Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Социология исторической памяти

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
ских и социологических исследований. В социологии полипара­дигмальность находит свое отражение в сосуществовании несколь­ких групп теорий исторической памяти, что создает значитель­ные трудности при выделении границ феномена и понимании его сущности – трудности, которые исследователям историче­ской памяти еще предстоит разрешить.
2.5. Феномен цифровой исторической памяти
Численность населения планеты 15 ноября 2022 г. достигла 8 миллиардов человек [175]. По состоянию на 31 декабря 2023 г. на планете проживали уже 8 126 212 383 человека [176]. Соглас­но данным Организации Объединенных Наций «Мировые демо­графические перспективы», общее число пользователей Интерне­та во всем мире на это же время составляло 5,35 миллиарда че­ловек, или более 66 % всех людей на планете. Число уникальных пользователей мобильных телефонов – 5,61 миллиарда. Послед­ние данные GSMA Intelligence показывают, что мобильные устрой­ства используют 69,4 % всего населения мира [177].
Проникновение Интернета во все сферы жизнедеятельности общества оказывает непосредственное влияние и на практики формирования и сохранения исторической памяти. Интернет пре­вратился в среду памяти и ее инструмент, который обеспечивает ее цифровое сохранение и непрерывное воспроизводство. Он дал не только новую жизнь всем связанным с памятью литератур­ным жанрам (от дневников до мемуаров), но и способствовал по­явлению новых (так называемых живых журналов, блогосферы и других); привел к появлению и широкому распространению компьютерных игр на историческую тематику; открыл архивы; обеспечил возможность сосуществования самых разных видов репрезентаций прошлого – от собственно научных до игровых, любительских, повседневных. Автобиографические, мемориаль­ные и мемуарные медиатексты стали неотъемлемым компонен­том современного медиапространства. Такие материалы имеют интерактивный характер, встроены в социальную коммуникацию и включены в принципиально не завершаемый полилог. Едва ли
81
не главным императивом производства исторической памяти стал принцип: «Не запостил – не было!»
Отсчет истории цифровой исторической памяти следует начи­нать примерно с 2000-х гг. В это время к существовавшим ранее социальным сетям, блогам добавились новые цифровые ресур­сы, сервисы и площадки, которые позволяли человеку сохранять цифровые следы прошлого, архивировать артефакты. Указанные феномены стали выступать объектом теоретической рефлексии, что нашло отражение в многочисленных дискуссиях относительно цифрового и медиального поворотов, появлении новых терминов: «коммуникативная память», «медиа-память», «цифровая память», «интернет-память», «медиатизированная память», «вики-память», «интернет-архивы», «интернет-платформы с воспоминаниями», «гипермедиатизация» прошлого и других [178].
Как указывает Д. С. Артамонов, понятие цифровой памяти было предложено в сборнике «Save as... Digital Memories», вышед­шем под редакцией Дж. Гарде-Хансен, Э. Хоскинса, А. Рединг в 2009 г. [179, 180]. Авторы сборника исходили из понимания того, что в цифровую эпоху коллективные представления о прошлом формируются при активном взаимодействии человека и машины, фиксирующей и воспроизводящей информацию при помощи вы­числительных технологий. В книге «Digital Memory Studies. Media Pasts in Transition» под редакцией Э. Хоскинса были обозначе­ны основные проблемы, вызванные цифровизацией памяти [181]. В информационном обществе социальные рамки памяти задаются не столько социумом, сколько цифровыми технологиями и онлайн­коммуникацией. Такие технологии не только опосредуют повсе­дневную жизнь индивида, но и оказывают значительное воз­действие на его воспоминания о прошлом, приводят к конструи­рованию идентичности путем полного переплетения личного и общественного на индивидуальном уровне.
Проблемы трансформации исторической памяти в цифровую историческую память в том или ином ракурсе изучают социоло­ги, философы, историки [72, 179, 182–185]. Несомненно, актуаль­ным является философское изучение цифровой исторической па­мяти как глобального социокультурного феномена, определение
82
роли цифровых ресурсов в ее формировании и сохранении, вы­явление созидательных и деструктивных особенностей их воз­действия на историческую память. Теме воздействия интерне­та на формирование исторической памяти посвящены статьи Д. В. Амирова, И. В. Ксенофонтовой, В. С. Шелеста и друг авторов [186–189]. Российские исследователи Д. А. Аники и А. Ю. Бубнов трактуют Интернет как медиатор памяти, транс­формирующий виртуальными стратегиями коммуникации рас­пространение коллективной исторической памяти [72]. Интернет как «архив» культурной памяти рассматривает А. В. Пестова [190]. Эпифеномены Интернета как инструменты памяти, роль интернет­мемов в трансляции социальной памяти анализируют А. В. Шу­талева и Е. А. Путилова [191]. Л. В. Зимина на основе сравнения книгопечатания и электронного издательского дела определяет ги­пертекстовые технологии в качестве идеальной модели культур­ной памяти [192]. Несомненный интерес и значительный эвристи­ческий потенциал для исследователей цифровой исторической памяти представляют статьи А. Н. Данилова [193], Л. Г. Тита­ренко [194], С. В. Воробьевой [98] и других белорусских авторов.
Современные цифровые технологии оказывают значительное воздействие на содержание исторической памяти, а также на про­цессы ее эволюции и межпоколенческой трансляции, обеспечивая возможности каждому заинтересованному непосредственно уча-
ствовать в сохранении и последующей передаче личного и семейно­го прошлого, формируя их собственные публичные версии. Функ-
ции производства и трансляции исторической памяти выполняют субъекты, которые никогда ранее не входили в число ее агентов.
Благодаря современным технологиям историческая память по­лучает не только новые формы своей объективации. Wiki-проекты, посты, комменты, твиты, интернет-мемы, селфи, а также весь со­храняемый на электронных носителях колоссальный по своему объему массив устной информации о прошлом представляют собой открытое поле постоянной актуализации и интернет-коммуника­ции для практически не ограниченной аудитории пользователей. Любое цифровое свидетельство прошлого, будучи размещенным в Глобальной сети, делает его доступным для восприятия, обсуж-
их
н
83
дения, дополнения широким кругом желающих это сделать. Тем самым прошлое превращается в настоящее и настойчиво пресле­дует современников, которые, вполне возможно, далеко не всегда хотели бы его сохранять и помнить.
Цифровая историческая память современного общества суще­ственно отличается от исторической памяти доцифровой эпохи. Одна из ее важнейших особенностей состоит в легкости и деше-
визне создания, сбора, хранения и воспроизводства практически безграничных объемов информации, сравнивать которые с пре-
дыдущими периодами истории не представляется возможным. Такая память является максимально доступной и демократичной с точки зрения открывающихся возможностей оставлять «во время себя» и «после себя» бесчисленное множество свидетельств своего присутствия в настоящем, вследствие чего современная эпоха является самой «задокументированной» за всю историю челове­чества. Интернет архивирует и хранит все, что только возможно.
Широко распространенным и активно используемым много­миллионными массами пользователей инструментом сохране­ния исторической памяти является цифровая память смартфо­нов и иных мобильных устройств, обеспечивающих возможности хранения и передачи информации. Появление и широкое рас­пространение таких устройств способствовало ускорению увеко- вечения событий, позволило делать их достоянием обществен­ности в течение максимально короткого периода времени. Мо­бильная память быстрее достигает публичной сферы и остается открытой для изменения в течение определенного времени, пока сохраняет актуальность существующая информационная повест­ка. Таким образом, каждый, у кого есть мобильное устройство, становится создателем собственной мобильной памяти, которая затем может свободно циркулировать как в пространстве тради­ционных СМИ, так и новых медиа, пополняя таким образом все­объемлющий цифровой архив современности.
Одним из существенных отличий цифровой исторической па­мяти от ее предыдущих версий выступает ее гибкость, что обу­словливается возможностью оперативно редактировать в цифровой среде любые образы и артефакты прошлого, менять фотографии,
84
видео, тексты. Формируемая таким образом открытость, доступ­ность и демократичность памяти может приводить к определенным разрывам с предыдущей логикой исторических повествований.
Новые технологии облегчают и упрощают процесс летопи-
сания прошлого людьми, которые не имеют специального исто­рического образования и опираются при этом только на соб-
ственные знания, мировоззрение, убеждения и представления о прошлом, стереотипы массовой культуры. В результате фор­мируется популярное понимание прошлого, которое может зна­чительно отличаться от представлений академических истори­ков, но при этом оказывать огромное влияние на формирование исторической памяти новых поколений.
Современные цифровые технологии оказывают значитель­ное воздействие на научные исследования исторической памяти, делая их результаты доступными для широкого круга заинтере­сованных лиц. Такие технологии обеспечивают широкие возмож­ности научных коммуникаций, создания и функционирования транснациональных научных коллективов, что позволяет суще­ственно ускорить распространение новых идей и знаний.
Ведущим социально-технологическим институтом современ­ного медиапространства является Интернет. Его появление и ши­рокое распространение знаменовали не только новую точку отсче­та в истории развития человечества, но и существенно изменили способы осмысления прошлого, его воссоздания и сохранения в памяти людей. Интернет оказывает огромное влияние на обще­ственное и на индивидуальное сознание людей, обеспечивая не только мгновенное, но и разновекторное распространение информации о прошлом, что, в свою очередь, придает невиданную ранее динамичность как культуре, так и антикультуре и имеет важные последствия для формирования исторической памяти всех поколений. Интернет позволяет большому количеству людей реа­лизовать свой интерес к изучению прошлого, обходясь без учас­тия профессиональных историков, обеспечивает широкие возмож­ности доступа к историко-культурным ценностям, получения спе­циальных знаний о прошлом, участия в научных конференциях. Определяющая характеристика Интернета как пространства
85
памяти – тотальная цифровизация следов прошлого со всеми вытекающими отсюда последствиями как прогрессивного харак­тера, так и ограничительного. Что, в свою очередь, открывает новое поле для исследователей цифровой исторической памяти.
Одним из центральных механизмов цифровой исторической памяти являются цифровые медиа, или digital media, – любые устройства и носители информации, которые используют циф­ровые сигналы для передачи контента. Примерами служат такие уникальные инструменты архивации прошлого, как Википедия, Google, многочисленные самоархивирующиеся ресурсы (страницы, блоги и аккаунты в социальных сетях), киносервисы (Netix, Аме­диатека и т. д.), маркетплейсы (Amazon, Ozon и другие), а также цифровые версии государственных и частных архивов, музеев, библиотек. Цифровые медиа представляют собой не только отдельную площадку для проведения научных исследований, но и локации, в рамках которых происходит конвергенция знаний о прошлом, полученных как профессиональными историками, так и краеведами-энтузиастами, любителями истории. Профессиональ­ные историки утрачивают монополию на производство историче­ского знания, такое знание все чаще переводится в цифровую фор­му, а самое непосредственное участие в создании исторического контента принимают пользователи Глобальной сети. Широкое рас­пространение цифровых медиа, с одной стороны, нивелирует роль цензуры, а с другой – по-новому актуализирует вопрос контроля над содержащейся в Сети информацией: кто и каким образом осу­ществляет ее поиск, запросы и предоставление пользователям.
Еще одним институтом цифровой исторической памяти являет­ся цифровой архив. Основной подход в изучении цифровых архи­вов сфокусирован на институциональной логике самого архива и логики его потребления. В цифровую эпоху архивисты стал­киваются с рядом проблем, одной из главных среди которых вы­ступает проблема отбора из потока цифровых данных того, что именно необходимо оставить, а что подлежит забвению, какой контент безопасен для опубликования, а какой следует скрыть, как обеспечить долговременную сохранность цифровых файлов и как помочь пользователям в поиске необходимого содержимого
86
цифрового архива. Наконец, это вопрос о том, как следует архи­вировать данные о важнейших событиях, которые происходят прямо сейчас. Логика цифровых архивов и баз данных меняет представление об их повсеместности и доступности. Их собствен­ная агентность размывает границы между прошлым и настоящим: прошлое перестает быть «чужой страной».
С фундаментальными вызовами в эпоху цифровизации стал­киваются классические механизмы исторической памяти: библио­теки, архивы, музеи, которые все чаще приобретают форму элек­тронных хранилищ баз данных. Классический печатный текст повсеместно интегрируется в медиатекст, позволяющий объеди­нять в любых комбинациях текстовую, графическую, фото-, аудио- и видеоинформацию.
Важной формой цифровой исторической памяти и одним из наиболее распространенных способов репрезентации истори­ческих событий являются компьютерные игры на историческую тематику. Их роль и значение как средства формирования исто­рической памяти обусловлены рядом обстоятельств. Такие игры не только воспроизводят реальные события прошлого и воссоздают повседневность, опираясь на ментальные характеристики людей, но и наряду с учебниками истории в полной мере участвуют в фор­мировании исторической памяти, образов прошлого, соответству­ющих либо не соответствующих исторической достоверности.
Современные цифровые технологии обеспечивают не только более эффективное сохранение исторической памяти по сравне­нию с традиционными способами, но и актуализируют многие вопросы, связанные с ее дальнейшим функционированием. След­ствием влияния таких технологий на индивидуальное и обще­ственное сознание выступает развитие новых способов производ­ства и воспроизводства исторического контента для выражения собственной версии исторической правды, формирования исто­рической реальности, самореализации и развлечения.
В эпоху цифровизации всех сфер жизни общества конструи­рование исторической памяти перестало быть делом только про­фессиональных историков. В производство исторического медиа­контента, интерпретацию исторических событий и создание пред-
87
ставлений о прошлом активно включились многомиллионные массы пользователей Интернета. Результатом такой экспансии ста­ло стирание границы между собственно историческим знанием и памятью. В своих репрезентациях прошлого пользователи Интер­нета не только и даже не столько воскрешают прошлое, сколько создают настоящее, порождая фейки. Появление исторического фейка обусловлено как общей концепцией эпохи постправды, в ко­торой достоверность факта перестает иметь решающее значение, так и визуализацией распространяемых полисемантичных обра­зов, которая приводит к симуляции и семиотизации медиасферы.
Современные цифровые технологии содержат ряд опасностей искажения исторической памяти вследствие манипулятивных воз­действий. Одна из главных причин таких угроз состоит в невозмож­ности однозначно идентифицировать субъектов сетевых обсужде­ний. Эффективная защита исторической памяти и ограничение такого воздействия могут быть обеспечены только посредством регулирования информационного контента, находящегося на тех или иных цифровых платформах, как на законодательном уровне, так и на уровне существующих практик технической защиты.
С появлением новых цифровых способов фиксации прошлого стало казаться, что человечество научилось лучше и надежнее сохранять все то, что следует помнить. Однако такая система на самом деле является достаточно хрупкой: облачное хранили­ще может быть не вечным, файл может потеряться, существуют угрозы технического характера для компьютерных систем.
Благодаря Интернету практики сохранения исторической па­мяти в сетевом пространстве заняли собственную нишу и обрели устойчивую аудиторию. Увеличение популярности таких проек­тов актуализировало потребность в их научном осмыслении. Отве­том на данную потребность стало формирование в структуре современных memory studies отдельного исследовательского на­правления, которое получило название digital memory studies (исследования виртуальных форм мемориализации).
Цифровизация исторической памяти стала серьезным вызо­вом для широкого круга ее исследователей и обусловила методо­логические поиски, следствием которых выступает формирова-
88
ние новых подходов к ее изучению и новых направлений иссле­дования. Одним из принципиально важных вопросов выступает вопрос о том, является ли цифровой поворот действительно ре­волюцией памяти, способствовал ли он демократизации истори­ческой памяти пользователей по всему миру. Ведь при всех воз­можностях Интернета и цифровых технологий они не поменяли сути ее формирования, сохранения и трансляции. В практиках между устной передачей информации и ведением блогов в со­циальной сети нет принципиальных различий. Как нет различий и между видеочатами и разговором лицом к лицу, между пока­зом семейного фотоальбома и публикациями фото в социальных сетях. Между указанными способами репрезентации прошлого существует преемственность, но не разрыв функциональности.
Цифровая историческая память представляет собой принци­пиально важный объект научного знания, методология изучения которого обусловлена взаимозависимостью ее знаковой и техно­логической составляющих. Условием успешного решения данной задачи выступает разработка соответствующих исследователь­ских подходов. Несмотря на весь накопленный массив знаний в данной области, пока преждевременно говорить о выработке таких подходов.
Вышеизложенное позволяет сделать следующие выводы. Архи­тектоника современного цифрового медиапространства представ­ляет собой сложноструктурированную и динамически меняю­щуюся композицию. В ее основании – множество элементов, со­ставляющих материальную и физическую основы производства и передачи массовой информации (социальные сети, видеохостин­ги, кросс-платформенные системы мгновенного обмена сообще­ниями, интернет-телевидение, интернет-радио, интернет-энцикло­педии и другие). Все указанные элементы пребывают в состоя­нии перманентных деконструкций и сборок, в рамках которых происходит оперирование открытым для изменений и структур­но незавершенным цифровым контентом. Столь сложная органи­зация цифрового медиапространства создает серьезные источни­коведческие и методологические проблемы для научного иссле­дования любых, в том числе и исторических, сюжетов.
89
В процессе формирования современного медиапространства профессиональные историки получили доступ ко многим новым историческим источникам, что создало благоприятные условия для более глубокого изучения целого ряда как традиционных, так и новых исторических сюжетов. Появились широкие возмож­ности для профессиональной реорганизации сообщества истори­ков в соответствии с происходящими изменениями. У каждого желающего возникли шансы представить собственную точку зрения по широкому кругу вопросов прошлого, что, в свою оче­редь, способствовало значительному росту интереса к изучению прошлого со стороны разных групп населения.
Однако такая информационная свобода имеет и обратную сторону. Избыточный объем информации снижает ее значение для потребителя и формализует многие важные интеллектуаль­ные процессы. Сформировавшийся в ответ на предоставленные возможности мощный информационный поток со стороны масс составил определенную конкуренцию голосу профессиональных историков. Как результат – угроза снижения собственно науч­ной составляющей споров и дискуссий о прошлом. Представляет­ся вполне очевидным, что стремительные темпы развития со­временных цифровых технологий будут способствовать очеред­ным серьезным трансформациям в самых разных сферах жизни общества, в том числе и в научном сообществе. А значит, будут требовать и соответствующих ответов со стороны профессио­нальных исследователей прошлого, экспертов, журналистов.
Эпоха информационного общества характеризуется измене­нием статуса знания о прошлом, нивелированием роли профессио­нального и возрастанием значимости общественного исторического знания. Анализ показывает, что говорить о дисфункционально­сти традиционных механизмов исторической памяти в сложив­шихся условиях преждевременно. Речь идет об их существен­ных трансформациях, продолжающих с разной степенью интен­сивности и продуктивности выполнять функцию связи прошлого, настоящего и будущего, служить источником минимизации и пре­одоления социальных рисков.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]