается в искусстве, чем в науке. Однако наука легче постигается средним человеком. Открытие взаимосвязи
между явлениями является гносеологическим открытием (правило, закон, инвариант). Конечной целью (как научного, так и художественного) знания является техника, под которой понимается: собственно техника, творческое искусство, искусство экспериментирования, практика
жизни, этика. Поэтому я и называю мою систему “т е х н и ц и з м”»
385
.
Для Энгельмейера, как и для других философов техники его времени, в центре философского исследования находится вопрос о сущности
техники. «В общем языковом употреблении слово “техника” имеет двоякий смысл: во-первых, под техникой понимается часть искусства, которая направлена вовне, и, во-вторых, под техникой понимается целостная деятельность, а именно та, в процессе которой человек специально
стремится получить полезные явления»
386
. Энгельмейер также формулирует сущность техники: «Сущность техники заключается не в фактическом выполнении намерения, но в возможности целесообразно воздействовать на материю... Явления природы тесно сцеплены между собой…
Человек… желает, чтобы наступило явление E. Он знает цепь A-B-C-D-E
и не обладает достаточной мускульной силой, чтобы вызвать к жизни E,
D, C, B, но ему хватает силы вызвать явление A. Он вызывает A, цепь за-
пускается, и запланированное явление E наступает автоматически. Вот в
чем состоит сущность техники»
387
. Это, конечно, нечто иное, чем техни-
цизм в негативном смысле.
Когда Энгельмейер исследует вопрос «Что такое техника?», он обращается к дискуссиям по этому поводу, имевшим место тогда в Германии.
Понятие техники рассматривается им в широком и узком смысле. В ши-
роком смысле техника есть везде в любой деятельности (техника – это
организация = праксиология): любая целенаправленная деятельность
имеет свою собственную технику; любая деятельность, и прежде всего
профессиональная, находит свое выражение в технических правилах
388
Это безгранично обобщенное понятие техники. Затем в науке, например, есть техника знания. Техника понимается также как лишь одна из
форм человеческой духовной деятельности, действие сознательного духа
по переструктурированию сырого материала в целях культуры или короче: сознательное оформление материи
389
. В узком смысле под техникой
понимается, во-первых, та часть искусства, которая направлена вовне.
В первом смысле говорят о технике художника, музыканта, артиста, су-
.
4.1.Возниновениеивзаимовлияниефилософии технии...
390
дьи
. Понятие техники в этом смысле мы унаследовали от древних гре-
139
ков и римлян. Техническая деятельность настолько же стара, как и сам
человек (Homo faber); техника является человеческой деятельностью.
Во-вторых, под техникой понимается целостная деятельность, а именно
та, при которой человек специально стремится выявить нужные явления. Здесь говорят о технике без предиката и понимают под ней искусство инженера, машиностроителя, химика и т.п. Второй смысл техники
сформировался впервые в XVIII в.: техника – это только промышленная
техника или инженерная техника
391
. Затем Энгельмейер формулирует соб-
ственное определение техники: «Техника – это искусство планомерно
и на основе известных естественных взаимодействий вызывать к жизни
определенные вещи»
женеры и философы техники
392
. Это определение техники цитировали многие ин-
393
.
В конечном счете Энгельмейер ставит вопросы: «В чем состоит техническое мировоззрение?», «В чем его отличие от научного мировоззрения?» Мировоззрение Нового времени можно назвать научным, однако
к XIX столетию возникает новое, техническое мировоззрение. «Внимание ученых направлено на вопрос что произойдет? А техников – на вопрос: что должно произойти? Ученый стремится узнать существующее.
Техник, напротив, начинает с этого и воздействует на природу, внося свои
желания в природные силы. Техническое воззрение учит, что человек
в состоянии с помощью заповеданных ему средств покорять природу,
т.е. время и пространство, силу и материю, и делать свои планы исполнимыми. Короче, техническое мировоззрение выражается в форме:
человек сам кузнец своего счастья»
394
. Это – руководящее высказывание
технического оптимизма. Российские и германские инженеры конца
XIX – начала XX столетия верили в прогрессивную силу техники. Они
верили, что с помощью техники возможно решить все социальные проблемы, как социальный, так и природный мир можно пересоздать и сформировать в соответствии с «собственным представлением».
В этом пункте Энгельмейер обращается к немецкому философу Бону,
который назвал вторую главу своей книги «О вопросе о том, “Что дол-
жен я делать, чтобы – ?” (философия техники)»
395
. Цель техники он видит
в стремлении к человеческому счастью. Совокупность технических мероприятий имеет целью удовлетворение человеческих потребностей.
По его мнению, достижение счастья – высшая техническая цель в иерархии человеческих целей. Все технические вопросы типа «Что должен я
делать, чтобы – ?» связаны с одним-единственным вопросом «Что я дол-
жен делать, чтобы стать счастливым?» Это общая форма технических
140
Глава4. Обсждениепроблематии «Техниаи льтра»...
вопросов. Ответ на этот вопрос, с точки зрения Бона, особенно важен,
в то время все остальные технические вопросы имеют второстепенное
значение, поскольку в любой деятельности стремление к счастью осознается как решающее. Бон установил тесные отношения между техникой и этикой. Конечная цель технической деятельности и высшая техническая задача – достижение счастья. Однако эта цель, по Бону,
подчинена в соответствии с высшей и общей целью идее высшего добра,
которая является предметом философской этики. Идея добра сегодня
в высшей степени актуальна для преодоления узкого техницизма,
который неверно использует техническую деятельность для самосохранения, самоопределения и внутреннего функционирования и в конечном счете ведет к самоуничтожению технической цивилизации. Это, естественно, не означает, что от техники необходимо тотчас же отказаться.
Напротив, «…тот, кто рассматривает счастье как общую и высшую цель
для стремлений, должен также исследовать средства, ведущие к этой цели,
как важнейшее и высшее из всех технических задач», т.е. идти по техническому пути
396
. Энгельмейер с большим почтением многократно цитирует книгу Бона как важнейший исходный источник по философии техники. В своем письме Маху от 14/27.04.1906 г. он пишет: «Я не знаю,
знакома ли Вам эта книга “О долге и добре” Фреда Бона (Leipzig,
Engelman, 1898). У меня она есть, поскольку глава II имеет название “Философия техники”. Мне импонируют его основная идея, объяснять технику (в самом общем виде) таким образом, что она имеет задачей отвечать на следующие вопросы: “Что я должен делать, чтобы – ?”, другими
словами, учит достигать цели. Теперь его мысли для меня – неудобная
перегородка».
Энгельмейер определяет также роль инженера в современном обществе и утверждает, что XX столетие принадлежит технике и техникам или
«инженер с необходимостью возьмет на себя управление экономикой».
Но чтобы соответствовать этой ведущей роли в современном обществе,
инженер должен получить не только специальное, но и общее гуманитарное образование. А это возможно только с помощью философии техники, которая представляет собой высшую ступень развития технического сознания.
Именно в этом смысле пишет Энгельмейер о трех ступенях абстракции в технике
397
.
1. Первый человек на Земле был также и первым техником, поскольку его заботой было обеспечить свою жизнь. Первые техники возникли
эмпирически. Техника, однако, представляет собой общественное явле-
4.1.Возниновениеивзаимовлияниефилософии технии...
141
ние, и ее прогресс возможен только на пути сообщения, обмена опытом.
Каждое словесное сообщение связано с определенным обобщением или
абстракцией. Эта первая ступень абстракции давала возможность описать весьма ограниченную технику (ремесло, искусство). Обобщение здесь
не выходит за пределы профессии.
2. Заметный прогресс в технике в XVIII столетии привел вполне естественно ко второй ступени абстракции. Это технология, которая в особенности в XIX в. так сильно разрослась в ширину и глубину. Технологическая абстракция отличается от вышеназванной своим трансцендентным
характером. И хотя технология представляет собой собирательное имя
огромного числа отдельных технологий и эти отдельные технологии могут быть описаны в особых монографиях с внутренней позиции точно
так же, как и отдельные искусства, тем не менее я считаю, что здесь существует заметная разница. Несмотря на то что технологическая обработка всегда описывается таким способом в отдельных областях промышленности, некоторые принципы общей технологии не следует оставлять
без внимания. Энгельмейер ссылается в этом месте на созданную в 1777 г.
Иоганном Бекманном науку «Общую технологию»
398
.
3. Таким образом, возникает необходимость в третьей ступени абстракции в технике, которая выходит за границы чисто технического, наряду с другими рассматривает технику как фактор культуры. Назовем
первую ступень ремесленной, вторую – технологической, а третью –
философской. Теперь нужно сразу сказать, что этот предикат не означает
ничего иного, как философию техники, как и следует называть третью
ступень.
Таким образом, философия техники – высшая стадия самосознания
инженеров. Сама возможность философии техники связана с философской рефлексией и дискуссиями инженерного сообщества.
В Германии философские вопросы техники обсуждали многие немецкие инженеры (например, Макс Эйт, Франц Рело, Алоиз Ридлер, Карл
Вейе и др.). В то же время и в России существовал необходимый интеллектуальный климат в российском инженерном сообществе для развития философии техники. Множество интересных статей о гуманитарных
аспектах техники, также написанных и немецкими инженерами, публиковалось тогда в российских технических журналах. Российский философ техники Энгельмейер оказал заметное влияние на это развитие. Это
было течение позитивного рассмотрения техники с оптимистическими
надеждами на будущее развитие человечества. Однако из него выросли
также и деструктивные технократические идеи.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]