Социология исторической памяти

Музей как механизм формирования и сохранения историче­ской памяти представляет собой особый синкретический инсти­тут с точки зрения объектов хранения и способов влияния на со­знание и память человека. Музеи не просто формируют образ прошлого, они его эмоционально заряжают и делают осязаемым, включая более тонкие механизмы восприятия информации и фор­мирования «следа» памяти в общественном сознании.

Надежными трансляторами исторической памяти выступают библиотеки. Библиотека, одновременно, и место памяти, и форма ее поиска, обработки и хранения. Главным объектом библиотеч­ного хранения является книга. В них – история человечества во всех ее проявлениях и формах. Вместе с тем в фондах библио­тек, помимо книг, хранятся и документы, в которых зафиксирова­ны накопленные человечеством знания, образцы и ценности миро­вой, национальной и местной культуры, предметы старины, изде­лия народного творчества, ведутся летописи сельских поселений.

112

выхода проблемы на международный уровень важна специфи­ка оценки описываемых в прессе событий источниками каждой из затронутых или заинтересованных сторон. Наиболее острым, проблемным и требующим глубокого исследования вопросом является воздействие на сознание молодого поколения информа­ции, распространяемой СМИ.

Э. Дюркгейм разделял коммеморативные ритуалы древно­сти на позитивные и негативные. К позитивным он относил те,

114

Английский историк П. Хаттон следующим образом опреде­ляет сущность феномена коммеморации: «В конце концов, проб­лема истории оказывается проблемой политики коммеморации, то есть, проблемой идентификации и описания тех событий, идей или личностей прежнего времени, которые избираются посред­никами власти для хранения в памяти» [39, с. 16].

Коммеморации включают множество разнообразных механиз­мов, приемов и средств, при помощи которых общество закреп­ляет и транслирует память о прошлом. К таковым относятся исто­рические музеи, архивы и библиотеки, документальные историче­ские фильмы, мемуары, воспоминания, автобиографии, памятники, юбилейные торжества, мемориальные службы по погибшим, тра­диционные религиозные обряды и многие другие мероприятия, благодаря которым историческая память наполняется живым со­держанием и обретает свою плоть, а у индивидов и социальных групп формируется единство представлений о различных собы­тиях прошлого. Разновидностями практик коммеморации высту­пают установка мемориальных досок, наименование или пере­именование улиц, изобретение новых традиций, провозглашение новых праздничных дат и другое. Такие практики позволяют сохранять живую связь с прошлым и таким образом укреплять историческую память населения страны. В целом же под комме­моративными практиками понимается «повторяющаяся совокуп­ность действий, обеспечивающих воссоздание образов прошло­го, востребованных в актуальном социальном или политическом контексте» [218, с. 65].

М. Ф. Румянцева описывает естественную и искусственную коммеморации [219, с. 24, 37]. Естественная коммеморация предпо­лагает изучение и сохранение прошлого, каким оно было на самом деле. Искусственная же коммеморация – это целенаправленное конструирование мест памяти.

В последние годы на фоне реализации масштабных манипу­лятивных программ, осуществляемых по отношению к прошло­му как отдельными властными группами, так и целыми госу­дарствами, интерес к изучению феномена коммеморации суще­ственно актуализировался. В сложившихся условиях различные коммеморативные практики начали рассматриваться как мощный просветительский и пропагандистский ресурс, который актив­но используют политические силы для формирования у граждан желательного образа мыслей и поведения. Возрастающая роль коммеморативных практик обусловлена не только страхом забве­ния прошлого, но и страхом забвения настоящего, потери ценност­ной ориентации в социокультурном пространстве, утраты смыс­ложизненных установок, размывания нормативных границ и пр.

118

На протяжении нескольких последних десятилетий данный термин превратился из интеллектуальной метафоры в одну из важ­нейших категорий современной науки, а изучение образов про­шлого оформилось в качестве самостоятельного исследовательского направления. Так, Л. Н. Мазур определяет образ прошлого как устойчивую абстрактно-символьную модель исторической реаль­ности, которая представлена в массовом сознании [207, с. 251].

Формирование модели «образа прошлого» предполагает в пер­вую очередь определение его объекта. В качестве таковых вы­ступают образы времени (например, «образ Средневековья», «современное общество»), образы пространства («территория по­граничья», «партизанский край» и другие), образы конкретных исторических событий (войн, восстаний, революций и т. д.), обра-